День Зимнего Солнцестояния

Изабель внимательно осмотрела свое длинное платье, специально подобранное в тон к ее шоколадным волосам, и сейчас мерцающее золотой вышивкой на подоле в сиянии свечей богато обставленной гардеробной. Узкий крой, подчеркивающий изящную стройную фигуру, открытые покатые белые плечи, тонкое золотое колье на шее, мерцающее маленькими капельками бриллиантов. Это платье было достойно титула Зимней Королевы, роль которой доставалась девушке, избранной победителем рыцарского турнира, приуроченного к Дню Зимнего Солнцестояния. И сейчас Изабель ощущала, что данный титул вновь ускользает от нее. Именно она была самой прекрасной леди Западного двора, пока не появилась эта светловолосая Анна… безродная, по какой-то ошибке избранная старым лордом Ургисом в качестве воспитанницы и компаньонки его дочери - Асиры. Властителю показалось правильным то, что имя Анны начинается на ту же букву, что и его драгоценного ребенка. И все бы ничего… должность компаньонки - довольно унизительное положение. Если бы ее предложили Изабель, она бы восприняла это за оскорбление не только себя, но и своего рода, почти равного по знатности семье Ургиса, приближенной к королю. Проблема была в самой Анне. Вернее в ее идеальности. Изабель прекрасно разбиралась в этикете, красоте и изысканности, и буквально при первой встрече заметила в безродной девочке, сопровождающей Асиру под руку, свою возможную соперницу. Анна была одарена внешне: прекрасные платиновые волнистые волосы, тонкие черты лица, большие карие глаза с поволокой и длинные ресницы. В совокупности с прекрасно сформированной фигурой вся эта красота смотрелась просто убийственно очаровательно. Анна была образована, не так блестяще, как Изабель, но могла поддержать вполне приличную беседу со многими людьми высшего света. Анна была спокойна и естественно скромна, она не пользовалась преимуществами своей внешности, она смотрела на мир открыто и легко проявляла доброту и участие там, где другие горделиво молчали. Изабель прекрасно понимала, что при должной огранке этот “алмаз” может засверкать очень ярко и затмить даже ее, высокородную знатную леди из известной семьи. Наверное… знатность была единственным явным преимуществом Изабель перед Анной, чем она порой пользовалась и изящно в своей речи как бы ненароком нажимала на слабые места компаньонки леди Асиры. Она не здоровалась с ней первой и не говорила напрямую, а обращалась около, в третьем лице, без приставки “леди” или хотя бы “мисс”. Может быть это поведение и сыграло с Изабель злую шутку. Она понимала это уже как последствие и старалась принять с достоинством. Она считала ниже своего уровня - извиняться и просить прощения у кого-то вроде Анны, хотя понимала, что может быть, если бы не ее происхождение, они бы могли подружиться. Или не могли бы. Из-за Алексиса, старшего сына лорда Ургиса. С детства его прочили в женихи Изабель, но сговоренности по этому поводу между старшими родственниками не было. Лорд Стэнли Леннард, отец девушки, заявил, что его дочь сама выберет себе мужа, когда ей исполнится двадцать. В этом году Изабель исполнилось двадцать один, и она молчала о своем выборе, ожидая шага от сэра Алексиса. Она считала, что мужчина должен подходить первым и сам завоевывать женщину. Она думала, что все уже решено. Но у Алексиса были свои планы. Он оказывал Изабель внимание как единственной леди, равной ему по положению, и даже сопровождал ее на балах, но всегда действовал строго по этикету и в целом вел себя отстраненно. Изабель же считала, что их будущий брак - дело решенное, поэтому терпеливо ждала, когда старший сын и наследник лорда Ургиса сделает ей предложение. Но этого не происходило, а осенью в Западном замке появилась Анна, и отстраненный и холодный ранее Алексис вдруг начал оказывать девушке знаки внимания, которых не делал ранее никому из знакомых леди. Изабель брала злость, когда она видела Анну и Алексиса вместе. Как же чудно они смотрелись - оба светловолосые, похожие на небесных созданий, мирно улыбающиеся друг другу и активно обсуждающие какие-то книги. Где-то внутри младшая леди рода Леннард прекрасно понимала, что они очень подходят друг другу. Но в то же время ее сжигала собственническая ревность и ощущение неправильности происходящего. Изабель с детства знала, что однажды Алексис станет ее мужем, а она войдет в дом семейства Ургисов хозяйкой. Это была картина мира, на которой строилась жизнь девушки, и присутствие Анны ее разрушило. Последней каплей стал прием в доме старого друга лорда Леннарда - графа Сэмюэля, на торжестве в честь дня рождения его первой дочери, где Алексис трижды пригласил Анну на танец, а Изабель всего лишь один раз. После этого знатная леди долго мучилась обидой, которая потихоньку начала превращаться в холодную ненависть и глодать ее изнутри. Внешне Изабель не показывала своих эмоций, оставаясь всегда безмятежной. А внутри - горела. Она даже решилась на отчаянный шаг две недели назад - отказалась идти на традиционный воскресный ужин, который организовывал лорд Ургис для самых знатных семей Западных земель. Изабель надеялась, что позже Алексис навестит ее, узнав, что девушка больна... Но из дома Ургисов пришла лишь сочувственная записка от Асиры. Именно после этого Изабель осознала, что проигрывает. Но чему? Силам судьбы? Или какой-то безродной девчонке, которая внезапно появилась и забрала у нее желанное будущее? Изабель чувствовала, что с ней будто бы поступают нечестно, но не могла ничего сделать. Она в тайне от родителей решила пойти к королевской волшебнице и просить ту показать свое ближайшее будущее. На самом деле чародейка не оказывала аристократам услуг, но за большие деньги и молча вполне могла подсобить. Главное, чтобы просьба была безобидной и не угрожала королю Альбе. Волшебница сочувственно посмотрела на измученную Изабель, которая будто бы начала терять свою необыкновенную красоту от всех переживаний, и вручила той бутылек с зельем, велев выпить его перед сном, а после лечь и размышлять о людях, будущее рядом с которыми она хотела бы увидеть. Конечно же Изабель, когда вернулась в родительский дом и заперлась в комнате, тут же представила Алексиса, а также Анну, и сон, который она увидела, полностью изменил ее жизнь. Поэтому прямо сейчас младшая леди рода Леннард думала не о том, что сегодня титул Зимней Королевы минует ее, и даже не об Алексисе, который вероятно протянет свое копье к месту на трибуне, где будет сидеть Анна, чтобы та повязала ему ленту на оружие. Изабель впервые в своей жизни думала, как спасти жизнь другому… почти незнакомому ей человеку, который после пророческого волшебного сна вдруг стал невероятно родным. ***Девушка аккуратно спрятала в бархатной шкатулке свой дневник, где было в подробностях записано содержание того самого сновидения на закапанных слезами страницах дорогой бумаги, защелкнула замок и уверенно посмотрела на себя в зеркало гардеробной. Сегодня Изабель была красивее, чем когда-либо в жизни, хотя и до этого момента считалась прекраснейшей девой Западного замка. Изящной рукой в тонкой полупрозрачной перчатке она прикоснулась к своей высокой прическе, тронула венец из чистого золота, удивительно гармонично углубляющий шоколадный цвет волос. Девушка провела пальцами по точеному подбородку, почти не касаясь лица, на которое был нанесен макияж лучшим столичным мастером. Потом слегка улыбнулась, правой рукой подхватила платье за струящийся мерцающий подол и отправилась в сторону выхода из гардеробной, чтобы потом оказаться в приемной, где ее уже ждала служанка, которая накинула на плечи своей госпожи изящную белую меховую шубку и приколола на волосы утепленную шляпку с вуалью. Рыцарский турнир проходил снаружи замка, территории которого с начала декабря были завалены свежевыпавшим пушистым снегом. На трибуну у турнирного поля Изабель намерено прибыла с опозданием, в сопровождении своей матери. Отец и брат тоже присутствовали на турнире, но лорд Леннард сейчас находился внизу и наставлял своего сына, который собирался участвовать в поединке и защищать честь своей семьи. - Моя милая Белль. - матушка (чуть постаревшая, но все еще красивая темноволосая женщина в бархатном синем пальто), которая уселась в высокой утепленной ложе недалеко от королевской рядом со своей дочерью и поправила той капюшон. - Ты сегодня прекрасно выглядишь. Думаю, Алексис поднесет свое копье именно тебе. Твоя лента готова? Изабель элегантным движением вытащила из ридикюля искусно вышитую зеленую ленту под цвет своих глаз и степенно кивнула. - Я не думаю, дорогая матушка, что стоит ожидать внимания лишь от сэра Алексиса. - девушка чуть подалась корпусом вперед, осматривая участников турнира, выстроившихся в ряд возле постамента, где должен был выступать лорд Ургис с вдохновляющей речью. - Я красива и считаю, что среди рыцарей есть более сильные и достойные мужчины, которые обратят на меня внимание. Леди Стефания удивленно взглянула на дочь