Часть 8

      Лэйн медленно бродила по библиотеке. Шкатулка, стоявшая на столе напротив, оставалась единственным объектом её внимания. Она не спешила, а лишь позволяла мыслям скользить по темным уголкам разума, не задерживаясь ни на чём конкретном.       Он всегда такой…— её взгляд невольно направился к пустому месту, где ещё совсем недавно был Каин. Тепло его рук, его прикосновения, его голос, звучащий так спокойно и уверенно — всё это было для неё обычным, не вызывающим ни удивления, ни смущения. Он всегда был ласков с ней, показывал свою привязанность так естественно, как если бы это было самым обыденным делом на свете.       Слегка усмехнувшись своим мыслям, Лэйн продолжила неспешно двигаться вдоль полок. Интересно, как отряд отреагировали бы, если бы увидели нас такими? — её взгляд упал на корешки книг, но она даже не пыталась их читать. Мысли о Каине, о том, как он был с ней так внимателен, не отпускали её. Это было что-то такое, к чему она привыкла и что не вызывало у неё ни растерянности, ни неловкости. Она просто ощущала это как часть своей жизни, неизбежную и нужную.       Ангел ушёл искать Анхею и Пилеона, чтобы те помогли со шкатулкой. Лэйн знала, что это было необходимо, хотя и сомневалась в успехе их усилий. Пилеон с Анхеей — слишком сложные союзники, их отношения с Каином всегда были натянутыми. Она вспомнила, как часто, когда демон и ангел оказывались в одном помещении, напряжение между ними становилось почти осязаемым, а иногда даже приводило к ссорам. Не подрались бы хотя бы на этот раз, — подумала она с лёгким раздражением, хотя прекрасно понимала, что их встреча была неизбежной.       Пока она продолжала бродить по библиотеке, её мысли не уставали возвращаться к Каину. Она не могла скрыть того, как важно для неё его присутствие, его тепло, которое она чувствовала даже в его отсутствии. Время тянулось медленно, но, несмотря на это, Лэйн была уверена, что вскоре они вернутся, и всё станет яснее.       Лэйн остановилась у стеллажа, когда её внимание привлекли голоса, доносившиеся из-за двери. Вначале она не обратила на это особого внимания, но язвительный тон Пилеона заставил её насторожиться. Она продолжала вглядываться в корешки книг, прислушиваясь.       — Не думал, что наш великий Каин снизойдёт до просьбы о помощи, — прозвучал насмешливый голос Пилеона, сопровождаемый приглушённым шорохом шагов.       Лэйн слегка прищурила глаза, её губы изогнулись в едва заметной усмешке. Как всегда, его сарказм на высоте, — подумала она, медленно двигаясь вдоль полок, но теперь уже не в состоянии игнорировать разговор.       Голос Каина, прозвучавший в ответ, был гораздо более сдержанным, хотя в нём ощущалась лёгкая раздражённость:       — Если бы у тебя была хотя бы крупица здравого смысла, Пилеон, ты бы понял, что это не просьба, а необходимость.       Лэйн не смогла удержаться от улыбки. В привычной манере ангел звучал так, будто полностью контролировал ситуацию, даже несмотря на явное желание поскорее закончить разговор.       — Ну да, мы все знаем, как велик наш Каин, что уж там, — хмыкнул Пилеон с преувеличенным сарказмом. — Пойдём, посмотрим, на что способен этот великий ангел.       Дверь библиотеки открылась, и в комнату вошли трое. Пилеон, как всегда, первым шагнул внутрь, оглядывая пространство с усмешкой. Услышав его язвительный голос, Лэйн не смогла сдержать небольшой внутренний вздох.       — Вот и наш любимый криптограф, — произнёс Пилеон с едва заметной насмешкой, ловко подбирая слова, чтобы задеть. Лэйн закатила глаза, её ответ был ровным, с лёгкой долей сарказма:       — Слишком много крылатых для такой тесной библиотеки.       — Надо же, она тоже умеет шутить, — прокомментировал Пилеон, чуть приподняв брови, но вместо раздражения в его голосе звучала лишь развязная насмешка.       Следом за ним вошла Анхея. Её светлые волосы мягко струились по плечам, а взгляд был спокойным, почти отстранённым. Она лишь кивнула Лэйн в знак приветствия, прежде чем обойти стол и скользнуть взглядом по шкатулке.       