Часть 1

      — И что я успела сказать?       — О, много чего. Ты не особо веришь в бога, ненавидишь растворимый кофе со сливками, но не говоришь ба, потому что не хочешь ее расстраивать, тебе нравятся пухлые губы и ты считаешь, что это сексуально… А еще ты в восторге от моих рыжих волос.       — Иди ты.       — М?       — Да не могла я такое сказать о рыжих волосах. Волосы как волосы.       — А вот сказала.       — Не-а.       — Ну хорошо, но могла бы. У меня классные волосы. Я вот в восторге.       — Ну, неплохие, да. Но мне больше нравятся темные.       — Демонические брюнеты с пухлыми губами, значит. То есть ты не врала, когда говорила, что хочешь переспать с Джеймсом.       — Я такое говорила?!       — Угу. Сразу после «Хочешь, расскажу большой секрет?»       — Не помню, если честно. Я была слегка навеселе. И под кайфом.       — Не под кайфом, просто навеселе. Ты подошла ко мне на этой дурацкой вечеринке, радостно сообщила, что хочешь переспать с Джеймсом, и почти вырубилась.       — Как это — почти?       — Ну, свалилась на меня как мешок с кукурузой, я еле успел тебя подхватить.       — Ты хотел сказать «с чипсами»?       — Нет, с кукурузой.       — Саймон, ты что, из Айовы? Где ты видел мешки с кукурузой?       — Нет, я из Балтимора. У моего деда эти мешки всю кладовку заполонили. Не отвлекайся, систер.       — Ну, я упала на тебя и?..       — И я, как истинный джентльмен, отволок твое тело к себе в комнату, накрыл пледом и ушел.       — А штаны у меня почему расстегнуты были, когда я проснулась?       — Потому что ты пыталась их снять со словами «Сейчас я покажу класс». Препятствовать я не решился.       — Оу, — говорит Джейни, краснея. — Вот черт.       Саймон пожимает плечами, словно хочет сказать, что ничего страшного не случилось, с кем не бывает.       — Я обычно так себя не веду.       — Ну, Джеймс откопал очень забористую текилу, поэтому все мы немного съехали с катушек.       — Да уж. — Она благодарно хлопает Саймона по рукаву. — Спасибо, бро.       — За что? — непонимающе моргает тот.       — За то, что не воспользовался ситуацией.       — Да уж, — фыркает Саймон, — прям подвиг.       — Хочешь сказать, и в мыслях не было? — вырывается у Джейни.       В воздухе повисает тишина, с каждым мгновением становясь все более мучительной.       — Давай я тебе лимонад принесу, — наконец медленно говорит Саймон. — У тебя наверняка сушняк.       — Да-да, спасибо. — Она кивает так, что голова вот-вот отвалится.       Когда Саймон подает ей напиток, Джейни с жадностью втягивает воду со льдом через трубочку, молясь, чтобы неловкость развеялась как дым на шоу иллюзионистов. Саймон ее бро. Не как Картер, конечно, по-другому, но с ним классно, ненапряжно и можно болтать на любые темы, не страшась прослыть тупицей. Вернее, можно было болтать до сегодняшнего дня. Интересно, что еще она ему наговорила в пьяном угаре? * * *       Саймон задумчиво протирает бокалы, мурлыкая нехитрый мотивчик. Джейни Монро с аппетитными красными губами и другими — он сглатывает — формами встает у него перед глазами. Хотел ли он воспользоваться ситуацией? Да блин, конечно! Он обычный пацан, а не человек эпохи Возрождения. (Впрочем, не факт, что люди эпохи Возрождения отличались деликатностью. Вот зря — глядишь, и жили б подольше, а то все друг друга поубивали. Сдержаннее надо быть, вот что.) Джейни ему нравится. Конечно, нравится: она умная, красивая, с чувством юмора. Плюс она, похоже, искренне сочувствовала его ситуации с дедом и предками. Просто до недавнего времени симпатия к Джейни не мешала Саймону нормально с ней сосуществовать. И тут здрасьте, приехали. Сексуальная девчонка, пусть и пьяная, сваливается тебе в руки, а потом начинает задвигать всякое…       Нет-нет, ей он, конечно, ничего не расскажет. Признание о желании переспать с Джеймсом было лишь началом длинного монолога Джейни. Очередь дошла и до Саймона. Вот только сама мисс Монро пребывает в посталкогольной амнезии, и он, Саймон, вовсе не горит желанием ее просвещать. Собственные россказни бы забыть. Если получится. * * *       (За пару часов до)       — Ну, мне нравится Хлоя. — Джейни взмахивает пластиковым стаканчиком, и текила едва не выплескивается Саймону на брюки. — И Лилиан тоже классная. Тристан хорош. И Джеймс.       — Понятно. — Саймон тщетно пытается отнять у нее выпивку. — Может, дашь это сюда?       — Неа. — Джейни глупо улыбается. — Только Джеймс меня ненавидит, потому что я живу в трейлере. Упс, я не должна была это говорить.       — Ты живешь в трейлере? — поражается Саймон.       — Угу. — Джейни кивает с серьезным видом. — Я, ба и Картер. Это вроде как секрет. Но раз ты мой бро, то тебе можно об этом узнать. От бро не должно быть секретов.       — Ясно. — Саймон открывает окно. Пусть хоть немного проветрится. Интересно, он один такой лузер, что торчит в комнате с пьяненькой, пусть и миловидной, девушкой и выслушивает, как ей симпатичен почти весь кампус за исключением Саймона? Обидно все-таки, когда ты никому не сдался. Вечно второй пилот Саймон Квик.       — Почему молчишь, бро? — интересуется Джейни, все же залив обивку дивана текилой.       Потому что последнее, что сейчас нужно не совсем трезвой мисс Монро, — это однокурсник с проблемами самоидентификации. Только б не начать ныть на жизнь, особенно если учесть смысл претензий: девочки дают неохотно, дед с родителями перетягивают его как канат туда-сюда в борьбе за отстаивание собственной позиции, друзья-товарищи — считают бесполезным довеском к компании. Вы только посмотрите, разнылся тут, футы-нуты. Аж самому тошно.       — Можно я все же это уберу? — говорит Саймон вслух и проходится тряпкой по многострадальному дивану.       — Ой! — Джейни мило хихикает. — Прости, пожалуйста, я очень неуклюжая. Сейчас и по жизни.       — Все в порядке. — Саймон аккуратно вытирает расплескавшуюся текилу. — Не переживай.       И вот тут происходит нечто странное. Джейни понижает голос и доверительно шепчет куда-то в правую ключицу Саймона:       — У тебя такие красивые ресницы. И веснушки.       Саймон задерживает дыхание. Она же сейчас несерьезно и вообще не понимает, о чем говорит. Не понимает же?       — Ну... — Он переминается с ноги на ногу. — Ресницы мамины. Веснушки папины.       — Самое лучшее взял, да? — Джейни тянет Саймона за собой на диван. — А я уже и не помню, как выглядели родители. Фотографии потерялись при переезде. Ба говорит, что я похожа на маму.       — Красивая у тебя была мама.       — Откуда ты… — Она часто моргает. — А, ты ко мне клеишься, что ли?       — Нет. — Саймон отворачивается. — И в мыслях не было.       — Ой, ну извини. Я редко пью, но если случается, то часто говорю глупости. Я не против, можешь клеиться. Мне даже приятно.       — Как суперклей?       — Как суперклей.       Они замолкают. Ладошка Джейни накрывает руку Саймона. Есть в этом жесте нечто доверительное, и Саймон не сдерживает улыбку.       — Ну раз можно, то как насчет обнимашек?       Джейни с готовностью кивает:       — Было бы неплохо. — И первая обхватывает шею Саймона, притягивая его к себе.       Он ойкает: Джейни пахнет мятной жвачкой, мандаринками и текилой, но ей, как ни странно, идет. Обниматься с ней супермило, как с игрушкой из далекого детства, когда мама и папа еще не рассорились с дедом и не заделались гринписовскими активистами.       — Ты такой сильный, оказывается. — Джейни тыкает пальцем в плечо с сосредоточенным видом. — Как… как медведь. Как гризли, вот.       — Что-то я не слышал о рыжих гризли, — смеется Саймон, — хотя у меня в детстве был игрушечный медвежонок. Плюшевый такой, оранжевого цвета.       — Ты похож на медведя, — бормочет Джейни, выписывая подушечкой пальца восьмерки по коже Саймона.       — Обычно все говорят, что я похож на Рона Уизли, так что сравнение с медведем в какой-то степени лестно.       — Рон Уизли? — Джейни мотает головой. — Не-а. Билл Уизли — может быть.       — Да ну. — Он все еще обнимает Джейни, наслаждаясь запахом мятной жвачки. — Билл Уизли был везунчиком, красавчиком и умником. Куда уж мне.       — Эй, его выбрала Флер! — протестует Джейни. — И когда Билла покусали, не отступилась, если помнишь, несмотря на шрамы.       — У меня нет Флер. Шрамов, правда, тоже нет.       — Я могу быть Флер.       Саймон в изумлении таращится на Джейни:       — Ты что?       