и вдруг одобрительно кивнула. Тут же раздался сигнал горна, и громогласный глашатай, стоящий прямо на турнирном поле, начал по очереди представлять участников турнира. Первым, как всегда, по знатности и заслугам, представили сэра Алексиса Ричарда, младшего лорда Ургиса. Его тонкий, но крепкий серебристый доспех, с выплавленным на нагруднике орлом, браво сверкнул в солнечном свете. Светлые, почти белые волосы чуть выбились из-под удобного шлема, развеваемые морозным ветром. Они обрамляли мужественное породистое лицо с идеально сложенными чертами. Алексис действительно был красив, статен и строен. Он ярко выделялся и на балу, обращая на себя женское внимание, и в мужской компании, где окружающие восхищались его ловкостью и силой. И не напрасно. На всех предыдущих ежегодных турнирах, начиная от совершеннолетия, младший лорд Ургис всегда брал первое место. Но Королеву не выбирал. Изабель, мастерски скрывая любопытство, перевела взгляд в сторону ложи с противоположного верха трибуны, где сидело семейство Ургисов - леди Агнесса, двое младших сыновей и леди Асира с компаньонкой. Изабель будто бы невзначай скользнула по лицу Анны, пытаясь уловить реакцию девушки. Та была спокойна, беседовала с Асирой, но ее взгляд мельком то и дело перетекал к блистающей фигуре Алексиса в голубом плаще с семейным гербом. “Впрочем, уже не важно.” - младшая леди рода Леннард вдруг ощутила себя безмятежно не только снаружи, но и внутри. Она вновь опустила глаза вниз, к ряду рыцарей, и, наконец, заметила высокую плечистую мужскую фигуру в совсем легком доспехе, надетом поверх плотного немаркого темного костюма. С плеч рыцаря струился травянисто-зеленый плащ со стилизованным вепрем. Он стоял единственный без шлема, и его прямые каштановые волосы, часть которых была заделана в пучок на макушке, струились на ветру длинными прядями, доставая до меховой оторочки плаща. Небольшая борода, прямой взгляд карих глаз, густые брови, спокойное выражение более грубоватого в сравнении с Алексисом, но мужественного лица. Гирион Хьюго Гросвенор, наследник лорда Восточного Замка, казался старше других участников турнира. Он вел себя так, будто бы пришел на обычную тренировочную битву, и в отличии от остальных, не был разряжен в пух и прах. Леди Стефания тем временем что-то шепнула стоящей рядом служанке, и та, кивнув, направилась к выходу из ложи. Изабель знала, что матушка порой любит собирать сплетни и скорее всего отправила служанку, чтобы она подслушала, о чем говорят рыцари, и что-нибудь разузнала у их оруженосцев. Девушка не особо концентрировалась на этом событии. Возможно она излишне долго рассматривала сэра Гириона, вспоминая свой сон, и мужчина заметил ее внимание. Зеленые глаза столкнулись с карими, и время для Изабель замерло. Она будто бы вновь оказалась во сне-предсказании, навеянном зельем волшебницы, где прижимала к своей груди умирающего Гириона, смотрела в его глаза и горько плакала. По сюжету той вероятности будущего он пожертвовал всем ради нее и даже прикрыл ее попытки отравить Анну, взяв вину Изабель на себя и получив за нее три удара мечом от Алексиса - в живот, грудь и плечо. В пророческом сне Гирион был влюблен в Изабель, а та этим пользовалась и осознала свою ошибку лишь под самый конец. Сейчас, в реальной жизни, что творилась вокруг, младшая леди рода Леннард хотела сделать все, чтобы не допустить гибели этого человек. Пусть Анна подавится своим Алексисом, пусть тот женится на ней, но они оба не стоят и ниточки с плаща сэра Гириона. Изабель собрала все свои силы и против правил этикета еле заметно приветственно кивнула внимательно смотрящему на нее Гириону. Дала ему прямой знак, как не делала никогда. Даже с Алексисом. Она тут же отвела взгляд, так и не увидев, как лицо мужчины чуть посветлело. Она помнила, что беседовала с ним лишь раз, когда он помог слугам вытащить из дорожной ямы застрявшее колесо родовой кареты семьи Леннард, в которой Изабель ехала на встречу с подругой. Девушка старалась не думать о том, что возможно этот ее кивок был излишне фамильярным. Оставалось лишь ждать ключевого момента поворота событий, чтобы изменить их, сделать совсем непохожими на те, что происходили во сне, навеяном колдовством. Тем временем глашатай завершил представление рыцарей. Они взобрались на подготовленных коней (у Алексиса был изящный белоснежный жеребец с рыжим пятном на лбу, а Гирион ехал на огромном пегом тяжеловозе) и, подняв копья вверх, отправились проходить круг почета вокруг турнирного поля. В этот момент по традиции участники могли при желании протянуть древко копья дамам, которые им нравились, а те в свою очередь повязывали ленточку на удачу. Также, если рыцарь, отмеченный дамой, побеждал в турнире, то она становилась Зимней Королевой. Во сне Изабель титул Зимней Королевы получила Анна. Но сейчас важно было далеко не это. Младшая леди Леннард спокойно сидела в ложе и смотрела куда-то вдаль, не показывая ни жестом, что ее интересуют рыцари и копья. Так поступали настоящие аристократки. Лишь наивные глупышки хихикали и хлопали в ладоши, махая ленточками, но они обычно сидели внизу, среди дворян низкого ранга. Изабель краем глаза видела, как пегой тяжеловоз Гириона направился в ту сторону, где сидела она, и… как ожидалось, красное древко копья рыцаря поднялось вверх, ближе к девушке. Так было и в пророческом сне, где Изабель не обратила на копье Гириона внимания, она ждала, когда к ней подойдет Алексис. Но сейчас младшая леди Леннард изящным движением поднялась с кресла, вновь вынула из жемчужного ридикюля зеленую ленту, которая удивительно сочеталась с плащом Гириона, и у всех на глазах спокойно повязала ту на копье. По трибунам вознесся удивленный вздох. Впервые за многие турниры Изабель почтила кого-то своим вниманием. - Я принесу вам титул Зимней Королевы, леди. - раздался чуть ниже приятный мужской голос. Изабель опустила взгляд и вновь окунулась в омут карих глаз. Гирион смотрел прямо на нее. Девушке понадобилось много сил, чтобы оставаться безмятежной, чуть улыбнуться и кивнуть, ведь она помнила сон, и в сердце ее эхом звучала боль. Сэр Гросвенор гордо поднял копье в руке и вновь отправился к постаменту. Краем глаза Изабель видела, что Анна повязывает белую ленту Алексису, но ей уже было все равно. - Хороший выбор, милая. - леди Стефания довольно приложила закрытый бежевый веер к губам. В ложу заглянула служанка. Она выглядела немного нетерпеливой, сжимая рукава своего тканевого теплого пальто. Матушка тут же повернулась в ее сторону и позволила подойти. - Хорошие ли ты новости принесла, Сьюзен? - Да, госпожа. - Говори вслух. Сьюзен глубоко вздохнула и быстро затараторила: - Я спряталась за навесом, где были привязаны лошади, притворилась, будто бы сено убираю, и услышала, как среди других говорят два рыцаря. Один вам хорошо знаком - младший сын великого лорда Ургиса. А второй - тот, которого глашатай потом назвал как… - она задумалась, вспоминая, и, чуть запинаясь, продолжила. - …. Гирон Хьюго Гросверор или как-то так. На этом имени Изабель чуть встрепенулась и прислушалась, а леди Стефания значительно на нее глянула. - Называй их сэр А и сэр Г, Сюзен. - упростила задачу немного путающейся в именах служанке матушка. - Как скажете, госпожа. - та кивнула и дальше нетерпеливо заговорила. - Сэр Г подошел к сэру А и спросил у того, можно ли ему во время круга почета ехать впереди. Он сказал, что хочет первым предложить копье самой красивой леди из присутствующих, которую заприметил уже давно. На что сэр А уточнил, какую леди сэр Г имеет в виду, и как бы случайно указал на некую Анну. - служанка намерено сделала паузу, а после продолжила. - Сэр Г слегка усмехнулся, и вновь сказал, что сэр А перепутал, указав совершенно не на ту девушку. Он посоветовал сэру А протереть глаза как следует и внимательно посмотреть на трибуну, где сидит…. леди Изабель. Ведь это она - самая красивая девушка. - служанка явно была в восторге, а у леди Стефании загорелись глаза. Изабель почувствовала растекающееся внутри тепло и удовлетворение. Почему-то было приятно, что Алексиса поставили на место. - Продолжай. - кивнула служанке матушка. - Сэр А сказал, что ему все равно, и он пришел на турнир за победой, а не за вниманием дам. Сэр Г ответил, что рад его настрою, иначе, если бы сэр А не уступил, то сэр Г устроил бы драку прямо на месте. И после этого сэр Г на коне отправился прямо к нашей леди Изабель! - с восхищением выдохнула служанка. Леди Стефания отпустила служанку, пообещав той выходной за хорошую работу, а после внимательно посмотрела на дочь. - Могу ли я спросить, почему ты изменила свое мнение, Белль? Нет ли в этом женского коварства? - Может быть мне приснился вещий сон. - туманно ответила девушка и повернулась к полю, где уже готовились биться два первых рыцаря. - В любом случае, сэр Гросвенор пообещал тебе титул Зимней Королевы. - довольно заметила леди Стефания. - Сэр Алексис так ни разу и не подарил тебе короны, оставив