Каин вошёл последним. Его присутствие всегда ощущалось особенным — не столько из-за силы или статности, сколько из-за непоколебимой уверенности, которая словно распространялась вместе с ним. В тот же миг Лэйн почувствовала, как её внутреннее напряжение утихает.       Ангел встретился с ней взглядом и, несмотря на язвительность Пилеона, в его глазах зажглось едва заметное тепло. Он первым делом подошёл к ней, словно весь мир вокруг перестал существовать.       — Всё в порядке? — мягко спросил он, голос был настолько тихим, что остальные могли бы его не услышать.       Лэйн едва заметно кивнула, уголки её губ чуть дрогнули в ответной улыбке.       — Конечно. Хотя я не уверена, что этой комнате выдержать вас троих.       Каин едва заметно улыбнулся, но не успел ответить. Пилеон, усмехнувшись, обернулся к ним с притворно серьёзным видом.       — Ну что, великий ангел, начнём твоё шоу? Или ты предпочитаешь ещё немного постоять рядом с нашим прекрасным криптографом?       Лэйн спокойно посмотрела на демона и холодно заметила:       — Если ты не заткнёшься, я попрошу Анхею выбросить тебя в окно.       Анхея, слегка приподняв бровь, ответила сухо:       — Если это ускорит процесс, я не против.       Каин лишь бросил на Пилеона короткий, полный усталого раздражения взгляд, и направился к столу. Лэйн, проводив его взглядом, последовала за ним, оставляя язвительного демона позади.       Анхея внимательно посмотрела на шкатулку, которую Лэйн положила перед ней. Её пальцы осторожно коснулись орнамента, словно она пыталась уловить скрытые от глаз вибрации. Лэйн наблюдала за ангелом, чувствуя нарастающее беспокойство.       — Это действительно работа бессмертных, — сказала Анхея, спокойно осматривая шкатулку. — Такие вещи редко делают для чего-то тривиального. Они используются, чтобы увековечить воспоминания, либо, наоборот, спрятать что-то важное и скрытое от всех. Это не просто предмет — это что-то более значительное.       Пилеон, стоявший немного в стороне, не мог удержаться от своей язвительности.       — Ну, конечно, хранить воспоминания в коробочке — это как раз то, что я ожидал, — произнёс он с ухмылкой. — Очевидно, что в шкатулке лежат самые важные воспоминания. Кто же ещё хранит их таким способом?       Анхея не обратила внимания на его шутку, её взгляд вновь вернулся к Лэйн.       — У таких вещей всегда есть энергетический близнец, — продолжила она, чуть поворачивая шкатулку в руках. — Кулон, перстень или что-то подобное, выполненное из того же материала, с той же энергетикой. Он будет откликаться на шкатулку.       Лэйн почувствовала, как кулон на её шее вдруг начал жгуче нагреваться, как будто откликаясь на каждое слово, произнесённое Анхеей. Почувствовав боль, она резко схватилась за кулон, срывая его с шеи и роняя на пол. Тишина в комнате стала почти осязаемой, будто время замедлилось. Пилеон с интересом смотрел на происходящее.       — Ну вот, теперь становится ещё интереснее, — произнёс он с лёгкой улыбкой, наблюдая за Лэйн.       Анхея, слегка удивлённая, взглянула на кулон, затем на Лэйн. — Это... довольно необычно, — сказала она. — Обычно такой ключ не может просто попасть в чужие руки. Откуда он у тебя?       Лэйн замолчала на мгновение, её взгляд снова упал на кулон, лежащий на полу. Она не сразу ответила, но, собравшись с мыслями, произнесла:       — Я нашла его несколько дней назад, когда мы с Анной ходили на обход в лесу. Он был в снегу. Я не знаю, как он оказался там, но, думаю, это не случайность.       Анхея задумалась, переведя взгляд с кулона на Лэйн и обратно. В её глазах мелькнуло озарение.       — Так вот почему... — сказала она тихо, будто сама себе. — В шкатулке, скорее всего, воспоминания, принадлежащие тебе. Найти ключ может только тот, кому принадлежит то, что заперто внутри.       Каин, который до этого молчал, тихо подошёл к ней, его взгляд спокойный, как всегда.       — Это всё ещё часть того, что ты потеряла, Лэйн, — произнёс он, его голос был тихим, но уверенным.       