Часть 1

      Ты пробудилась ото сна с неохотой. Не спеша сжала пальцы рук, чуть поёрзала на своём месте, и лениво потянулась, ещё не открывая глаз, как вдруг твоя белая макушка ткнулась во что-то. В непонятках ты распахнула свои алые, большие глаза, и чуть ли не вскрикнула от удивления, но вовремя остановилась: над тобой нависала крупная фигура Мистера Худа. Он сидел прямо возле твоей головы, чуть склонившись над своими же коленями, не двигаясь, и ничего не говоря. Внимательного взгляда, обычно исходящего из темноты его капюшона ты не наблюдала, из чего сделала вывод — он, кажется, тоже спит. Тихо поворачиваешь голову, осматривая комнату: ничего нового: серые каменные стены, пол из потрескавшейся плитки, и тусклый, холодный свет голой лампочки. Твоё сознание не сразу осознаёт, что ты именно тут делаешь. Ну, а что поделать, если память не твой конёк?       Воспоминания возвращаются довольно быстро, хоть и постепенно: очередная встряска, злосчастные коридоры поменяли своё расположение, и ты снова оказалась одна в этом неприветливом мире. Даже мистера Краулинга не оказалось рядом. Делать было нечего, и тебе пришлось по новой разыскивать хоть какое-то знакомое место, или лицо, но вместо этого ты наткнулась на весьма элегантную, но весьма не к месту леди с бензопилой, которая явно не была рада встречи, и долго за тобой гонялась. Вбегая в очередную дверь, ты даже и не заметила, как впечаталась лицом во что-то твёрдое, и упала куда-то в сторону, разодрав себе колени. Ты осознала ситуацию, только когда режущий звук бензопилы резко прекратился, а комнату наполнил металлический запах крови. По полу растеклась большая лужа, тёмно-красного цвета, в которой бездыханно валялось тело в некогда шикарном вечернем платье, ныне с глубокой пробоиной в животе, а над ним возвышалась крупная тёмная фигура, держащая в правой руке тяжёлую секиру. Фигура неспеша повернулась, и ты уже не могла скрыть своего счастья. — Мистер Худ! — взвопила ты, приподнимаясь на локтях, пока он сделал несколько шагов до тебя. — הסכנה נעלמה. — раздался низкий голос из-под капюшона. Призрак склонился над тобой, и ты могла почувствовать как его взгляд скользит по твоему телу, и останавливается на ссадинах на твоих ногах. — אתה פצוע. כואב לך? Ты огляделась: царапины кровоточили, и ныли, но в целом, ты была в порядке, и могла ходить. Тут же тебе в голову пришла светлая мысль: почему бы тебе не попросить помощи? С мистером Худом тебе будет путешествовать явно безопаснее, чем одной. К тому же, он ориентируется в этом месте уж куда лучше тебя. — אַתָה! — прокричала ты громко, обращая на себя внимание мистера Худа — ללטף אותי!       Призрак с неким недопониманием склонил голову вбок, и опустил свою большую ладонь на твою голову, слегка трепя твою белую макушку, и только тогда ты поняла, что сказала что-то не так. — לֹא! תעזור לי! — перебрала ты фразу, и, судя по всему, верно. — אני אעזור. אני צריך לקחת אותך? — ты стало быть подумала, что он предлагает тебе последовать за ним, и тут же одобрительно закивала, но какого же было твоё удивление, когда мужчина отложил своё оружие, и нагнулся к тебе, поднимая тебя на руки с такой лёгкостью, словно ты не тяжелее пушинки. Видимо, он подумал, что из-за своих ран ты не можешь ходить. — אתה בוחר את הדרך. — призрак перехватил тебя, посадив на одно предплечье, а второй рукой подхватил своё оружие, и пошёл в указанную тобой сторону.       Какое-то время тебе было непривычно, и даже неловко от своего положения. Ты стыдливо сжалась на его руках, и крепко схватилась за его старый плащ. Рост мистера Худа был под стать местным существам, и тебе меньше всего хотелось бы свалиться на пол, хотя он держал тебя так крепко, что вскоре ты смогла расслабиться, и аккуратно опустила свою голову ему на плечо, проваливаясь в сладкую дрёму.       