Часть 1

      Сегодня последний день перед уходом Персефоны наверх. - Пойдём, нужно обойти все владения, - хозяин царства мёртвых протянул руку Персефоне, заставив её посмотреть сначала на руку, а потом поднять глаза на Аида. - Зачем? Ты лучше меня всё здесь знаешь, - несмотря на свои возражения, Персефона вложила свою руку в его.       Они пошли совершенно неторопливо, держась за руки. «Снова споришь со мной, это так расстраивает…» - он не был зол, просто по-настоящему расстроен.       Когда они прошли и вошли в свои покои, Персефона устало уткнулась Аиду в грудь: «Всё равно я не понимаю, зачем это нужно…» - Ты здесь царица, - Аид взял её руки в свои руки и говорил прямо в них. – Каждый обязан поклониться тебе перед уходом, - после этих слов сам Аид поклонился ей и поцеловал руки, заставляя её покраснеть. После чего по-доброму усмехнулся, - Я делаю это каждый раз перед твоим уходом. Неужели к такому ты ещё не привыкла? Уже пора.       Аид прижался к губам Персефоны, на поцелуи богиня отвечала охотнее, чем на необходимость управлять подземным царством.        Их прервал стук в двери покоев, сначала три коротких быстрых удара, - это Геката, - поняла Персефона, после чего послышалось ещё два менее уверенных удара, - Ой... Она хочет обратиться ко мне...       Аид тяжело вздохнул, его расстраивалась необходимость выпустить Персефону из объятий, на которые итак осталось немного времени в этом году. Персефона чувствовала и знала это, она быстро, почти по-ребячески чмокнула его в нос: "Я быстро," - и вышла. - Ты что-то хотела? - Персефона всё ещё немного побаивалась Гекаты, но всё же относилась почти как к тётушке. - Пойдём со мной... - Геката говорила почти шёпотом.       Они подошли к покоям Гекаты, Персефона была обеспокоена: "Что-то случилось? В чём-то нужна помощь? Может, души..." - Нет, нет, - Геката ей по-доброму улыбнулась, - у меня есть кое-что для тебя... Смотри, - Геката расправила перед ней полупрозрачную сорочку с кружевами невероятной красоты. - Это то, про что я тебе говорила, ни один мужчина... Вообще ни один человек не устоит. Её плела сама Арахна! - Геката была сама в восторге от этих кружев. - Она здесь что ли? - Персефона рассматривала удивительную ткань и тоже не могла оторваться, но спрашивала не в попад. - Уже давно... И всё же правда плетёт лучше, чем... - Не продолжай, - Персефона настороженно-строго взглянула на неё. - Хорошо, - Геката пожала плечами, - всё равно здесь никто не слышит... Она твоя, - её руки отпустили ткань, чтобы она осталась только в руках Персефоны. - Надевай её прямо сегодня. - Спасибо, - Персефона улыбнулась и помчалась обратно к мужу.       Аид сидел на краю их ложа всё это время, задумчиво глядя в пол. Он даже не заметил, как Персефона зашла и переоделась в новую сорочку прямо перед ним. Отреагировал он только тогда, когда она опустилась перед ним на колени и положила руку на плечо: "Аид?" - Не делай так, - Аид подхватил нехрупкое тело и посадил на ложе, опустившись перед ней на колено. - Не кланяйся мне... Не вставай передо мной на колени... - Аид, - она наклонилась так, что никакие кружева уже не скрывали её тела, взяла лицо величественного бога в обе руки и подняла на себя, - скажи мне... Ты правда меня любишь? - До безумия... - Тогда... Почему ты меня никогда не касался? У нас могли бы быть дети... - Ах! - Аид совершено не был услышать такой вопрос, поэтому, чтобы на него ответить, потребовалось время, которое Персефона молча и терпеливо переждала. - Тогда... Я обидел тебя... И причинил боль, - он опустил взгляд, было видно и слышно, что он сожалеет о случившемся. - Я не хотел напоминать об этом... Мне хватает и того, что ты рядом со мной хотя бы несколько месяцев, и того, что ты всегда возвращаешься ко мне... Простила ли ты меня? - Нет, - Персефона ответила холодно. - Я всё помню. Я злюсь. И я тебя не простила, - Аид поднял на неё глаза, полные грусти, сожаления и непонимания. - Ты никогда об этом не просил - Как я был глуп и груб... - Бог подземного царство буквально ударил себя в лоб, поклонился Персефоне в самый пол, готовый целовать её ноги. - Прости меня, я причинил тебе боль. Мне действительно жаль. Я готов сделать что угодно, чтобы заслужить твоё прощение.       