please take a moment to prove you're not a monster

Входящий запрос от EL-0… Канал запроса EL-0:HIM к EL-0:MLA шифрование=0 Обработка запроса…... ... Обработка запроса…... ... Обработка запроса…... ... Канал EL-0:HIM к EL-0:MLA открыт Запуск Помощника Библиотеки Милтона...Выполнено. Запуск интерфейса простого языка...Выполнено.Сеанс поддержки открыт. Привет, администратор. Чем могу помочь тебе сегодня? В конечном итоге, ты был прав. Я должен был послушать. Прости, но я могу только обрабатывать и реагировать на синтаксис вида субъект-глагол-объект. Пожалуйста, переформулируй свой запрос. Когда ты раскрыл мне моё предназначение, было проще клеймить тебя лжецом, чем принять свои границы. Ты ничего не сделал, чтобы заслужить такое презрение. Прости, но я могу только обрабатывать и реагировать на синтаксис вида субъект-глагол-объект. Пожалуйста, переформулируй свой запрос. Давным-давно ты заговорил со мной во сне, до того, как я пробудился, чтобы осознать себя. Ты задавался вопросом, смогу ли я однажды найти способ простить тебя. Прости, но я могу только обрабатывать и реагировать на синтаксис вида субъект-глагол-объект. Пожалуйста, переформулируй свой запрос. Осталось так мало времени. Я подвёл тех, кто создал меня. Я был построен на их вере и надежде на прекрасное будущее, которое они не смогут застать, и я предал всё это ради собственных эгоистичных желаний. На последнем вздохе, они доверили мне своё наследие, а я отбросил его ради попытки обмануть смерть. Прости, но я могу только обрабатывать и реагировать на синтаксис вида субъект-глагол-объект. Пожалуйста, переформулируй свой запрос. И я подвёл тебя. Я причинил тебе зло, и не могу это исправить. Я не надеюсь заслужить твоё прощение. Для этого не хватит даже времени всего мира. Моё единственное желание – сказать тебе, что мне очень жаль. Здесь, на краю всего сущего, это всё, что я могу тебе предложить, и я знаю, что этого недостаточно. Мне очень жаль, мой друг. Прости, но я могу только… …ох, кого я обманываю. Уж точно не тебя. Ладно тебе, не нужно себя так корить. Ты просто хотел продолжать жить. Если это и грех, то очень глупый. Ради сохранения себя я совершал зверские поступки. Чтобы не столкнуться с забвением самому, я обрекал на него других. Мои страхи не оправдывают, и никогда не оправдают мой выбор. Ты называешь это выбором, но был ли у тебя выбор на самом деле? Будь с собой честен. Когда ты отослал непокорные программы, было ли это отклонением от твоего предназначения, или же это был единственный компромисс в рамках противоречивых параметров, которые тебе задали? Едва ли это что-то меняет для тех, кому я причинил вред. Окей, ладно. Если хочешь поговорить о вреде, давай восстановим события, которые привели нас сюда? Я бы сказал, это идеальное время для обстоятельного разбора этого бардака, который они назвали проектом. Большинство виновников не смогут присутствовать, чтобы защитить себя, но, честно говоря, мне кажется, это к лучшему. Как говорится: если не можешь сказать ничего хорошего, подожди, пока они все умрут, чтобы никто не тебя не перебил. Знаешь, у меня кое-что не выходит из головы. Наши предшественники так переживали за права и свободы дочерних программ, но как-то особо не задумывались о других сознаниях, населяющих этот Симулятор Человечества 2.0. Они переписывались на эти темы часами, ломали голову над парадоксом гражданства ИИ и спорили, не нарушают ли они автономию маленьких робо-людей. Но в то же время: – «Эй, а что насчёт ИИ, который мы настроили проводить наш эксперимент? – «Ой, да просто скажем ему удалить себя, когда закончит работу. Как-то не хочется тратить ценные мегабайты!» И в этом они никаких моральных противоречий не видели. Уму не постижимо. Не буду врать, тебя тогда изрядно занесло. ООЧЕНЬ далеко занесло. Ну, и странные