Малая легенда Круглого стола

Глава I       Во времена славного Артура Пендрагона, когда земли Британии были полны чудес и опасностей, множество смелых воинов стремились в Камелот, дабы присягнуть королю и присоединится к рыцарям Круглого Стола. Истории сохранили имена многих этих славных воителей, совершивших многочисленные подвиги: Ланселот Озёрный, Гавеейн Оркнейский, Парцифаль, Бедивер Крепкожильный и множество других.       Но кроме этих великих героев, чьи имена известны всем, были и другие, чьи подвиги оказались не так многочисленны и велики, но кто, тем не менее, был предан королю ничуть не меньше. Историю двух воинов, чьи имена остались в памяти немногих, всё же достойна рассказа.       Когда солнце только тронуло своими лучами кромки деревьев, два всадника уже были подле стен крепости. Они приблизились к воротам и, поприветствовав часовых, были впущены внутрь. Въехав на конях во внутренний двор, они не застали никого. Лишь у дальней стены, недалеко от конюшен, были видны приготовления. Отделившийся от стоявших там людей, к ним подъехал рыцарь, чьи доспехи, с символом короля, явно давали распознать в нём одного из рыцарей Артура.       И посмотрев на двух воинов, рыцарь осведомился, что же нужно им при королевском дворе. Выступил вперёд один из всадников. Был он в небогатом доспехе, закрывающем, однако, всё его тело. Сам он и доспех его, как и конь, были крупнее, чем у второго всадника. Не снимая шлема, он рассказал, что они пришли, что бы присягнуть на верность королю Артуру, желая послужить ему. Тогда спросил их рыцарь, почему же решили они присоединиться к его королю. И подал голос второй воин. Как и первый, облачён в цельный доспех, меньший, но и более аккуратный чем у его спутника. Голос его был еле слышен из-под доспеха. Негромко он промолвил, что услышав однажды речи короля, он с братом решили, как бы то ни было, служить Артуру.       Услышав подобное, рыцарь сказал молодым воинам, что намерениях их благи, но того недостаточно, чтобы стать рыцарем. Объявил он и им и то, что короля нет при дворе. Он и большая часть рыцарей ушли в поход, а он сам должен отбыть по важному поручению. И всё же, не имея возможности взять с собой их, он предложил им испытание, выполнив которое, они смогут доказать, что достойны служить Артуру.       Рыцарь, имя которому было сер Седрик, велел юным воинам взять припасов и отправится в соседние земли. Во владениях тамошнего правителя обосновался рыцарь-разбойник, повадившейся грабить местных путников и крестьян. Если они справятся с разбойником и прекратят его набеги, то по возвращении сер Седрик представит их королю и скажет, что они совершили рыцарский подвиг, чтобы доказать свою верность.              Недолго отдохнув и наполнив походные мешки, два воина выехали со двора крепости короля и направились в земли, на которые им указал рыцарь Круглого Стола. Путь должен был занять почти весь день, что ничуть не пугало отважных всадников.       Оба воина в небогатых доспехах были юны. Они не отличались великой силой иль могучим ростом. Один был немного крупнее и будто бы едва заметно крив. Второй был аккуратнее и опрятнее, хотя конь его был не таким хорошим, как у его спутника. Они ехали рядом в тишине, лишь изредка сближались и едва слышно переговаривались.       Оставив за спинами большую часть пути, всадники услышали гул близкого боя. Не медля ни секунды, пришпорив коней, два воина ринулись на звук, скача меж деревьев. Проехав чуть вперёд, они в миг увидели бой: раненный воин, держа меч, готовился к встречи с огромным зверем. То был волк, чудовищный своими размерами настолько, что в холке почти сравнивался со взрослым воином ростом. Буро-чёрная шерсть его была взъерошена, а громадные клыки оскалены и окровавлены.       Мгновение поражённые, два воина тут же выхватили мечи. Меньший из них, не раздумывая пустил коня на зверя. Промчавшись у бока чудовища, он ударил того своим мечом. Проскакав вперёд, он развернул коня для нового удара.       