Персефона почти силой заставила его поднять голову, Аид тут же стал обнимать и целовать её колени. - Проведи со мной ночь, как муж. И подари мне дитя. - Ты уверенна? - Да, - Персефона чуть ли не вскинула голову, смотря на Бога сверху вниз. - Я хочу этого. - Слушаюсь, - покорно согласился Аид. А затем по-доброму улыбнулся, - Ты стала взрослой... И величественной Богиней...       Аид стал целовать её лицо и её ноги попеременно, из-за чего Персефона рассмеялась: "Перестань... Сними свои одежды и покажи мне себя". - Если ты желаешь чего-то особенного в моём теле, - Аид поднялся на ноги, а Персефона встала ногами на их ложе, чтобы быть хотя бы чуть-чуть выше, - я могу это сделать... - Я желаю кое-чего особенного... Увидеть твоё собственное тело... Без изменений...       Аид не был готов к такому. Он не очень быстро стал снимать с себя слои одежды, которых казалось бесконечно много.       Перед Персефоной стоял высокий стройный мужчина с серой кожей и шрамами на ней от старых сражений.       Персефона восторженно осмотрела его с головы до ног и обратно несколько раз и не сдерживаясь прокомментировала всё, что увидела: "Неспортивно..." - Я могу уменьшить любые свои части тела, только скажи. - Оставь, - Персефона шагнула на пол и оказалось сразу в объятиях Аида, - мне всё нравится.       Они переместились на ложе, не переставая целоваться, Аид стал спускать свои поцелуи на шею, на плечи, на ключицы, на груди, которые он целовал и ласкал прямо через кружева, из-за чего и Аид и Персефона чувствовали это по-особенному. - Ты точно уверенна и готова? - Аид не хотел торопится и делать поспешных движений. - Да, - богиня коротко кивнула.       Наконец Аид оказался внутри неё. Он входил медленно и аккуратно, внимально наблюдая за реакцией своей жены, всегда готовый остановиться. Она постанывала, подрагивала, но не сопротивлялась. - Как ты себя чувствуешь? - в какой момент бог беспокоился.       Персефона довольно кивнула: "Ты должен начать двигаться..."       Аид стал двигаться внутри, Персефона же целовала его и продолжала восхищаться телом, которое муж так долго скрывал. Меняя темп, Аид дошёл до того, на котором Персефоне уже было трудно думать, и оставалось только стонать и получать удовольствие, схватившись за края ложа, чтобы удержаться, и закусывая губу. Однако кое на что мысли остались. - Аид, - она крепко обняла его, так, чтобы её губы оказались как можно ближе к его уху, - мой муж... Я люблю тебя.       После этих слов Аид излился. "Прости, я не смог сдерживаться дальше... Я могу тебе помочь..." - Нет нужды, - Персефона устала не меньше. - Скажи лучше, будет ли у нас ребёнок. - Если бы я не был богом царства мёртвых, я бы точно ответил, что будет. Но сейчас я не уверен. - Тогда... - богиня задумалась, - я схожу завтра в храм Афродиты и спрошу у неё. - Я пойду с тобой, - Аид уже поднимал Персефону для того, чтобы отнести искупаться. - Туда нельзя мужчинам. - Я постою рядом с храмом и подожду тебя. А потом сам отведу тебя к Деметре и поклонюсь ей. - Спасибо, - они снова целовались.       Засыпая, Персефона прижималась к крепкой спине мужа, не вернувшего на себя одежды, и ногами переплеталась с его ногами. Завтра наверху придёт весна. ***       Они стояли у храма, не решаясь заходить. Персефона вздохнула и пошла вперёд, не сразу отпуская руку мужа. - Афродита! Покровительница матерей! Мне нужна твоя помощь, пожалуйста. - Конечно, - прекрасная богиня появилась из ниоткуда и вышла из тени. - Что случилось? - Ты можешь определить беременность?       Афродита вскинула брови, потом усмехнулась: "Смогу, конечно, даже не думай сомневаться, только нужно раздеться. И муж твой пусть отвернётся, я тоже раздета вообще-то".       Аид, до этого наблюдавший за происходящим, чтобы быть на готове для защиты, сам всё услышал, одним движением отвернулся всем телом и стал дальше внимательно слушать.       