Часть 1

Ночь окутала землю своим тёмным покрывалом, а мы с Линкольном были далеко за пределами лагеря. Вряд ли Эбби одобрила бы нашу вылазку, скорее всего, её сердце разорвалось бы от волнения. Но ей давно пора было понять, что времена Кавчега закончились. На Земле царят другие законы, другие правила, которые не писаны для первой сотни спустившихся на эту планету детей. Мы научились выживать без их руководства, находить свои уголки спокойствия и счастья в этом мрачном мире. И никто не сможет это отнять. Мы сражались за свои жизни, сами добывали себе еду, и сами отбивались от угроз. Так что то, что мы с Линкольном ушли в лес, достаточно далеко, чтобы патрули и свет лагеря не мешали нам, было вполне нормальным явлением. Линкольн сидел, прислонившись спиной к массивному стволу дерева. Его могучая фигура казалась частью природы, а я прижималась спиной к его груди, чувствуя его тепло, которое согревало меня изнутри. Огромные ветви деревьев прятали нас в своей тени, словно оберегая от посторонних глаз. Нам просто нужно было побыть рядом, без лишних слов, без беспокойств. Странно было осознавать, что сейчас, когда перемирие между нашими народами, казалось, наступило, мы всё равно предпочитаем скрываться. Он взял мои руки в свои ладони, и наши пальцы переплелись, заставляя меня каждое мгновение быть уверенной в том, что никто на всей этой планете не видел его с этой стороны. Не видел его таким... спокойным, нежным и ранимым. Для всех он был воином, кто-то считал его жертвой, а для кого-то он навсегда останется предателем. Но для меня он был просто тем, кому я позволяла к себе прикасаться, за кем я готова была пойти хоть на край света. Он стал моим домом. Рация, которую Рейвен заставила меня взять с собой, валялась на земле рядом с нами, и мы, откровенно говоря, даже забыли о её существовании. Поэтому, когда Линкольн отвлёк меня от попыток разглядеть звёздное небо и прижался тёплыми губами к коже моей шеи, я слегка вздрогнула, но затем лишь улыбнулась и извернулась в его объятиях так, чтобы моя голова лежала на его плече и я могла видеть его лицо. Его глаза сияли в полумраке, и я тонула в их глубине. – Кто бы мог подумать, что мир между нашими людьми всё-таки возможен? – тихо прошептала я, голос прозвучал спокойно и мягко. – Кто бы мог подумать, что ты придёшь в мою деревню с одной заученной фразой и заставишь Индру вернуть меня? – проговорил Линкольн, а я ни могла не хохотнуть, вспоминая этот нелепый момент. – У меня был ценный для них заложник, – усмехнулась я, глядя ему прямо в глаза. – Да, Нико мне это когда-нибудь припомнит. Я опустила голову вниз и глубоко вдохнула. Воздух становился всё холоднее с каждой ночью, и через пару дней горло уже будет саднить от глубоких вдохов. Но пока ещё нет, и можно было наслаждаться тишиной и свежестью ночного леса. Линкольн нежно обхватил мою талию руками, а затем удобнее устроил меня так, чтобы он без труда мог видеть моё лицо. Я не понимала, откуда в нём столько сил, но мне было всё равно. Всё, что я чувствовала - это его тепло. Его губы накрыли мои, и я забыла обо всём на свете. В следующее мгновение мы оба валялись на холодной земле, а в моих волосах красовался целый гербарий из листьев и веточек. В тот момент казалось, что весь мир существует лишь для нас двоих, и мы могли позволить себе забыть обо всех проблемах и угрозах. – Надо сказать, чтобы они не увлекались... – сквозь треск и шипение донесся мужской голос, заставивший меня и Линкольна резко отстраниться друг от друга. Я так внезапно дернулась, что слегка ударилась о землю. – Не лезь к рациям, Уик. Если они тебя услышат, то тебе