Часть 42

      Зевнув, Вивьен опустила ноги на пол, нашарила тапочки и, обув их, встала и подошла к шкафу. Надев льняные пижамные штаны и закутавшись в махровый халат, туго завязав пояс на талии, она вышла из стоей спальни.       Гарри спал на разложенном диване, сладко посапывая. На потолке над книжным шкафом была разметка, точно повторявшая в диаметре винтовую лестницу.       Вивьен планировала сделать ремонт, перенеся лестницу в угол, где стоял книжный шкаф, при этом сделав одну большую стенку круглым книжным шкафом, чтобы заменить стеллаж в гостиной.       А на мансарде нужно было перенести библиотеку в уже разобранную на кучки «нужно» и «не нужно» кладовку, при этом придумав, что сделать с огромным стеллажом во всю стену. Впрочем, стеллаж она думала поместить в комнату отдыха над её спальней, надеясь, что он влезет.       На мансарде также предстояло ломать стены в спортивном зале в комнатке для отработки чар и смежную стену с будущей бывшей библиотекой. А после возвести новую комнату с дверью в уменьшенный спортивны зал.       Это всё делалось для того, чтобы создать спальню для Гарри в комнате, используемой под библиотеку. Когда брат узнал, что она сделает для него, то буквально кинулся на шею и крепко обнял, шепча благодарности, пока Вивьен смеялась и чмокала его в висок.       Снейп, узнав, что она планирует сделать на каникулах, предложил свою помощь после того, как он сварит и опробует зелье. Помощь действительно была нужна, ведь Гарри не мог колдовать вне школы, а она бы выдохлась за каникулы.       Право слово, не на Гриммо же жить Гарри при живой и теперь официально существующей сестре. Особенно, когда Родовая Магия Рода Блэк будет давить на наполовину чужака для Рода. Да и сам Поттер-младший заинтересовался артефактами, поэтому лучше ему было учиться под присмотром старшей сестры. — Гарри, — позвала Вивьен, тормоша брата за плечо, — вставай.       Тот промычал и покрепче укутался в тёплый плед.       Выдохнув, она встала с дивана, на который успела присесть, и пошла на кухню. Завязав волосы в пучок, она тихонько загремела посудой.       Гарри, судя по звукам из-за спины, всё же встал и направлялся к барной стойке, когда она, поглядывая в сковородку с жарящимися яйцами и на турку, в которой варился её кофе, орудовала ножом на разделочной доске. Шустро разрезав огурец на две половинки, а их ещё на четыре, положила их к двум сэндвичам с колбасой и сыром.       Вскоре, перенеся все нужные тарелки и кружки на стол, приманила из холодильника молоко, а из подвесного шкафчика затесавшуюся банку с сушенными мелиссой, лавандой, мятой и ежевикой и банку с сахаром. А после силиконовый пакетик для того, чтобы пересыпать чай в него и опустить в кипяток в кружке брата. — Как ты можешь быть такой бодрой утром? — зевая, спросил Гарри. — Ты же намного позже меня ложишь спать. — Привычка. — пожимая плечами, сказала Вивьен. — Когда живёшь на Слизерине, при этом являясь вторым деканом, выполняющим первостепенные задачи до того, как это затребует вмешательство основного декана, быстро привыкаешь к тому, что в течении всего учебного года ты должна быть бодрой с трезвой головой. Хотя, поверь, когда мы уйдём на летние каникулы, я буду спать часов до двенадцати дня. Кушай давай.       ***       Чуть позже, примерно в шесть часов вечера, когда она возвращалась от гоблинов с договором о взаимовыгодной торговле и обмене драгоценными камнями, драгоценными металлами и магической рудой из пещеры, в которую гоблины обнаружили вход всего лишь день назад и сообщили ей первой об этом как своему частому и уважаемому клиенту, она с улыбкой завернула к кофейне Фортескью.       Наслаждаясь фисташковым мороженым, Вивьен вспомнила, что хотела зайти к Северусу. Если он опять впал в зельеварческий транс, во время которого мог и забыть, что нужно есть, то стоило зайти и выдернуть его за уши из зельеварни.       Доев мороженое и расплатившись за него, она вышла из кофейни и пошла к стене с каминами. — Паучий тупик! — выкрикнула она, бросая Летучий порох под ноги.