Часть 7. Суранская ночь

            ...Тень силт-страйдера скользила по тростниковому берегу с целеустремленностью Строс М'Кайского судна, что взрывало килем белопенный простор.       — Опять идут на сближение! — крикнул Мидория.       Его ладонь щипали волокна сети, наброшенной на бок жучиного панциря. Другая же козырьком прикрывала глаза. Силуэт преследователя то появлялся, то исчезал за шляпками гигантских грибов, приближаясь стремительно и неумолимо.       — Пожертвуем остатками груза! — раздался трагический приказ караванщика.       Юноша развязал нужный узел, и сеть моментально ослабла. Бочки и ящики с яйцами квама посыпались в неглубокий пролив под ногами силт-страйдера. Гигантский жук с облегчением рванулся вперед, но вражеский караван не сдавался так просто.       — А-а! — Мидория припал к панцирю, когда над ухом просвистел дротик.       Его дрожащий от напряжения взгляд схлестнулся с безжалостным блеском смоляных линз: убийца в черном свесилась с борта догоняющего силт-страйдера, держась за веревку. В ее руке сверкнул новый снаряд. Мидория почувствовал, что этот попадет ему прямиком между глаз, если только не...       — Канат! — завопил юноша.       Попутчики перевалили за борт швартовочный трос. Его петля выбила облако спор из ближайшего гиганта-гриба, зацепилась за корявую ножку. Сердце Мидории подскочило в груди: «Неужели получится?!»       — Лево на борт! — скомандовал он.       Караванщик навалился на бамбучину, с помощью которой рулили силт-страйдером, и жук с утробным урчанием повернул в сторону. Как раз вовремя: впереди простиралась гладь озера Масоби. Силт-страйдер убийцы, управляемый взбешенными завсегдатаями «Черного Шалка», не успел вовремя сбавить скорость — и шагнул прямо в воду. Его лапы погрузились в ил до самых сочленений.       — Ха-ха-а! Так-то! — донесся из пассажирского отсека голос Минеты.       «Пока выберутся, мы будем уже далеко!» — На губах Мидории заиграла солнечная улыбка. От сердца отлегло так стремительно, что юноша почти воспарил...

***

      — Ох, заль... — понурился Минета, когда Мидория завершил рассказ о нападении в Вивеке. — За мной бы так девуски бегали!       Горький вздох сорвался с губ юноши:       — Меня пытались убить! Уже трижды...       — Кто не рискует, тот не пьет грииф...       Мидория прикрыл было глаза — но все же попытался взглянуть на слова Минеты с другой стороны.       — Да... Если просто бежать, история повторится. Надо что-то менять! — Юноша прикусил губу и крепко задумался: «Сообщить страже? Попытаться запутать следы? Уже пробовали... Но что тогда остается? Обмануть? Подкараулить? Устроить ловушку?..»       — Н-не бубни только так, пугаес! — одернул его Минета.       — О! И-извини! — Мидория поспешил сунуть дневник за пазуху. Его рука бессильно легла на край борта силт-страйдера, взгляд опустился — и юноша вздрогнул: в хитиновой поверхности что-то застряло.       Мидория уставился на резной дротик, поблескивавший, словно цветок из стекла цвета полночи.       — Фью-у! — пододвинулся поближе Минета. — Эбонитовый! Вот нам и денезки!

***

      Гигантский жук дошагал до Сурана, когда заходящее солнце уже начало красить пейзаж лучами розового и оранжевого. Воды Масоби шли мелкими волнами. Отражение набережной преломлялось в них, теплые огоньки плавали по зыбкой поверхности подобно созвездиям.       Высунувшись за борт, Минета мечтательно подпер подбородок.       — Ох-х, девуски, потерпите есе тюток! Я узе потьти с вами! — вздохнул он. Впервые на памяти Мидории щеки босмера так раскраснелись.       — Полагаю, теперь моя очередь слушать? — Юноша перелистал свой дневник, чтобы записать сведения о пункте прибытия.       — А-а, сто слова!.. — отмахнулся Минета, но болтать все же начал.       Суран примостился на самом краю плодородной и живописной области Аскадианских островов. Город был небольшой, но занятный: раньше принадлежал Дому Редоран, затем перешел к Хлаалу. «Прекрасные виды и солнечную погоду я уже сам отметил», — улыбнулся Мидория. Но самое главное, Суран служил важным перекрестком маршрутов. Здесь останавливались и караваны с Аскадианских плантаций, и группы паломников, держащие путь на восток, к горе Канд, и на запад, к Полям Кумму. В городе можно было встретить контрабандистов, наемников, искателей приключений... У юноши возникло смутное ощущение, что рассказчик о чем-то умалчивает, но он решил не настаивать.       