***

« Дорогой брат, вновь пишу тебе перед сном. Это уже стало привычкой, знаешь? Каждый вечер я сажусь за стол, беру кисть и начинаю писать, будто ты всё ещё здесь, рядом. Я хочу верить, что ты читаешь эти строки. Что ты видишь меня и, может быть, даже слегка хмуришься на мой беспорядок в делах. Сегодня был особенно трудный день. Клан требует больше, чем я, кажется, способен дать. Я выслушивал жалобы старейшин, разбирал споры, решал проблемы — всё, как ты учил. Но они смотрят на меня с каким-то… сомнением. Не вслух, конечно, они ведь вежливые. Но я это чувствую. Ты бы сказал, что я выдумываю. Наверное, так и есть. Я часто вспоминаю тебя. Вспоминаю, как ты с такой уверенностью раздавал приказы, как держался прямо, как звучал твой голос. У меня не получается быть таким, как ты. Иногда я чувствую себя чужим на этом месте. Как будто весь этот груз ответственности был выкован именно для тебя, а я лишь пытаюсь удержать его, чтобы он не рухнул. На днях я достал твою саблю. Долго смотрел на нее. Она словно кричала о твоей силе, твоей воле. Мне казалось, что я слышу твой голос. Ты говорил, что у оружия нет души, если нет воли, которая его направляет. Но что делать, если этой воли больше нет, дагэ? Если её невозможно вернуть? Знаешь, говорят, что если человек пишет письма умершему, его душа может получить их. Я не знаю, правда ли это. Но, может быть, если ты всё-таки читаешь эти строки... знай, я скучаю. Каждый день, каждую ночь. Ты всегда был моим светом, моим оплотом. А теперь я остаюсь лишь с этими строками и глухим эхом в сердце. Спокойной ночи, брат. Твой Хуайсан. »