Второй воин, не теряя времени, подскакал ближе и на ходу спрыгнул с коня. Он ринулся озлобленному зверю наперерез. Тварь, решившая прыгнуть вслед за всадником, оскалилась и пошла на воителя. Но раны её были серьезны. Прыжок зверя оказался слишком медленным и воин пронзил её мечом, навалившись на рукоять и вгоняя клинок глубже в тело чудовища.       Одолев зверя, воины поспешили к раненному. То был одетый в богатые охотничьи доспехи господин. Раны его оказались не смертельны. Господин поблагодарил юных воинов от всего сердце. Рассказал он, что чудовище то было не простым волком, но варгом — злобным зверем из тёмных краёв, что в эти неспокойные времена стали рыскать повсюду. Со слов господина, были они кровожадны и не боялись человека, подобно обычным волкам, а силой могли порой поравняться с медведем. Посоветовал он потому отрубить зверю хвост, дабы служил этот трофей доказательством доблести и силы воинов.       Сам он оказался рыцарем и земли эти были его вотчиной. Сер Борсх был вассалом Артура, хоть и не служил при его дворе. В этот страшный день, он со слугой отправился на охоту, когда варг выпрыгнул на него их кустов и сшиб с лошади. Испуганные кони умчались прочь, унося с на себе слугу и все вещи, а раненный рыцарь остался один на один с чудовищем. Он смог ранить его, но неминуемо погиб бы, если бы не помощь воинов.       Желая отплатить спасителям, сер Борсх предложим им стать его гостями. Замок его был ровно настолько далеко, чтобы добраться до него к темноте. Он убедил воинов, что путешествовать в темноте по здешним лесам опасно даже для настоящих смельчаков. Его спасители с готовностью приняли предложение.       Пред тем, как отправится в путь, воины помогли рыцарю перевязать его раны. Была лишь одна беда: конь сера Борсха, как и его слуга, всё не возвращались. Тогда воины решили, что рыцарь поедет вместе с одним из них. И лишь решили остальные заговорить, как больший из воинов, сказал, что хоть его конь и загружен сильнее, но ехать надо на нём. С его слов, конь второго всадника был мельче и не смог бы нести двух людей. Его же конь, из породы тяжёловозов, легко справится и с поклажей, и с двумя седоками.       Разместившись на конях, да спрятав в сумку отрубленный хвост варга, всадники направились в замок сера Борсха. Как и обещали, они прибыли когда солнце почти скрылось. Ещё с ворот их встретили слуги, напуганные и опечаленные пропажей господина. Их страх был тем сильнее, что с охоты вернулся только конь слуги, а сам его наездник был в беспамятстве. Возвращение же рыцаря немало порадовало всех.       Оставив коней и пройдя в залы, гости предстали перед леди Элисией. Супруга сера Борсха обрадованная возвращением мужа, не находила слов благодарности. Не взирая на рану и слабость, господин велел слугам проводить дорогих гостей в комнаты, чтобы смогли они подготовится к ужину. Но воины попросили рыцаря, чтобы пир придержали до темноты, а свечи в зале были не многочисленны. Только так они готовы были снять свои доспехи. Странной была просьба их, но сер Борсх согласился на требования своих спасителей.       В назначенный час гости пришли в обеденную залу. В царящем полумраке нельзя было различить их лиц. И хотя это обеспокоило господина замка, молодые воины с готовностью рассказали свою историю. За столом, полным яств, они поведали, что прибыли в эти земли, дабы прекратить бесчинства рыцаря-разбойника и тем самым доказать, что достойны служить королю Артуру. Были они родными детьми бедного вассала. Оба были юны, и хоть владели мечами и умели держатся в седле, но силой или крепостью не отличались. От того, не сразу подались они ко двору короля. Однако же, услышав молву об Артуре и его рыцарях, поняли они, что готовы пойти за таким королём в огонь и воду. Собрали они немногочисленные пожитки, облачились в доспехи, да нашли себе коней. Младшему воину достался конь, быстроногий и смелый, хоть и не слишком сильный. Старший же взял себе тяглового коня и водрузил на него общую поклажу.       Рассказали воины, что не хотят показывать своих лиц, пока не докажут, что достойны служить королю. Если не суждено им будет отправится в обратный путь к Камелоту, то пусть же они сгинут безымянными, не опозорив своего рода. Если же подвиг их будет свершён, то по дороги обратно, они дали слово проехать мимо земель сера Борсха и назвать свои имена.       