Суранские стены были уже совсем рядом. Силт-страйдер остановился у погрузочной башни, и караванщик бросил швартовочный трос. Наконец-то на борт легли сходни!       Минета соскочил по ним, как смоляной мячик. Мидория проверил, здесь ли бумаги для Тошинориуса, прихватил свою дубинку и ступил на площадку за босмером. Вниз вела лестница из песчаника, и тот уже преодолел половину ступеней.       — Мидория, не отставай! Ох, востосьная красота здет меня!..       Юноша послушно зашагал побыстрее, но в скором времени опять сбавил ход. Его ноздри щекотала смесь запахов: чернозем и озерные водоросли, лепестки огнецвета и терпкая ягодная кислинка. Казалось, что воздух дрожит жарким маревом, пусть с Масоби и веяло свежестью... Контрасты, как в букете бесценных духов!       — Фить, чужеземцы! Не хотите ли сыграть в панцири?       Мидория подскочил. Данмер был почти тот же самый! Ускорив шаг, юноша нагнал своего товарища.       — Ну, и куда теперь? Хорошо бы устроиться где-нибудь до темноты... — Он бросил взгляд на небо, горевшее всеми оттенками жаркого вечера, и немножко расслабился: время еще оставалось! Но все же... — Вряд ли я снова смогу заснуть один в комнате, — добавил Мидория. — Надо какой-то план...       — И у меня он есть! — отозвался Минета. — Исси дом с красным фонарем!       Юноша сморгнул: «...Это еще зачем?» — но толпа гуляк вокруг росла с каждым шагом, и выспрашивать подробности становилось неловко. «Красный так красный!» — Взгляд Мидории загулял по окружавшим строениям.       Архитектура данмеров угнетала своей чуждой невыразительностью. «Ладно бы еще Вивек!» — прикусил губу юноша. Там отсутствие окон и засилье пустых плоскостей диктовалось требованиями монументальности и храмового величия. Здесь же все могло быть иначе, но... «Плоские крыши, — застрочил Мидория в своем дневнике. — Сглаженные углы. Двери утоплены в глубине проемов, на нижних этажах еще и скрыты под арками, что поддерживают ведущие наверх лестницы». Его взгляд скользил по безликим стенам. Ни одной щели, ни стыка — лишь гладкая глина. Красный фонарь, красный...       — Красная гора пробуждается! — раздался вдруг голос в толпе. Несколько человек и эльфов повернули головы, в их числе и Мидория. Полуобнаженный данмер между тем продолжал, воздев руки: — Она несет пепел и Мор! Грешники собираются в Доме! Время Воплощения близится!       В груди у юноши екнуло от смущения, страха.       — О чем это? — наклонился он к босмеру.       — Ох, не знаю... Посли быстрей, пока стразников нет.       — Грядет Нереварин! — провозгласил данмер. Его пылающий алый взгляд зацепился за не успевшего отвернуться Мидорию. — Сомневаешься? Значит, ты не испытал тот сон-явь, что был послан мне?..       Беднягу бросило в пот.       — И-извините, нет! — поспешил бросить он и побежал за Минетой. — Мне ничего такого не снилось... — пробормотал юноша себе под нос. В сознании возникли какие-то обрывочные картины, но почти сразу истаяли.       «Зато, кажется, я кое-в-чем разобрался! — Его губы тронула улыбка первооткрывателя. — Если Красная гора — это местный вулкан, то все особенности архитектуры легко объясняются. Они для защиты от пепла! А красный фонарь... Наверное, в городах Хлаалу так отмечают безопасное место!»       Путешественники вышли на площадь. Огней вокруг загоралось все больше и больше: волшебное разноцветье в угольно-жарких тонах. В центре высился балаган, крытый розовым тентом с ярко-желтыми звездочками. Оттуда доносился перестук барабанчиков, вокруг собиралась толпа: пилигримы, гуляки, торговцы. Данмеры побогаче в шелках западного фасона. Альтмер с надвинутым на самый нос капюшоном.       — Девуски-и! — взвыл Минета, подпрыгивая Мидории до плеча.       И правда, в толпе мелькнула темная эльфийка с рыжими волосами. Затем женщина-редгард в крайне свободном платье с золотой бахромой... «Э-э, я лучше фонарь поищу!» — тут вспыхнул Мидория. Его взгляд стал цепляться за вывески: «Кузнец», «Портной», «Ростовщик»...       — А вот и то, что нам нужно! — подался вперед юноша. — Минета, идем!       