Глава 1.8 - Киновечер

Примерно три дня прошло с момента дуэли. За эти дни Хитклифф быстро восстановился и вновь начал посещать занятия. Хотя реабилитация после ранения прошла очень быстро, по совету врача Хитклиффу запретили участвовать в дуэлях ещё некоторое время. Это его разочаровывало, и дайверу пришлось, скрепя сердце, принять этот запрет. Наверное, люди здесь после реабилитации и должны поступать так, некоторое время воздерживаясь от интенсивных физических нагрузок. Хитклифф, конечно, не очень понимал, зачем это нужно, ведь чувствовал он себя прекрасно, но чтобы сильно не выделяться среди студентов, приходится с этим мириться. Как было сказано ранее, Хитклифф снова начал посещать занятия, хотя, как и раньше, ничего на них и не делал. Посещал он их скорее для приличия, да и чтобы к нему не было лишних вопросов. Впрочем, пары по истории его забавляли. Нет, Хитклифф не начал интересоваться историей Ремнанта, что, как и раньше, оставалась ему безразлична. Просто профессор истории в Биконе – Бартоломью Ублек – был похож на герцога Эризии, что забавляло. Такой же высокий, худощавый мужчина в белой рубашке с зачесанными назад темно-зелеными волосами и круглыми очками на носу. Правда, не сказать, что с герцогом у Хитклиффа сложились тёплые отношения, поскольку дайвер по запросу лорда-регента Этрии убил герцога, отправив в глубины. Конечно, человеку с его силами не составило труда выбраться из глубин и вернуться в свой особняк, но обида осталась. Не особо внимательно слушая лекцию профессора, Хитклифф медленно опустил голову на парту и задремал. Профессор Уоблек: Итак, хорошо, кто сможет ответить на вопрос? Какие были преимущества у королевства Мантл в Великой войне? — говорил он быстро, как и перемещался по аудитории. Это выдавало в нём человека, полностью увлечённого своим делом. Вайс подняла руку уже готовясь ответить, но… Профессор Уоблек: О, мисс Роуз, вы тянете руку? Что ж, хорошо, даю вам слово. Вайс: А? Руби: Всех преимуществ я не знаю, но могу привести в пример, что во время Великой войны Мантл, благодаря своему технологическому превосходству над другими королевствами, производил качественное снаряжение для своих войск. Также стоит упомянуть артефакты войны — оружие, созданное в единственном экземпляре для высокопоставленных лиц армии Мантла. Качество и свойства этого оружия настолько поражают, что даже сейчас ни одна мастерская или ателье не могут приблизиться к тому уровню, на котором оно было создано. К примеру, могу вспомнить Дюрандаль — меч одного из полководцев Мантла. Помимо того, что его лезвие было сверхпрочным, оно ещё обладало способностью вибрировать на частотах, позволяющих резать металл. Но после войны производство такого оружия прекратили не только из-за ненадобности, хотя оружие всегда нужно, но и из-за его силы, представляющей опасность для обычных людей и королевств. Конечно, часть оружия удалось убрать в надёжные хранилища или вовсе уничтожить, но даже сейчас артефакты войны представляют угрозу. Стоит вспомнить крупнейшую войну синдикатов в Мистрале, где было замечено как минимум два артефакта. Профессор Уоблек: Хороший ответ, мисс Роуз. Как было сказано ранее, обладая технологическим превосходством, Мантл мог производить более качественное снаряжение… Янг: Хм, странно, давно не видела блевунчика. Он уже где-то третий день не посещает занятия. Что с ним? — откинулась назад блондинка, обращаясь к Норе. Нора: А, бесстрашный лидер? Рен говорил, что тот рано утром уходит в спортзал. Видимо, до сих пор там и сидит. До ужина он не появится уж точно. На удивление Янг, Нора сегодня была более спокойной и задумчивой, чем обычно. Видимо, ситуация с их лидером её тревожит не меньше, чем Пирру, которая также находилась в некоторой фрустрации. Янг: Ну и ну. Я, конечно, ожидала, что он иногда будет прогуливать, но чтобы ещё и в зале, пропустив завтрак с обедод. Это сильно, я даже впечатлена. Нора: Не знаю, но это начинает становиться тревожным. Так себя истощать до ужина — не слишком уж и полезно. Думаю, нам стоит с ним поговорить… А если это не поможет, то всегда есть верёвка. Всё же это ему во благо. Не хотелось бы, чтобы он слёг в реанимацию с разрывом мышц. Янг: Мда, ну и мрачняк… а что Пирра говорит по этому поводу? Нора: Ну, она за него волнуется не меньше нашего. Говорит, что боится, что он может повторить её же ошибки. Честно, я не вдавалась в подробности, о чём она. Мы и так все в подвешенном состоянии. Янг: Мда…. ну удачи вам с этим. Если что, зови, на крайний случай я могу вправить ему мозги. Нора: Мы хотим ему помочь, чтобы он не травмировал себя, а не лежал в лазарете со сломанной челюстью. Янг: Хей, ты за кого меня держишь?!