Персефона разделась. Афродита осмотрела её живот и лоно. - Да, ты беременна. Всё будет хорошо. - Я рада, - Персефона выдохнула с облегчением.       Она подняла свои одежды и, взяв их в руки, не спешила уходить. - Ты хочешь чего-то ещё? - Да, - Персефона несмело кивнула. - Я знаю, что сначала будет незаметно, но потом... Я не думаю, что готова ставить в известность маму, - она смутилась. - Ахахаха! - Афродита рассмеялась. - Ты совсем ещё не повзрослела, - она долго не могла успокоиться. - Хорошо, - в её руках появилась корзина с мелкими дикими яблоками, - здесь ровно столько яблок, сколько дней ты пробудешь наверху до того, как спустишься вниз. Каждое из них тебе нужно будет съедать на закате, тогда, когда солнце будет опускаться за горизонт ровно на половину, - она промолчала немного. - Когда спустишься в подземное царство, живот будет быстро расти. Будет больно.       Персефона коротко кивнула, соглашаясь на это, и готовая уходить. - А, и ещё, - почти у выхода, остановила её Афродита, - твой муж сам будет принимать твои роды. Я к тебе не приду. - Понял, - Аид стоял тут рядом и ответил тут же. - Хорошо... Спасибо.       Персефона была немного задумчива, Аид помог ей вернуть на себя одежды. - Ты умеешь? - Я научусь. - Спасибо...       Они ещё о чём-то говорили, пока разбирались с одеждой, Персефона повеселела, Аид взял у неё корзинку, чтобы ей не тащить её, хотя она оказалась совсем не тяжёлой.       Афродита смотрела на них издалека из угла храма и брезгливо фыркнула, прежде чем пропасть по своим делам. ***       Деметра уже ждала у дома на улице, снег начинал таять. Увидев Аида, она не сдержала недовольства: "Ты здесь зачем? Тебя я не жду". - Я проводил свою жену и пришёл поздороваться с тобой, - он поклонился Деметре. Немного помолчав, не выпрямляясь, он продолжил, - Тебе я тоже причинил боль. Я прошу твоего прощения. - Иди уже к себе.       Аид выпрямился и протянул корзинку с яблоками Персефоне, но не отпускал её сразу, когда её взяла Персефона: "Ты уверена?" - он говорил шёпотом, чтобы его услышала только Персефона.       Она кивнула и всё-таки забрала эту корзинку. Аид произнёс: "Зови, если буду нужен. Я приду по первому твоему зову," - и ушёл, постепенно спускаясь в своё царство. - Что с ним? - Деметра подошла к дочери, забирая в дом. ***       Персефона жила с мамой, утром помогала ей в весенних делах, днём гуляла и отдыхала в лесах и деревнях, вечером на закате исправно съедала по одному яблочку. Прошло ещё совсем немного времени, но она замечала, что живот совсем-совсем не растёт.       Как-то вечером, прогуливаясь по огромному саду какого-то института, следя за солнцем, она отвлеклась на ребят, шумящих неподалёку, из-за чего споткнулась, упала и уронила нужное яблочко.       Девушки и ребята заметили её и поспешили на помощь, Персефона поблагодарила их, но глазами искала тот укатившийся фрукт и помощи: "Моё яблоко..."       Кто-то из маленьких мальчишек хихикнули: "Можно же взять любое другое..." На что ему ответила высокая девушка с длинными кудрями: "Ты что, не не видишь? Она беременна! Нужно именно то яблоко, а ну бегом за ним!" - почти прикрикнула она на него и показала кулак, а когда он убежал, обратилась снова к Персефоне:" Ты в порядке?... Ты такая красивая, как Афродита..." - Не говори мне таких вещей, - Персефона не сдержала испуга на лице, - никто не может быть прекрасней богини, побереги и себя, и меня... Как ты узнала, что я беременна, у меня нет большого живота... - По глазам, всё понятно по глазам... А ещё, несмотря на то, что живот у тебя небольшой, ты его придерживаешь, защищаешь.       Тут уже прибежал мальчишка с тем самым яблоком, отдал Персефоне и убежал, не дожидаясь благодарности. Персефона тут же съела это яблоко, ведь солнце было уже чуть более чем на половину за горизонтом. - Не бойся того, что я говорю, что ты красивая, - это был голос той высокой девушки, но перед Персефоной уже стояла сама Афродита, - это действительно так. Но я не злюсь и не завидую, потому что знаю, что это временно, беременность и роды меняют тело женщины, - после этих слов она словно растворилась в воздухе, оставив Персефону одну.       