Пролог.

      Уже вечерело. Солнца почти не видно, а небо превратилось в причудливую, четырехцветную радугу, что разливалась по всему горизонту. Отблеск этого чуда просвечивался в зрачках Лололошки. Тёплая улыбка обрамляла его тонкие, но строгие черты лица. Склонив голову набок он о чем-то думал, когда с его губ сорвался тихий смешок. — Что-то смешное вспомнил? — спросил Джон, стоя рядом. Полы его халата развивались на ветру, что поддувал со стороны холмов перед ними. Сложно даже представить, чтобы такой человек спросил тебя о чём-то, что волнует душу, или поинтересовался, как ты себя чувствуешь. Но это не меняет того факта, что он чертовски умный и сообразительный. Это и нравилось лололошке в Джоне больше всего. — Да так, ничего необычного. — тихо ответил он, всё ещё любуясь заходящим солнцем. Джон ничего не ответил, лишь рассматривал его причудливо вьющиеся локоны, которые падали на глаза. Ярко-голубой, небесный оттенок зрачков — это природное в Ло. То, куда Джон всегда смотрел, когда пытался найти ответ на любой вопрос, если это связано с ним — человеком, любящим синий цвет. Какая прекрасная картина, не правда ли? К сожалению, ей пришлось прерваться, так как нагрянули неожиданные проблемы, которые предстоит решить. Пусть и без чьей-либо помощи. ***-Джон! Слева! — кричит Лололошка, уворачиваясь от атаки. Твари, покрытые слоем кристаллов, ползли со всех сторон. Ужасные раны на их коже, порезы, рассечения — это все, что можно узреть, кинув быстрый, но в то же время внимательный взгляд. На краях эпидермиса, что был разодран, виднелись засохшие корочки крови, однако в некоторых местах она была ещё свежей. Если честно, то сложно даже представить, что чувствуют эти существа, если ни разу не оказывался в их шкуре. Не ощущал того голода, от которого теряется рассудок, не испытывал той боли, что пронзает всё тело, когда огромные, каменные отростки разрывают плоть, проделывая себе проход и разрезая всё на своем пути остриями, словно у шипов. «Но они этого не заслуживают…» — думал Ло, тут же вонзив свой меч в изуродованную грудь очередному чудовищу, которое протянуло к нему свои мутировавшие руки, готовясь впиться в кожу острыми когтями. Но в миг оно падает замертво, лишь кристальные зрачки еще светятся под действием желто-фиолетовых камней. — У тебя всё? — вопрос простой, но для Ло он очень важен. — Последний. — кратко бросил Джон, отправляя всплеск магии в рыцаря, даже не пытаясь целиться. Наконец от этих существ осталась лишь лишь горсть трупов, которые распластались по земле, словно прогнившие осенние листья. — Ну что, пойдём дальше? — Джон старается держать позитивный настрой, однако в его голосе слышится печаль, тоска и страх перед неизвестностью. Желание вернутся в родной мир росло всё сильнее, но и о безопасности граждан надо позаботиться, так как в этот раз отбиться оказалось сложнее — враги стали сильнее и агрессивнее. Сердце сжималось от ощущения, что они сделали всё возможное, а остановить того, кто управляет этими тварями и в итоге приносит разрушения — невозможно. «Будет ли будущее у них — тех, кто остался жив — или они все погрязнут в той боли, муках и страдании, что испытвал Альфред, когда был заражён? Или того хуже — будут безжалостно убиты Отцом, как Невер когда-то… Надеюсь там, где ты сейчас, тебе хорошо» — и горькие, полные отчаяния, слезы, что стояли в уголках глаз, сорвались, стекая вниз по щекам. А ведь несколькими мгновениями назад эти прекрасные черты были изогнуты в улыбке, а в зрачках играл задорный огонек солнечных лучей. Эти минуты были лучшими из всего, что сейчас происходит в их, окутанном мраком, мире. Где теперь царит лишь вражда, убийства и страдания. А ведь некогда здесь находилась дюжина поселений, городов и территорий. Люди, эльфы, вороны, дворфы, совы — все они раньше жили в мире и гармонии, пока к власти не пришел Тадмавриель. Алчный тиран, которому нужна только энергия других существ.