Часть 3

      Лейла вышла из ванной румяная и чистая. Приятный шампунь, свежее полотенце и, наконец, какая-никакая еда в виде остатков крупы и банки консервированной тушенки. А еще свежая одежда. Светлая мини-юбка и розовая майка на бретелях. Спросите, откуда вся эта роскошь? — Прости еще раз, мама. Я вломилась в твою бывшую квартиру, помылась, поела и оделась в твою одежду. Надеюсь, тебе не жалко таких мелочей для дочери? — Разглядывая рабочий стол, она болтала себе под нос. На столе лежали бумаги, исписанные от руки. Видя на них мамин почерк, она не смогла пройти мимо, жадно вчитываясь в каждую строку романа.       Кажется, это была приключенческая книжка про некую Айрис и, видимо, это должна была быть вторая часть. Оглядевшись еще раз, подошла к книжной полке и стала разглядывать названия. Первая «Айрис» нашлась там же, едва ли не спрятанная в угол. Задумавшись, почему Люси никогда не рассказывала ей о том, что была автором успешного романа, она все же трепетно запоминала каждую строку. Да так и уснула в обнимку с «Айрис», свернувшись калачиком на розовом пледе. Приятное чувство безопасности и тепло от осознания, что все в этом пространстве несет память о ее матери.       Вскочив рано утром от необъяснимой тревоги, наткнулась на две пары глаз, смотрящих на нее в упор. — Видишь, я же сказал, что это не Люська! — Рыкнул явно рассерженный мужчина средних лет, обернувшись на синего кота с крыльями. Медленно моргнув, она протерла глаза. Кот. Синий. С крыльями. Тот самый, о котором рассказывала мама. — Но ведь похожа! Глаза только отличаются! Ну и родинка эта, но ведь… — Говорящий синий кот с крыльями. Подскочив на ноги, девушка слетела с постели и выставила перед собой книгу, крепко сжатую в руках. — Нацу, думаю, она напугана. — Да и что с того? — Фыркнув, мужчина взлохматил копну розовых волос и бросил на нее еще более сердитый взгляд зеленоватых глаз. Кого-то они ей напомнили, но не знала кого. — Она сюда без спросу вломилась и хозяйничает, как будто имеет право! То, что я дождался, пока она встанет, уже большая услуга! Ты, мелочь, кто такая? — Ле… Лейя, — она побоялась произнести свое имя. А вдруг этот Нацу знает ее бабушку? Он точно знает ее маму, так что может быть и недоволен. Поспешно опустившись на колени, блондинка склонила голову. — Мне было некуда идти и нечего есть… Я прошу прощения, мне так жаль!       Опустившись на колени, она сдерживала слезы обиды. Она не могла признаться в том, что является дочерью своей матери. Не могла пользоваться этим пространством. Не могла с гордостью назвать свое полное имя, вынужденно используя короткую форму. Что она вообще могла? — Как ты вообще узнала, что здесь никого нет? — Летающий кот опустился напротив нее, заглядывая ей в глаза. Что же он надеялся там увидеть? Раскаяние или наоборот? — Свет не горел, — не то, чтобы это была неправда, скорее это была не вся правда, лишь ее часть. — Я была в отчаянном положении и мне очень жаль, но я не знала куда пойти. — Но в городе есть ведь лагерь беженцев, да и помощь в соборе Кардии тоже оказывают, — порассуждал мужчина, задумчиво потянув воздух носом. — Теперь здесь все воняет. — Да ладно, Нацу, мы ведь и сами сюда постоянно вваливаемся как к себе домой еще со времен вступления Люськи в гильдию, вот она и подумала что тут проходной двор, — похихикав, говорящий кот забрался на помятую постель и тяжело вздохнул. — Так что с ней делать будем? — Сдадим совету, что тут еще можно сделать? Влезла на территорию имущества гильдии… — Такие рассуждения заставили ее серьезно напрячься. Она не знала, какие наказания полагаются за такие проступки, но явно не хотела бы их получить за то, что воспользовалась тем, что принадлежит ей по праву. — Но мы ж их терпеть не можем? — Вопрошающе ответил кот. Боже, что происходит в этом мире? Почему коты синие, да еще и говорят?       