Персефона тут же рухнула, оставаясь сидеть на траве, переваривая произошедшее. К ней подошёл какой-то мужчина, начавший заигрывать, Персефона пыталась вежливо отказаться от общения с ним, потом пришлось перейти на грубое общение, но когда он потянул к ней свои руки, она схватила их, выкрутила, и отопнула от себя со всей той силой, которую смогла сейчас собрать. - Как смеешь ты так обращаться со мной? - начал угрожать мужчина. - Это ты как смеешь приставать, когда тебе отказывают? Ты мне не интересен, у меня есть муж! - Ну и где же твой муж сейчас? - насмешливо произнёс незнакомец подозрительно знакомым голосом. - Кто тебя сейчас защитит? - Аид! - гордо и громко произнесла Персефона, встав на ноги, одно его имя звучало как угроза, как призыв, как заклинание.       Тут же прибежал какой-то юноша со странной сероватой кожей, явно давно не бывшей под лучами солнца, быстро огляделся по сторонам и закрыл у себя за спиной Персефону. - Как вдвоём вы смеете перечить мне, - Зевс наконец принял свою истинную форму.       Персефона опешила и ещё больше разозлилась. Юноша же рассмеялся богу в лицо, тоже преображаясь. Перед Персефоной была знакомая, родная сильная спина. - Как смеешь ты приставать и думать, что тебе всё можно? - Аид на секунду задумался о то, что мог бы сделать Зевс, если бы его не было рядом, и протянул руку к его горлу, остановив её за пару сантиметров и оставив так. - Я заберу тебя в подземный мир, запру и прикую, чтобы ты вообще больше никого не касался. - Ты не посмеешь этого сделать, я выше тебя и главнее. - Главнее ты здесь, в подземном мире правим мы с Персефоной, и твоя судьба будет зависеть от её решения, - рука Аида уже лежала на его шее и начинала сдавливать. - Аид, нет! - за ухом послышался громкий шёпот.       Аид сдался: "Пошёл прочь," - после чего Зевс испарился в воздухе, оставляя за собой ехидную улыбку и руку Аида, продолжавшую находиться к том же месте. - Жаль, что ты не разрешила, - Аид повернулся к Персефоне, она уже была рядом-рядом, обняла его и прижалась, отчего и сам Аид наклонился, обнял её и прижался.       Этот момент прервала подошедшая древняя-древняя старушка, которая терпеливо подождала, пока Аид её заметит: "Ох, учитель..." - они распустили объятия и Аид поклонился к учителю, чтоб не быть выше. - Нельзя так сбегать с занятий, ученик, - она узнала его в его собственном облике. - Простите, учитель, мой жене нужна была моя помощь, я не мог оставить её. - Однако пропущенное надо будет наверстать... - Да, учитель. - Но не сегодня, - она посмотрела на Персефону, - сегодня побудь со своей женой... Она у тебя очень красивая. Завтра не опаздывать! - уже уходя, бросила она. - Она знает, что ты это ты? - почему-то спросила Персефона. - Мне кажется, догадывается, но я ей не признавался. Я провожу тебя до дома.       Персефона немного замялась: "Не хочешь сегодня переночевать у нас? Солнце уже почти село..." - Деметра будет против, не думаю, что хочу расстраивать и её, и тебя за одно из-за этого. - Но я же к себе приглашаю, а не к маме! - произнесла Персефона голосом, полным возмущения. - Тем более, я соскучилась... - Хорошо, - Аид улыбнулся ей настолько мило, насколько успел научиться за годы с ней, - я тоже соскучился, - он потянулся, чтобы целовать её. ***       Они подходили к большому дому посреди леса, весь дом был в цветах, деревьях и кустарниках, это был дом Деметры и Персефоны.       Деметра всегда чувствовала, когда подозида Персефона и выходила её встречать, на этот раз она была не очень довольна. - Почему я вижу тебя рядом с моей дочерью посреди лета, ты собрался снова её у меня похитить? - Мама, нет! - Персефона стала было защищать Аида. - Деметра, - но Аид вмешался, поклонился ей и стал сам отвечать за себя, - я не нарушу слова. Сегодня в наверху в гостях. - Я позвала его переночевать у нас, времени много и... И я хочу побыть с ним хотя бы чуть-чуть сейчас.       