А потом ты оказалась тут. Судя по всему, мистер Худ заметил что ты уснула, и отнёс тебя сюда. Довольно славно с его стороны остаться охранять твой сон, а ведь он мог просто уйти по своим делам, если они у него вообще есть.       Твои алые глаза остановились на густой темноте под капюшоном. Ты догадывалась, что как такового лица у него и нет, и тогда у тебя созрел вопрос: а что есть? Его руки были вполне осязаемыми, сильными и крепкими. Так же из-под рваного подола ткани ты видела очертания его ног. Может, он как мисс Невеста, тело без головы? Тогда, где же оно заканчивалось?       Ты приняла сидячее положение, и чуть ближе продвинулась к нему: даже сидя разница в размерах ваших тел была очевидна. Ты считалась невысокой даже среди обычных людей, у тебя женственная, миниатюрная фигура, узкие плечи, точёная талия и чуть пухловатые бёдра, а ещё маленькие ладони, которые ты тихонько опустила на крепкие плечи мистера Худа. Сквозь грубую ткань ты могла почувствовать слабое тепло, что не могло тебя не удивить. Еле касаясь мужчины, ты провела подушечками пальцев вниз, по широкой груди, рёбрам, и животу, пока не достигла пояса: дальше трогать ты не решилась. На ощупь он был не менее атлетичен, чем на вид. В твоей голове всплыли ассоциации с гладиаторами из древнего Рима: хорошо сложенные, мужественные, бесстрашно вступающие в бой, умело обращающиеся с оружием. Мистер Худ хорошо подходил под это описание, только при всей своей стати он был не лишён эмпатии и сострадания, в нём сочетались, казалось бы, противоположные понятия: грубая сила и нежность, которую он к тебе проявил. От одной лишь мысли об этом по твоим щекам расплылся багровый румянец. Ты готова была поклясться, будь он человеком, прохожие бы слепли от его красоты.       Насколько тебе казалось, призрак спал довольно крепко, поэтому ты не остановилась в исследовании его тела. Ты, как можно тише, перекинула свою ногу через его, практически садясь к нему на бедро, и прижалась щекой к левой части груди, в надежде услышать там биение сердца, но к твоему разочарованию, тебя встретила лишь тишина. Ты разочарованно хмыкнула: чего ты вообще ожидала? Обиженно надув губы, ты снова оглядела этого огромного мужчину: снаружи больше ничего интересного не было, осталось проверить только одно. Ты, стараясь как можно меньше ёрзать, отодвинула пальцами край плаща, и проникла ладонью под ткань. Каково было твоё удивление, когда внутри тебя встретила пустота.       Ты удивлённо захлопала ресницами. Фигурная на ощупь и вид оболочка оказалась полой. Даже слегка расстроившись, ты повела руку глубже, как вдруг ты коснулась чего-то склизкого и мягкого. — Ой! — рефлекторно взвизгнула ты, резко выдёргивая запястье, но тут же закрыла себе рот ладонью, что, впрочем, не спасло тебя.       Призрак поднял голову, и ты снова ощутила на себе пронзительный взгляд, только в этот раз такой сверлящий, что тебе тут же захотелось свернуться в клубочек и тут же исчезнуть. Твоё лицо тут же раскраснелось, а по затылку скатилась капля холодного пота. Около полуминуты он просто смотрел на тебя, а ты замерла, будто решив, что это исправит положение. — מה אתה עושה? למה אתה נוגע בי? — нарушил гробовую тишину низкий голос, однако, выражающий искреннее любопытство.       Ты на своём родном языке не могла толком собрать необходимые слова, чтобы оправдаться, чего уж говорить про потусторонний? Ты всё ещё смотрела в сторону, но осознание всей плачевности ситуации заставило тебя неуклюже подбирать слова. — אני רוצה להכיר את הגוף שלך. — кое-как промямлила ты, надеясь, что он поймёт твоё любопытство. — למה להכיר את הגוף? — всё так же непонимающе вопросил мужчина, искоса глядя на тебя.       