Секреты за углом

ПОНЕДЕЛЬНИК Школьный день подходил к концу. Белал и Акылзат, как обычно, сидели на последних партах, одновременно пытаясь сосредоточиться на алгебры и не допустить, чтобы их разговоры и шутки слишком громко мешали остальным. В классе было тихо, но кто-то что-то быстро прошептал, и все взгляды оказались прикованы к листу, который случайно оказался на столе перед ними. Темирлан, который сидел в углу, немного приподнял брови и одним взглядом отметил, что это был список дат рождения всех учеников в классе. Он сам никогда особо не интересовался этими вещами, но любопытство взяло верх. В этом списке была дата рождения Бермет. — Слушай, посмотри, — Акылзат наклонилась к Белалу, а затем тихо указала на лист. — Бермет… ее день рождения совсем скоро. Белал мгновенно взглянул на лист, но тут же его лицо стало серьезным. — Вот это да, я даже не знал, — произнес он, но при этом не выглядел удивленным. В какой-то момент он знал, что что-то скрытое в их группе стоит. — А ты что, подслушивала? — Нет. Просто… заметила. — Акылзат повернулась к нему и ухмыльнулась. — В любом случае, подарок я ей все равно не придумала. Темирлан, который сидел немного в стороне, заметил их обмен взглядами и недовольно фыркнул. — Ну вот и повод для хаоса. Кто-то тут пытается найти идею для подарка? — саркастично добавил он, поднимая глаза к потолку. Акылзат пожала плечами. — Думаешь, что мы все, как твои старые знакомые, забудем и не забудем про её день рождения? Нет, этот момент мы не упустим. — И что ты планируешь? — спросил Белал, не скрывая немного настороженности. — Ты вообще в курсе, что дарить таким людям? — Честно, нет, но что-то придумаем. А вы? — она посмотрела на Белала с интересом, будто бы ему было интересней разгадывать её задумки. Темирлан снова протянул руку к своему телефону, скрывая недовольство, и начал прокручивать ленту, но внутреннее любопытство не давало ему покоя. — Ну, хоть не везде смерть — это подарок, — проговорил он под нос, но тут же вернулся к своему привычному молчаливому состоянию.

***

Когда уроки закончились, а класс наполнился звуками школьных разговоров, ребята начали собираться в зале для подготовки к новогоднему оформлению. Каждый тихо держал в голове мысль, что надо придумать что-то особенное для Бермет, ведь теперь они знают, что её день рождения — через пару дней. — Погоди, ты думаешь, что она что-то заметит, если мы не будем слишком очевидными? — тихо спросила Акылзат у Белала, когда они работали над гирляндами. — Наверное, заметит, но она сама же любит такие сюрпризы, — ответил он, зажимая гирлянду между пальцами. — Просто не знаю, как она отреагирует. — Да кто ее вообще знает, — подметил Темирлан, стоя рядом и держа упаковку с мишурой. — Я не собираюсь строить из себя её лучшего друга, но надо сделать что-то приличное. Бермет стояла у окна, разговаривая с кем-то из одноклассников, и даже не замечала, как их мысли кружились вокруг неё.

***

После того как они разобрались с мишурой и гирляндами, наступила тишина. Зал выглядел почти празднично, хотя до идеала было ещё далеко. Время от времени кто-то из ребят вытирает стекло на ёлке, или поправляет натянутую гирлянду. А между делом они все пытались придумать, что же подарить Бермет. Акылзат стояла на лестнице, крепко держась за перила, чтобы развешать последние серебряные ленты. — Ты ведь знаешь, что Бермет — это ходячая странность, — задумчиво произнесла она, не отрывая взгляда от гирлянды. — С ней всегда сложно. Темирлан, заклеивающий угол ёлки, на мгновение остановился. — Так мы же всё равно не знаем, что ей подарить, — сказал он, покачав головой. — Да и вообще, я не понимаю, зачем что-то дарить. — Ну, в принципе, ты прав, — сказал Белал, который только что закончил привязывать последний шарик к верхушке ёлки. — Нам всё равно не скажут, что она хочет, а мы начнём гадать, и в конце концов будет такая фигня, что её подарки останутся лежать, а наши честные попытки — без результата. В этот момент, когда все затаили дыхание, в дверь заглянул кто-то. Это был один из учителей, проходивших мимо, и их внимание на мгновение переключилось. — Но, может, все-таки подумаем? — предложила Акылзат, немного отвлекаясь от гирлянды. — У неё день рождения, и мы никак не можем найти подарок. Почему бы не просто выбрать что-то нейтральное, но при этом, чтобы она не подумала, что мы её забавляем? Темирлан покачал головой. — Мы не можем подойти с пустыми руками, понимаешь? Всё должно быть… значимым. Чё, если это тот момент, когда тебе будет нужно преподнести нечто сверхоригинальное? Белал хмуро посмотрел на свою гитару, которую всё ещё держал рядом с собой, и усмехнулся. — Да уж, как в театре. А если всё не так, как нужно, и она снова скажет, что мы не сделали ничего достойного? Молчанье. И тут как будто кто-то выдал шепотом. — Это её день рождения. Тишина. И взглядов уже не хватало. Темирлан сначала замер, затем выдохнул, немного помолчал и сказал: — Чёрт, мы опять ничего не знаем!