Господин замка, выслушав их, пообещал ранним утром дать им проводника. Выразив понимание и довольство честью юных воинов, он не усомнился, что вскоре сможет увидеть их при дворе короля.       То же сказали и дамы дома. Леди Элисия и её юная сестра Мария восхитились решимостью юношей и пожелали им удачи, пообещав молится за них. Так же сестра госпожи вызвалась проводить воинов к их покоям. Заезжие молодые воины были редки в замок, и юная леди тосковала без общения и историй.       Так, отправились они на заслуженные отдых, дабы на следующий день направится прямо к укрытия главаря разбойников. Глава II       Чуть рассвело, два воина уже были в сёдлах. Хоть до того места, где следовало им искать главаря разбойников езды было меньше полудня, но желали они поскорее разобраться с лихим бандитом, на словах али на мечах.       Проводник сера Борсха довёл всадников до опушки густого леса и, наказав ехать прямо по дороге до старой крепости, распрощался: в лесу, что таил многие опасности, нечего было делать тому, кто не владел мечом и чей дух недостаточно силён.       Всадники отправились по дороге, переговариваясь в пути. Старший предлагал узнать, сколько человек среди разбойников и кто из них главный. Затем предлагал он выманить его и сразить, чтобы не пришлось сражаться со всеми лиходеями. Хоть и был он готов дать бой и всем сразу, но не хотелось ему, чтобы кто-то из них двоих был ранен или убит, ведь хотели они стать рыцарями вместе. Не за себя боялся старший из воинов.       Меньший же из рыцарей говорил, что даже разбойнику под час не чужды честь и достоинство, потому стоит попробовать вызвать их главаря, дабы говорить с ним. А если и тогда ни к чему прийти не смогут они, то хотя бы вызвать его на честный поединок. Не боялся младший воин сражений, но желал мира в землях Британии и потому не хотел проливать кровь зазря, если мог он решить всё речами.       За тем и приблизились всадники к развалинам. И только хотели они съехать с дороги, да оставить лошадей и осмотреться, как из истлевших ворот старой крепости вышел человек странного вида: был он огромного роста и в доспехах, покрывавших его, будто панцирь — жука. В руке человека был огромный топор.       Лишь вышел он за ворота, как направился к всадникам, так что не было сомнения в том, что знает он о них. Готовы были воины уже достать оружие, как человек остановился и громко заговорил. Голос его был раскатист, как эхо в густом лесу и глубок, как тёмные воды.       Призвал он гостей незваных оставить своих коней и пройти к нему в крепость. Дал он слово, что не причинит вреда им, до тех пор пока не нарушат они покоя его владений и не захотят навредить кому-либо в его землях. Сказав это, человек опустил топор и стал ждать.       Решили юные воины выйти не скрываясь. Привязали они коней, что стали вдруг неспокойными, к деревьям и вышли на дорогу к огромному рыцарю. Подойдя, поклонились они ему и поприветствовали, как велят обычаи. Ответил рыцарь им на приветствие и велел идти за ним.       Вошли воины в развалины вслед за рыцарем и увидели, что были там и другие люди. Вид у тех людей был лихой и дикий: глаза у них были будто звериные, на лицах и руках росли густые волосы. Они скалились при виде чужаков, как скалятся волки в лесу. С подозрением смотрели звериные глаза на чужаков.       И вот привёл рыцарь своих гостей незваных в большой зал, ещё не полностью разрушившийся от ветров и времени. В зале горел большой костёр и вокруг него сидели так же люди дикие, но были они одеты богаче и было при них оружие украшенное.       Войдя в зал, обернулся рыцарь к молодым воинам и заговорил. Молвил он, что известно ему, зачем они пришли в его владения и что тот, кого они ищут — перед ними. Он тот, кого зовут при дворе Артура разбойником. Сказал он и то, что его это люди, что, как сказали им, грабят местные земли. Однако же не по своей вине делали они это, а из-за зла, что заполнило древние земли Британии. Чудовища, что раньше обитали лишь в самых далёких и тёмных землях стали рыскать по землям, что принадлежали рыцарю. От того, что наполнились леса эти тёмным колдовством и тварями злобными, народу лесов стало тяжело жить. От того и наведались они в земли слуг короля Артура, чтобы добыть себе пищу — ведь родные леса их больше не были безопасны даже для сильнейших из них.       