Они ступили в прохладную тень под аркой нижнего входа. Фонарик со вставками из алой бумаги... Внезапно дверь распахнулась, и из таверны, подталкиваемый волной сладких духов, выкатился соотечественник Мидории — лысеющий, воняющий вином бретон. Он рухнул на прямо плечо юноше. Тот аж пошатнулся.       — Ну и где этот раб?! — вопросил мужчина. — Мож', ты зна'шь?       — Э-э... — У бедняги душа ушла в пятки.       — Вот з'чем им сбегать?! — Кое-как восстановив равновесие, пьяный хватил по стене кулаком, зашипел от боли. Потом горько хмыкнул: — Чтоб' мне было, на чем з'рабат'вать... Но пря'ться-то при этом з'чем?! — Икнув, он отпихнул Мидорию в сторону. — Ла'н... Пряч'щий Глаза мне поможет. А ты-то ч' глаза опустил? Бры-ыг, от'йди-ка подальше...       Путешественники обошли бретона по стеночке и проскользнули за дверь.       — Фу-ух! — Мидория навалился спиною на створку. От мысли о том, что пьяный наемник захочет вернуться, у него взмокли виски. Но к счастью, этого не произошло.       — Мы на месте! — выдохнул подозрительно счастливый Минета.       Мидория утер лоб и плюхнулся за стол, так и не подняв головы. В его душе бушевал настоящий ураган мыслей.       — Слы-ыс, ты тево? — заглянул ему в лицо коротышка. — Расслабься... Мы узе присли!       — Рабы... — пробормотал Мидория. — Он болтал про сбежавших рабов. Он вроде как... охотник за головами?       Босмер кивнул, и юноша со вздохом закрыл глаза. То ли его отвращение было так сильно, то ли пустой желудок и пары алкоголя, которыми исходил пьянчуга, на нем так сказались — но Мидория гулко сглотнул, борясь с рвотой.       — Ты зе знаес, сто в Морровинде рабство не отменили? — уточнил босмер. — Конетьно зе, знаес... Древние традитии данмеров, Обливион их раздери!       — Д-да, но одно дело об этом читать, а другое — вот так вот столкнуться... Это же просто ужасно! Охотник за беглыми...       — Ну, слыс... Сто тут поделать? Дысы глубзе. — Минета хотел похлопать его по плечу, но не дотянулся. — Мы в безопасности... Поедим и переносюем. — Он взгромоздился на стул, подпер голову руками. — И мозет, дазе с кем-нибудь познакомимся...       Сделав пару глубоких вдохов, Мидория вновь почувствовал на губах запах жучиного мускуса. Освещение здесь было приглушенным, таким же красным, как и фонарь на входе. Посетителей — великое множество. Слышался смех, звяканье кубков. Откуда-то доносился звон лютни. А затем слезящийся взгляд юноши скользнул по изящным фигурам, танцевавшим в другом конце зала...       — Кх-х! — Бедняга выпучил глаза. Весь мир опрокинулся вокруг него, затылок встретился с полом. Бац!       Минета со вздохом оторвал глаза от скудно одетых танцовщиц и высунулся из-за столешницы.       — Знаю, знаю, друг! — вздохнул он. — Кто мозет устоять?       — Ты-ы!.. — Мидория приподнялся на локте, а потом усталость, нервы, выматывающие сны и праведный гнев все же взяли свое: — Скрибоголовый с'вит, ты куда нас завел?!       — Да я сто? Всегда метьтал... Ты зе спрасывал! Ну, и вот... «Дом земных наслаздений»...       — ...Полночи, м-м, — раздался у них за спиной выразительный голос. — И вам здесь находиться нельзя.       Мидория обернулся — и немедленно подскочил, закрыв щеки ладонями.       — Да-а, мы уходим, простите, это ошибка, мы уже уходи-им! — взвыл он, ведь к ним подошла темноволосая женщина в юбке с разрезом почти до бедра. Ее грудь прикрывала расшитая повязка, в других обстоятельствах сошедшая бы за очень широкий пояс, не более.       «Все это неправильно! О нет! Нам конец...» — метался раскалившийся разум юноши.       — М-м, ну конечно, уходите! — подтвердила Полночь. — А еще раз появитесь — выпорю. И поверьте, вам это не понравится!       Они выкатились за дверь и поспешили слиться с толпой, не поднимая глаз друг на друга.       — Извини за ругань. Вырвалось... Я просто очень смутился...— вздохнул наконец Мидория. — Но все же, о чем ты думал?       — На удатю надеялся... — пробурчал босмер. — Эх, нитево! Подготовимся полутьсе и есе раз попробуем!       Юноша сделал глубокий вдох. Вечерний простор освежил его.       — Для начала, найдем постоялый двор поприличнее, — предложил Мидория.       «А заодно решим, что делать с преследовательницей!» — В очередной раз просто ложиться и отдыхать было бы опрометчиво. Вернувшись на Суранскую площадь, они прошли к открытым, несмотря на полумрак, лавкам: «Торговец» и «Кузнец» — значилось на их вывесках.       — Снясяла все-таки — тютотьку земных наслаздений! — настоял Минета.       Юноша лишь вздохнул. Первым делом они заглянули к торговцу. Тот оказался данмером средних лет — хотя по людским меркам это означало древнего старца. За запас продуктов пришлось отдать половину септимов. «Одна надежда — удастся выручить что-нибудь за эбонитовый дротик!» — успокаивал себя Мидория.       — Хватит на пару дней! — Минета сунул в корзину несколько яиц квама, большой скаттл и какие-то грязные клубни. — Не отень люблю пепельные бататы, но ладно.       — Э-э... А я рассчитывал на неделю... — Мидория покачал головой. Свою корзину он нагрузил зеленью и вяленым мясом, скорее всего, тоже жучиным.       — А-а! Листья хакльклоу. — Босмер скривился. — А вот за окорок из никс-гонтьей — спасиботьки!       Юноша сделал мысленные пометки, чтобы потом записать новые слова в свой дневник.       Добавив к провизии пару бурдюков для питья, путешественники направились в соседнюю лавку. Хозяином здесь оказался орк в закопченном переднике.       — Чего надо? — пророкотал он. — Живее, а то поужинаю вашими косточками! — Кузнец довольно осклабился. — Ладно, ладно. Просто тяжелый день. Закрываюсь скоро.       Мидория переступил с ноги на ногу, выгоняя похолодевшее сердце из пяток.       — Э... э-э, в первую о-очередь... вот! — Он вытащил дротик. — Сколько за него? Эбонитовый... — тихонько уточнил юноша.       Орк шевельнул бровями.       — Эге! Откуда у вас такое? А ну, дай-ка взглянуть! — Он поднес резную стекляшку к глазам, посмотрел на просвет, осторожно попробовал пальцем острие. — Хм-м, настоящий. Неплохо... — вынес вердикт кузнец. — Ну, что, мелюзга!.. Восемьсот септимов я вам могу предложить.       «Так много?» — У Мидории аж все сжалось в груди.       — Две тысси ему тена, — пробормотал под нос босмер. А потом подскочил — оказывается, орк все слышал!       — Две тысячи? Пьяному грязекрабу такие цены заламывай! — отрезал тот. — Но так уж и быть, что-нибудь дешевое вам подкину вдогонку!       Мидория сделал шаг вперед.       — Да-а, как раз насчет снаряжения!.. — Его щеки загорелись от энтузиазма.       Через пару минут он уже примерял костяную кирасу. Доспех давил на худые плечи весом нескольких рюкзаков, а двигаться в нем было трудно, как в надетой на голову шайке.       — Армун-Анский стиль, — бросил орк, роясь в своих закромах. — Хороший баланс веса и защищенности.       — П-по-моему, немного великовато...       — Да я это тебе просто подержать дал, хе-хе! Вот, что тебе подойдет. — Кузнец достал из-под прилавка кожаную кирасу. — Босмерский размер, как раз впору!       Мидория примерил предложенное. На ощупь броня была бархатистой и слегка пахла яблоками — а когда гибкие пластины закрепили завязками, юноша ощутил, как легко они подстраиваются под тело.       — Ага, чуешь? — осклабился орк. Мидория попросил пояснения, и кузнец рассказал: — Из кожи нетча! Летающей медузы — их ты наверняка уже видел. Ядовитые твари, но не агрессивные. Почти. Их разводят на местных плантациях.       Юноша потянулся было за дневником — и у него это легко получилось: отрава давно вышла из сыромятной кирасы, но материал еще дышал воспоминаниями о полете.       — Когда будут бить, жди удара, затем начинай двигаться. Да не записывай, практикуйся — вот так! — Внезапно орк махнул кулаком. Он метил в плечо.       С губ Мидории сорвался вскрик. Инстинктивно отпрыгнув, он пустил удар вскользь, и мембранная структура доспеха смягчила тычок до едва ощутимого. Юноша едва перевел дух — а затем его глаза засияли, в груди разлилось что-то горячее: он представил себе открывающиеся возможности. «Н-наверное... так я бы даже смог... стать п-паладином!» — заулыбался он.       — То-то же! А если ищете, где остановиться, то как выйдете — сразу направо! — пояснил орк. — Подниметесь в Верхний Город, там найдете трактир.       Получив свои восемьсот септимов, путешественники распрощались с кузнецом и пошли по указанному маршруту. «Надеюсь, теперь мы хоть чуть-чуть подготовились к встрече с преследовательницей! — Мидория легонечко прикусил губу. — Но нам еще нужен план!»       Минета словно прочитал его мысли. Окинув юношу одобрительным взглядом, босмер потер руки:       — Еда, денезки, боевой вид... И свидание с одной девуской мне потьти обеспетено!