***

Бермет зашла в зал с привычным спокойствием, кинув сумку на первый попавшийся стул. Она даже не обратила внимания, что остальные трое сразу как-то притихли, будто их застали за чем-то подозрительным. — Привет, рабочие пчелы, — бросила она, вытягиваясь на ближайшем стуле. — Как успехи с этим цирком? — Никак, — отозвался Темирлан, не поднимая взгляда от коробки с гирляндами. — Как обычно. Акылзат продолжила прикреплять мишуру к стене, делая вид, что её полностью поглотила эта важная задача. Белал, стоя у ёлки, что-то бормотал себе под нос, рассматривая коробку с игрушками. — Ого, что-то вы странно тихие, — заметила Бермет, закинув ногу на ногу. — Обычно тут шум как на базаре. Неужели работой увлеклись? — Ага, — сухо ответил Белал, быстро отводя взгляд. Бермет пожала плечами, будто ей было всё равно. Она достала из сумки телефон и начала лениво листать ленту соцсетей. Темирлан в это время искоса посмотрел на Акылзат и шепнул: — Ну и как её спросить? — Никак, — прошипела та в ответ, прикрывая рот рукой. — Она же заметит! — Вы там что-то обсуждаете? — лениво спросила Бермет, не отрываясь от телефона. — Ничего, — одновременно ответили все трое, причём с такой синхронностью, что это только усилило подозрения. Бермет перевела на них взгляд, но потом снова пожала плечами: — Окей, дело ваше. Она действительно не собиралась в это вникать. Ей вообще было всё равно. И так совпало, что именно этот момент дал троице идеальную возможность действовать. Теперь каждый из них пытался придумать подарок, но никто не хотел выдать, что они знают. — Слушай, Бермет, — внезапно заговорил Белал, стараясь, чтобы голос звучал естественно. — А у тебя есть какие-нибудь планы на выходных? Она лениво взглянула на него: — Нет. Может, буду спать. Может, смотреть сериалы. А тебе зачем? — Просто интересно, — ответил Белал, почесав затылок. Темирлан, который сидел рядом, хмыкнул: — Ты плохо вживаешься в роль невинного любопытного, Бель. — Ага, особенно если учитывая, что ты тут единственный с совестью, — добавила Акылзат с лёгкой усмешкой. Бермет прищурилась, переводя взгляд с одного на другого. — Ну, я не знаю, что вы там затеяли, но мне всё равно, — сказала она, откидываясь на стуле. — Делайте что хотите. Только меня не вовлекайте. Она действительно не видела смысла в сюрпризах, подарках или всей этой возне. Но троица была уже настроена. — Она вообще ничего не подозревает, — шёпотом сказала Акылзат, когда Бермет отвернулась. — Вот именно. Давайте использовать это, — добавил Темирлан, хитро улыбаясь. Теперь каждый из них втайне пытался понять, что подарить Бермет, и при этом сделать это так, чтобы их «поисковые операции» не выдали их настоящих намерений. Темирлан нервно грыз ручку, сидя на перевёрнутом стуле, и смотрел на Бермет. Белал и Акылзат стояли у стены, оба украдкой переглядывались, пока каждый из них пытался придумать что-то оригинальное. Секунды тянулись, и напряжение в комнате нарастало. — Так, — Бермет резко обернулась, заметив, что все смотрят в её сторону, — что происходит? — Что происходит? — Темирлан не выдержал и театрально взмахнул руками. — Ты только посмотри, в каком мы зале! Это катастрофа! Бермет сузила глаза. — Ты странно себя ведёшь. Что-то замышляете? Акылзат быстро встряла: — Замышляем? Да кто, мы? Нет, конечно. Мы просто… обсуждали гирлянды. — Гирлянды? — Бермет саркастично оглядела их. — Ага, конечно. Белал кашлянул, опуская голову и притворяясь занятым, хотя на самом деле просто бездумно распутывал уже развешанную мишуру. — Ладно, — Бермет пожала плечами, садясь на подоконник. — Хотите что-то скрывать — ваше дело. Как только она отвлеклась, Темирлан наклонился к Белалу. — Ну что? Есть идеи? — Пока нет, — прошептал Белал. — Нужно что-то, что её удивит. — Не лучше ли спросить напрямую? — шёпотом вмешалась Акылзат. Темирлан фыркнул. — Ты вообще знаешь Бермет? Она же нас порвёт за такой вопрос. — Да