***

Парень в белой футболке стоял в углу спортзала. Весь в поту, он повторял один и тот же взмах тренировочным мечом. Раз за разом, взмах за взмахом, от поднятия наконечника меча над головой, до резкого спуска его вниз на уровень бёдер. Взмах Целеустремленности и фанатичности парню не занимать. Даже не смотря на адскую боль в мышцах, он третий день продолжал тренировки. Мысли о том, что он — слабое звено, попал в академию случайно, что ему стоит бросить всё и вернуться домой. Все эти мысли роились в голове и даже физические нагрузки не сильно помогали ему отвлечься. Чего он собирается добиться? Взмах Жон часто думал о том, зачем он стремился стать охотником. Не сказать, что деревня, где он родился, была беспокойной. Жон тихо жил в поместье своего отца вместе со своими семью сёстрами. Парень никогда не голодал, не бедствовал, не сталкивался с жестокостью. У него было среднее образование, и отец уже подыскивал достойный университет для своего сына. У Жона были все шансы в будущем унаследовать родовое гнездо и прожить полную и размеренную жизнь юриста или представителя другой уважаемой в обществе профессии. Конечно, Жон гордился тем, что его отец и его дед были охотниками, но каждый раз он убеждался, что не слишком силён, ловок или умен. По сути, не было ни одной черты у парня, которая выделяла бы его на фоне остальных. В этом он убедился, посещая разнообразные кружки со своими сёстрами. Каждый раз, когда он старался и из кожи вон лез, всегда появлялась "рыба покрупнее" и оставляла его позади. Но всё равно он здесь: сбежал из дома с поддельными документами и поступил в академию охотников. Чего же тогда он хотел добиться? Взмах Правда, сейчас уже нет выбора. Единственное, что остаётся, так это продолжать тренировки, дабы не быть исключённым из академии. Ведь вернуться домой, не став человеком, означало лишь падение лицом в грязь – перед родителями, сёстрами и знакомыми семьи. Одно представление того, как он будет тонуть в тяжёлом, давящем, разочарованном взгляде отца… разрывало сердце. Жон сам загнал себя в эту ситуацию и сам пытается найти выход. Единственное, что оставалось, – это жертвовать своим телом, дабы в кратчайшие сроки хоть чему-то научиться, хоть как-то соответствовать уровню академии... чего вообще он добивается? Взмах На последнем взмахе парень не рассчитал силу, из-за чего тренировочный меч выскочил из рук и упал на пол. Жон стоял, тяжело дыша, пытаясь привести в порядок свои мысли. Он даже не знал, сколько времени прошло с момента начала тренировки. Профессор Гудвич: Кхм кхм Позади парня раздался строгий кашель, заставивший его обернуться. Он увидел профессор, которая уже некоторое время наблюдал за ним, держа в руках бумажный конверт на завязках. Профессор Гудвич: Мистер Арк, не в моём праве ограничивать рвение студента достичь чего-то большего путём упорных тренировок, но только в том случае, если этот студент прилежно посещает занятия. В последнее время у вас прослеживается тенденция прогуливать. Мистер Арк, на вашем месте я бы прислушалась к этому предупреждению. Всё же, хоть мы и в академии охотников, где физические тренировки крайне важны, но посещаемость теоретических занятий не менее важна. В конце семестра будет проходить экзамен по всему изученному материалу. Думаю, вы не хотите, чтобы за все ваши нечеловеческие старания вас исключили из-за того, что вы попросту не ходили. Надеюсь, мы друг друга поняли. Жон: Да… да профессор — ответил он хриплым голосом. Профессор Гудвич: Вот и хорошо. А сейчас я бы рекомендовала вам пойти в кафетерий на ужин, восполнить силы, хорошо выспаться и с завтрашнего дня начать посещать все занятия, без исключений. Жон: Хорошо… Парень медленно побрёл к скамье, с которой взял полотенце. Вытеревшись и собрав все вещи, он пошёл