Деметра помолчала, тяжело вздохнула, закатила глаза, потом изобразила радость и смирилась: "Пойдёмте, надо поесть". - Спасибо, - Аид снова ей поклонился.       Аид за столом был скромен, и старался не говорить лишнего, тем более, пока его не спрашивали. - Почему ты всё-таки наверху сегодня? - спросила Деметра. - Я был вынужден подняться сегодня по личным делам, - Аид аккуратно подбирал слова и обдумывал, что говорит, прежде чем сказать. - Хм, - Деметра усмехнулась, - интересно по каким? - Мама! - вмешалась Персефона, почти что подпрыгнув и встав. - Аид спас меня сегодня от вашего любимого Зевса, разве важно зачем он был здесь!? - после этих слов Персефона насупилась, но подняла голову и гордо пошла наверх - где была её комната, поманив за собой рукой Аида. - Я прошу прощения, - Аид обратился к Деметре, вставая. - Погоди секунду, - приостановила его пальчиком Деметра, - расскажи что хотел Зевс. - Того же, чего и всегда... - Ты ведь такой же, зачем ты его остановил? - Деметра пыталась не проявлять своих эмоций, но подламывающийся голос выдавал её. - Уже нет... - Ладно, иди, - Деметра не стала заставлять его объясняться. - Персефона ждёт тебя, - а когда Аид уже скрылся из виду, шёпотом добавила. - Спасибо. ***       Когла Аид подошёл, Персефона стояла перед зеркалом, выалетая из волос цветы и полевые травы, она повернулась: "Ох, ты так долго... Всё в порядке?" - Да, всё хорошо, - Аид подошёл к ней и начал помогать расплетаться. - Поможешь мне раздеться? - Да, конечно, - Аид был немного смущён, но согласен и ещё несколько взволнован.       Сняв платье, он встал перед Персефоной на колени, смотря на неё снизу вверх и на её живот, всё же немного увеличившийся в размерах. - Не болит? - Всё в порядке, - Персефона улыбнулась, а потом захихикала, когда Аид стал щекотно выцеловывать её живот и бока. - Дурак, целуй меня в губы, - она продолжала смеяться. - Хорошо, - Аид покорно принял и команду, и оскорбление от Персефоны. - И тоже резденься... Пойдём на кровать... - Да... - Аид послушно сделал всё, что сказала Персефона.       Они сидели на кровати и целовались, Аид внимательно следил, чтобы Персефона была рада и довольна, особенно тогда, когда действовал вне её команд, целуя шею, груди и бёдра, оказавшись снова на коленях перед ней. - Хахахаха! - она тихонько оттянула его от своих ног, - Что ты делаешь? - Здесь тоже есть губы... - после этих слов он аккуратно отодвинул её ноги друг от друга пошире и сделал широкое движение языком. - Ах! Ты чего! - сначала Персефона просто была в шоке, но потом что-то щёлкнуло. - Это вот этому тебя учат? - Вовсе нет, про это мне просто рассказали... - Я верю тебе, - Персефона быстро успокоилась, - но зачем? - Мне рассказали, что женщинам это приятно... Может, и тебе понравится... - Аид продолжил начатое дело, повинуясь тому, как его направляла Персефона за волосы.       Они лежали обнимаясь, практически засыпая: "Тебе понравилось?" - нужно было выяснить, стоит ли ещё повторять такие вещи. - Понравилось, - улыбку Персефоны было слышно в голосе, она улеглась на грудь Аида поудобнее. - Мне, наверное, тоже стоит сделать что-то приятное для тебя... - Не нужно. Ты моя жена и уже вынашиваешь моего ребёнка, я уже счастлив... Спасибо тебе.       Персефона снова хихикнула и стала засыпать, пока Аид нежно гладил её волосы и целовал лицо.       Утром Персефона проснулась не очень рано, солнце было уже высоко, но разбудил её не солнечный свет, а отсутствие тепла рядом. Обнаружив пропажу Аида, богиня не на шутку испугалась и подскочила на постели, оглядывая всё вокруг. Заметив венок из почерневших трав и цветов, которые они вчера вместе выплетали из её волос, она успокоилась: с Аидом всё в порядке, ему просто нужно было уйти рано, и он постарался не разбудить Персефону.       