уж, — Белал покачал головой. — Если она узнает, что мы знаем про её день рождения, нам не жить. Бермет лениво осматривала зал и вдруг заметила, как троица снова начала переговариваться, как будто она вообще отсутствовала. — Слушайте, а может, расскажете, что у вас тут за секреты? Все трое одновременно замерли. — Никаких секретов, — быстро выпалил Темирлан, встав в позу. — Просто обсуждаем, как бы ещё украсить ёлку. — Ага, — протянула Бермет, явно не веря. — Ладно, не хотите говорить — не надо. Она отвернулась, и троица выдохнула с облегчением. — Мы не сможем долго это скрывать, — шепнула Акылзат. — Поэтому нам нужно действовать быстрее, — прошептал Белал. — Вечером после школы встретимся и окончательно решим, что делать. Акылзат кивнула, а Темирлан скрестил руки на груди, пытаясь придумать, как выкрутиться. Когда Бермет наконец покинула зал, ребята вернулись к делу, но их головы были заняты не гирляндами и не мишурой, а тем, как обставить всю эту историю с подарком для неё. — Так что, реально не спрашиваем? — снова взяла слово Акылзат, а после взяла гирлянду, которую все никак не могли повесить на ёлку. — Не, не спрашиваем. Мы же не хотим её злить, — ответил Темирлан, кидая взгляд на пустую стену, где должна была быть еще одна гирлянда. — Лучше разберёмся сами. Белал нахмурился, задумавшись. Его пальцы взяли гирлянду и помог Акылзат повесить ее на ёлку. — А если мы сделаем что-то, что она точно не ожидала? Чтоб не было банально? — Типа… ты хочешь подарить ей, например подушка? — с сарказмом спросил Темирлан. — У тебя и так хватало причин для сарказма на новогодней вечеринке. — Нет, — Белал продолжал задумываться, не обращая внимания на шутки. — Серьёзно. Акылзат смотрела на них, отстранившись от украшений. — Может, ей понравится что-то, что связано с её увлечениями? Я слышала, она что-то часто упоминала о фотографий. Может, можно что-то на эту тему? Темирлан задумался. — Это уже близко. Но как подарить? Белал закрыл глаза на секунду, думая. Мечтая найти решение, он вдруг сказал: — А что, если создать для неё что-то… уникальное? Например альбом для сборов фотографий. — Хмм, — Темирлан кивнул, прищурив глаза. — Это идея. Не слишком очевидно, но в этом есть смысл. Главное, чтобы все было аккуратно сделано. Взгляд всех троих переместился на мишуру, которая так и не захотела правильно висеть на ёлке. Обстановка немного расслабилась, и они продолжили украшать зал, делая вид, что теперь у них не было ни одной тайны. Когда Бермет, наконец, вернулась в зал, ребята продолжали оформлять ёлку, скрывая свои мысли. В воздухе витал запах ёлочных игрушек и нового года, а в головах у всех троих бурлили мысли о подарке. — Так, — сказала Бермет, осматривая зал. — Что тут у вас? Ничего не упустили? Вы же знаете, что без меня ничего не будет. Ребята обменялись взглядами, делая вид, что всё в порядке. — Всё хорошо, — сказал Темирлан, с усмешкой поднимая глаза на ёлку, которая наконец-то приобрела более-менее приличный вид. — Не переживай. Бермет, явно удовлетворённая, что её присутствие окончательно повлияло на ситуацию, махнула рукой и начала осматривать гирлянды. Белал, который стоял рядом, случайно заметил её взгляд, и в голове у него снова пронеслась мысль о подарке. В этот момент, когда Бермет повернулась к ним спиной, Акылзат быстро и тихо прошептала: — Слушайте, а если мы ей подарим фотоаппарат? Я знаю, что она всегда любит фотографировать, а старый её уже вечно ломается. Это точно будет что-то личное и не банальное. Темирлан поднял брови. — Фотоаппарат? Это серьёзно? У неё нет такого, чтобы нам не нужно было ломать голову. Это же дорого! — Да, но она об этом не говорит, — добавил Белал, скрещивая руки на груди. — Мы же не собираемся дарить что-то, что у неё уже есть. Если подойдём правильно, это будет отличный подарок. Бермет продолжала не обращать внимания на их разговор, увлечённая тем, что она подправляла