Пилеон с любопытством наблюдал за ними, усмехаясь.       — Ну вот, наконец-то! Это совсем не скучная история, — сказал он, обводя взглядом всех присутствующих. — Вроде бы, шкатулка и кулон — всё это по-настоящему важно. Интрига только начинается.       Анхея вновь вернулась к шкатулке, её взгляд был сосредоточенным.       — Мы должны выяснить, что скрывается внутри, — сказала она решительно, но её взгляд вновь остановился на Лэйн. — Потому что это явно связано с твоим прошлым.       Лэйн ощущала, как её сердце сжалось от этих слов. Её прошлое... Воспоминания, которые она так отчаянно пыталась найти, но так и не могла вспомнить. Всё это было связано с тем, что она потеряла.       Лэйн подняла кулон с пола, его холодная поверхность чувствовалась тяжело в её ладони. Каждая деталь этого маленького украшения — изогнутые линии, тонкая гравировка — казались значимыми, как будто скрывали в себе что-то важное, тайное. Он был таким простым на вид, но в его холоде ощущалась мощь, которую трудно было игнорировать.       Анхея, наблюдая за её действиями, слегка наклонила голову и тихо предупредила:       — Будь осторожна. Это может быть болезненно. Такие вещи не открываются без последствий.       Лэйн не ответила, её взгляд был сосредоточен на кулоне и шкатулке. Она приложила кулон к замку на шкатулке, и в тот момент, когда металл коснулся поверхности, раздался резкий щелчок. Он прозвучал, как древний механизм, наконец освобождающийся от долгого запора. Все замерли, как будто сам воздух вокруг неё стал плотным, насыщенным каким-то ожиданием.       Внезапно Лэйн почувствовала, как её взгляд начинает мутнеть. Первоначальная ясность растворялась, и перед глазами начали вспыхивать яркие, искажённые образы. Свет пульсировал, а её мысли заполнялись беспорядочными фрагментами памяти, которые она не могла понять. Сначала это было едва заметное головокружение, потом резкое ощущение, будто всё вокруг становится неясным и чуждым.       Её тело слегка пошатнулось, но Лэйн крепко держала кулон, чувствуя, как его тепло проникает в её ладонь. В глазах было темно, а сознание как будто стремительно выскользнуло из её рук, поглощённое тем, что происходило внутри.       Пространство вокруг стало мутным, а её глаза зафиксировали первое яркое воспоминание — момент, когда она впервые столкнулась с ангелом.       Это было в тот день, когда ей наконец разрешили увидеть его. Она долго уговаривала генерала Ллойда, обещая, что контакт с бессмертным поможет ей расшифровать книгу. Ллойд был непреклонен, но, когда услышал её настойчивые аргументы, позволил встретиться. Лэйн тщательно готовилась, ведь это было её шансом.       Лэйн стояла перед зеркалом в своей комнате, задерживая дыхание, пытаясь подавить нервное волнение. В её руках была плитка шоколада — не самый обычный подарок, который она могла бы преподнести, но она читала, что еда для бессмертных может быть источником энергии. Она хорошо знала, что кормить ангела на базе запрещено — ему специально не давали еды, чтобы он не набрал силы для сопротивления. Но что-то внутри неё заставляло не только нарушить правила, но и сделать это втайне.       Она убедила себя, что не делает ничего плохого — она просто пыталась наладить контакт. Может быть, если он почувствует, что она не просто исследователь, а кто-то, кто заботится, он станет более открытым для общения. Лэйн тщательно завернула плитку в платок и положила её в карман, быстро осмотрела себя в зеркале и, с лёгким уколом страха, покинула свою комнату.       Перед входом в лабораторию её сердце бешено стучало. Она не могла не чувствовать, что её действия приведут к серьёзным последствиям, если кто-то узнает. Но этот риск стал для неё чем-то второстепенным. Знание того, что перед ней будет бессмертное существо, существо с силой, превосходящей её, подавляло её как личность. Но также Лэйн не могла удержаться от чувства, что она должна что-то сделать, чтобы хоть немного повлиять на это.       