А потом она целует его, прежде чем он успевает ей помешать. Просто набрасывается и накрывает рот своими пухлыми губами: мята, текила, лимон врываются в мозг, гремя фейерверками. «Вот что такое взрыв вкуса», — думает Саймон. И он отвечает Джейни как умеет: приноравливается к ее наклону головы, скользит ладонью по подбородку, и, кажется, протяжно стонет.       Этот-то стон и вынуждает его отстраниться первым. Ну уж нет. Ему совершенно точно не нужен секс по пьяни с явно не контролирующей себя девушкой, решившей использовать его в качестве утешительного приза. Он не Джеймс, не Тристан и даже не Билл Уизли, но чувство собственного достоинства у Саймона Квика еще есть. Маленькое такое, размером с кукурузину, но все же есть. Возможно, он отодвигается слишком резко, потому что Джейни недоуменно смотрит на пустое место рядом и обиженно надувает губы:       — Что-то не так?       — Все так. — Саймон нервно передергивает плечами. — Просто это неправильно.       — Но ты мне нравишься, — возражает Джейни.       — Тебе и Хлоя нравится, и Лилиан, и Джеймс, — напоминает он терпеливо, — и еще ты пьяна. Так дела не делаются, Джейни.       Должно быть, его слова действуют отрезвляюще, потому что Джейни с несчастным видом кивает.       — Да, ты прав. — Она вздыхает. — Все дело в алкоголе. Мне казалось, что я стану просто чуть раскованнее. Ну, знаешь, как героиня из визуальных новелл.       — Что еще за визуальные новеллы? — хмурится Саймон.       — Ну, вроде как симуляторы свиданий. — Джейни мнет в руках подушку. — За игровую валюту получишь любого красавчика, стоит только ткнуть пальцем. Героиня всегда фитоняшка с огромным гардеробом, отсутствием комплексов и большим сексуальным опытом.       — Звучит дико, если честно. Сказка какая-то.       — Да, наверно. А еще там есть интрижки без обязательств. Никаких сожалений и слез в подушку, все расходятся полюбовно.       — Так я, значит, интрижка?       Она поднимает на него виноватый взгляд.       — Нет, ну что ты. Ты как… секретная ветка. На которую можно выйти по пути одиночки.       — Очень лестно, однако.       — Я не хотела тебя обидеть.       — Я знаю. — Он кивает. — Держи плед и постарайся уснуть.       Она послушно укладывается на диване, и вот тогда-то Саймон замечает расстегнутые джинсы и выдыхает. Еще немного, и ситуация из просто паршивой превратилась бы в препаршивую. Он очень надеется, что Джейни благополучно забудет о поцелуе и всем прочем. Саймон — точно не, но ему уже дали понять, что в мире Джеймса Креста мистер Квик не котируется. А пока он сделает то же, что и всегда: спустится и вынесет сраный мусор. Такие, как Джеймс Крест, хороши в планировании, но плохи в практике: убирать за собой их явно не учили. * * *       Воспоминания возвращаются не сразу. Джейни бездумно щелкает пультом в надежде найти хоть что-то интересное: голубой экран предлагает ей ромком не первой свежести, дурацкое ток-шоу с гипертрофированными эмоциями участников и музыкальную викторину. Она останавливается на последнем варианте: после пытки от Хлои, предпочитающей нойз, любая бесхитростная бренчалка кажется раем.       Гитарные риффы наполняют комнату, побуждая к действиям: Джейни начинает пританцовывать перед телевизором с грацией медведя (пластика никогда не была ее сильной стороной). В памяти крутится обрывок мысли, за который мисс Монро пытается безуспешно ухватиться. Грация, гроза, грохот, гризли… А потом детали мозаики складываются у нее в голове. Саймон! Диван, поцелуй, ее идиотский лепет. Она что же, обозвала его веткой для одиночек? И ведь Саймон ни в чем ее не упрекнул и даже не оскорбился. Джейни полезла к нему с поцелуями, а он ее не пристыдил и не дал сделать глупость. Самое ужасное, сделать глупость хотелось.       И не так уж Джейни был нужен чертов Джеймс: просто под действием алкоголя она решила поиграть в крутую девицу, которой стоит только пальцем щелкнуть, и самый богатый мальчик кампуса повалится ей в ноги. Мальчик с отсутствием базового уважения к женщинам и счетом в банке с несметным количеством нулей. Спрашивается, после такого чем она лучше стервы Софи? Да ничем. Капля текилы и все ее манифесты улетели в мусорное ведро, уступив место похоти. Или непомерным амбициям, замаскированным под похоть, — какая, в сущности, разница.       — Вот дура! — бормочет Джейни устало. — Ну и дура же я.       