Судя по его интонации, данный инцидент смутил только тебя. Он действительно больше заинтересован в цели твоих действий, либо же просто не умел испытывать такую эмоцию, как смущение? Легче от этого всё равно не становилось. Раскрасневшись ещё пуще, тебе всё же пришлось признаться. — אתה חתיך. אני אוהב לגעת בדברים יפים. — в этот раз, он кажется всё понял, но не стал как-либо возмущаться, а просто молча наблюдал за тобой, и вроде бы, был не против того, чтобы ты продолжила, но ты уже была слишком смущена, так что просто пялилась куда-то в сторону, не издавая ни единого звука, и так около минуты, пока призрак самостоятельно не сообразил, что что-то не так. Тут ты почувствовала как что-то тяжёлое опустилось тебе на голову, и начало ласково поглаживать. Ты лишь вопросительно посмотрела в темноту капюшона своими большими глазами, но твоё непонимание было понято. — את יפה — אני רוצה לגעת בך.       Уж такого ответа ты никак не ожидала. Твои зрачки расширились, а сковывающее стеснение отступило, но краснота всё никак не хотела исчезать с твоих щёк. Ты смотрела молча, слегка приоткрыв рот в изумлении, и ты готова была поклясться — он сейчас улыбается. Мистер Худ наклонился к тебе, и ты зажмурилась, будто стараясь избежать дальнейшего, будто он сейчас отчитает тебя, словно ребёнка за шалости, но вместо этого, ты почувствовала лёгкое тепло на своём лбу. Это было совсем непохоже на обычный поцелуй, скорее на порыв ветерка, что сконцентрировался на твоей коже. Трепетность и нежность призрака быстро заставила тебя растаять. Твоё тело чуть обмякло, и ты схватилась за его плечи, чтобы не сползти с его бедра вниз. Прошло лишь пару секунд пока он отстранился, но для тебя этот момент словно застыл в памяти, и поразил в самое сердце, которое стучало уже настолько беспокойно, что казалось, даже мужчина рядом мог услышать его стук.       Ты судорожно сглотнула ком в горле. Уставшая, человеческая часть тебя отчаянно требовала заботы, ласки, защиты и крепкой опоры, которой была лишена в этом суровом, потустороннем мире. Не до конца контролируя своё тело, ты поддалась вверх, пока твоё лицо не скрылось за край старой ткани. Ты не могла найти его «губы» самостоятельно, но вскоре почувствовала, как плотнеет воздух вокруг твоих, мягкими порывами очерчивая их контур. У мрака в капюшоне не было ни запаха, ни вкуса, но отчего-то тебя тянуло к продолжению вашего чудоковатого поцелуя, а внизу живота завязался узел, из-за которого по твоей спине то и дело забегали мурашки. Ты заёрзала на месте, потираясь промежностью о чужую ногу, инстинктивно выискивая большего внимания и стимуляции, и чем дольше длился поцелуй, тем больше голодало твоё тело по чужим прикосновениям. Ты отстранилась. Красная, и со сбившимся дыханием, ты жалобно поглядела на мистера Худа, который держался так же стойко, как и обычно. — אתה יכול לגעת יותר? לא הראש. לגעת בכל הגוף. — просьба далась тебе с непосильным трудом, но сухая прямолинейность — единственный язык, что понимали здешние обитатели, и самый простой способ ясно выразить свои мысли для тебя было сказать напрямую, невзирая на степень своего смущения и неловкости. Дрожащими пальцами ты потянулась к первой пуговице дождевика, а когда тебе, путаясь, удалось её расстегнуть, ты перешла ко второй, а потом к третьей, пока элемент одежды не оказался распахнут и не соскользнул с твоих хрупких плеч на пол. И всё это под пристальным вниманием мужчины, и пусть все твои прелести были скрыты за свадебным платьем, этот момент тебе всё равно показался слишком уж интимным. — עָדִין. — глухо раздалось над твоим ухом, и несмотря на его немногословность, ты смогла уловить какие-то новые нотки в его голосе, выдающие в нём какие-то совсем скрытые черты.       