на выход. Всё же, он и вправду почувствовал сильный голод, что и не замечал во время тренировки. И наконец-то, после десяти часов изнеможения собственного тела, Жон вышел из спортзала. Глинда: Знаете, то, что я вас обнаружила здесь, наталкивает на определённые мысли. Директор Озпин: Мисс Гудвич, вижу, у вас хорошее настроение, раз вы находите время, чтобы острить. Директор медленно вышел из неприметного угла зала. На удивление, его и вправду невозможно было бы заметить на первый взгляд, если осознанно не вглядываться, выискивая что-то. Директор Озпин: В этом году поступило столько интересных учеников, что за каждым не уследишь. Но давайте перейдём к делу. Вы же здесь не только для того, чтобы упрекнуть меня в наблюдении за перспективным студентом? Глинда: Прибыли анализы осколков и стружки меча того фавна, что остались после боя. Профессор Гудвич развязала шнурок на конверте и достала несколько листов бумаги. Конечно, она могла бы записать всю информацию на свой свиток, но директор специально попросил, во избежание утечки информации, записать результаты анализа на бумажный носитель. Глинда: По итогам анализа было выявлено, что материалом меча является… прах. Директор Озпин: Прах? Надо же, впервые вижу такой вид праха. Видимо, остались ещё вещи, что могут меня удивить. Так, вы узнали вид и происхождение этого праха? Глинда: Видимо, вы меня некорректно поняли. Я не имею в виду прах в привычном понимании. В осколках меча не было найдено достаточно железа, чтобы считать, что лезвие было сделано из стали, но были обнаружены фосфор, кальций, натрий и магний… Директор Озпин: Неужели вы имели в виду… Глинда: Да, под прахом я подразумевала животный или даже человеческий прах, сжатый до того, что он образует материал, по прочности не уступающий стали. Директор Озпин: Хм… и вправду интересно… наш гость оставляет больше вопросов, чем ответов. Глинда: Прикажете принять какие либо меры? Директор Озпин: Не стоит, пока всё под контролем, просто продолжаем наблюдать. Директор снял очки и слегка помассировал закрытые веки. С каждым новым фактом о наблюдаемом ситуация становилась всё запутаннее. Озпин даже не подозревал, что желание проследить за предполагаемым агентом обернётся огромным клубком, который ему придётся распутывать и распутывать. Впрочем, если это приведёт к желаемому результату, то Озпин готов взять на себя такой титанический труд.

***

Жон некоторое время стоял у двери, заранее обдумывая, как будет оправдываться перед командой, ведь он опоздал даже на ужин, придя тогда, когда его сокомандники уже давно ушли. В итоге он ел в гордом одиночестве. Эти тренировки полностью убивали его чувство времени и какую-никакую пунктуальность. Интересно, обижены ли они на него? Хотя Жона больше волновало другое… считали ли они его достойным товарищем? Жон давно смирился с участью фиктивного лидера, хоть остальные в команде пытались его переубедить в обратном, что он как лидер неплох, да и зачатки стратега в нём есть. Но из-за того, что Жон по меркам остальных студентов был слаб, его язык даже не поворачивался называть себя лидером команды, особенно лидером такой выдающейся личности, как Пирра Никос. Глубоко вздохнув, Жон медленно открыл дверь в комнату общежития и вошёл внутрь. Жон: Привет, ребята. Что-то я опоздал, да? Простите, что так вышло, хе-хе. Потирая затылок, парень хотел своими словами разрядить обстановку в комнате, но его встретило лишь холодное молчание и пристальные взгляды двух девушек, которые явно ждали его.. Пирра: Жон, нам… нам нужно с тобой поговорить Спокойно начала зеленоглазая воительница. Жон не был идиотом, чтобы по общей атмосфере и выражению лиц присутствующих не понять тему надвигающегося разговора. Это явно заставило его чувствовать себя не в своей тарелке.