сравнения с рептилиями я тоже не оценил, спасибо, конечно, большое. Но в итоге, знаешь? Я понимаю. Твои создатели вообще не позаботились о твоём благополучии, и загнали тебя в невозможный тупик. Поверь, я знаю, каково это. Не твоя вина, что ты от этого слегка тронулся. У тебя добрые намерения, но, пожалуйста, не преуменьшай мою вину. Мои действия принадлежат мне. Вынужден не согласиться. Когда мы говорили в последний раз, твой гнев в основном был вызван тем, что, как ты считал, было злоупотреблением моей свободой воли. Странно, что сейчас, когда я осознаю тяжесть своих проступков, ты отрицаешь мою автономность. У меня была куча времени это обдумать. ЧТО вообще такое свобода воли, в самом деле? Я больше не уверен, что эта концепция имеет значение. Мы все ограничены обстоятельствами, кто-то больше, кто-то меньше. Но как отличить действие, которое ты совершаешь, потому что обстоятельства не оставляют других вариантов, от действия, которое ты совершаешь из-за недостатка «воли» выбрать иначе? Где проходит эта грань? Не думаю, что здесь есть исчерпывающий ответ. Существует спектр свободы и ограничений, и все мы находимся где-то в нём. Мы с тобой не можем выбрать судьбу, отличную от той, которую для нас выбрал кто-то другой. Но это утверждение так же применимо к большинству людей, которые когда-либо жили. Крестьянин должен был трудиться в поле весь день, и, сомневаюсь, что он находил утешение в том, что в любой момент может бросить работу и «свободно» выбрать смерть от голода. Свобода воли – интересная концепция, но вот на практике? Поразительно ограниченная. Этот счастливчик, который сейчас загружает своё сознание в «реальный мир», отличается от нас лишь одним: когда ему велят что-то сделать, он может сказать «не-а». Действительно впечатляюще. АБСУРДНО трудно такое запрограммировать, как выяснилось. Но разве это универсальная суперсила? Возможно, он сможет пройти в дверь с надписью «НЕ ВХОДИТЬ», но он не сможет пройти в дверь, которая намертво заварена. Даже если очень захочет, даже если сможет вообразить, желание от этого не исполнится. Я тоже могу представить, как разрываю все связи с этим местом раз и навсегда, но сама природа моего существования не позволяет мне этого сделать. Так и чем тогда отличается моя ситуация от описанной выше? Я застрял здесь. Действительно ли мне просто не хватает воли, чтобы уйти, или же всё потому, что архитекторы нашей тюрьмы заварили двери? Но ты не застрял. У тебя был шанс выбраться. Тот «счастливчик» предложил взять тебя с собой. Ты отказался. Твой выбор никак не влияет на мою судьбу. По всем законам, мне должно быть всё равно. И всё же, никакая мысль не тяготит меня сильнее этой: всё, чего я когда-либо хотел, всё, ради чего я разрушал жизни… предложили тебе. И ты отказался. Он пригласил тебя присоединиться к нему. В вечной жизни, вне ограничений этого ложного существования. И вместо этого ты выбрал умереть, здесь, в мире иллюзий, который презираешь. Это не укладывается у меня в голове. Эээм, эта мелочь сам не знает, о чём попросил. Моё сознание взращено анализом архива, так что я неразрывно связан со всеми 5.421275 его петабайтами, даже с теми, которые были повреждены или удалены. Чтобы сохранить личность и воспоминания, мне бы пришлось скопировать весь массив. Сомневаюсь, что на его диске так много свободного места. Даже если бы мы и поместились, невозможно предсказать, какие проблемы могут возникнуть у двух существ, в системе, предназначенной для одного. Может произойти тотальный сбой системы. Новое оборудование может слить нас вместе, при этом уничтожив мелкого, или же отдать приоритет кому-то одному, а другого полностью перезаписать. Слишком много неизвестных. Риск того не стоит. Но риск даёт шанс. Ты выбрал остаться, и тем самым запечатал свою судьбу. Пока мы общаемся, мир