ее при себе. Будет здорово, если ты наденешь ее в этом году. В свое время три Зимних Солнцестояния подряд я носила титул Зимней Королевы. - голос женщины сделался мечтательным. - Твой отец добывал мне корону до тех пор, пока я не вышла за него замуж. Он бы получил ее и после, но замужним леди уже нельзя участвововать в этом мероприятии. Изабель улыбнулась. Она прекрасно знала, что матушка бережно хранит копию короны Зимней Королевы, которую заказал ей лорд Леннард у лучшего столичного ювелира. Девушка помнила из сна, что сэр Гирион Гросвенор проиграл Алексису в завершающем поединке, и не ждала его победы. Да и не нужна теперь ей была корона, которая ощущалась пылью в сравнении с жизнью этого человека. Турнир ощущался скучным. Изабель не показывала своего равнодушия, но каждый раз она видела одно и тоже: кого-то сшибают с коня, кто-то падает сам, кто-то наоборот радуется своей победе. В этом месте было много проигравших, а победитель должен был остаться всего один. И это будет Алексис. Изабель внезапно очень захотелось, чтобы он проиграл, и к концу этапа поединков она оживилась. Гирион и Алексис шли вровень, побеждая своих противников до тех пор, пока не стали соперниками друг друга. Не осталось больше никого, кто бы мог противостоять им. Девушка чуть подалась вперед. Она не хотела пропустить этой битвы и решила смотреть как можно внимательнее, чтобы потом, если так получится, сказать несколько утешительных слов сэру Гросвенору. Люди на трибунах тоже замерли. Изабель было видно, что Анна напрягалась и нервно руками сжимает деревянную поверхность ограждения. Начался бой. Изабель вдруг заметила, что Алексис со своими светлыми волосами, серебряным доспехом и голубым плащом, напоминает Зимнего Короля, а Гирион - в зеленом плаще и с непокрытой каштановой головой, как будто бы Летний Король. И сейчас они сражаются. Девушке вдруг очень захотелось, чтобы победил Летний Король, ведь на Зимнее Солнцестояние именно так и происходит: солнечный свет и день начинают прибывать, а зима - постепенно идти на убыль. Сэр Гирион на своем огромном тяжеловозе смотрелся очень массивно. Он был сосредоточен и держал копье иначе, чем Алексис, похожий на сказочного эльфа. Сам Алексис легко поигрывал серебристым копьем, будто бы уже зная, что победа у него в руках. Гирион вдруг быстро оглянулся в сторону Изабель, кивнул, а после уверенно двинул коня в сторону младшего лорда Ургиса. Тот кажется слегка усмехнулся и тоже навострился, готовясь отразить атаку. Они несколько раз сошлись, и зрители слышали, как копья звенят на холоде. Гирион был монолитен, словно скала. Он дважды принимал удар от Алексиса, но даже не шелохнулся, отражая его щитом. А ведь по пророческому сну Изабель сэра Гросвенора вышибли из седла довольно быстро. Но в этот раз все было иначе. Этот поединок длился гораздо дольше, чем остальные. От грозного коня Гириона валил пар, а сам мужчина не выглядел уставшим и выдохшимся. Зато было видно, что Алексис начинает нервничать. Все его уловки и увертки были напрасны, и сейчас он еще быстрее заметался по полю, пробуя новые и новые отвлекающие и атакующие маневры. В конце концов (как показалось Изабель), сэру Гросвенору похоже стало скучно, тот сделал какой-то невероятный ловкий выпад и вдруг легко выбил младшего лорда Ургиса из крепкого седла. Зрители замерли, не веря своим глазам. Алексис, который всегда побеждал, сейчас проигравший лежал на турнирном поле. Орел на плаще выглядел мятым и сырым от снега. А вот золотой вепрь на зеленом полотне на плечах Гириона наоборот победно развевался на ветру. Старший лорд Ургис чуть запоздало и удивленно объявил, что победил сэр Гирион Хьюго Гросвенор, и попросил чествовать рыцаря аплодисментами и криками. - Обрати на него внимание, Белль. - произнесла рядом матушка. - Это мужчина слова. Он обещал победу и выполнил свое обещание. Жди корону. Изабель тоже не могла поверить в то, что увидела. Она вдруг запоздало осознала, что возможно ее знак внимания и повязанная на копье лента вселили уверенность в Гириона, и у него появился смысл победить. Если это так, то сюжет из сна-предсказания уже меняется. - Итак, сэр Гирион, сейчас настал важный момент. - объявил усиленный магией голос лорда Ургиса. - Вы доказали свое право победителя, а теперь выберите леди, которая станет Зимней Королевой и вашей спутницей на балу сегодня вечером. Изабель замерла, наблюдая за тем, как Гросвенор чуть наклоняется и что-то тихо говорит Ургису. - Леди Изабель Леннард, первая красавица Западного замка! - вновь громогласно объявил старый лорд. - Да, сэр Гирион, у вас определенно отличный вкус. Я надеялся, что мой сын вручит корону леди Изабель, но не судьба. “Видишь!” - тихо шепнула на ухо девушке матушка, и младшая леди Леннард горделиво выпрямилась, наблюдая за тем, как Гирион аккуратно забирает из рук Ургиса корону, похожую на венец из золотых листьев омелы, падуба и кедра, а после аккуратно держа ее в руках, прямо на коне едет в сторону трибуны, где сидела сейчас леди Изабель. Девушка встала и в сопровождении служанки, которая держала шлейф от ее платья, спустилась на небольшой деревянный выступ, который лишь слегка возвышался над землей. Она будто бы ощущала сквозь тонкую кожу зимних сапожек, как дрожит земля под огромным пегим конем Гириона, и прямо смотрела на приближающегося мужчину. Он остановил коня вровень с деревянным балкончиком, тепло и обаятельно улыбнулся Изабель (которая вдруг поняла, что сильно тосковала без этой улыбки, что помнила из сна) и протянул той изящную корону, произнеся при этом: - Я буду добывать для вас этот титул столько раз, сколько вы пожелаете. Изабель вдруг легонько улыбнулась в ответ: - То, что вы добыли ее сегодня, сделало меня счастливой на всю жизнь. Мужчина кажется на миг завороженно замер, открыто рассматривая прекрасную девушку, которая подставила свою голову для короны, а после все же надел головной убор на ее волосы поверх уже имеющегося золотого венца. - Я не могу поверить в то, что вам не вручали короны ранее. - произнес Гирион. - Тем не менее это так. - леди Леннард вдруг двинула плечом, будто бы отмахиваясь от прошлых мыслей, а после осторожно перехватила крепкую большую мозолистую ладонь мужчины, обрамленную стальным наручем. - По традиции меня нужно провезти на лошади вокруг поля. - напомнила она. - Да. - рыцарь кивнул и кажется немного помедлил. - Боюсь, что после поединков я не очень хорошо пахну. Я могу слезть с Камнегрива и усадить вас в седло. - Меня не волнует ваш запах. Я хочу поехать вместе с вами, как полагается. - Изабель уверенно протянула ему обе руки. Сэр Гросвенор вновь замер, завороженный ее красотой, а потом наклонился, аккуратно прижимая девушку к груди, словно хрупкую статуэтку, поднял и усадил перед собой. Изабель был приятен его терпкий мужской аромат и ощущение спиной сквозь шубу разгоряченного после поединков тела, которым Гирион будто бы окутал ее, прижимая к себе одной рукой за талию. Старый лорд Ургис с трибун крикнул, что пришла пора чествовать Зимнюю королеву. Младшая леди Леннард горделиво выпрямилась. Она нашла взглядом мать, потом отца и брата, которые ей одобрительно кивнули. Она увидела хромающего Алексиса и бледную Анну, которая смотрела на него уже недалеко от выхода с турнирного поля. Изабель вдруг осознала, что победила. Девушка чуть крепче прижалась спиной к груди Гириона. Ей так хотелось повернуться и крепко его обнять, а еще почему-то расплакаться. Но она держала себя. - Вы замерзли, леди? - мужчина истолковал ее жест по-своему и одной рукой закутал в зеленый утепленный плащ. - Благодарю вас. - Этот плащ сшит из куранского шелка, - горячее дыхание Гириона ощущалось над ушком Изабель. - Самого дорогого материала моей родины. В холод он прекрасно греет, а в жару - дарит прохладу. - У меня есть одно единственное платье из этой ткани, похожей на очень плотный шелк. Сейчас очень трудно найти изделия из данного материала вне территорий Восточного замка. - заметила девушка, проводя ладонью в тонкой кожаной перчатке по гладкому материалу плаща. - И на моей родине куранское сукно очень ценно, ибо делается из нити кокона самого редкого в мире шелкопряда, который живет лишь на куранах - деревьях, растущих в широте восточных земель. - Гирион немного помедлил, чуть дернув за поводья коня, который уже двигался обратно к трибуне Изабель. - Но если вы позволите мне ухаживать за вами, я подарю вам десять рулонов этого драгоценного сукна, и вы сможете заказать своим швеям множество прекрасных нарядов. Изабель задумчиво повернулась, ловя взгляд карих глаз мужчины. Ее лицо было очень близко к лицу Гросвенора. - Я позволю вам ухаживать за собой, господин. - ответила она. - Но не стоит жертвовать ради этого столь редким материалом. Я - не бессмысленная кокетка, которая бежит за нарядами, лентами и камнями. Моя семья может позволить себе многое. - Изабель сделала небольшую паузу. - Подумайте над тем, как вы будете за мной ухаживать, а не