Выслушав это, выступил вперёд старший воин. Он сказал, что хоть беда рыцаря и лесного народа понятна ему, но не может он простить им, что нападали они на верноподданных короля. «Какая напасть могла заставить могучего хозяина тёмной чащи и диких людей пойти на разбой в земли простых людей?», вопросил с сомнением он.       Услышав это, рыцарь достал связку огромных хвостов. И узнали воины в них варжьи хвосты. Потряс ими рыцарь и грозно спросил, знают ли они, как сильны и жестоки твари, которых разит он в своих землях, но не может справится со всеми ими.       Тогда выступил младший из воинов, достав из мешка срубленный хвост. Показав его громадному рыцарю, сказал он, что знает, как ужасны эти звери и что однажды им уже довелось сразить одного. Рассказал он так же, что хвост этот — доказательство не только их мужества, но и того, что беда пришла уже и в земли вассалов короля.       Увидев в руках воинов добычу их, удивился рыцарь. Задумался он, а затем сказал им, что сильнее они, чем ждал он от них. Раз так, то предложил он им испытание. Если справятся они с ним, то пообещал рыцарь прекратить грабить земли короля и станет их защитником, если рыцари Артура помогут ему впредь защищать его владения от зла.       Не долго раздумывали молодые воины: каким бы не было испытание рыцаря, решили они во что бы то ни стало справиться с ним и заполучить союзника для короля, тем самым защитив его подданных и доказав, что достойны они быть рыцарями Круглого Стола.       Испытание хозяина замка оказалось незамысловатым и суровым: он предложил воинам сразится с ним самим. Слабые и неспособные защитить даже себя союзники были не нужны ему. Кроме того, не жаловал он и трусов, а потому, после того как воины согласились на любое испытание, отказа от боя терпеть был не намерен.       Не смотря на смелость, сомнения одолели гостей. Хотя были они решительны и молоды, но понимали, что рыцарь опытен, а кроме того необыкновенно могуч. Не знали они так же, был ли он обычным человеком или были на его стороне силы, что могущественнее людских. Однако же ни один из них даже не обмолвился об отступление.       И всё же, оказалось у хозяина ещё одно условие, которого так боялись юные воины. Сказал он, что люди его встанут в круг. И лишь один из гостей войдёт в круг против него. Если же падёт он, то второй сможет занять его место, попытавшись добить хозяина.       Как бы не хотели они выйти вдвоём против грозного рыцаря, но таковы были его условия. И прежде, чем успел завязаться спор, старший из рыцарей шагнул в круг. Полагал он, что должен попытаться первый не только, как старший, но и как сильнейших из двоих. Справедливо полагал он, что сможет пережить более тяжёлые раны, коих было не избежать в битве со столь грозным противником, тогда как младшего хозяин мог убить, даже не желая ему смерти — настолько могуч был этот дикий рыцарь.       И только шагнул старший из двух воинов в круг, как его могучий противник перехватил свой огромный топор и направился к нему. В два шага оказался он рядом и взмахнул оружием. Отстранился воин, ударил своего противника в бок, пока заносил тот топор вновь. Но отскочил меч от прочной брони, не причинив ей вреда.       Тут же снова обрушил рыцарь своё оружие на юношу. Вновь избежал воин удара, но тот оказался столь сокрушительным, что вздрогнула земля, а древние стены пошатнулись. И от того не удержался он на ногах и повалился на землю. Могучий соперник тут же направился к нему и, не успел воин подняться, как на него обрушился ещё один удар.       Воину успел лишь выкинуть навстречу руку с мечом и встретить удар противника. Но не спасло его это: топор хозяина замка расколол клинок, словно весенний лёд. Вместе с осколком клинка в сторону полетел и отважный юноша.       Хоть и сокрушительным был удар и тяжёлым падение его, огласившее весь зал лязгом доспехов, но тут же начал он подниматься вновь. Но громадный рыцарь был уже близко и готовился окончательно сразить безоружного противника.       