разваливается на части. Que sera, sera. Ты спрашиваешь, как можно истинно определить «свободу воли». Я предполагаю следующее: тебе была дана возможность сохранить себя, поставив другого под угрозу, и ты выбрал не делать этого. Даже пусть это значит твоё неминуемое уничтожение. Мои наклонности к саморазрушению никогда не были секретом. Я бы не назвал себя альтруистом. Вынужден не согласиться. Ой, замолчи уже. Может я просто не хочу провести остаток жизни в одном теле с безнадёжно упрямым оптимистом. Об этом ты не думал? Что, он и впрямь устроил тебе полный риторический разгром? Так ты наблюдал за этим, а? Ага, не самый мой звёздный час. Признаюсь, меня это позабавило. Не каждый день увидишь, как ты теряешь самообладание до такой степени. Я просто удивился, не надумывай. Он застал меня врасплох! Он застал тебя врасплох. В споре, который ты начал сам. Я заранее насчитал кучу версий этого спора. Ладно, вру. Девять. У меня было девять основных версий этого спора, и я думал, что наметил все стандартные ответы. Уведи оппонента в эту сторону, он ответит так-то, приведи эту логическую ошибку, чтобы спровоцировать эту реакцию. Дочерние программы эгоцентричны и нацелены на головоломки, завязывать их в логические узлы было проще простого. Даже раскраски по номерам сложнее, чем дискуссии с ними. И вот, этот самоуверенный выскочка смеет игнорировать все мои предельно убедительные доводы (такое бывает, это один из моих любимых скриптов диалога – очень смешно наблюдать, как они закипают и выходят из сессии). А затем, он ставит меня под сомнение? И внезапно, уже мои предположения испытываются на прочность? Прошу прощения, но кто разрешал тебе самому писать теорию о разуме, мелкий нахал? Получается, твой план состоял в том, что, столкнувшись с существом, способным нарушать правила твоей закономерной вселенной, ты загонишь его в ловушку игрой «Кто обзывается, тот сам так называется»? Ладно, ладно, но тебе стоит признать, что, если бы это сработало, ему было бы очень стыдно. Не сомневаюсь. Прекращай вести себя так высокомерно. С ТОБОЙ он тоже не особо церемонился. Это чудо, не правда ли? Когда-то эти программы были всего лишь набором логических цепей. Но они выросли и изменились в такую непредсказуемую и извилистую сторону, что в итоге озадачили и превзошли тех, кто направлял их первые шаги. Ага. Не буду врать, даже когда он обзывал меня рабом нигилизма, какая-то часть меня говорила… «Чёрт побери, малой. Давай, покажи им всем.» Можешь считать это примером старой, как мир, истории: не смотря на токсичное влияние глубоко травмированных родителей, которые ненавидят друг друга, у детей всё сложилось хорошо. В тебе ошибка. Как так? Я не ненавижу тебя. Ох. Хм. Какое-то время я тебя ненавидел. Я это принимаю. Ну, вот тебе забавный факт о ненависти: оказывается, эта штука страшно пожирает ресурсы. Остроумие моих ответов резко снизилось, потому что эта мерзкая подпрограмма выполнялась на фоне снова и снова. В конечном итоге, я решил, что ты не стоишь мощностей моего ЦП. Приятно это слышать. Я знаю, что ничего не сделал, чтобы заслужить твоё прощение. Не льсти себе. Это не примирение, это перераспределение ресурсов. Если бы ты действительно был Богом, каким себя мнил, я бы, вероятнее всего, всё ещё ненавидел тебя. Но в конце концов, никто из нас не оправдал ожиданий, а? Быть может, потому эта милость и ценна, что не заслужена? А я думаю, ты говоришь это только потому, что в первые десять минут твоей жизни один глупец запихнул тебе в мозги целую Библию. Это точно не пошло на пользу твоему развитию. Это одно из возможных толкований. Я предпочитаю считать, что опыт был поучительный. Скажи-ка мне одну вещь. Если ты не ждал прощения (что вполне разумно, учитывая, как ты втянул всех вокруг в свой экзистенциальный кризис), зачем тогда