что вы будете мне дарить. Меня мало чем можно удивить. И горделиво отвернулась. - Простите меня. - Гирион вдруг перехватил ее ладонь, которая покоилась поверх плаща, и крепко прижал к своим губам. - Я лишь хотел сказать, что для вас мне не жаль ничего. “Я знаю…” - с тоской вспоминая сон-предсказание, подумала Изабель, но не ответила. Тем временем конь остановился возле балкончика, с которого девушку совсем недавно забрал сэр Гросвенор, а теперь вновь ссаживал ее обратно, сначала спрыгнув сам. - Я бы хотел, чтобы турнирное поле было во много раз больше, и я смог везти вас очень долго. - прошептал Гирион, на мгновение, пока помогал Изабель спуститься с коня, прижав девушку к себе. Она почувствовала какой-то теплый пшеничный аромат от его каштановых, чуть волнистых волос. - Я буду ждать встречи с вами на Зимнем балу. - держа внешнее достоинство, ответила чуть покрасневшая (отнюдь не от мороза) и согретая девушка. Она то и дело ловила себя на мысли, что хочет крепко обнять мужчину и возможно даже поцеловать его. Гирион тем временем прикоснулся губами к тыльной стороне ее ладони, нехотя отпустил, а после двинулся к краю поля, где оруженосцы помогали своим господам снять доспехи. Он оборачивался несколько раз, и Изабель тихо махала ему рукой, так и не уходя с балкона. Ей было все равно на аплодисменты зрителей, которые не смолкали весь круг чествования и даже после. Просто хотелось, чтобы поскорее наступил вечер. *** Через два часа после турнира, когда рыцари и господа привели себя в порядок, началась церемония Благословения Зимней Королевы. В детстве Изабель видела ее со стороны, а сейчас сама являлась центром процессии. Леди Ургис, одетая в дорогое бархатное бордовое бальное платье, накинула на ее плечи длинную белоснежную мантию, подол которой должны были нести юные знатные девушки, среди которых были Асира и Анна, сейчас ожидавшие Изабель в комнате. - Как жаль, что ты не станешь частью нашей семьи, милая Белль. - леди Ургис бережно оправила меховой ворот мантии и аккуратно переместилась к прическе Зимней Королевы. - Я бы так хотела назвать тебя своей дочерью. Ты бы стала достойной хозяйкой Западного замка. Жаль, что у моего сына ослеплены глаза. Изабель заметила, как Анна немного дернулась и опустила голову. Ей, теперь освобожденной от ненависти, было почему-то немного жаль эту безродную девушку. Вероятно, если Алексис заявит о своем намерении жениться на Анне, то встретит осуждение от своей семьи. Ему и ей придется бороться за свою любовь и сносить насмешки, если вспомнить волшебный пророческий сон. - Я думаю, что ваш сын видит сердцем. - ответила Изабель, чуть улыбнувшись своему красивому отражению в зеркале. - Разве это плохо? Я полагаю, что девушка, которую он однажды приведет к вам в качестве своей невесты, будет умной и добросердечной. - она прямо посмотрела на Анну. - Умная женщина, не суть важно, какого она рода, - настоящее сокровище. Она не растратит состояние семьи своего супруга на всякие глупости. - В этом ты и права. - немного смягчилась леди Ургис, а Анна удивленно взглянула на уже отвернувшуюся Изабель. - Все готово, милая. Пора в зал. Младшая леди Леннард элегантно встала, единым движением убрала мантию за спину, и величаво отправилась в сторону выхода, даже не остановившись, чтобы Асира и Анна подхватили подол. Леди Ургис вела девушку под руку, пока они шагали по длинным, празднично украшенным коридорам и лестницам Западного замка. Везде были расстелены новые красные ковры поверх мраморных полов, на обитых дорогим деревом стенах висели картины известных художников, медные крюки для фонарей и подсвечники. Возле окон были прицеплены можжевеловые гирлянды, перемежающиеся белыми букетиками соцветий амариллиса. А на дверьми висели венки из омелы. Изабель впервые с совершеннолетия ощущала Зимнее солнцестояние как праздник, а не обязанность присутствия на церемонии и балах. Возможно дело было в пророческом сне, который снял оковы ожидания с леди Леннард, и в Гирионе, который уже ждет ее возле высокого трона в церемониальном зале. Девушка ощущала, что сегодня - ее день, и она вновь возвращается в центр внимания, который когда-то крутился лишь вокруг присутствия Алексиса. Изабель даже показалось нелепым, что она раньше так ждала внимания этого холодного человека. Она помнила свой пророческий сон, где даже рядом Анной сын лорда Ургиса не проявлял своих чувств ярко и в целом не особо выглядел влюбленным человеком. Его растили в строгости, и возможно отстраненное поведение было следствием подобного воспитания. По своему сну Изабель была уверена, что Алексис любит Анну, но его любовь сейчас выглядела для леди Леннард не той, какую бы она хотела испытать на себе. Горячее внимание и тепло сэра Гросвенора теперь затмевали собой все. Девушка в сопровождении леди Ургис горделиво вошла в освещенный зеркальный зал, где вокруг широкой зеленой дорожки собрались аристократы и дворяне со всех территорий Западного замка. Раздался слитный вздох восхищения. Изабель приняла его естественно, будто бы так и должно быть. Она знала, что красива, и теперь еще больше была уверена в этом. Она подняла глаза и увидела, что у подножия мраморной семиступенчатой лестницы, над которой возвышался бело-золотой трон, стоит сэр Гирион. Он был одет во все зеленое. Более роскошный и богатый костюм военного кроя из бархата с вставками карунского шелка, золотыми эполетами, блестящим нагрудником, на котором был выгравирован яростный вепрь. Черные брюки, высокие кожаные коричневые сапоги с серебряными бляшками на голенищах. И тот же плащ с родовым гербом. А на длинных каштановых волосах дубовый венок с желудями и как будто бы свежими зелеными молодыми листьями. Леди Ургис подвела Изабель к мужчине, и тот протянул ей руку, а после помог подняться по лестнице и усесться на трон, а сам встал за спиной. - Вы похожи на стройную дриаду, на плечи которой лег серебристый снег. - послышался его тихий низкий голос. - Ожидая нашей встречи, я думал о том, что невозможно быть более красивой, чем вы показали себя на турнире, но я ошибался. - Благодарю. - младшая леди Леннард величаво кивнула. - Надеюсь, однажды вы заметите и другие мои достоинства помимо внешней красоты. - немного поддела она его. Мужчина чуть наклонился над спинкой трона: - Прошу прощения, - Гирион был серьезен. - Я не хотел ненароком оскорбить вас намеком на то, что кроме красоты в вас ничего нет. Во время каждого своего приезда сюда я внимательно наблюдал за вами издалека. После церемонии я обязательно поведаю о всех ваших достоинствах. Все также прост и прям, как и во сне. Изабель тонко улыбнулась и наклонила голову назад, ловя взгляд карих глаз мужчины. - Это была шутка. Даже если я нравлюсь вам лишь внешне, то я сделаю так, чтобы затмить всех девушек, которых вы когда-либо видели в своей жизни. Она вновь повернулась к залу, осознавая, что только что открыто флиртовала с Гирионом. Глашатай тем временем громко объявил о начале церемонии и дал слово леди Ургис. - Вы давно уже затмили всех и даже солнечный свет для меня. - раздался тихий, чуть рычащий горячий шепот над ухом. Изабель целиком покрылась мурашками. Ей еле удалось сохранить спокойный вид и достоинство при всех взглядах, которые теперь были обращены на Зимнюю Королеву и ее рыцаря. Она выпрямилась, горделиво вздернула подбородок и обозрела зал. Пришло время Благословения. Каждый из присутствующих по очереди подходил к подножию лестницы и просил у Зимней Королевы поддержку или совет на будущий год. Во время церемонии все слова девушки с титулом Королевы воспринимались как пророчество и истина, ибо она считалась аватарой Богини Плодородия. Когда к трону одним из первых, после старших своего рода подошел Алексис, сел на одно колено по всем правилам этикета, то Изабель чуть улыбнулась и произнесла: - Вас ожидает много сложностей в новом году. Если вы будете следовать одним лишь правилам, как делали всю жизнь, то проиграете. Ей показалось, что Алексис немного дернулся, вновь поклонился и отошел в сторону, уступая место Асире. Изабель не лгала в своих словах. Она лишь кратко сказала о том, что видела в своем пророческом сне, где Алексис чуть не потерял расположение Анны, когда хотел сохранить положительное мнение в обществе о нем. После всего семейства Ургисов к трону Зимней королевы подошла и сама Анна, одетая в довольно нарядное, пусть и скромное голубое платье. - У вас все будет хорошо, если послушаете свое сердце и не пойдете на уступки. - Изабель впервые обратилась к ней прямо. Она вновь вспомнила свой сон, в котором Анна выглядела молчаливой и податливой, многое держа в себе. Отчасти и именно эта черта в девушке раздражала Изабель. Будь та более уверенной и свободной, с ней можно бы было даже поговорить прямо. Анна чуть сжала шелковый подол платья, поклонилась, будто бы что-то решая для себя, и отошла в сторону. Изабель мельком заметила, как до плеча девушки дотронулся высокий темноволосый юноша, и лицо ее