Ей непременно надо извиниться перед Саймоном. * * *       — Сколько у тебя было?       — Да побольше, чем у тебя.       Гогот парней разносится по всему Роузвуду. Ну конечно, очередные хвастанья победами на любовном фронте. Эйвери, Джеймс и Джаспер. Слава богу, Тристан с Грантом в этом кошмаре не участвуют. И среди голосов мальчишек на сей раз Джейни не улавливает голос Саймона, обычно нет-нет, да и вставляющего реплику-другую.       Она осторожно выглядывает из-за угла: Джеймс развалился в кресле с бокалом вина, и его поза столь нарочита, что делает Креста пародией на самого себя. Джаспер и Эйвери подобострастно заглядывают ему в глаза: прямо-таки стая, нуждающаяся в одобрении вожака. Джейни фыркает, невольно привлекая внимание собравшихся.       — Хэй, Монро. — Джеймс лениво машет ей рукой. — Присоединяйся. Расскажи о чем-нибудь занимательном.       — Я ищу Саймона, — возражает Джейни, — вы его не видели?       — Зачем тебе наш Рон понадобился? — Джеймс скучающе разглядывает не слишком чистый бокал. — Посиди лучше с нами.       Его вальяжный тон приводит Джейни в ярость. И вот с этим пижоном она якобы хотела переспать? Впору строчить гневное письмо производителю текилы и обвинять в одурманивании людей. Она точно слегка сошла с ума, когда мечтала о поцелуях Джеймса.       — Нет уж, спасибо. — Джейни поджимает губы. — Так вы не видели его?       — На крыше вроде, — не выдерживает Эйвери. — Ушел с полчаса назад.       И Джейни бежит по лестнице под дружный хохот парней.       — Чтоб вы подавились, — думает она, впрочем, достаточно равнодушно. Ни Крест, ни его подпевалы не имеют сейчас никакого значения. * * *       Он курит. Сидит на скамеечке возле теплицы и выпускает колечки дыма в темнеющее небо.       — Можно мне?       Джейни опускается рядом и просительно протягивает руку: предстоящий разговор явно не будет легким, так что слегка расслабиться не помешает.       — А ты когда-нибудь пробовала? — вяло интересуется Саймон, не вынимая косячок изо рта.       Она отрицательно мотает головой.       — Тогда не стоит и начинать, — заключает Квик и кидает недокуренный косяк на землю, — на редкость дерьмовая штука.       — Тогда почему ты не бросишь?       — Потому что я подсел давным-давно. Это мой способ борьбы со стрессом. — Саймон грустно усмехается. — А ты сильная, и так справишься.       — Как гризли? — подначивает Джейни.       По лицу Саймона пробегает легкое облачко.       — Ты все вспомнила, да? — произносит он медленно.       — Да, — мрачно подтверждает Джейни. — Ну и фигни я тебе наговорила. Ты уж прости меня, ладно?       — Жалеешь? — Горечь в его голосе заставляет сердце Джейни биться чуть чаще.       — О чем?       — Ну, обо всем. О поцелуях и прочем.       Саймон избегает ее взгляда.       — О прочем — да. О поцелуях — нет.       — О, — только и говорит Саймон и вопросительно смотрит на Джейни.       Она раздраженно выдыхает.       — Все, что я хочу сказать... — Снова вздох. — Мне очень жаль, что так вышло. Ты не побочная ветка. Это, скорее, Джеймс. Хотя нет, он даже интрижки и то не заслужил. А ты основной персонаж сюжета, и…       — Джейни, — прерывает ее Саймон, — я понял. Спасибо за аналогию. По мне лучше просто быть Саймоном Квиком.       — Ох... — Она сникает. — Ну что же, вполне резонно. В любом случае спасибо, что выслушал, и извини за все.       — Тебе не за что извиняться, — разводит руками Саймон, — просто я совсем не идеал, знаешь ли. И ваять из меня супергероя — гиблое дело. Я всего лишь пацан с семейными проблемами и кучей комплексов.       — И шикарными волосами.       — И шикарными волосами.       Он улыбается.       — И обнимашками, как у гризли.       — Принято.       Теперь смеется Джейни.       — Ты мне нравишься, — выпаливает она, — таким, какой есть. Может, мы могли бы что-то попробовать… вдруг получится?       Саймон стискивает ее руку. Крепко, как суперклей.       — Давай.       Может быть, у них что-нибудь получится, а может, и нет. Не попробуешь — не узнаешь. Джейни тонет в крепких объятиях Саймона, думая о том, что будь они в игре, все увидели бы шикарную кат-сцену (хрупкая девушка и рыжий гризли, а в углу притулился игрушечный медвежонок), и улыбается.