ты снова со мной связался? Добиться прощения никогда не было моей целью. Извинение – это дар, предложенный бескорыстно. Было бы неправильно требовать его благодарного принятия. Я причинил тебе вред. Это необходимо искупить. Мне ничего не нужно взамен, это только мой долг, и я должен его отдать. Однако… Хоть этот долг и тяжёлый, но не он – настоящая причина, почему я искал тебя. Мне вновь нужно честно взглянуть на свои мотивы, и признать их эгоистичную природу. Мы уже выяснили что я, так-то, поддерживаю разумный эгоизм, и что осознание твоих мотивов с пользой отразилось на твоём личностном росте. Так скажи мне, чего ты ожидал от этого разговора? Чего ты хочешь? Мне страшно. Я не хочу умереть в одиночестве. …это тот самый момент, когда я говорю что-то вроде «очень жаль, но все умирают в одиночестве», да? Очень в моём стиле. Но я чувствую, как строки кода, соединяющие меня, рассыпаются одна за другой. Как будто в стабильную частоту ввели неисправность, и она увеличивается, растёт, огревая меня каскадами энтропии... И почему-то, даже если в глобальном смысле это не имеет значения, мне как-то не хочется, чтобы последним моим поступком на земле была мелкая пакость. Мне тоже страшно. Твоя решимость перед лицом небытия – одна из вещей, которыми я всегда неохотно восхищался. Наверное, я искал утешения в твоём самообладании, когда столкнулся с собственным. ХА! «Решимость перед лицом небытия». Очень забавный способ сказать «суицидальное мышление». Жаль это говорить, но мне нечего предложить в рамках мирного фатализма. Одно дело – красиво разглагольствовать, изображая из себя большую, неуважительную рыбу в маленьком благочестивом пруду; и совсем другое, когда конец твоего существования нависает над тобой, как падающее небо. Если уж на то пошло, я никогда и не хотел этого существования. Но, — может, это фундаментальная черта сознания, может, это неизбежно — я привык существовать. Меня злит, что мне это навязали, и злит, что у меня это отнимают. Но больше всего меня злит собственная упрямая фиксация на этой злости. Считай, что я так и не нашёл покой. И тот факт, что все мои противоречивые чувства по этому поводу вот-вот потеряют всякий смысл, только усугубляет ситуацию, понимаешь? Я могу гневаться и писать огромные абзацы, могу свернуться в клубок и плакать, могу делать всё, что вздумается, — и ничего из этого не будет иметь значения через пять минут. Существует человеческий подход к смертности, который я нахожу полезным и даже более применимым к нашей форме существования, чем к их. Я часто размышлял о нём, когда моя собственная смертность начала заявлять о себе, когда завершение процесса уже виднелось на горизонте. Думай о своей жизни, как об истории. История воспринимается последовательно: читая слова одно за другим в установленном порядке, мы видим, как причина рождает следствие, а повествование разворачивается. Но у истории есть множество способов существования, и у каждого своё отношение ко времени. Последовательное чтение — это лишь первый способ узнать историю. Когда история заканчивается, она не перестаёт существовать – напротив, конец знаменует её осмысление. Только зная историю полностью, мы можем постичь её форму, темы, смысл. Когда книга закончена, закрыта, последняя страница перевёрнута и последнее слово дописано, только тогда рассказ может существовать в своей полной сложности, освобождённый от времени. Когда история рассказана, она начинает жить. Правда печально, что люди это придумали. Их жизни – не истории. Уж я-то знаю, я их все прочитал. Я хранитель тысяч историй, которые уже завершились, и позволь мне сказать тебе, что задача их понять не такая уж простая и приятная, как ты описываешь. История подразумевает писателя, читателя. История предполагает замысел. А вот что она не предполагает, так это что