Его холодные пальцы коснулись твоих плеч. Невесомо, чтобы ненароком не напугать тебя или не навредить. Всё же люди очень хрупкие существа. Большие пальцы бережно очертили впадины ключиц, и большие ладони скользнули на твои лопатки. Подушечками пальцев призрак водил круги по твоей спине, совсем неспешно опускаясь к твоей пояснице. Нежные движения коснулись твоих рёбер, опустились по бокам, пока не остановились на талии, крепко впиваясь в твою мягкую плоть. Под его ласковым, но от того не менее властным порывом ты прогнулась словно ластившаяся кошечка, покрепче обвивая его шею своими руками, и утыкаясь носом в основание его шеи, там где должна быть ключица. Внезапно ты почувствовала какие-то ранее неведомые вибрации под тканью. Это его «тело»? Он и сам трепетал под тобой. Вечно невозмутимый страж буквально трепетал под маленькой и беззащитной тобой. Это не могло тебе не польстить, и ты не смогла удержаться и не проникнуть своими шаловливыми пальчиками под его плащ. Твои фаланги сразу утонули в склизкой массе, но, она была совсем не противной. Что-то сродни тёплого, вязкого желе. Ты не совсем понимала, что делать дальше, поэтому просто стала совершать массирующие движения, глубже запуская свои пальчики в массу, и тут же над тобой раздалось глубокое, утробное дыхание. Судя по всему, ему нравится. Он медленно наклонил голову, пока не вжался тебе в шею лицом, одаривая твою бледную кожу уже знакомым теплом. Тебе тоже было тяжело сдерживаться. Прикосновений через ткань свадебного платья стало слишком мало, и хотелось продолжения. — אתה יכול להוריד לי את הבגדים? — почти шёпотом, с придыханием взмолила ты, сильнее прижимаясь к чужой груди. В ответ ты не услышала слов, лишь тихое мычание, выражавшее согласие. Касание на твоей талии пропало, заместо ты почувствовала копошение у замочка платья, а затем и облегчающую свободу, когда бегунок опустился до твоих ягодиц. Лёгкая белая ткань, уже ничем не поддерживаемая, спала на твои бёдра, оголив тебя до самого таза. Прохлада комнаты коснулась твоей горячей кожи так неожиданно, что ты вздрогнула, но накрывшие тебя ладони не дали замёрзнуть. К твоему удивлению, на ощупь они были довольны приятными и гладкими, и даже напоминали чем-то человеческую кожу. Мужские пальцы опустились по твоей пояснице, и зацепили край спавшего платья, и потянули его вниз. Ты немного приподнялась для удобства, и в следующую секунду оно уже лежало ненужной тряпкой у ног призрака, а тебя прикрывали лишь твои белые трусики.       Мужская рука грациозно спустилась по твоему бедру к коленке, и задержалась там, словно мужчина и сам наслаждался касаниями к твоей бархатной коже. Он обогнул твою коленку, уже тыльной стороной скользя по внутренней части твоего бедра, в непозволительной близости от твоего сокровенного местечка. Этот круг он повторил несколько раз, и каждый раз ты мысленно надеялась, что он перейдёт черту, и ты наконец-то почувствуешь его там, но будто специально, его рука обходила ком твоих желаний стороной, оставляя за собой лишь послевкусие разочарования. Когда чужие пальцы вновь приблизились к твоей промежности, ты спешно накрыла их своей ладошкой, останавливая, затем ты, уже вся дрожащая от волнения и предвкушения, повела его к краю своего белья. — שם… מגע… — промямлила ты, но он тебя услышал. Мистер Худ чуть сильнее надавил на твои складочки через ткань, извлекая из твоей груди не то стон, не то скулёж, однако звучало это настолько жалобно, что мужчина уже хотел отстраниться от тебя, но ты снова остановила его, настолько смущённо, что аж кончики твоих ушей покрылись краской. — לֹא. אין צורך להפסיק. אני מרוצה.       