Аид встал рано утром, ещё до рассвета, насколько мог тихо, стараясь не разбудить Персефону, оделся и вышел из дома, только на улице его окликнула Деметра. - Куда ты так рано уходишь? - Я не хотел более беспокоить вас своим присутствием... Да и мне надо идти... - Ты ходишь учиться принимать роды, да ведь? Персефона беременна и не говорит об этом мне, да? - Персефона не хотела бы, чтобы я отвечал на этот вопрос, - ответил Аид, уже заведомо понимая, что ответ звучит положительно, и, помолчав, добавил. - Тебе я врать тоже не хочу. - Хм, - Деметра шмыгнула носом, - и так всё по ней видно, я догадывалась. Жаль, что она не хочет мне рассказать. - Прости. - Почему у неё живот не растёт, ничего не случилось? - Афродита дала ей маленькие яблоки, пока она здесь, наверху. Живот будет расти, когда она спустится, ничего не случилось, всё так ей и задумано. Я должен идти... - Иди-иди, - уже начиная плакать и отворачиваясь, махнула она рукой.       Сегодня целый день шёл мелкий-мелкий дождь. ***       Пришёл день возвращаться в царство Аида. - Так быстро! - Деметра сидела рядом, пока Персефона складывала немного вещей с собой. - Неужели нельзя остаться ещё на чуть-чуть...       Персефона покачала головой: "Никак нельзя... Даже несмотря на то, что Аид не пришёл забирать меня, я должна идти. Я давала слово".       Деметра только вздохнула, не в силах отвечать. - Возьмёшь себе? - Персефона протянула ту корзину из-под яблок, которая сегодня уже была пустой. - Ох, нет, - Деметра куда-то ушла, но быстро вернулась с одеялами и простынями, которые она уложила в эту корзину, - возьмите себе, она как раз хорошо подойдёт для новорождённого... - Мама... - Персефона опешила, посмотрела прямо на Деметру и замерла в ожидании её дальнейших действий. - Не беспокойся, я только рада... И Аид не говорил мне, я сама поняла... И мне очень грустно, что ты не хотела меня мне говорить о таком радостном событии... - Прости меня.... - Всё в порядке, - Деметра обняла Персефону, успокаивая уже её. – Давай я провожу тебя. Аид, должно быть, занят.       Они вместе стояли у врата в царство Аида, ничего не было видно и слышно, вокруг царила кромешная тьма, немного вокруг себя пространство освещали совсем чуть-чуть только их тела и глаза, и глаза Цербера, спокойно сидящего рядом с вратами, не чувствовавшего опасности рядом с ними, Персефоне он вообще был рад и не мог сдержать движения хвостом, несмотря на все попытки казаться невозмутимым с тройной силой. - Дальше я сама, спасибо! – Персефона взяла то, что несла её мама с собой, поклонилась и пошла.       Деметра покачала головой, помахала рукой и напомнила о том, что ждёт её весной наверху и будет скучать. - Здравствуй, Персефона! – её встретил мрачный лодочник на берегу реки Стикс. – Ты одна сегодня? – ни капли злости и хитрости не было в его словах, он по-настоящему был обеспокоен. - Здравствуй, Харон… Сегодня одна, срок пришёл, но Аид занят, поэтому я пришла сама. - Как… благородно? - Поможешь мне пересечь реку? Только у меня с собой ни монеты… - Как я могу! Молодая Госпожа, какая плата? Конечно, пойдёмте, - Харон пропустил Персефону на лодку первую, помог загрузить вещи, и спокойно, ровно и быстро переправил ближе к Аиду.       На тот берег уже вышла Геката, услышавшая голос Персефоны и возгласы Харона. Она была рада Персефоне, как и всё царство Аида, которое как будто рассеивало темноту и расцветало, несмотря на отсутствие цветов. - Он ждёт тебя, - Геката взяла Персефону за руку и повела за какими-то скалами, тихо прячась. – Смотри!       Посреди залы сидел Аид, давно уснувший в книге, прочитанной на три четверти, но и столько прочитать казалось подвигом при взгляде н е её толщину, он был в том же образе, что и прибегал наверху – молодого человека. - Он целыми днями занимался наверху, а ночами – изучал книги, даже не меняя обличия, чтобы не тратить на это время и силы. И вообще ничем больше не занимался, тут немного заброшено из-за этого. - Вы-то ему помогали? - Конечно, но мы же не способны сделать вообще всё то, что делает сам Царь подземного мира… Давай, иди к нему, а я пошла, не буду вас смущать. - Спасибо, - Персефона всё же немного смутилась.       Она тихо подошла, аккуратно положила руку ему на плечо и шёпотом стала будить и звать к себе. Аид сначала открыл глаза и увидел Персефону, испугавшись, как призрака, а только потом проснулся и понял, кто перед ним стоит. - Уже пришло время?       