Разглядывая обложку сжатой в руках книги, она постаралась вспомнить улыбку своей матери и то, что она рассказывала про этого самого Нацу. Лейла помнила это имя, она довольно часто звучало в рассказе о прошлом. Первый друг ее мамы из гильдии. Она описывала его как безбашенного, веселого, глупого и дружелюбного. И почему-то ни одно из этих прилагательных не ложилось на образ человека, возвышающегося над девушкой. Тот ли это был Нацу? Вероятно, да. Остался ли он прежним? Пожалуй, нет. Скажи она, что кровная дочь той самой Люси Хартфилии, ее бы загоняли проверками. Столько лет прошло, что никто не поверит и не заподозрит. — Я могу вступить в вашу гильдию? — Задав этот вопрос в лоб, она не рассчитывала на положительный ответ. — Если будет рекомендация, — неоднозначно буркнул Нацу, опустив взгляд на девушку. Она и правда была похожа на Люси, но пахла она слишком резко. Люси источала нежный запах розового сада, ведь по сути своей была аристократкой с детства. А эта девчушка пахла порохом и горечью. А еще чернилами. Очевидно, что она прожила не самую легкую жизнь. — Мне обещали ее дать, но мне стало неловко и я убежала, — неуверенно буркнула Лейла, понурив голову. — Да и магией я владею так себе. Даже специальности никакой нет. — Айя, ты чего из пещеры выбралась что ли? — Когда с тобой разговаривает синий кот, хочется только завязать с выпивкой, да только ей и так ее нельзя, она ведь несовершеннолетняя. — Вроде того, — уклончиво согласившись, блондинка с мольбой взглянула на Нацу снизу вверх. — Прошу, дяденька, разрешите мне вступить в гильдию. — Кхм, встань для начала, — неловко кашлянув, он даже подал ей руку, но она ее благополучно проигнорировала. Вообще-то, всматриваясь в эти серо-зеленые глаза, она вдруг подумала, что он мог бы быть ее отцом. Он ведь лучший друг ее матери? Наверняка, между ними искры летали. — Надо бы Эрзу предупредить. Да и Лис тоже рассказать. — Ну, Эрза любит всех несчастных подбирать, — хихикнул все тот же кот, поднявшись с постели, он последовал на улицу через окно вслед за Нацу. — Ты идешь, лазутчица? — Я… Я через дверь, пожалуй… — Вчера ее удивило, почему окно было не заперто, а оказывается его используют вместо двери.       Поднявшись, она оглянулась через плечо и все же позволила себе потратить пару минут на то, чтобы умыться.       Обувшись в высокие коричневые ботинки, девушка помялась на пороге и все же покинула квартиру, оставляя боль от потери матери за этой дверью. Шагая в новую жизнь, она не может продолжать жалеть о том, что мертвых нет рядом. Пора наконец привыкнуть. Так было всю жизнь, абсолютно всегда. И когда в соседский дом попал снаряд, похоронив под обломками дружелюбного дяденьку. И когда щенка, с которым она играла весной, летом напугал звук стрельбы и он кинулся под колеса. И даже когда она спокойно спала дома, а ее мать ранило на ночной прогулке. Всю ее жизнь она видит как кто-то умирает, но никогда не оказывается готова к этому.       Лейла молча шагала вслед магу и летающему коту, размышляя о том, как приятно было в маминой квартире. Когда-то маминой квартире. А еще она случайно забрала с собой «Айрис», видимо, не сумев до конца отпустить маму. Двое взрослых шли и болтали о том, чем будут перекусывать в гильдии. Такой простой диалог, каких у них, наверняка, была уйма, напомнил ей о тех редких безмятежных месяцах жизни, когда они с матерью работали, спали, ужинали вдвоем и просто болтали. Мотнув головой, она снова выбросила мысли о матери из головы.       И вот она стоит на пороге грандиозно огромного здания гильдии, не решаясь войти. Только вот стоящий за ней Нацу не церемонится и подталкивает ее в спину, зачем-то выбивая с ноги огромную деревянную створку. Двери распахиваются, открывая перед ними несчетное количество человек и столов. Начинают сыпаться приветствия, и все так хорошо и здорово, что ей едва не становится плохо. Почему они так безмятежно счастливы? — Нацу, кого это ты опять привел? — Откуда-то долетел вопрос, но она не стала на него оборачиваться. Все девичье внимание забрала аловолосая девушка за барной стойкой, ту окутывала невероятная аура воина для кого-то ее возраста.        