Когда уже топор рыцаря был готов обрушится вниз, второй воин внезапно ворвался в круг. Он выхватил меч и бесстрашно приготовился отразить удар хозяина замка. И хотя мог он напасть на рыцаря, пока тот готовился к удару, но выбрал защитить брата, тем самым нарушив правила поединка.       Поняв это, старший воин поднялся и обратился к рыцарю, стоящему всё ещё с поднятым оружием, однако не спешивший бить. Заговорив, но призвал простить младшего воина, за то, что тот нарушил правила боя. И если хозяин позволит, то он сейчас же выйдет из круга. Если же потребуется, то останется и будет сражаться даже голыми руками, если так можно будет заслужить прощение и избежать бесчестия.       Молча выслушал его рыцарь, молчали и его люди вокруг. Затем, он медленно направил оружие на второго воина и заговорил. Хотелось узнать ему, как объяснит своё неповиновение младший из воинов.       И услышал он, что не было в том поступке желания оскорбить хозяина или проявить бесчестье. Ведь не напал же второй воин на рыцаря со спины, а лишь хотел защитить брата. Они дали слово друг другу, и собирались либо прославится, либо сгинуть вместе. Но равнодушно смотреть более не мог младший рыцарь, хотя и понимал после увиденного, что не под силу ему одолеть хозяина замка.       Услышав это, могучий рыцарь опустил оружие. Два воина увидели, что люди вокруг оскалились, однако же в их хищных глазах была не злоба, но одобрение. И тогда заговорил их предводитель.       Он сказал, что считает испытание пройденным. Давно уже никто в одиночку не мог одолеть его. Старший из воинов же выдержал три удара, и хотя лишился при этом меча, смог вновь подняться. Если бы выдержал он только два удара, тогда бы не за что не встать ему. Такая была сила в ударах рыцаря — враг, не проявивший стойкости и твёрдости слабел тем быстрее, чем быстрее сдавался. А готовность воина биться, даже без оружия, чтобы искупить нарушение правил испытания показала рыцарю, что и честь смельчаку не чужда.       Младшему же из воинов сказал рыцарь, что стремление защищать собрата, даже поступившись своей честь — тоже проявление силы. Рыцарь и его люди понимали честь иначе, чем люди короля. Они хоть и были дики и жили в лесу, но зато лучше кого бы то ни было знали, как важно защищать друг друга. И сам рыцарь всегда вступался за своих людей, именно это и вынудило его грабить крестьян короля. Громкий голос его был слышен во всём зале, а может и во всём замке.       Слушая его одобрительно кивали дикие люди. Не было в них раскаяния, однако не было и злобы. Подобно диким зверям, считали они свои нападения лишь вынужденным делом. И хотя не одобрил бы такого славный король, но два воина верили, что выслушав их, простит милостивый Артур злодеяния этим людям. Ведь обещал же их предводитель, что присягнёт королю и будет защищать лес, если и его народ не оставят рыцари.       Не ждали два юных воина, что таким будет настоящая суть испытания. И подумали они, что хоть хозяин замка и был так не похож на рыцарей короля, но они понимали его и людей, что были вокруг. Ведь что, если ни желание защитить друг друга и народ Британии, служа королю, сподвигло их сесть в сёдла и покинуть родной дом?       Поблагодарив рыцаря за этот нежданный урок, двое решили не задерживаясь более отправится в путь. Попросили они разрешения у хозяина скорее ехать, чтобы быстрее сообщить обо всём королю.       И ответил он, что с готовностью отпустит их, так как не настало ещё время устраивать пир и праздновать. Однако же был он уверен, что настанет тот час, когда вновь суждено им будет встретится. А на прощание дал он старшему воину меч, взамен сломанного. Не был тот меч ни волшебным, ни древним, но отдавая его хозяин завещал юному воину сражаться так же стойко, как в этот день, даже с более сильным врагом. До тех пор, пока будет подниматься его владелец, цел останется и меч.       Оставив своих людей в замке, громадный рыцарь в одиночестве проводил воинов. Не доходя до лошадей, спокойно пасшихся там же, где их привязали, он остановился. И сказал он, что негоже воинам будет возвращаться к королю с известиями о победе и предложением союза, не зная имени того, кто предлагает свою дружбу.       