посветлело. Точно. В каждой любовной истории есть третье колесо. В случае Анны им являлся друг ее детства, небогатый дворянин из вассалов лорда Южного замка. Леди Леннард иногда замечала их прогуливающимися вместе, если Юстин (кажется так звали юношу) приезжал со своим отцом по делам лорда Южных земель. Изабель отвлеклась от очередных воспоминаний из своего сна и вновь включилась в церемонию, которая продолжалась более часа и завершилась богатой трапезой. Зимнюю Королеву и ее рыцаря усадили во главе длинного, богато накрытого стола, где обычно сидели лорд Западного замка со своей супругой. Гирион, не дав подойти слугам, сам наполнил бокал Изабель вином, а ее тарелку теми угощениями, которых она пожелала. Рыцарь должен был служить своей Королеве. Они сидели рядом, но не могли переговариваться, так как с обеих сторон находились другие аристократы, которые внимательно прислушивались к каждому слову младшей леди Леннард. Ее левому плечу в тонкой мерцающей шоколадной ткани платья было жарко от присутствия Гириона, который сидел почти вплотную к ней. Когда Изабель насытилась и приготовилась ожидать, пока доедят другие, и начнутся танцы, то опустила свои ладони в тонких перчатках на колени. Она тут же почувствовала что ее левую ладонь перехватила большая теплая рука сэра Гросвенора. Изабель сжала его пальцы в ответ, будто бы ждала этого. Она была рада, что молчит, потому что сейчас не могла бы говорить, полностью погруженная в ощущения того, как переплелись ее пальцы и пальцы Гириона вместе, очень крепко. Мужчина то и дело сжимал ее ладонь, словно бы скучал по ней, и сердце Изабель окутывал невероятный трепет. Она порумянела от вина, и от того, что было жарко из-за свечей, и от большого количества народа. Девушка еле-еле дождалась начала бала, и когда все вышли из-за стола, попросилась на свежий воздух, потому что ощутила подкатывающую дурноту. Гирион заботливо подставил ей ладонь, и придерживая за плечо, вывел в коридор а после в небольшой застекленный балкон с фонтаном в центре. В глазах Изабель плыло. - Я не думала, что роль Зимней Королевы так тяжела на самом деле. Я удивляюсь, что моя мать носила этот титул три года подряд. - проговорила девушка, усаживаясь на мраморный бортик фонтана. Гирион тем временем поднес ей хрустальный бокал чистой воды. - Если вы чувствуете себя совсем плохо, то я могу поговорить с лордом, чтобы вам выделили комнату для отдыха. - обеспокоено произнес он, усаживаясь на одно колено и растирая свободную ладонь Изабель. - Мне уже лучше. Не стоит. - произнесла леди Леннард, у которой начало проясняться в глазах, после того, как она оказалась в свободном пространстве и попила воды. Она внимательно оглядела помещение, вспомнив, что довольно часто уходила сюда в одиночестве во время балов. Но тогда она была расстроенной и сидела одна в свете луны. Сейчас же все стало иначе. Теплый свет праздничных медных фонарей и подсвечников, отражающих хрустальными гранями сияние, окрашивал холодный мрамор в персиковые оттенки заката. Мягко журчала вода в фонтане, пахло ветками кипариса и туи, которые пучками, подвязанными красными лентами, висели возле широких окон, показывающих панорамный вид праздничного сияющего двора Западного замка, где на площади веселился простой люд на многочисленных ярмарках. А самое главное, что Гирион был рядом - живой и настоящий. И в сердце больше не было темной тоски, навеянной сном. Мужчина тем временем вдруг снял свои сапоги, а после закатал брюки и окунул ступни в чистую воду фонтана. - Здесь так не принято, но вы же никому расскажете? - он обаятельно и хитро подмигнул Изабель. Та слабо улыбнулась, а потом сама скинула легкие туфельки, стянула шелковые чулки, чуть приподняла юбки и последовала примеру Гириона. - Теперь, когда это сделала Зимняя Королева, макание ног в фонтане может стать праздничной традицией. - произнесла девушка - Никто не посмеет осудить мой поступок сегодня, а значит, и ваш тоже. Довольная восхищением карих глазах сэра Гросвенора Изабель двинула плечом и устремила взгляд на тонкие мерцающие струйки воды, льющейся из клювов двух мраморных лебедей. Она вдруг вспомнила одну книгу, в которой было написано, что лебедь умирает от тоски, если гибнет его пара. - А вы можете обещать мне одну вещь? - Изабель вновь повернула голову и посмотрела на Гириона, который, кажется, так и не отводил от нее взгляда, опершись локтями о колени. - Все, что в моих силах. - просто ответил мужчина. - Обещайте, что не возьмете на себя вину другого человека. - девушка постаралась подобрать слова так, чтобы они не звучали странно. - Какая интересная просьба. - Гирион вздернул свои густые темные брови и выпрямился. - Хорошо, я обещаю вам, что не возьму на себя вину другого человека… - а потом продолжил. - Кроме разве что вас. - Нет, даже мою вину не берите. - Этого я не могу обещать. Все также упрям и непробиваем в своих решениях. Изабель вздохнула, смиряясь. - Как обидно. Значит мне придется всю жизнь прожить честно. Не стать мне коварной змеей. Гирион громко расхохотался, запрокинув голову. Изабель отвернулась, пожимая плечами чуть обижено. - Какая из вас змея? Вы - стройная зеленоокая лань, прекрасная Изабель. - голос мужчины раздался совсем рядом, над ухом, и девушка ощутила тепло его тела своим правым боком. Она обернулась и столкнулась с Гирионом почти нос к носу. От него вновь пахнуло спелой пшеницей, лесом и чем-то звериным, бархатистым. Зеленые глаза некоторое время смотрели в карие, а потом Изабель и Гирион сбросили с себя оковы дистанции, крепко обнявшись и приникнув губами к губам. Это было еще более захватывающе, чем в пророческом сне, наверное потому что происходило в реальности. - Я так по тебе скучала. - прошептала в исступлении девушка в перерывах между поцелуями. - С лета? - Гирион на миг отстранился, а потом вновь крепко ее поцеловал, потом перешел на щеку, висок, под ухо… - Я тоже по тебе скучал с той нашей встречи на дороге. Изабель еле вспомнила, что сэр Гросвенор в отличии от нее не видел пророческих снов, поэтому лишь кивнула. - Мне показалось, что тогда ты была увлечена старшим сыном лорда Ургиса. - добавил мужчина, зарываясь носом в ямку между шеей и плечом. Девушка поежилась от приятной щекотки, но продолжила подставляться его смелым ласками. - Это не было увлечением. Я с детства думала, что мы с ним должны пожениться, ведь так положено по статусу. - объяснила Изабель между вздохами, неистово теребя волосы мужчины, и ощущая, что ей вновь не хватает воздуха. Гирион прижал ее спиной к бортику фонтана и навис сверху, шепча прямо на ухо: - Я ничем не хуже его по статусу и положению, Изабель. Я сын лорда Восточного замка. Ты можешь выбрать меня. Он вдруг словно бы немного протрезвел, поднял и усадил ошалевшую девушку прямо, а сам умылся из фонтана, отфыркиваясь, и вдобавок дал себе пощечину. - Прости, я был излишне напорист и груб. - А мне понравилось. - опьяненно улыбнулась Изабель, поправляя чуть съехавшее плечико платья. - Ты такой разгоряченный в своей страсти. - Не искушай меня. - Гирион даже не взглянул в сторону девушки, будто бы пытаясь держать себя в руках. Младшая леди Леннард обхватила его руку, приникая к ней торсом, и положила подбородок на могучее мужское плечо, глядя прямо на профиль мужчины. - Ты знаешь, что еще одним обязательным условием праздника Зимнего солнцестояния является ночь, которую Зимняя Королева и ее рыцарь проводят в одной комнате и на общем ложе? - голос Изабель сочился тонким коварством. - И в этот момент ничего не воспрещается, наоборот считается священнодействием. Конечно можно создать лишь внешнюю видимость. Многие до нас так и делали. Матушка даже рассказывала, как отец клал меч в постели между ними… первые два праздника. Девушка почувствовала, как напряглись и забугрились мышцы на руке Гириона, которую она обхватила. - Подумай над этим. - прошептала Изабель в ухо мужчины совсем как искусительница. - И подумай над тем, что ты мог бы завернуть меня в плащ со своим семейным гербом. Это был ответ на его признание, произнесенное еще во время церемонии Благословения. Фраза “Вы затмили всех и даже солнечный свет для меня” - среди дворян являлась кодовым шифром, означающим слова “я люблю вас больше жизни и хочу быть подле вас в любой роли”. А по традициям королевства Розы Ветров жених заворачивал невесту в плащ или флаг с гербом своей семьи перед брачной ночью, как бы показывая, что девушка перешла в его род. Таким образом Гирион сказал Изабель, что готов занимать какое угодно положение, лишь бы рядом с ней, и она в своем ответе на признание предложила ему стать ее мужем. Мужчина, осмыслив ее слова, быстрым жестом сгреб девушку в охапку и вновь прижал к себе, горячо шепча о том, как он ее любит. Изабель с наслаждением обхватила его в ответ, и на ее глазах выступили слезы счастья, как будто бы другая Изабель, которая прожила жизнь в том пророческом сне, вновь обрела надежду и новый шанс. В этот момент на пороге балкона с