Насколько она помнила, то алыми волосами отличалась только та легендарная Эрза, которая была очень крутой, если верить рассказам. Но ведь ей должно быть где-то под сорок? А эта выглядит на все восемнадцать. Подобное размышление завершилось победой разума, подсказавшего, что не только у Люси мог родиться ребенок за это время. — Сансет, где Эрза? — Не утруждаясь приветствиями, огненный маг просто обратился к той девушке, привлекшей ее внимание. Та встрепенулась, смущенно оглянулась и расправила плечи. — Мама была у себя, говорила, какая-то работа осталась, — развернулась на барном стуле девушка, вежливо отвечая на вопрос мужчины. — А кто это с Вами, дядь Нацу? — Да так, нарушительница спокойствия, — неоднозначный ответ поставил точку в этом разговоре. — Мира, накорми ее пока, а я с Эрзой потолкую.       Взрослая женщина с пепельными волосами стояла за барной стойкой и нежно улыбалась, натирая красивые бокалы. Лейла обернулась на приведшего ее мужчину, но тот уклончиво взмахнул рукой в сторону стойки и пошел к лестнице, ведущей на второй этаж. Проводив его взглядом, все же обернулась к группе красивых незнакомых девушек и скромно села на предложенный стул. Ей было ужасно неловко, но если она планирует остаться в этой гильдии, то стоило бы начать с хорошей ноты. — Здравствуйте, меня зовут Лейя, я хочу вступить в вашу гильдию, о чем попросила того дяденьку, — выложив все на духу, она посмотрела на оперативно поставленную перед ней тарелку с рисом и овощами. Поблагодарив и съев пару ложек, вдруг почувствовала непрошенную влагу на щеках и споро утерла ее. — Это очень вкусно!.. Спасибо, правда, огромное спасибо!..       Ее не перебивали и не заваливали вопросами, а просто дали спокойно поесть. Хотя, наверняка, у многих были вопросы и по поводу ее внезапного появления и по поводу спонтанных слез. И от этого было так тепло на душе. Она вдруг поняла, почему за столько лет ее мама так и не отпустила воспоминания об этой гильдии.       Когда эмоции поутихли, она почувствовала на себе чей-то яростный взгляд и оглянулась в поисках источника. С одного из центральных столов на нее взирал Лави, которого она бросила посреди разговора из-за своих внутренних демонов. Теперь ей это казалось отвратительным поступком. Для начала стоило бы извиниться.       Но к тому времени, как она обратила на него внимание, успел вернуться Нацу в компании женщины, что один в один была похожа на девушку по имени Сансет. Эрза, как догадалась Лейла, была серьезной красавицей средних лет с алыми волосами до колен и холодными карими глазами. В ее присутствии ей захотелось сжаться и спрятаться за чьей-то спиной, только вот союзников здесь у нее не было. — Ты и есть та самая вторженка? Признавайся, ты шпионка из Ворона? Аль еще откуда? Как посмела посягнуть на святое? — Нависнув тенью над хрупкой девушкой, Эрза за мгновение вытащила откуда-то меч. Лейла успела лишь увидеть вспышку света, так что посмела подумать о магии. — За проникновение на территорию гильдии членом вражеской группировки подразумевается наказание путем… — Я же объясняла мистеру, что мне было некуда идти и нечего есть, а в том доме просто не горел свет, и я… — Оправдания были весьма жалкими, но правда им не понравится еще сильнее. Лучше ее поругают и скажут, что так нельзя и вообще плохо, чем скажут что она оскверняет память об их старом друге. — Нацу, ты же сказал, что она просто туда влезла и похозяйничала? Но ведь с ее слов ей нужна помощь, — женщина нахмурилась пуще прежнего и схватила мужчину за плечо, сдавив.       И так начался допрос Лейлы, в который вмешался еще и Лави, подтвердив, что она просто нуждающаяся в помощи беглянка. На ее удивление, он промолчал про историю о другом мире. Возможно, просто не поверил до конца. И все же ей это было на пользу.       Как оказалось, Эрза «Титания» Скарлетт в нынешнее время является мастером гильдии «Фейри Тейл» и заведует всеми делами, а Нацу «Саламандр» Драгнил является ее правой рукой. Так же есть еще Грей Фулбастер, которого сейчас нет на месте, но он тоже один из управляющих гильдии. Лейла на секунду представила, что ее мама могла бы быть здесь такой же управляющей наравне с этими тремя. А сама она бы росла в окружении любви своих заботливых родителей и тетушек с дядюшками из гильдии. Она бы была своей.       Но жизнь в очередной раз подшутила над семьей Хартфилия, сделав ее чужой. И эта простая истина резала по сердцу хуже ножа.