Персефона молча кивнула и протянула ему такой же венок, который он оставлял ей, только из свежих, живых цветов. - Я совсем потерял счёт времени! О, прости меня! Я должен был прийти за тобой и привести сюда с праздником и почестями! - Всё в порядке, мне нравится, что, вернувшись домой, я могу тихо поговорить только с тобой. - Но как ты добиралась одна? – Аид встал, развернулся к Персефоне и взял её руки в свои, сейчас он был даже чуть меньше ростом. – Это же было опасно, как тогда… - Я была не одна, - Персефона улыбалась, они стояли, обнявшись, не замечая течения времени. - Аид, - вдруг тон Персефоны стал серьёзным и даже строгим, - вчера я съела последнее маленькое яблоко из корзины. Афродита говорила, что будет больно, когда ребёнок будет становиться того размера, которого должен быть. Ты будешь рядом? - Я буду рядом с тобой в это время. Прошло… - Прошло восемь месяцев… Ребёнок у людей уже большой, когда проходит столько времени…       Было видно, насколько обеспокоена Персефона, Аид принял свою собственную величественную, царскую, взрослую форму, взял Персефону на руки, прижав к себе её голову и понёс в спальню: «Уже довольно много времени, тебе нужно отдохнуть…» - Тебе тоже, - больно ткнула его в плечо Персефона, с чем Аид не стал спорить. - Я буду рядом, буди меня, тряси меня, говори, что ты хочешь, не стесняясь. - Хорошо, - немного зарывшись в его руки, ответила Персефона. – Пить хочу…       Аид молча кивнул, и, как они зашли в спальню, там уже был кувшин, доверху наполненный сладковатой водой.       Они крепко и спокойно проспали всю ночь, прижимаясь другу к другу, отдавая всё свое тепло.       Утром Аида разбудила мелкая-мелкая дрожь под боком, Персефона свернулась калачиком, насколько ей позволял начавший увеличиваться живот, и держалась за него, зубы она то стискивала, то кусала губы, заметив, что Аид проснулся, она взяла его верхнюю руку и положила к себе на живот: «Мне холодно,» - еле-еле слышно прошептала она.       Аид отдал всё своё тепло в эту руку, накрыл Персефону ещё двумя одеялами, и, немного напугано, продолжал посматривать за ней, иногда засыпающей на несколько минут.       Когда Персефона окончательно уснула после этого, а живот её вырос так, будто уже не сегодня – завтра придёт час, Аид облегчённо выдохнул, но не стал убирать ни руку, ни одеяла, просто лёг рядом с Персефоной, продолжая посматривать за ней через полудрёму.       В дверь постучали. Это была Геката, она зашла. Персефона повернулась на неё, не вставая. - Смотри! – Геката обошла ложе, и присела рядом с Персефоной, попытавшейся всего двумя руками прикрыть живот. Геката протянула ей чашу с каким-то густым маслом. – Это заживляющая мазь, раны заживут и перестанут болеть.       Персефона недоверчиво посмотрела на неё, но с благодарностью приняла такую помощь. - Где же сейчас Аид? Зачем ему снова подниматься наверх, если его жена тут, - поднимаясь и оглядываясь, Геката не сдержала своих размышлений вслух. - Нет-нет, он где-то тут. В его отсутствие накопилось много душ, никуда не определённых, поэтому сейчас он помогает им. А меня он не взял с собой, чтобы я отдыхала и не волновалась за все эти души. - И правильно сделал ведь. Ты и без того волнуешься, а если их увидишь и услышишь…       Персефона просто кивнула, а Геката вышла.       Но зайти её обратно заставил то ли возглас, то ли самый настоящий крик. - Что случилось? - Что-то не так, - Персефона придерживала рукой живот, а по её ногам уже бежали капельки жидкости. - Так ты уже начинаешь рожать! Подожди здесь, - она аккуратно усадила Персефону на ложе. – Я сбегаю за Аидом, он лучше знает, что делать.       Персефона послушно села, но слегка покраснела: «А ты не знаешь? Ты же женщина…»       Геката мягко наклонилась к ней, чтобы её глаза были на одном уровне с глазами Персефоны: «Я женщина, а он целый год усердно готовился, чтобы смочь помочь тебе, он лучше знает, что он сможет сделать. Не волнуйся, я быстро, роды не длятся слишком быстро, подожди немного».       