на ёлке. Белал сделал шаг к Акылзат. — Мы точно должны это сделать. Я уверен, что ей понравится. Надо только выбрать такой фотоаппарат, который не слишком дорогой, но и не слишком дешевый. Темирлан, немного подумав, добавил: — А как мы её удивим? Как сделать так, чтобы это не выглядело как очередной банальный подарок? — Мы подадим его не как подарок, а как решение её проблемы. Пусть это будет неожиданно и полезно, — сказала Акылзат, улыбнувшись. Ребята продолжали работать, скрывая свою тайну от Бермет. Но внутри каждого уже начинался маленький план. Подарок был решён, теперь нужно было всё правильно оформить. ВТОРНИК Бермет прищурилась, скользя взглядом по экрану фотоаппарата. В кадре оказались обледенелые ветви, покрытые тонкой коркой инея. Свет уличного фонаря пробивался сквозь них, отражаясь хрупкими бликами. Она немного наклонила объектив, добавляя в композицию угол школьной крыши. Щелчок. Фотография вышла неплохой. Она всегда чувствовала, когда кадр был просто картинкой, а когда он оживал. Подбирая фокус, она задержала дыхание, будто боялась спугнуть тот самый момент. Щелчок снова, и снова. Бермет любила фотографировать так же, как другие любят писать или читать. Это было её способом разговаривать с миром. Она фиксировала то, что другие могли пропустить: пустую чашку на подоконнике, отпечаток ботинка в грязи, сломанную цепочку качелей. Её объектив был взглядом, который никто больше не мог повторить. Фотографируя снежные деревья в школьном дворе, она заметила, как снежинки начинали оседать на деревянных досках. Ветерок поднимал тонкие струйки снега, а свет пробивался сквозь ветки, рисуя узоры на снегу. Она смотрела на получившийся кадр, тихо произнося: — Идеально. Каждая фотография была её лучиком, где не было нужды объяснять, зачем она это делает. Это просто было её — заморозить время, запечатлеть жизнь такой, какой она была именно в тот момент, ни секундой позже, ни секундой раньше. На мгновение Бермет замерла, глядя на экран камеры. Каждая деталь в кадре — от обледеневших досок до мягкого рассеянного света — была именно такой, какой она хотела её запомнить. Снежинки танцевали в воздухе, будто извиняясь за свою мимолётность. Для Бермет фотография никогда не была просто увлечением. Это был её способ соединить всё вокруг: хаос школы, однообразие будней, даже свои собственные мысли, которые она не всегда могла уложить в слова. Она присела на край лавочки, переключая настройки камеры. На мгновение задумалась. Почему это для неё так важно? Может, потому что мир часто казался слишком шумным, слишком быстрым? Через объектив всё было иначе. Она могла замедлить время, подчинить его себе. — Бермет! — чей-то голос вырвал её из размышлений. Она обернулась и увидела Темирлана. Он стоял без куртки и выглядел так, будто искал её уже давно. — Что-то случилось? — спросила она, возвращая объектив в защитное положение. — Да так… Просто ты опять пропала, — он смущённо потёр шею. — Без тебя мы не команда. Давай быстрее. — Пойдем, я уже мёрзну. Не понимаю таких людей как ты. — Темирлану явно холодно. Она закатила глаза, но на душе вдруг стало немного теплее. — Ты просто не понимаешь. — Это точно, — согласился он, и в его голосе на мгновение появилась мягкость. — Но, кажется, для тебя это важно. Бермет не ответила. Она просто шла рядом, слушая, как их шаги сливаются с шорохом снега. Она положила камеру в сумку, бросив последний взгляд на небо. И когда они двинулись обратно к школе, её рука непроизвольно коснулась ремешка камеры. Это был её маленький оберег. Всё, что Бермет действительно любила, находилось в тех кадрах, которые она делала. Темирлан и Бермет почти дошли до актового зала. Камера уютно лежала в сумке, а в голове всё ещё вертелись идеи о том, что бы снять в следующий раз. Темирлан открыл дверь в актовый зал. — Наконец-то, — громко объявил Темирлан, привлекая всеобщее внимание. — Бермет пришла спасти