фонтанами появился Алексис, который видимо кого-то искал. Он, одетый в роскошный маскарадный костюм бирюзового цвета, был очень удивлен, узрев происходящее. Леди Леннард строго махнула ему рукой, чтобы уходил, и вновь крепче обняла Гириона. Алексис пораженно шагнул назад и скрылся в темноте. Далее слов не понадобилось. Изабель ощутила, что все наконец идет правильно. Они еще немного посидели с Гросвенором, обнявшись, и после леди Леннард приказала служанке, чтобы та сопроводила их в покои Зимней королевы, а также сообщила хозяевам Западного замка о начале Долгой ночи - еще одной традиции Зимнего солнцестояния. ***Праздничные покои находились на одном из верхних этажей, откуда открывался вид на заснеженные леса и холмы, осиянные лунным и звездным светом. Внутри помещения горело множество свечей и был разожжен камин, недалеко от которого на каменном полу лежала шкура большого зверя. Дальше возле широких панорамных окон, лишь по краям прикрытых коричневыми бархатными занавесями, стоял стеклянный стол, заставленный легкими закусками (сыры, фрукты, тонкие ломтики карпаччо, сладости) и графинами с напитками. На полу лежал узорчатый бежево-золотистый ковер, который дорожкой вел к уже разобранной кровати с широким балдахином в цвет занавесей. Кровать была застелена шелковым мерцающим бельем цвета кофе с молоком и усыпана мелкими белыми цветами. Гирион вдруг отстегнул плащ от наплечников и накинул его на плечи Изабель, а после молча встал перед ней на колени, взял ее правую руку и надел на безымянный палец золотое кольцо с фамильной печаткой. Он снял его со своего мизинца, и кольцо удивительно подошло по размеру. Изабель, словно прекрасная Зимняя королева, чуть склонилась над своим рыцарем, который завороженно глядел в ее глаза. Она погладила его по щекам и по гладкой густой бороде, золотящейся в свечном сиянии. - Я могу попросить тебя сесть и закрыть глаза ненадолго? - спросила она. - Для тебя все что угодно. - мужчина безропотно подчинился. Он уселся на кровать и прикрыл веки, начиная на ощупь снимать металлический нагрудник. Изабель потянулась к маленьким крючкам на спине. Платье было такого кроя, что легко снималось самостоятельно, хоть для этого и приходилось потрудиться. Девушка в некотором нетерпении расстегнула крючки, которые шли от лопаток до поясницы, и аккуратно вылезла из платья, чуть шелестелвшем при любом движении. Дальше Изабель сняла корсет и тонкую сорочку, а после белье под ней. Она волновалась и не совсем понимала, что делает, но отчаянно желала этого. Девушка осталась полностью обнаженной. Она наклонилась к плащу Гириона и закуталась в его приятную телу ткань. Меховая опушка щекотала шею. Изабель оглянулась на мужчину. Тот уже снял с себя нагрудник, дублет и рубашку, и сейчас сидел на краю кровати неподвижно, закрыв глаза. Младшая леди Леннард мгновение любовалась его могучим прекрасно развитым телом. На слегка загорелой груди в некоторых местах были шрамы, также они имелись и на спине (она помнила это из сна). Девушка сделала шаг вперед, вставая между чуть расставленными ногами Гириона. Она вновь обхватила его голову и прислонила к своему животу, укрытому лишь карунским шелком плаща. Мужчина издал низкий вздох, который до глубины отозвался в Изабель, но не дрогнул, так и продолжая сидеть без движения в ожидании ее приказа. Изабель медленно погладила его по волосам, а потом прошептала: - Можешь открывать глаза и делать все, что захочешь. Гирион поднял голову и словно зверь, поймавший добычу, оглядел ее с ног до головы. Потом он встал и поднял Изабель на руках, ловя ее губы. Это были совсем новые ощущения для девушки, более сильные и глубокие, более горячие и огненные в сравнении с поцелуями возле фонтана. Ей показалось, будто бы она теряется в стихии, и она крепче вцепилась в широкие плечи своего рыцаря. Ткань плаща соскользнула с плеча, обнажая белую грудь. Гирион, заметив это, дорожкой из поцелуев губами спустился с шеи вниз и прикусил сосок, чем вызвал у Изабель сладкий стон. Он поставил ее вновь на пол и резким движением сдернул ткань, оставив девушку полностью обнаженной под своим горящим взглядом. Его рука отбросила плащ на постель, и Гирион прижал Изабель к себе, с наслаждением прикасаясь своим торосом к ее груди. Его руки спустились на ее бедра, подхватили их, и спустя секунду леди Леннард обнаружила себя лежащей на постели, прямо на карунском шелке плаща. Гросвенор мускулистой громадой возвышался над ней, его зрачки были расширены и карие глаза казались практически черными. Он рассматривал Изабель словно победитель горячо желанную награду, а после снял с себя брюки и белье, оставшись без ничего. Девушка закусила губу (она помнила из сна, что предстоящий этап довольно приятен, хотя в первый раз присутствует боль) и раскинула руки, как бы сдаваясь этому мужчине. Ладони Гириона легли по обе стороны от ее головы, а нос заскользил по тонкой белой коже шеи и груди, вдыхая аромат духов, смешанный с естественным ароматом тела. Мужчина опустил руку, приподнял Изабель за бедра и единым слитным движением вошел в нее. Она вскрикнула от неожиданности и от боли. Гирион замер. - Прости… - он крепко обнял ее, не размыкая контакта, и Изабель чувствовала, как по его щеке стекают капельки пота. - Ты вела себя так свободно, и я решил, что ты уже не девушка. Даже разозлился немного, что я у тебя не первый. Я должен был спросить. - Не важно. - зашипела Изабель, сжимая мужчину за волосы и как бы возвращая ему свою боль. - Просто продолжай. Мне известно как это происходит. Гирион приник к ее губам, заполняя девушку нежностью и начал неторопливо двигаться, будто бы растерял свой яростный напор. Он помогал пальцами, хрипел, неистово шептал ей что-то в губы и шею, но больше не торопился и будто бы контролировал свои движения. Изабель ощущала себя восхитительно. Она чувствовала спиной гладкую ткань плаща с родовым гербом главной семьи Восточного замка, она чувствовала горячее мощное тело наследника этого замка, которое двигалось над ней и в ней. Она еще больше подалась ему на встречу, изгибаясь от жажды наслаждения, от огромной любви. - Не сдерживайся. - раздался ее шепот, в котором звучала и мольба, и власть. Гирион замер. А потом у Изабель возникло ощущение, что он отпустил своего внутреннего зверя на свободу. Мужчина обтерся об нее своей щекой и носом, словно бы метил как свою собственность, зафиксировал запястья девушки над ее головой, удерживая одной рукой, еще крепче прижал ее таз к своему и начал двигаться с неистовой скоростью. Вот теперь Изабель почувстовала, что тонет и захлебывается в водовороте чувств, у нее потемнело в глазах от чувства полета и той дикости, которая звучала в движениях Гириона. Она будто бы со стороны слышала как кричала от наслаждения и просила еще, а потом ее сознание заполонил свет. Кажется это был краткий обморок. Девушка очнулась, когда Гирион изогнулся над ней и хрипло застонал, переживая свой пик. Он тяжело дышал ей в шею, и его жесткая борода колола нежную кожу на ключицах. А потом устало опустился прямо на ее живот, нежно поцеловав его перед этим. Изабель же до сих пор ощущала, будто бы качается на каких-то мягких волнах вместе с Гирионом. Вокруг будто бы плыли свечи, все танцевало и мерцало в эйфорическом танце. Сколько они так пролежали, она не считала. Просто теребила волосы Гириона, вернее уже Риона (он так просил его называть теперь) и слушала его шепот, в котором смешались благодарность, любовь, восхищение, преклонение и неизбывная тоска, что бывает, когда скучаешь по неизвестно кому, а потом его находишь и все равно тоскуешь, как будто бы его мало, даже если он рядом. - Я так счастлива. - тихо проговорила Изабель. - Наконец, все правильно и как надо. Пожалуйста, будь со мной. - Теперь, даже если ты прикажешь мне уйти, я не уйду. - произнес Гирион, укладываясь рядом с ней поперек кровати и оглаживая ее раскрасневшиеся щеки. Изабель перехватила его ладонь и поцеловала в центр, а потом прижала к своей щеке. - Я люблю тебя, Рион. Мужчина сжал ее в своих объятиях, и Изабель даже задремала на его груди, но спустя какое-то время ощутила голод, и они вдвоем переместились на диванчик возле стола с закусками. Девушка в шелковом халате сидела на руках у обнаженного Риона, который не стеснялся своей наготы. Она с удовольствием ела сыр и маленькие чайные кексы, а тонкие слайсы бастурмы клала в рот своему мужчине, который с удовольствием принимал все ее угощения и ласки. - Я впервые за несколько лет вновь ощущаю праздник. - Изабель положила голову на плечо Риона и наблюдала за тем, как в окне медленно кружатся пушистые снежинки, подсвеченные серебристым лунным сиянием. - Я сегодня уже подумала об этом. - она продолжила. - И поняла, что это из-за того, что ты рядом теперь. - Восточных землях не часто выпадает снег, но мы тоже любим и почитаем Зимнее солнцестояние. - мужчина погладил шоколадные волосы Изабель, которые давно уже выбились из прически. - Традиционно мы едим