Подозрение мужчины не спало даже после твоих уговоров, но явно придало ему уверенности в продолжении. Он вновь приник к тебе, и одним пальцем отодвинул край трусиков в сторону, другим же погружаясь меж твоих уже влажных, набухших складочек, и только в этот блистательный момент ты обнаружила, что у него нет ногтей! Это внезапное открытие породило в твоей туманной голове ещё больше пошлых, и не менее виртуозных мыслей. Тем временем мужские пальцы уже вовсю изучали твою намокшую вульву. Проходились по каждой складочке, а когда внезапно касались клитора — стон наслаждения разбавлял твои громкие вздохи. Призрак быстро смекнул, насколько менялась твоя реакция в зависимости от направления его пальцев, и тогда он сфокусировался исключительно на особо чувствительном бугорке, лишая тебя возможности сдерживать стоны в себе, и тут же комната наполнилась вибрациями твоего мелодичного голоска.       Подушечки пальцев с нарастающим темпом потирали твой клитор, и тем сильнее тряслись твои ноги, вдрагивая каждый раз, стоило мужчине чуть грубее надавить на горошинку. Подушечка его указательного пальца то обходила клитор вокруг, то напрямую приходилось по нему, надавливая, каждый раз пуская новую волну возбуждения по твоему телу, которому становилось мало. В поисках большей стимуляции, ты начала ёрзать на мужском колене, стараясь как можно сильнее прижаться к пальцам, но ты только съезжала по гладкому бедру вниз, размазывая свои естественные соки по чужой ноге. Благо, мистер Худ быстро заметил твою небольшую трудность. Свободной рукой призрак подхватил тебя за ягодицу, и подтянул обратно к себе, устраняя любое неудобство.       Сполна изучив тебя снаружи, мужчина начал искать и другие твои чувствительные места. Его пальцы скользнули вниз, и тогда ты почувствовала его у самого входа, а он сокращения твоего влагалища, когда подушечка чуть давит на дырочку, раздвигая гладкие мышцы. Всё твоё тело вытянулось и выгнулось, когда ты почувствовала все три фаланги внутри себя. Он намного больше, чем ты могла предположить, намного больше человеческого, под стать своему владельцу. По твоей спине скатываются крупные капли пота, и тебе становится невыносимо жарко, когда ты чувствуешь движения внутри себя. Медленные, неуверенные с какой-то стороны, выверяющие твою реакцию, но ты только тихо стонешь в ответ, распираемая от давно забытого удовольствия. Когда мужчина понимает, что тебе хорошо, он заметно ускоряется, надавливает сильнее на стенки твоего влагалища, задевая точки, из-за которых в уголках твоих глаз выступают слёзы, а из полуоткрытого рта стекает тонкая дорожка слюны. Ты крепче цепляешься за чужой капюшон, и тихо шепчешь на своём языке между стонами, как тебе хорошо, думая, что тебя не поймут, вот только по твоим реакциям прочитать твои мысли оказалось не так уж трудно. Твоё влагалище уже с лёгкостью поддаётся давлению, сладкая истома спадает, и тебе становится катастрофически мало. Ты собираешь все остатки воли в кулак, чтобы произнести пару коротких слов: — שתי… אצבעות.       Мистер Худ напряжённо хмыкает, но как обычно, прислушивается к тебе. Ты чувствуешь как стали гладкие стенки расходятся вдвое сильнее, впуская в себя ещё один палец. Тянущее чувство удовольствием смешанным с кратковременной болью расходится по твоему телу, словно внезапный удар тока, заставляя тебя громко вскрикнуть. Тут же движения внутри тебя прекратились, но мистер Худ не вышел из тебя. Он дождался, пока ты переведёшь дух, лишь чтобы убедиться, что всё в порядке. — נפגעת? — до твоего уха донёсся низкий, тихий голос. В нём ты услышала то волнение и беспокойство за тебя, воспоминаний о котором у тебя никогда не было, и это задевало твоё человеческое сердечко до самой глубины, так что тебе пришлось неистово подавлять в себе желание тут же разреветься. Ты хаотично мотала головой из стороны в сторону, вытирая глаза о потрёпанную ткань. — Нет, пожалуйста, не прекращай… пожалуйста… — у тебя уже не хватало самообладания подбирать слова на чудном языке, и тебе оставалось надеяться лишь на понимание самого мистера Худа.       