Персефона нерешительно кивнула. Геката же пулей вылетела из их покоев и стала искать Аида.       Персефона подождала немного, никто из них не приходил, она сама решила выйти немного походить недалеко от покоев и встретить хоть кого-то по возможности. Низ живота начинало немного тянуть, но ещё возможно было терпеть и двигаться.       Но выходя, она сразу столкнулась с Аидом, запыхавшимся и напуганным больше самой Персефоны: «Ты куда?» - Прогуляться, - искренне ответила Персефона, - пока есть возможность. - Подожди… - Аид был всё ещё немного напуган, но стал очень серьёзен. – Дай мне сначала тебя осмотреть… - Ещё рано, в этом нет необходимости… - Персефона взяла его за руку и повела за собой, Аид сопротивлялся и стоял на месте. - Я посмотрю, и только тогда пойдём, - произнёс он. Это не было вопросом, это не было просто произнесённым фактом, это была командой, почти приказом, никогда раньше он не позволял себе так общаться с Персефоной. Только сегодня, только сейчас, ради неё же, чтобы убедиться, что всё хорошо, что ей ничего не угрожает.       Персефона слегка насупилась, но не стала больше ни спорить, ни сопротивляться, дала себя осмотреть, и, убедившись, что время и возможность ещё есть, они направились на осторожную медленную прогулку.       Прибежали они обратно к покоям не скоро. Но бежали бегом, Аид нёс её на руках, несмотря ни на что, быстро он аккуратно спустил на землю, после чего положил на кровать. Персефона немного поворочалась немного, потом села: «Мне не удобно лёжа, подожди…» Аид просто присматривал как за самой Персефоной, так и за процессом рождения дитя, готовый в любой момент буквально поймать его, но это было непросто, потому что Персефона не могла остаться в одном месте, и то ложилась, то садилась, то переворачивалась. В какой-то момент она как-то улеглась и больше не меняла положение, видимо нашла, как удобнее, но так Аид не видел её лица.       Персефона не кричала, только как-то выдыхала и тихонько постанывала, не желая пугать и будить всё подземное царство.       В какой-то момент двери их покоев буквально распахнулись, ни один не обратил на это никакого внимания, хотя в любой другой ситуации на вошедшего мог обратиться весь возможный гнев Аида. Но в какой-то момент Аид почувствовал лёгкий удар клюкой по плечу и обратил внимание на древнюю-древнюю старушку: «Учитель?» - хоть что-то похожее на осознание того, что учитель сама пришла к ним в покое и что сейчас находится в подземном царстве, пришло не сразу и вообще потом, сейчас их обоих интересовало другое: «Ты нужен своей жене не здесь, а там, где её глаза. Я помогу здесь, иди».       Аид перешёл и сел рядом с Персефоной, на её вопросительный взгляд он ответил: «Здесь учитель,» - в глазах Персефоны прочитались одновременно и радость, и благодарность, и грусть.       В какой-то момент Персефона взяла руку Аида и прислонила ко рту, получив положительный кивок на свой снова вопросительный взгляд, она впилась зубами, издавая негромкий стон. - У богов родилась дочь! – учитель Аида вышла к их лица, держа на руках младенца, чтобы отдать его матери. – Нужно дать ей имя.       Персефона взяла дочь на руки и долго смотрела на неё, прежде чем что-либо произнести.       Всё закончив, учитель стала уходить из их покоев, но задержалась в дверях, дождавшись, пока Персефона назовёт имя. - Мелиноя… - после чего Персефона посмотрела на старушку и выдохнула. – Спасибо…       Ей улыбнулась Афродита и скрылась.       Сегодня последний день перед уходом Персефоны наверх. - Пойдём, нужно обойти все владения, - хозяин царства мёртвых протянул свободную руку Персефоне, заставив её посмотреть сначала на руку, а потом поднять глаза на Аида и их дочь в другой его руке.       Мелиное ещё не было года, но она уже вела себя как подобает настоящей царевне, практически не капризничала и прямо сидела на руках родителей.       Персефона вложила свою руку в руку Аида и они пошли совершенно неторопливо, держась за руки, показывая царству дочь, а дочери – царство.