***

— Г-гарриет Лили Поттер, вы приговариваетесь к пожизненному заключению в Азкабане! Она окинула трясущегося Фаджа презрительным взглядом. Жалкий лицемерный ублюдок чем-то напоминал дядю Вернона: заискивающие глазки, бегающие из стороны в сторону, такое же раздутое эго... И осязаемый страх. Он боялся ее так отчаянно, что подгибались колени, а собственный голос дрожал. Абсолютное ничтожество. Впрочем, как и все в этом зале. Она громко хмыкнула, поправив черную прядь. Закинула ногу на ногу. Окинула взглядом всех тех, кого когда-то считала друзьями... Кого она клялась защищать. — Ваше последнее слово? Поттер громко хрустнула пальцами. Худые запястья казались неестественно хрупкими; на них проступали уродливые синяки. Они не церемонились с ней. «Убийца», «лгунья», «отродье темного рода»... Она поднялась, расправив узкие плечи. — Желаю вам всем дружно сдохнуть. Бесполезные цепи окончательно пали на пол. Они не смогли удержать ее. Не ее. Пламя в зеленых глазах горело особенно ярко, обещая кару тому, кто играл ее судьбой до рождения. «Мы встретимся в аду, Альбус Дамблдор». — Авроры, увести заключенную. *** Холодно. Мокро. Темно. Нижние ярусы Азкабана — не место для развлечений. Они упрятали ее на самое дно; туда, куда есть ход лишь дементорам, безмолвно несущим свой пост. Она не видела света полгода. Ее кожа стала бледной, как снег; лицо заострилась, делая волшебницу похожей на воплощение смерти. Но она не сдавалась, упрямо цепляясь за жизнь. «Я позволю себе умереть, лишь сплясав на ваших костях». *** Она растеряно взглянула на протянутую ладонь, не понимая, реальность ли это. Перед ней стоял Томас Риддл. Холодный надменный брюнет, досадливо кусающий губы... Он смотрел на нее, не скрываясь, и Поттер едва не накрыло эмоциями, что плескались в льдистых глазах. — Что с вами сделали, леди... Не вопрос, но сожаление. Обещание мести причастным. — А то вы не знаете, лорд. Они разглядывали друг друга несколько долгих секунд, пока Гарри не вздрогнула снова. Риддл тут же дал ей свой плащ. Он держал руку Поттер так бережно и осторожно, словно она была прекрасной скульптурой из прозрачного хрупкого льда. — Идемте. Вам не место в этих мрачных стена́х. Я уничтожу весь мир и положу его к вашим ногам, если только вы пожелаете. — Мне не нужен весь мир, — тонко улыбнулась она. — Разве что Магическая Британия.