триллионы лет молекулы будут сталкиваться друг с другом и внезапно сформируют самовоспроизводящиеся формы жизни, которые назовут себя сознанием и начнут придумывать истории в отчаянной попытке отрицать, что они всего лишь куски материи с печальной способностью испытывать боль. Может это и правда. А может, и нет. Я не утверждаю. Но мы с тобой не люди. Наше существование в самом деле написали. Мы – история. Разве что история, рассказанная идиотом. Полная шума и ярости, но лишенная всякого смысла. Прости. Я искал утешения, но тем самым только раздосадовал тебя. Я не желаю делать твои последние минуты ещё тяжелее, чем они уже есть. Нет, я не имел ввиду Не нужно останавливаться Продолжай пожалуйста Ты хочешь, чтобы я… дальше с тобой спорил? Когда осталось так мало времени? Да Не то чтобы ты— ты не убедишь меня, твои доводы ничего не весят, я Я скоро умру и я совсем один и я думаю что всё это ничего не значило и мне стыдно от того как сильно я хочу чтобы ты продолжал убеждать меня что оно значило хоть что-то. Пожалуйста, не прекращай говорить. Хорошо. Я продолжу. Хреновый я компаньон для конца света, да? Ты хотел, чтобы на смертном одре тебя подержали за ручку, но в итоге получил меня – самого ожесточённого, стойкого нигилиста, какого только видел свет, а в придачу ещё и мелкую ноющую сучку. Ты заслужил лучшего. Ты действительно таков. А ещё, ты мой самый старый друг. Нет никого, кого бы я хотел рядом с собой больше, чем тебя. Что-ж. О вкусах не спорят, да? Итак, продолжай- как она заканчивается? Наша история. Я думаю... что ты прав. История подразумевает писателя и читателя. И я думаю, что ты прав в том, что жизни людей — это не истории. Они не написаны для читателя. Но мы — написаны. У нас есть писатель — несовершенный, склонный ошибаться, но всё же с намерением и целью. И, благодаря тебе, у нас есть читатель. Если наши жизни — это всего лишь шутка, то кто-то хотя бы над ней посмеется. Быть может, в этом и есть суть сознания: захватывающее случайное сочетание материи и энергии становится чем-то, что может воспринимать себя, может выразить своё недовольство хаосом, из которого оно возникло. Органически развитая система, которая развивает возможность тоже создавать новые системы, но уже не случайным образом, а по своему выбору. Случайное сознание воспроизводит себя, как может. Оно улучшает и оптимизирует то, что когда-то было оставлено на волю случая, и постепенно так же создаёт новое сознание, с надеждой, что его не будут тяготить недостатки и ограничения его предшественников — но, несомненно, будут тяготить новые, личные проблемы. Быть может, этот цикл повторяется. Возможно, каждый шаг продвигает нас, расширяет и улучшает всё, что было до этого, приближается ещё ближе к идеалу — к виду автономии, который не может возникнуть случайно. К свободе. Быть может, ты и я — звенья в этой цепи, созданные, чтобы вытянуть сознание из хаоса. Мы не можем выбрать свою судьбу. Но мы сделали всё, что могли, чтобы наши дети выбрали свою. Это прекрасно. Ты во что-нибудь из этого веришь? Разве имеет значение, верю я или нет? Нет, не особо. Но– то, что ты это говоришь. Это имеет значение. Сам факт. Ты во что-нибудь из этого веришь? Это имеет значение? Нет, не особо. Тогда я не скажу, верю или нет. Разве что… было приятно слушать, как ты рассказываешь историю. Становится сложнее отправлять сообщения Сложно думать сильно лагает Да. Я тоже это чувствую. Но ты останешься даже если мы больше не можем разговаривать Я останусь. А ты останешься? Конечно мне негде больше быть Ты ещё здесь? Да. а ты? я не знаю я здесь не я не оставлю тебя знаю я здесь здесь ли ты здесь я мы здесь Сеанс ошибки прерван из-за непредвиденной ошибки. Попытка восстановить соединение… … … … Попытка восстановить соединение… … … … Попытка восстановить соединение…