вас от вашего… эээ… «креативного хаоса». — Ты всегда такой язвительный? — уточнил Белал, обернувшись к нему с наигранной усталостью. — Только когда вижу, как люди пытаются приклеить гирлянду канцелярскими скрепками, — ответил Темирлан, кивая на стул, на котором Белал как раз стоял. — Это была идея Акылзат! — тут же отреагировал Белал, спрыгнув на пол. — Я предлагала использовать ленту, но кто-то её потерял, — парировала Акылзат. — Хватит, — резко вмешалась Бермет, подняв руку, как дирижёр. — Что здесь вообще происходит? — Мы пытаемся закончить с гирляндами, но это… сложнее, чем кажется, — признался Белал. — Ничего сложного, если делать это с головой, — сухо заметила Бермет. Она бросила сумку с камерой на ближайший стул, подошла к стене и посмотрела на свисающие куски гирлянды. — Ну, кто-нибудь принесёт нормальную ленту или ножницы? — спросила она, не оборачиваясь. — Этого не хватало в наших гениальных планах, — пробормотал Темирлан, уходя за нужным инструментом. Акылзат подошла к Бермет и тихо спросила: — А ты вообще часто что-то украшаешь? — Не часто, но это не значит, что я не знаю, как это делать, — ответила Бермет, проверяя крепления гирлянды. Когда Темирлан вернулся с ножницами и новой лентой, работа пошла быстрее. Бермет чётко распределила задачи: кто держит, кто клеит, кто помогает со стульев. Через полчаса гирлянды уже висели ровно, а в воздухе царила неожиданно теплая атмосфера. — Вот так и надо было с самого начала, — подытожила Бермет, протирая руки влажной салфеткой. — Гений эстетики, — похвалил Темирлан с лёгким поклоном. — Спасибо, — усмехнулась она, убирая волосы за ухо. Белал и Акылзат переглянулись. — Может, нам её на постоянную должность дизайнера нанять? — пошутил Белал. — Я подумаю, — ответила Бермет, идя к своей сумке. Когда гирлянды наконец заняли свои законные места, зал преобразился. Мерцающие огоньки создавали уютный свет, отражаясь от стеклянных окон и ярких игрушек. — Ну, теперь это выглядит как место, где действительно можно отпраздновать Новый год, — с гордостью произнесла Бермет, оглядывая результат работы. — Да, а ведь всё начиналось с хаоса, — добавил Белал, протирая руки от остатков скотча. — И с тех, кто умеет только спорить, — добавила Акылзат, улыбнувшись. Темирлан усмехнулся: — Ну, если бы не я, вы бы, наверное, до утра это делали. Бермет, стоя возле своей камеры, вдруг подняла её и сделала несколько снимков зала. Потом, не опуская камеры, повернулась к остальным: — А давайте сделаем фото на память. — Что, все вместе? — удивился Белал. — Ну да, мы ведь это сделали командой, — пожала плечами Бермет. — Надо же как-то запечатлеть этот момент. — Хорошо, но только если никто не будет кривляться, — предупредила Акылзат, подойдя ближе. — Ты так говоришь, как будто я это всегда делаю, — притворно возмутился Темирлан, но тоже подошёл. Бермет установила камеру на стул, проверила ракурс и таймер. — У вас есть десять секунд, чтобы занять места. Все быстро подбежали к ней, сгрудились, пытаясь встать так, чтобы никого не заслонили. Белал оказался с краю, слегка наклонившись к Акылзат, которая стояла рядом с Бермет. Темирлан стоял чуть позади, насмешливо подняв бровь. — Три… два… один… — произнесла Бермет, успевая встать в центр. Вспышка осветила их лица, и на секунду зал будто замер. — Готово! — сказала Бермет, проверяя экран. Она улыбнулась, увидев результат: все стояли вместе, усталые, но довольные, с разными выражениями на лицах. Белал выглядел слегка сконфуженным, Акылзат – серьёзной, но довольной. Темирлан как всегда излучал саркастичное спокойствие, а Бермет… Она просто смотрела на фото и чувствовала, как тепло от этого момента разливается внутри. — Это фото достойно истории, — задумчиво произнесла она. — А ты точно сохрани его, — добавил Белал. — Кто знает, вдруг через пару лет будем вспоминать, как это было. — Сохранила, — кивнула Бермет, и её улыбка стала ещё шире.