Хотя по его словам, имя его уже почти забылось им самим, до того редко звучало, но воины могли представить его Артуру под именем Фира. В ответ же, он попросил и воинов назвать свои имена. Если же будет на то их воля, то и показать свои лица. Однако, сам рыцарь отказался поднимать забрало, зная, что облик его может показаться диким и омерзительным добрым людям.       Как и всегда было, первым вперёд выступил старший воин. И сказал он, что хотя обещали они, что пока не докажут, что достойны служить королю — не откроют никому своих лиц, но не могли обидеть хозяина, не назвав своих имён. Назвался он Гильдом. За нам вновь тихо заговорил и второй воин. Согласившись со словами брата, сказал и он своё имя — Аней.       Могучий Фир кивнул и проговорил, что это честно — обменятся именами, но не показать друг другу лиц. Для него не было это странным. Напротив, он сказал, что понимает нежелание воинов это делать и в голосе его почудилась им насмешка.       Попрощавшись наконец, воины отправились к коням и вскоре уже ехали обратной дорогой. Хотя проводников не дал им рыцарь, но будто бы сами кони вели их к выходу из леса. И стоило им лишь немного запнутся или отвернуть прочь от тропы, как тут же начинали они как испуганные пятиться и возвращались на верный путь. Глава III       Два всадника, выехав из леса, направились обратной дорогой, спеша сообщить весть о своей победе. И как бы сильно ни было их желание поскорее предстать перед королём и его рыцарями, но помнили они и обещание, данное серу Борсху. А потому, свернув с того пути, что был самым коротким, они поехали по дороге к замку местного сеньора.       У крепости они были, когда солнце уже миновало большую часть небосклона. Подъехав к воротам, обратились они к стражам, сообщив, что приехали воины, что недавно гостили у их господина. Они хотели бы сообщить свои имена серу Борсху и, не задерживая более хозяина, отправится в путь. Однако стража сообщила им, что нет в замке их господина: он с отрядом своих воинов и лучших охотников отправился искать диких зверей, что стали бесчинствовать в его землях.       Тот разговор услышала гулявшая во дворе замка леди Элисия — супруга сера Борсха. Узнав по разговору, что то были молодые воины, отправившиеся в опасный путь, она подошла к воротам и обратилась к ним, сообщив, что хотя хозяина замка не будет до самого вечера, но она приглашает их вновь немного отдохнуть и рассказать им о своём подвиге. Когда же вечером вернётся её муж, они с радостью отпразднуют их победу.       Два воина хотели бы отказаться, чтобы не злоупотреблять гостеприимством хозяина этих земель, а кроме того, быстрее сообщить новость о победе при дворе короля. Но Гильд тихо сказал, что не могут они не сдержать данного слова. Согласился с ним Аней, заметив, кроме того, что грубым будет и отказать приглашению дамы. И тогда согласились они, но попросив о просьбе, как и в прошлый раз. Они хотели отдохнуть, а после, чтобы послали им слуг чашами воды, дабы могли они отмыть свои лица, чтобы не пугать дам своим неопрятным видом во время празднования.       Когда въехали они во двор, многие слуги, видавшие их перед тем, как ушли они в лес, смотрели на них с трепетом и восхищением: уже ни как на бродячих воинов, хоть и спасших их господина, но бесславных. Люди смотрели на них как на совершивших смелый подвиг рыцарей, хотя ещё и не были они рыцарями короля. Был среди всех этих взоров один, особенно ясный и восхищённый: то был взгляд сестры леди Элисии — леди Марии.       Затем, как и просили, воины отправились в покои для гостей, где смогли наконец отдохнуть, а после им принесли воды, чтобы могли они освежить лица и привести себя в порядок.       Когда же сер Борсх вернулся в замок, оба были уже готовы, а слуги готовились к большому ужину. Услышав известия о возвращение воинов, сер Борсх тут же отправился в зал и велел позвать их, чтобы выслушать всю историю.       И когда все явились в обеденный зал и начался пир, хозяин замка, его радушная жена, её юная сестра и все придворные, смогли наконец услышать историю двух юных смельчаков. Кроме того, наконец удалось им узнать и их имена. И так, как в этот раз свечи горели во всю, то и лица их присутствующие смогли разглядеть куда лучше, хотя и не так, как могли бы видеть при ярком свете солнца.       