Знакомство

      Я отчётливо помню тот день, когда мы с ней впервые встретились. Я тогда была совсем маленькой, она тоже. ***       Удар, а затем ещё один. Кто бы мог подумать, что такая маленькая худенькая девочка будет так рьяно избивать мальчишку, который снова толкнул её, вызывая смех у остальных детей, которые больше напоминали гиен. До этого она даже слова не говорила; своими действиями она напугала всю стаю.       Они стояли, в их глазах читался шок и страх, они молча наблюдали поджимая хвосты. Конечно, падальщики даже толпой не осмеливались напасть на того, кто может хоть что-то сделать в ответ. Слышались хрипы мальчика, который пытался выбраться из-под девочки, что с такой злобой наносила ему удары, не обращая внимания ни на его кровь, ни на свою. Но ему не удавалось, не хватало сил. Удивительно, кто же знал, что он не будет в состоянии что-то сделать, если просто резко начать превращать его лицо в месиво?       Взрослых вокруг не было, но девочка всё равно остановилась. Она, вся в слезах, стала убегать. Маленькие гиены остались оценивать состояние своего главаря. Идти за ней у них не было желания. Но я точно знаю, что они меня преследуют. Они не бросят свою добычу, не отпустят так легко.             Я добралась до своего убежища, тут они меня точно не найдут, не достанут. Им это не по силам, их лапы сюда не пролезут, а зубы не смогут повредить прочные стены. Я всё делала аккуратно, так, как меня когда-то учила бабушка. Берёшь вот эту штуку, льёшь на царапины — будет неприятно, но это полезно! Потом наклеить пластырь. Их у меня было много! Самые разные, и все такие красивые! Цветные, с рисунками и без них, они смотрятся круто! Бабушка бы была недовольна, если бы узнала, что я их иногда клею просто так.       Но она больше не узнает, никогда не узнает… А всё из-за этой старой ведьмы! Говорит: «Плохому она тебя учит: она уже немолодая, бредит, чушь несёт, а ты ей веришь» — конечно, верю! Всё, что говорила бабушка оказалось полезным. Это ты чушь несёшь, понятно? Ты глупая, глупая, глупая! Не хочу к ней возвращаться, ненавижу её! Почему нельзя побыть с бабушкой подольше? А лучше вообще навсегда!       У неё всегда хорошо, всегда конфеты есть, вкусная еда. Не то что там! Один хлеб, да бутылки, которые мне даже трогать нельзя! Ну и пожалуйста, ну и не надо мне это! Всё равно в них что-то вонючее и противное находится. Не интересно мне такое!       Слёзы как-то сами стали скатываться по щекам, я старалась вытирать их аккуратно, руки всё ещё болели. Тогда я впервые почувствовала это.       То успокаивающее тепло, что заставляет забыть о всех проблемах, что щекочет кожу и непроизвольно вызывает улыбку на лице. Тогда и появилась она.       С ней было нестрашно, я даже не стала спрашивать, кто она, как попала в моё «убежище», мы были будто давние знакомые. Я стала рассказывать ей всё, что у меня произошло за день, а она нежно держала мои руки в своих, поглаживая пальцами мои ранки. От её касаний было не больно, наоборот, — приятно.       Её объятия были нежны, а моя улыбка тогда, наверное, сияла ярче звёзд на небе. Наконец-то кто-то был со мной. Я была не одна в этом ужасном и жестоком мире. Каждый день она встречала меня там, уже потом осмелилась приходить ко мне домой, но она никогда не показалась на людях.       Ну и правильно, нечего им на неё глазеть! На такую внеземную, нежную, просто идеальную… Она только мне доступна. Только мне она доверяет настолько, чтобы показать свою сущность; пускай остальные думают, что это бред, что её не существует, и я просто больная — мне не важно!       Я же знаю, что она есть. Она всегда придёт, чтобы согреть меня своим теплом в трудные моменты, чтобы позволить отбросить все негативные эмоции и побыть с ней, почувствовать нежность её губ и объятий.       Я знаю, она всегда рядом.