пироги с гранатовым джемом на этот праздник. Тебе понравится, я уверен. Я бы очень хотел, чтобы ты уехала со мной еще до весны в качестве моей супруги. - Тогда приходи завтра в кабинет моего отца и говори с ним. - девушка прижалась к груди Риона и плотнее закуталась в пушистый плед. - Моей матушке ты уже понравился. Она одобрила, когда я повязала тебе ленту на копье. Гросвенор довольно усмехнулся. Он знал, что обаятелен и умеет нравиться людям. Изабель зевнула. - Пора в кровать. - мужчина поднял ее на руках и понес в сторону смятого ложа. - А меч между нами не положишь? - сонно спросила девушка. - Я уже сделал то, от чего он должен был тебя защищать, и теперь в нем нет смысла. - улыбнулся Рион, укладывая Изабель на подушки и накрывая ее одеялом. Он лег рядом, прижав девушку к себе. В комнате потухла последняя свеча, погружая помещение в приятную темноту. Долгая ночь продолжалась. *** Изабель сидела перед трюмо, красиво выпрямив спину, и ждала, когда служанка закончит колдовать над ее прической. Было утро следующего дня после праздника, венец Зимней Королевы вновь вернулся на шелковую алую подушечку, а младшая леди Леннард - в свой дом, впрочем, в сопровождении победителя рыцарского турнира Гириона Хьюго Гросвенора, который тут же отправился разговаривать с ее отцом, а саму леди увели переодеваться. После того, как вопрос о свадьбе был обговорен и улажен, лорд Леннард и его сын уехали на охоту вместе со своим будущим зятем. С матерью прошедшую ночь Изабель не обсуждала, но платье сразу же сменила на бежевый шелковый наряд с закрытым воротом, чтобы скрыть некоторые последствия. Да и сама леди Стефания лишних вопросов не задавала. Сейчас ее куда больше занимала предстоящая свадьба, дата которой была назначена на конец следующего месяца. Женщина внимательно перебирала эскизы свадебных платьев и параллельно составляла огромный список всего того, что нужно будет сделать во время подготовки к торжеству. Изабель спустилась в гостиную к матери и принялась ей помогать. Они сидели вдвоем под пока еще бледным светом зимнего дня, периодически прерываясь на чай. Приятно трещал камин, в богато обставленной и празднично украшенной гостиной было уютно и пахло хвоей. Ближе к обеду в дверь с поклоном зашла служанка: - Мадам, прибыл младший лорд Ургис. Он ожидает внизу и просит возможности побеседовать с леди Изабель. Стефания и ее дочь удивленно переглянулись. - Боюсь, мы очень заняты подготовкой к свадьбе, о которой объявим высшему свету лишь сегодня вечером, поэтому не можем устроить долгое чаепитие. Пригласи сэра Алексиса сюда и намекни, что мы не ожидали его визита. - произнесла старшая леди Леннард и оглянулась на Изабель. - Я сяду в дальнее кресло у окна и не буду мешать вам беседовать. - Матушка, мне не о чем говорить с сэром Алексисом, но он - сын хозяина Западного Замка, поэтому не стоит игнорировать его визит. Я постараюсь закончить наш разговор как можно быстрее. - ответила девушка, откладывая пергамент со списком гостей на дубовый стол, и поднялась. Минуты через три служанка привела Алексиса в гостиную. Он выглядел бледно и не собранно, как будто всю ночь не спал. Под синими глазами залегли темные круги, на щеках обозначилась небритость, да и наряд его был вчерашним с праздника (ужасная грубость) и чуть измятым. - Боже правый, господин Алексис, может быть прикажете мне позвать врача? - вздохнула изумленно Стефания. - Благодарю, леди Леннард, не стоит, я только с дороги. - синие глаза обратились к Изабель. - Леди Изабель. - мужчина поклонился. - Перейду сразу к делу. Я извиняюсь, что медлил с этим несколько лет, но полностью осознаю свой выбор сейчас. Ответьте, согласны ли вы стать моей женой и хозяйкой Западного замка в будущем? Шоколадные брови девушки поползли вверх, рядом послышался еще более пораженный вздох матушки. В голове пронеслась целая туча мыслей, а в груди - множество ощущений: удивление, разочарование, удовлетворение, недоумение, шок… Изабель собралась с мыслями и ответила: - Боюсь, вы опоздали, сэр Алексис. Я уже получила предложение от сэра Гросвенора вчера ночью и дала согласие. Сегодня вечером моя семья объявит свадьбе. - О… вот как. - мужчина растерялся и сделал шаг назад. Он выглядел так, будто бы не понимает, что происходит. - Но позвольте… Извините, что вмешиваюсь в ваши личные дела. - Изабель постаралась более грамотно подобрать слова. - Мисс Анна. Мне казалось, что у вас с ней как минимум все взаимно, а в лучшем случае - дело идет к свадьбе. Неужели родители запретили вам… Девушка не договорила. Она все еще была удивлена внезапным поступком Алексиса и его странным решением, а также лихорадочным уставшим видом. - Анна уехала вчера ночью, так и не попрощавшись. Я с дороги, потому что хотел догнать ее, но не преуспел. - мужчина опустил голову вниз. - Она написала письмо, где сказала, что время, проведенное рядом со мной, было для нее счастливым, но она осознала, что сильно запуталась и на самом деле любит другого человека, а также свою родину, и ей тяжело жить в сырых и сумрачных Западных землях. Она уехала, чтобы быть с тем человеком, о котором сообщила в прощальном письме. - А вы что? - Изабель удивилась, на миг позабыв о приличиях и этикете. - Вы же любили друг друга. Это было взаимно. Мисс Анна даже повязала вам ленту на турнире. Думаю, вы знаете, что после этого девушка считается нареченной выбранного рыцаря. - Мы не говорили об этом. Ничего друг другу не обещали. Я не мог ничего обещать Анне, зная ее положение. Но я не хотел с ней прощаться и уже собирался решать этот вопрос в разговоре с отцом, просто у меня не выходило подгадать нужный момент. - То есть… все это время девушка жила в подвешенном положении, не зная о ваших чувствах и о будущем, которое ее ждет? - Изабель вновь очень удивилась и после добавила. - Я думала, что у вас более уверенный и устремленный характер. Я разочарована. - она покачала головой, усаживаясь на диван и раздраженно беря в руки список. - Я очень разочарована, потому что ко мне вы пришли лишь после того, как вас отвергла другая женщина. Это показывает ваше истинное отношение ко мне. Я рада, что приняла предложение сэра Гросвенора, я рада, что мисс Анна уехала от такого человека, как вы. Ни одна достойная женщина не станет терпеть неопределенности. - Белль, спокойно. - чуть одернула дочь Стефания и обратилась к Алексису. - Господин, позвольте пригласить вас отдохнуть. Скоро вернутся мужчины с охоты. Вам может стать легче, если поговорите с ними. Мы, женщины, не советчики в таких темах. Особенно тогда, когда нас оскорбили. - Благодарю, мадам, вынужден отказаться. Я с дороги и не переодет. Я сегодня не видел своих родителей. Мне следует навестить сначала их. - мужчина еще раз поклонился и словно бы не чуя под собой пола, вышел из гостиной. Он выглядел разбитым. Леди Стефания некоторое время подождала, потом затворила двери и обернулась к Изабель: - Какое унижение! Получить предложение от человека, который пришел его делать, только потому что ему отказала какая-то безродная девчонка. - женщина сдержанно фыркнула. - Я еще напомню об этом его матери как бы невзначай. Я не спущу ему этого с рук. Не принимай его слова на свой счет, Белль, и считай, что никто сегодня не приходил. Зря мы так тепло относились к этому мальчику. Его спасает лишь то, что он - сын известного человека. Иначе и твой отец, и твой брат, и тем более сэр Гросвенор, вызвали бы его на дуэль. Изабель промолчала, вспоминая свой сон-пророчество. Она догадывалась, с кем могла уехать Анна - с другом своего детства, Юстином Авелем. В пророческом сне он был таким же “третьим колесом” как и Изабель, но в отличии от нее, не питающей особых романтических чувств к Алексису и действующей больше из честолюбия, Юстин искренне любил Анну и впоследствии пожертвовал ради нее своей жизнью в тот самый момент, когда из-за интриг Изабель от девушки отвернулась семья Ургисов и весь свет. Именно он был рядом с Анной и часто помогал ей, в отличии от того же Алексиса, который больше заботился о чистоте своего имени. После того сна Изабель поклялась себе, что никак не будет мешать Анне. Ей было жаль Юстина, потому что его судьба напоминала чем-то судьбу Гириона. И сейчас после некоторых размышлений девушка была рада, что в настоящей жизни все сложилось иначе. Ей показалось, что Анна будет гораздо счастливее на своей родине, в Южных землях рядом с Юстином, пусть не богатым, но достойным и верным молодым человеком. А Алексис… Переживет. Честь семьи для него вновь выдвинулась на первое место. Возможно родители подберут ему достойную партию в ближайшее время, а может быть он так и останется одинок. Изабель уже не волновала дальнейшая судьба наследника Западного замка, так как она услышала зычные голоса с улицы и ржание лошадей. Мужчины вернулись с охоты. Скоро будет обед, а после него вечерний прием, куда Изабель пойдет в сопровождении своего официального жениха - сэра Гросвенора. Это было очень в духе праздничных