несдобровать! – это точно был голос Рейвен, резкий и раздраженный. Рация? Я толкнула Линкольна в плечо, а затем кивнула в сторону рации, закатив глаза. Мужчина лишь усмехнулся и, вновь притянув меня к себе, повалился обратно на землю. Его губы опять накрыли мои, и все проблемы и беспокойства растворились в этом жарком поцелуе. Рация ушла на второй план, когда его язык прошёлся по моей верхней губе и слегка оттянул её зубами. Я застонала на это действие со стороны Линкольна, вцепившись в его одежду. – Да не услышат они меня – беспечно произнес Уик, видимо, не осознавая последствий своих слов. – Если мы их слышим, то, скорее всего, и они нас, – пробурчала Рейвен, ее голос был полон сарказма. – Это же не мы там решили орошить полянку, – парировал Уик, и по его тону было понятно, что он не воспринимал ситуацию всерьез. –Уик! – в голосе Рейвен послышалась явная угроза, и я невольно усмехнулась. Она всегда умела поставить его на место. Мы с Линкольном не выдержали и расхохотались так, что наш смех эхом разнесся по всему лесу. Уверена, что даже в лагере его можно было услышать без особых усилий. Я потянулась к рации и, взяв её в руки, слегка прибавила звук, чтобы лучше расслышать их спор. – Вам конец! – с иронией произнесла я, надеясь, что они нас услышат. – Господи, она слышала нас! – в панике выкрикнула Рейвен, ее голос был полон смятения. Уик же, напротив, лишь хохотал в ответ, наслаждаясь произведенным эффектом. – И что с того? Мы просто разговаривали, – Линкольн улыбнулся на эти слова, помогая мне подняться с земли. Его глаза сияли от веселья, и меня тоже охватил приступ безудержного смеха. – Это же они в лесу шалят, – добавил Уик. Мы стояли рядом, наши плечи соприкасались, и я чувствовала, как между нами нарастает тепло. На миг мы забыли о мире, полном проблем и угроз, и позволили себе просто наслаждаться моментом, смеясь над нелепостью ситуации. – О Господи, Уик, заткнись! – голос Рейвен, полный отчаяния, прорвался сквозь шипение рации. – Чего вы так орёте? – послышался голос Беллами, который, видимо, только что вошёл в отсек Рейвен и был совершенно не в курсе происходящего. Его голос звучал раздражённо и немного обеспокоенно. – Твоя сестра в лесу... и не одна, – ухмыляющийся голос Уика заставил меня рассмеяться. Линкольн взял меня за руку, и мы пошли в сторону лагеря, наслаждаясь весельем, царящим в эфире. – Мы уже возвращаемся, Белл. Всё в порядке, – сказала я в рацию, стараясь сохранить спокойствие, хотя внутри всё ещё бурлило от смеха. – О да, у них было всё в порядке... – протянул Уик, делая акцент на последнем слове. – Пока ты не начал говорить! – заявила Рейвен, и Уик вновь расхохотался, словно в этом был какой-то особый смысл. – Ах ты маленькая извращенка, хотела подслушивать подругу с её бойфрендом? – поддразнил её Уик, а я в очередной раз не смогла удержаться от смеха. – Что за хрень вы несёте? – выпалил Беллами, явно не понимая, что происходит и почему они так себя ведут. Было понятно, что он уже устал от их перепалок и не собирался терпеть их дальше. Он явно не ожидал, что в их тихой и спокойной комнате может твориться такой балаган. Не в силах больше слушать этот сумасшедший дом, мы с Линкольном уменьшили звук рации и, продолжая держаться за руки, направились обратно в лагерь. Мы понимали, что наш ночной побег, закончился, и нас ждут обыденные заботы и проблемы. Но эти моменты веселья и беззаботности, проведенные вдвоем, дали нам силы двигаться дальше. И хотя мысленно я уже была готова к очередной взбучке от брата, в душе я чувствовала легкость и удовлетворение от того, что провела это время именно так, как хотела.