Легко, наверное, им говорить, имея боевую подготовку и способности.

Жон, сразу же опомнился, удивившись своим мыслям. Откуда в нём столько желчи? Пирра: Так вот, это насчёт твоих тренировок, — начала она. — Знаешь, это немного… наталкивает на мрачные мысли. Нора: Немного!? — прервала рыжая девушка свою напарницу, — Да он своё тело буквально насилует! Знаешь, Жон, я бы могла распинаться на счёт того, что ты уж слишком переусердствуешь, хотя “слишком” — даже не то слово, чтобы описать ту степень самобичевания, которой ты себя подвергаешь! Я даже не знаю, какие слова подобрать, чтобы не обидеть тебя сильно, но… Жон, нам не нужен инвалид в команде. Пирра: Нора! — осуждающе крикнула девушка рыжеволосой Норра: А что, я не права?! Если слова утешения на него не действуют, то остаётся только столкнуть его лицом к лицу с жестокой реальностью. — повернувшись обратно к парню, она чуть смягчила тон — Ах, Жон, даю тебе выбор: либо ты завязываешь с долгими тренировками натощак и выделяешь себе время на посещение занятий и отдых, либо… ну, нам придётся вмешаться. Ты знал, что Пирру всё время спрашивают насчёт того, где ты? А она даже не может нормально ответить, чтобы выгородить тебя. Так что завязывай, что ли. В голове Жона одновременно копошились злость, отчаяние и… согласие. Их слова звучали разумно, но одновременно ему казалось всё это лицемерным. Он не знал наверняка на счёт Норы, но вот к Пирре у него была одна лишь зависть: она никогда не смотрела с позиции слабого. Она не знала, что чувствует слабый человек, являясь балластом в команде. Она не знала, на что готов Жон, лишь бы вырваться из этой отвратительной канавы чувств беспомощности, слабости и гордости. Но… всё-таки стоит уступить, он и вправду сильно устал. Жон: Хорошо… я позже займусь своим графиком тренировок — стиснув зубы, Жон всё же пошёл на уступки, признавая их правоту. Нора: Вот и чудненько~. Ах да, пообещай ещё одну вещь, хорошо? До нашей поездки в Лес Вечной Осени осталось чуть меньше недели, так что до этой поездки ты прилежно ходишь на занятия, ну или, по крайней мере, не прогуливаешь их в зале. Хорошо? Жон кивнул в ответ. Чувство унижения, что теперь каждый его шаг контролируют, не позволяло ему ответить так, чтобы это не звучало слишком агрессивно. Нора: Фуф, рада, что мы смогли найти общий язык и нам не пришлось разбираться совсем другими методами… ах да, Рен, можешь больше там не стоять. Рен: Видимо моё время ещё не пришло Из-за спины блондина вышел Рен, держа верёвки в руках, и медленно побрёл к своей кровати. Нора: Ну вот и решено. Хей, Жон, чего встал у входа столбом? Проходи. Мы тут собирались кинчик глянуть, так что присоединяйся! — с улыбкой Нора достала из-под кровати пакет с попкорном, а Пирра села на своё место. Вздохнув, Жон подошёл к своей кровати и сел так, чтобы мелкий телевизор, установленный на одну из прикроватных тумбочек, был виден, и парень недовольно начал смотреть фильм со всеми.

Тем кого любишь, нужно доверять, иначе никак. Нужно отдать им ключи от всего, что имеешь, иначе какой в этом смысл? Одно время я верил, что у меня была такая любовь…