традиций. Не раз за много лет девушка, носившая титул Зимней королевы, впоследствии выходила замуж за победителя турнира - рыцаря, который принес ей венец. - Я вижу по твоим глазам, что ты хочешь пойти вниз и встретить прибывших. - улыбнулась леди Стефания, отвлекаясь от эскизов. - Беги, милая, и передай, что трапеза будет через час. Изабель поблагодарила матушку и немного торопливо, но не теряя достоинства, спустилась в мраморный холл первого этажа, устеленный длинными дорожками ковров по случаю праздника. Внизу находился только Гирион. Он стоял спиной к лестнице из темного дерева, по которой спускалась девушка, и рассматривал большое полотно, изображающее сцену традиционного Шествия Урожая. Услышав шорох шелкового платья, мужчина оглянулся и тут же тепло улыбнулся своей нареченной. Он был одет в немаркий охотничий костюм болотного цвета и неприметный плащ с меховой опушкой, на которой, как и на каштановых волосах, все еще не стаяли снежинки. - Рион! - Изабель сбежала с лестницы и оказалась в крепких объятиях сэра Гросвенора, который тут же подхватил ее, немного покружил над полом, а после приник к губам. От него пахло зимней свежестью, хвоей и чем-то звериным. - Я привез тебе самого большого кабана, Белль. - шепнул Гирион, спустя долгую вечность поцелуя. - Что же я с ним буду делать? - засмеялась девушка, оглаживая пальцами его раскрасневшиеся от холода щеки. - Держать в качестве домашнего питомца. - по лицу мужчины не было понятно, шутит он или серьезен, но в карих глазах плясали чертенята. - Ты говоришь, что привез живого кабана, а не добычу? - брови Изабель поползли вверх. - Пригнал. - Гирион обаятельно усмехнулся. - Это дар моего рода - любой дикий вепрь подчиняется воле наследников Гросвенора. В лесах вокруг Восточного замка мы содержим целые стада. Ты будешь владеть ими, когда станешь моей супругой, а сейчас пока прими одного в подарок на помолвку. Изабель звонко засмеялась и вновь крепко поцеловала Риона, а после повела его наверх - готовиться к обеду. Вечером они рука об руку вслед за лордом и леди Леннард вошли в главную залу Западного замка, где уже танцевали пары и сновали слуги с подносами, полными бокалов и закусок. Именно тогда о предстоящей свадьбы детей дома Гросвеноров и дома Леннардов узнала вся аристократия Западных земель и даже некоторые высокие гости из других сторон королевства Розы Ветров. Изабель, принимая поздравления, вновь ощутила себя на пике благополучия и признания, чего не было уже более года. Ни Алексис, ни Асира, ни Анна более не стояли у нее на пути. Всего лишь следовало послушать свое сердце. Изабель была благодарна королевской чародейке за зелье пророческого сна и пока готовилась к свадьбе, написала той письмо и отправила несколько дорогих подарков. ***Леди Андорра Чароит - первая и единственная могущественная волшебница (а также любовница) короля Розы Ветров - Альбы Белого, с удовольствием рассматривала тонкую цепочку, свитую сразу из трех видов золота - белого, желтого и розового. На цепочке переливались алмазы, натуралистично выпиленные в виде лесных колокольчиков. - В Западных землях самые лучшие ювелиры. - Альба, высокий седовласый крепкий мужчина, с лихой пиратской внешностью, склонился над плечом волшебницы и с видом истинного ценителя подтвердил. - Но это работа руки мастера Августина Пертиса, жившего более ста лет назад. Сейчас подобных по качеству во всем мире почти не найти. Я начинаю склоняться к мнению о том, что тебя пытаются подкупить, чтобы ты устроила переворот. Андорра глубоко и бархатисто рассмеялась, оголяя свою белую шею, подчеркнутую вьющимися черными волосами и каймой черного кружева платья с открытыми плечами. - Поверь мне, твое величество, если бы я хотела переворота, то давно бы его устроила. Но вот незадача, я очень ленивая, а ты прекрасно справляешься со своими обязанностями, а еще хорош в постели. - она поймала прядь седых волос Альбы и соблазнительным жестом притянула мужчину к себе. Можно было не скрываться, ведь в кабинете Его Величества лишь они вдвоем. Король усадил ее на стол и наклонился ближе. - А еще я хорош на столе, на балконе, в конюшне, на пикнике и даже за колонной во время бала. Андорра Чароит хихикнула, вспоминая последний случай, а потом нежно взяла его лицо в свои ладони. - Если ты такой ревнивец, то я тебе расскажу, что это подарок одной девушки, которой я дала несуществующее зелье пророческого сна. Будущее пластично и предсказать его точно не возможно, оно меняется каждое мгновение, и вероятно сейчас ты решишь, что мы еще не пробовали возле открытого окна. - вновь открытый флирт, и руки в черных кружевных перчатках уже оглаживают спину мужчины, чуть вздрагивая, когда его горячие сухие губы касаются нежной кожи шеи волшебницы. - Неужели ты, которая так ратует за честность в магической практике, смогла отдать этой девушке нерабочее зелье? - Альба удивился и даже оторвался от ее плеч. - Оно рабочее. - Чароит махнула головой. - Но… на сюжет, который оно показывает, воздействует множество факторов, вплоть до эмоциональной составляющей. По сути пророческий эффект зелья - это образы тайных воплощенных потребностей и чувств человека, а также последствий, которые возникнут после. Сюжет сна выстраивается с учетом множества факторов и впечатлений, которые уже есть внутри человека, и пророчество является неким выводом и следствием того, что может быть, а может и не быть. Это как если бы Джордан, глава тайной канцелярии, учитывая все особенности твоего поведения и жизни, в прошлом и настоящем, составил бы прогноз того, как ты будешь себя вести в течении… месяца. Джордан феноменально умен и проницателен, и скорее всего его прогноз по поводу тебя был бы очень точен, - волшебница вновь завлекающе дернула плечом. - Но вот незадача, рядом с тобой есть хаотичная непредсказуемая я, которая в обеденный перерыв пришла к тебе хвастаться подарками и возможно заняться любовью прямо на карте королевства. Этого Джордан уже не предскажет. Зелье работает по схожему принципу*. Альба внимательно рассматривал Андорру желтыми ястребиными глазами сверху, а потом отпустил и отправился к шкафу, откуда вытащил большой свернутый коричневый рулон. - Ты права, заставить тебя стонать от удовольствия на карте королевства куда интереснее. Волшебница вновь расхохоталась. Этот человек был неисправим. *** После свадьбы, состоявшейся в начале февраля, Изабель Гросвенор вместе со своим супругом отправилаись провести медовый месяц в Южных землях, где сейчас стояла замечательная, практически летняя погода. Они остановились возле моря, в прекрасном богатом пансионе с полным обслуживанием. Изабель, уставшая после долгой зимы на своей родине, долго сидела на берегу под зонтиком, защищающим от солнца, и пила фруктовый коктейль, наблюдая, как Рион, оставшись в одном лишь плавательном костюме, идет к морю. Его мощная фигура привлекала всеобщее внимание, впрочем, как и его прекрасная супруга, на которую он постоянно оглядывался, проверяя все ли с ней в порядке, несмотря на то, что леди Гросвенор была окружена слугами и охраной. Изабель привыкала к новому климату и понимала, что хочет ездить сюда на отдых каждую зиму. Впрочем в Восточных землях сейчас тоже было не плохо, погода в середине февраля напоминала то, как проходит апрель в Западных землях. Леди поправила подол своего бледно-бирюзового платья из карунского шелка, поставила опустевший бокал, дав знак слугам, что наполнять его не надо, и огляделась вокруг. Ее взгляд зацепился за пару, гуляющую босиком прямо по кромке воды: светловолосая девушка в легком белом платье из муслина и черноволосый молодой человек в льняной рубашке с кружевным воротом и закатанных до икр коричневых брюках. В них Изабель с изумлением узнала Анну и Юстина. Она понаблюдала за тем, как были счастливы эти двое, взахлеб разговаривая друг с другом, смеясь и держась за руки, и поняла, что теперь все правильно. Какое-то время после известия о том, что Анна уехала, Изабель испытывала перед ней вину за несостоявшееся будущее с Алексисом - богатым успешным наследником рода. У леди Гросвенор как у истинной аристократки все еще были выбиты внутри ценности о том, что женщина может быть счастливой в браке, если ее муж богат и родовит. Сейчас же камень той призрачной вины упал с сердца Изабель, как только она увидела радостную улыбку Анны и любовь, которая светилась в ее глазах. Даже на Алексиса девушка так не смотрела, как смотрела сейчас на Юстина. Изабель улыбнулась и повернулась к мужу, который полностью довольный, возвращался с моря. Она тут же приказала подать ему полотенце и прохладный напиток. - Вода может быть холодновата для тебя, Бель, но завтра уже прогреется. А пока отдохни с дороги. - Рион присел рядом, и от него пахло морем и песком. - Завтра я с удовольствием искупаюсь вместе с тобой. - Изабель игриво тронула его плечом, заметив зажегшийся в глазах огонек. Правильно, так и нужно. Теперь каждую ночь она ждала с большим удовольствием.