Часть первая и последняя

Фикло писать в ночи иль нет, — вопрос; Что честь фикрайтера порочит — сон, Что долог, беспробуден и хорош, Иль сон короткий слишком, чтоб писать Имелось времени полно? Писать — И только; каждый день дарить фикло Читателям, что проду жаждут столь, Наследье публикаций — как мечту Их не исполнить? Написать. — Писать! И успевать везде, быть может? Как!? Как силы находить в себе на жизнь, Когда ночами только музы здесь? Ах, вот причина; вот исток проблем Извечных, проды ожиданья лет; Кто стал бы новых частей вечность ждать, Мечтать о них, читать в тиши, тайком, Рыдать над гибелью любимых всех, Разбитыми сердцами жёстко столь, Персонами, не стоящими слёз, Когда бы днём он сам писать бы мог Свои шедевры? Чьи бы отзывы Писать продолжить вдохновляли нас, Когда бы страх лишиться вовсе сна, — Не участь, а кошмар в натуре, знать Дано погибшим, — волю не смущал, Внушая вам впроцессники читать И не спешить самим творить начать? Так зрителями делает нужда, И текстов так творцов природный свет Слабеет под желаньем жить со сном, И буквы фика первые в Ворде, Покинуть вас скорей спеша, уйти, Теряются в корзине. Но молчать! То утро? — вот уснут все музы вновь, И я вернусь другою ночью к вам.