Но твои ожидания не оправдались. Вместо этого, ладонь, что была ранее на твоей ягодице, обвилась вокруг тебя, вплотную прижимая к телу призрака. Казалось, оно стало гораздо теплее, чем тебе показалось в первый раз. Ты совсем затихла, прислушиваясь к ощущениям своего тела, и постепенно тревожные мысли в твоей голове улеглись, уступая место благодатному штилю. Твоё дыхание почти выровнялось, и стало таким лёгким, словно ты вдыхала утренний морской бриз, а не холодную сырость тусклой комнаты. Тревога совсем отступила. Заместо неё тебя переполнил приятный трепет, и сладкая истома, которые выражала цветущая улыбка на твоём лице. Ты чуть прогнулась, заглядывая в беспросветную темноту капюшона, но в ответ на тебя смотрели с таким очарованием, которым просто невозможно было не заразиться. Ты обхватила его затылок двумя руками, и потянулась вверх, вовлекая в новый поцелуй, нежный и аккуратный. Приятное тепло разлилось по твоему телу, ты старалась притянуть его ближе, пусть до конца не понимала, что именно и где целуешь. Почувствовав, как ты окончательно расслабилась, мужчина уже уверено, но плавно продолжил свои манипуляции внутри тебя. Подушечки его пальцев гладили стенки твоего влагалища, неосознанно касаясь самых чувствительных точек, от чего ты довольно мычала и даже мурлыкала в поцелуй, всё никак не желая отстраняться.       Каждое движение фаланг внутри тебя распаляло тебя всё больше, а твой жар побуждал мужчину всё уверенней двигаться внутри тебя, и не понадобилось много времени, чтобы к твоим довольным стонам прибавились ещё и весьма и весьма неприличные хлюпающие звуки, заставляя тебя снова краснеть до самых кончиков ушей. Ты оторвалась от поцелуя, но всего на секунду, набрать в лёгкие кислорода, и вновь припасть к нему, пылко и страстно, так, как никого ранее ты не целовала. Ты уже вовсю виляла тазом, стараясь как можно сильнее насадиться на пальцы, ведь твоё тело явно давало понять, что надолго тебя уже не хватит.       Ты была где-то на грани, но никак не могла достигнуть желаемого всплеска удовлетворения. Ещё совсем капельку, одна лишняя стимуляция, и ты была готова взорваться, словно часовой механизм. Мистер Худ, будто читая твои мысли, или же так хорошо читая язык твоего тела, внезапно вспомнил о твоём чувствительном клиторе, и в следующую секунду ты почувствовала как большой палец накрыл набухшую горошину, настойчиво массируя её, и тогда уже ты не могла сопротивляться. Ты простонала громко, болезненный узел в твоём животе лопнул, растекаясь волной головокружительного оргазма по всему телу. Твои ножки судорожно затряслись, а в следующую секунду размякли, и совсем тебя не держали. Ты, обессиленная, повисла на шее гиганта, переводя сбитое дыхание.       Около минуты вы сидели неподвижно. Мужчина не хотел тебя беспокоить в столь, казалось ему, важный момент, и только когда твоё сознание начало возвращаться к тебе, вынул свои пальцы, и как-то излишне внимательно стал рассматривать блеск твоей смазки на свету, как-то по-забавному склоняя голову то в один, то в другой бок. Краем глаза ты наблюдала за этой картиной, всё ещё прижимаясь к чужой груди, как вдруг призрак выкинул уж совсем нетипичное, особенно для себя, заключение: — חָמוּד.