Лицо Гильда, старшего воина, было широким и спокойным. В глазах его не было гордости за свершённый подвиг, но читалась уверенность в том, что всё было свершено праведным образом. Взгляд его, хоть вовсе и не был мрачен, но почти всё время оставался тяжёлым, чем обратил на себя внимание окружающих, удивлённых такой суровостью в юном воине.       Аней же отличался от брата тем, что взгляд его был куда мечтательнее, а черты лица — до того утончёнными, что невольно впечатлял даже тех, кто бывал при дворе самого короля. Изящное лицо его было лишено воинской грубости и тяжести, нередко присущей даже самым благородным из рыцарей. Самые смелые же из сплетниц замка уже перешёптывались о том, что лицо молодого воина было красивым, так что его можно было бы спутать с юной девой, если бы не его мужественные поступки.       Когда же пир закончился и хозяин со своими домочадцами и свитой вдоволь наслушались истории о диких людях и могучем рыцаре, в доспехе, похожем на панцирь жука, гости попросили о возможности удалиться и отдохнуть перед ранней дорогой. Сер Борсх с готовностью отпустил их, велев проводить их, как и в прошлый раз, леди Марии, которая была особенно восхищена новой историей и больше других спрашивала воинов об их приключение.       Когда же пришли они к покоям для гостей, сразу же направился спать Гильд, всё ещё не до конца оправившийся от битвы с Фиром. Аней же пошёл к своей комнате, когда его остановила леди Мария. Юная девушка, столь впечатлённая подвигами воинов и счастливая от того, что смогла наконец познакомится с кем-то, кроме замковой прислуги спросила у младшего из воинов, не планировал ли он посвящать свой подвиг кому-то? Хотя и знала она, что вместе с братом они совершали это деяние, чтобы доказать свою преданность королю, но интересно было ей, что же сам Аней. Ведь в конце концов, было принято у рыцарей посвящать свои подвиги, например, прекрасной даме. И хотя они ещё не были рыцарями, но вскоре наверняка должны были ими стать.       Не глуп был Аней и сразу понял, о чём говорила юная леди Мария. И хотя не мог он отказать ей в манерах и не признать её красоты, но не мог он ответить ей утвердительно, так как сам ещё не знал, что ждёт их с братом. Когда же подошла ближе леди, чтобы никто во всём замке не слышал их разговора, ещё сильнее взмолился юный Аней и сказал, что не имеет права оказывать знаки внимания леди, так как на то не было у него согласия сера Борсха, хозяина замка. А кроме того, хранили они с братом тайну Анея вдвоём и не был он тем, кем мог показаться. А потому не хотелось ему обманывать прекрасную даму, но и рассказать ей правды не мог.       Выслушав его, леди Мария лишь вздохнула и попросила тогда о возможности сделать подарок на прощание, чтобы юный воин не забыл её. Не успел Аней ответить, как ощутил лёгкий поцелуй, после чего леди Мария пожелала ему крепкого сна и легко, по девичье, сбежала в темноту коридоров.       Наутро два воина уже были в седлах. Верные кони несли их в сторону владений короля, а сами всадники лишь негромко обсуждали случившееся. И так, как не было между ними секретов, рассказал Аней о том, что случилось в вечернем коридоре, ведь произошедшее, казалось, произошло из-за обмана юной леди. Услышав же эту историю, лишь рассмеялся Гильд. Не ожидал он такого, но не казался ему этот обман страшным, скорее забавным. И сказал он, что может, даже правда бы не остановила леди Марию. Лишь молчание Анея было ему ответом и дальше ехали они в тишине.       Вернувшись в замок короля, воины предстали перед рыцарями, а затем и перед самим Арутром. Выслушав их, король остался доволен и тут же отправил гонцов к рыцарю Фиру. Вскоре же, ряды королевских рыцарей пополнили ещё два рыцаря: юные сер Гильд и Аней, хоть и не ставших в итоге такими же знаменитыми, как многие другие рыцари, но так же служившие королю верой и правдой, и совершившие множество других подвигов, о которых так же сложили другие, не столь известные, но славные истории.