Пролог.

***

      — Насколько вы близки с мисс Дайон Анет Лепаж, студенткой Университета Южной Калифорнии и нападающей команды Троянцев? - прозвучал из темноты голос следователя Джонса.       Жан понурив голову, пытаясь избавиться от попадания яркого света лампы в глаза, сидел сложившись в три погибели на ужасно неудобном и твердом стуле.       — Мы играем в одной команде. - ответил он.       Следователь выдержал паузу, очевидно, надеясь получить таким образом больше информации, но сдался и продолжил:       — Ваши товарищи по команде другого мнения, Моро. Они уверяют, что вы проводили много времени вместе. Что сподвигло вас опровергать этот факт?       — Значит, они глубоко ошибаются, потому как Лепаж весьма скрытная личность. - едко заметил Жан.       Следователь шумно выдохнул, что свидетельствовало о том, что в этой комнате сегодня он провел не один час и его терпение близилось к завершению.       — Поверьте, вы могли бы помочь следствию и себе тоже. С вашей стороны очень глупо отказываться от помощи, ведь ситуация в которой вы оказались очень шаткая.        Это высказывание Жан встретил молчанием, но все же задумался и, кажется, Джонс заметил это. Он не стал прерывать его раздумья, а откинулся на спинку своего более удобного стула в ожидании.       — Возможно, мы и провели какое то время вместе, но все что я знал о ней оказалось ложью. Разве после всего я могу подтвердить то, что мы близки? Я не испытываю ничего кроме отвращения к этому человеку. Это все что я знаю.       — Жан, вы избили мистера Хилла.        — Это была самооборона. - твердо настоял Жан, хотя сам не верил в свои слова.       — На вас нет следов насилия, чего не сказать о мисс Лепаж. Вы хотите сказать, что мистер Хилл напал на вас, когда вы обнаружили их в квартире Лепаж?       Жан сжал челюсть от негодования так сильно, что проскрипел зубами. Еще свежие воспоминания о произошедшем вонзались словно лезвия, нарушая покой, который Жан так тщательно удерживал в себе, чтобы не взорваться и не перевернуть стол, а затем встать и метаться из стороны в сторону как запертый в клетке зверь, ища хотя бы щелку из которой мог дуть свежий воздух.       — Я видел, что Хилл… - начав было заикнулся Жан, но справившись с чувством тошноты продолжил, но с другого места, - Хоть я и испытываю отвращение к Лепаж, но мы все же в одной команде. Хилл набросился на меня. - заключил держась холодно Жан.       Следователь Джонс не торопился менять тему, а потому ожидал продолжения, но так и не дождался.       — Скажите, Моро, вы что то знаете о семье Лепаж? - вздохнув уже более свободно проложил Джонс.       — Понятия не имею.       — Знаете, что странно? - спросил Джонс с наигранной озадаченностью, - Брат Дайон, некий Энзо Лепаж, совершивший самоубийство за день до инцидента с Дайон, в своей записке не один раз упоминает ваше имя. Хотите сказать, Дайон рассказывала брату о вас? Джереми Нокс утверждал, что они были в плохих отношениях и практически не виделись за все время учебы.       Жан хмыкнул только лишь потому что был удовлетворен тем, что Джонс верил Джереми больше.       — Забавно, что вы не допускаете того, что он мог следить за ней. Тем более, это было не так сложно, ведь Лепаж лучший игрок за всю историю экси и Сборная только ждет ее выпуска.       — Ждала. - поправил его Джонс.       Жан резко подпрыгнул с места, хлопнув ладонью по столу.       — Сборная не потеряет этого игрока! Они не смогут отказаться даже после случившегося. Слишком высокая цена!       Следователь незаметно ухмыльнулся тому, что нашел слабое место Моро и продолжил:       — Мы еще не знаем точно о состоянии мисс Лепаж. Боюсь, что если Сборная даже и захочет отдать место Лепаж, то сможет ли сама Дайон принять это предложение. Вы знаете, что после клинической смерти есть огромная вероятность не вернуться в спорт?       — Лепаж один из самых востребованных игроков! Если бы вы хоть немного смыслили в экси, вы бы знали не ее лицо на тупых обложках журналов или рекламных щитов, а гениальность стиля игры! У нее нет варианта покинуть поле даже под дулом пистолета!       Жан упал обратно на стул и, сжав лицо руками, тяжело задышал, пытаясь с чем то справиться. По всей видимости, с накатившимся приступом истерики.       Следователь Джонс заметив состояние допрашиваемого поднялся с места и объявил перерыв. Выходя из комнаты, он буркнул офицеру:       — Он явно знает больше, чем говорит. Не своди с него глаз.       Жан не ожидал что через полгода после того как окажется среди Троянцев будет сидеть в комнате для допроса. И не благодаря собственной истории, а благодаря Дайон Лепаж. Зверски самодовольной выскочке, не достойной провести на белом свете ни дня, но абсолютно гениальному игроку в экси. Только лишь этот огромный коэффициент заслуг в спорте перекрывал личные недостатки Дайон. Да и что уж скрывать. Какое то время, Жан действительно прикипел к острому уму и языку патологической лгуньи, а потому сейчас испытывал наиболее сильную неприязнь услышав ее имя. И теперь, когда он единственный знал правду, чувствовал себя мерзким соучастником, ведь Джереми, Кэт и Лайла даже представить себе не могли какую змею пригрели на собственной шее.       А, ведь, трое вышеупомянутых души в ней не чаяли. Жан считал это верхом несправедливости. Хотя о справедливости он стал мыслить только благодаря Лепаж. Она прекрасно знала, что Моро ее возненавидит и делала все, чтобы это произошло наиболее успешно. Впрочем, это было ее очевидное желание с самого начала, когда Дайон только узнала о появлении Жана среди Троянцев.       Но все же, вернемся к сути. Если вы ничего не слышали о Лепаж, должно быть глухи, а если никогда не видели, слепы. И на всякий случай, расскажу обо всем с самого начала, а может и нет. Никто точно не знает о самом начале, кроме нее самой, конечно же. Таким образом и Жан ничего не смыслил о том, откуда взялась Лепаж. Очевидно, что Франция была ее родной страной, но одной фамилией будто все заканчивалось. На многочисленных интервью Дайон утверждала, что учителем в экси был ее родной отец, Луи Лепаж, который занимал не последнее место в продвижении этого спорта на родине. А его смерть побудила Дайон работать еще более усердно и, вовсе, переехать в Штаты, где заимела большой успех не только великолепной игрой, но и выдающимися внешними данными. Она была высокой девушкой с длинными конечностями и подтянутым стройным телом. Не будем таить то, что красота Дайон вписывалась в понимание множества людей, а оттого, недолго прожила она в новой стране незамеченной. К тому времени, как Жан оказался на четвертом курсе университета Южной Калифорнии, изображения Дайон занимали даже те рекламы, которые к спорту толком и не относились. Да, и лицом, эта девушка вышла неплохо. Оно удивительным образом соединяло в себе детскую непосредственность глаз, сверкавших темным шоколадным оттенком под светом софитов, словно гиацинтовые бусины, и сдержанность и взрослость от умения показать себя на публике и перед камерой. Мимика ее лица притягивала взор обаятельностью, спорить с этим было сложно. Но, что касается характера? Джереми утверждал, что это был характер война или борца, но Жан считал это дурнотой.        Дайон умела заряжать команду и это, пожалуй, единственное ее моральное достоинство. В любом случае, теперь так считал Моро. В первый день, он конечно же, был о ней мнения гораздо хуже. И если быть честным, это был день полный разочарования.