Часть 1

Многое в Деймоне не должно было привлекать Лану. Она должна работать, а не с упоением наблюдать за его разговорами с детективом Гамшу. А если уж и наблюдать, то за его логической аргументацией и деталями улик — никак не за его руками. Это было просто нелепо — она не должна сидеть посреди бела дня в своём офисе и думать о коже… Ради всего святого, её воображение занимали эти швы. Она не могла перестать думать о том, как бы они прижимались к её телу. Деймон отпустил детектива восвояси, внимательно изучая документ, что тот принес. Лана мгновенно вырвалась из своих грёз, полная решимости закончить свою работу, ни на что больше не отвлекаясь. Его рука, обрамленная кожаной перчаткой, резко шлёпнула документ об её рабочий стол. Слегка наклонившись вперёд, он мягким, ласково-упрекающим тоном произнёс: — Лэнни… Ты напряжена. Он не мог не заметить, как она не отрывала от него взгляда… И, кажется, хотел лишь подразнить её? — Всё в порядке, Деймон, — ответила она максимально твердым голосом, на какой была способна, пока её взгляд ускользал то в сторону стопки бумаг на её столе, то в сторону окна. Куда угодно, лишь бы не на его руки. Но всё это было тщетно. Он прикоснулся к её подбородку, чуть приподнимая его, чтобы встретиться с ней прямым взглядом. Из её уст вырвался тихий вздох, едва её лицо тронула кожаная перчатка, и она ненавидела себя за это. Но он ничего не сказал, лишь одарив её подозрительной улыбкой. Лана вскочила с места, прижимая бумаги к своей груди. — Я опаздываю! — выпалила она, выходя из-за своего стола. — Куда? — бесстрастно поинтересовался он. Она замялась, пытаясь на скорую руку сочинить хоть какое-то оправдание, но мозг её подвёл. Он приблизился, прижимая её обратно к столу, отрезая этим любые её пути к отступлению. — Ты так нервничаешь, — его голос был полон притворного беспокойства, а его руки уже освобождали её шею от кашне. — Тебе стоит расслабиться. Он чуть надавил пальцами меж её ключиц — несильно, но вполне достаточно, чтобы ей стало некомфортно. Она попыталась вырваться, отчаянно желая сбежать. Слишком уж многое в нём притягивало — ещё одного повода поддаться желаниям она просто не выдержит. Но вот он наклонился к её шее, поймав зубами её мочку уха, а рука его резко рванула её пиджак, распахивая его и заставляя пуговицы разлететься по полу — и, чёрт возьми, это не должно было ей понравиться. Она должна была испугаться и попытаться дать отпор, но никак не тереться об его ногу, едва он ступал чуть ближе, и не стонать, едва кожаная перчатка касалась её соска. Его смех, этот низкий и источающий угрозу тембр, словно разряд молнии прокатился сквозь её тело, звеня в её ушах. Едва он убрал руку, её мгновенно охватило едва скрываемое разочарование… И в этот момент он резко засунул два пальца в её рот. «Соси», — но она подчинилась прежде, чем прозвучал этот приказ. Ее крайне беспокоило то, как она наслаждалась этим кожаным привкусом и как вовсе не хотела отпускать его пальцы. Он не стал разрывать её юбку, ведь это было бы слишком легко и быстро. До нелепого медленно он тянул вверх края ткани, пока его пальцы нежно постукивали по нежной поверхности бёдер под её чулками и слегка оттягивали подвязки. Она и не заметила, как раздвинула перед ним ноги, пока его пальцы наконец не отыскали то самое место. Деймон вошёл резко, безо всяких ласк; она ожидала другого, хоть и не могла описать, чего именно. Защищённые выделанной кожей, его пальцы ощущались невероятно гладкими, пусть грубоватыми и более толстыми, чем казались. И было что-то невероятно успокаивающее в этой обезличенности, что придавали его рукам перчатки, будто бы искусственная кожа была защитным барьером и позволяла ей выйти из ситуации нетронутой, не испорченной им. Но его внезапный поцелуй вдребезги разбил все существующие барьеры. — Ты этого хочешь, — проговорил он в сантиметрах от её губ. Это даже не было вопросом, и Лана могла лишь кивнуть. Комнату словно резко озарила яркая и чертовски жаркая вспышка, и, боже, это действительно было явью. Его пальцы не прекращали двигаться в ней, растягивая и раз за разом наполняя её нутро. Она отвернулась, до ужаса смущённая тем, какой влажной она становилась от этих прикосновений. — Посмотри на меня, — попросил он, но она не могла себя заставить взглянуть ему в глаза. Но его это не особо волновало, и он лишь сильнее схватил её за шею и потянул на себя. — Ты, кажется, не поняла, — сказал он, пока её взгляд все ещё был в стороне. — Ты — моя собственность. — Смотри мне в глаза, — его хватка усилилась. Взгляд Ланы резко обратился к нему. Он улыбался, но это больше напоминало оскал хищника, чем человеческое радушие. Словно награждая её за послушание, он ускорял свой темп всё сильнее, одновременно лаская её клитор подушечкой большого пальца. Это не должно было её возбуждать — ни кожаные перчатки внутри её лона, ни держащая её за горло рука. И она не должна была кончать, сквозь сбитое тяжёлое дыхание выкрикивая его имя, и падать прямо в его объятия, едва сохраняя сознание. Она почувствовала, как её куда-то несут, держа в огромных сильных руках так беззаботно, словно она легка, как пёрышко. Должно быть, он сел за свой стул, ведь она резко почувствовала аромат кожаной обивки. И было во всём этом нечто, что заставило её разрыдаться, вцепившись в Деймона, словно крохотное дитя. — Лэнни, дорогая, не волнуйся, — прошептал он, вытирая с её щек слезы. — Ты ещё найдёшь способ меня отблагодарить.