Когда дверь открылась, она застала ангела в том виде, который её сильно потряс. Он был привязан к кушетке, его тело сковано жёсткими ремнями, которые сдерживали не только его руки и ноги, но и крылья. Все это выглядело так, как если бы он был заключён в невообразимо хрупкую и опасную клетку — каждое движение, каждое усилие освобождения не дало бы ему ни малейшего шанса.       Ангел не смотрел на неё. Он не двигался, и единственным звуком в комнате было её собственный дыхание, которое эхом отразилось в пустом пространстве. Лэйн застыла на пороге, чувствуя волнение, почти страх. Но она заставила себя шагнуть вперёд, тихо произнося своё имя:       — Здравствуй. Меня зовут Лэйн, — она постаралась, чтобы её голос звучал уверенно, но на мгновение сама почувствовала, как она сжимает плитку шоколада в руках.       Каин не отреагировал. Его взгляд был устремлён в потолок, и он продолжал лежать, как если бы её присутствие не имело значения.       — Я знаю, ты не можешь сам взять еду, но… — Лэйн шагнула ближе, тихо и осторожно поднося плитку шоколада к его губам. — Это может помочь тебе.       Он по-прежнему не смотрел на неё, и Лэйн почувствовала, как её руки начинают немного дрожать. Риск был велик, но она продолжала стоять перед ним, ожидая хотя бы малейшей реакции.       — Ты думаешь, что заслужила моё расположение шоколадом, смертная? — его голос был низким, с лёгкой иронией, его глаза не отходили от потолка, но в этих словах звучала явная насмешка.       Лэйн не смутилась и улыбнулась, её взгляд оставался уверенным и спокойным. Она поднесла плитку шоколада чуть ближе, но не заставляла его брать её.       — Я первая, кому ты ответил, — спокойно заметила Лэйн, не скрывая своего удовлетворения от того, что он наконец проронил хоть слово. — Может быть, шоколад — это не лучший способ расположить бессмертного, но для меня это начало.       Бессмертный всё ещё не двигался, но его взгляд, хоть и не был направлен прямо на неё, уже был другим. Он не сказал ничего, но в его молчании что-то изменилось. Лэйн продолжала стоять перед ним, не торопясь отступить. её уверенность не ослабевала, несмотря на его молчание и холод.       Ангел откусил небольшой кусочек шоколада, не отводя глаз от её лица. Его взгляд оставался проницательным, а в его молчании было что-то недосягаемое.       — Если ты действительно думаешь, что это поможет, — сказал он наконец, голос был холодным, но с оттенком лёгкой насмешки.       Лэйн чуть наклонила голову, улыбаясь всё тем же уверенным, но спокойным выражением.       — Может я просто хочу узнать, что за ангел скрывается за этой холодной маской.       Он вновь замолчал, только его губы слегка приподнялись в малейшей усмешке, прежде чем, наконец, проронил короткое слово.       — Каин.       Лэйн приостановилась, её улыбка стала чуть шире, и она повторила имя, словно пробуя на вкус:       — Каин.       Смотря на него, она не скрывала своего интереса. В её глазах горела искра любопытства, и она продолжала стоять, не отводя взгляда.       — Может, в следующий раз я принесу тебе что-то более интересное, чем шоколад, — добавила она, стараясь выглядеть спокойной, но в её голосе чувствовалась нотка любопытства к нему.       Картинка перед глазами Лэйн резко изменилась, и теперь она видела себя совсем в другой ситуации. Очередная встреча с ним, проводимая в тайне от всех.       Лэйн вздохнула, подойдя ближе, чувствуя, как её сердце бьется быстрее. Она знала, что на этом её риск не заканчивается. Она должна была действовать быстро. Её решение обнажало все её слабости, но она всё равно приступила к делу.       — Это ненадолго, — сказала она, расстёгивая один из ремней на его ноге, но, несмотря на её слова, в голосе звучала лёгкая нервозность. — Я просто хочу, чтобы ты немного размялся. Потом мне придётся снова надеть эти ремни.       Она заметила, как его взгляд, хотя и не обращённый к ней, стал чуть напряжённее, а его дыхание стало чуть более заметным. Он не двигался, но был как затаившийся зверь, готовый к резкой реакции. Лэйн не торопилась, её движения были осторожными, она хотела, чтобы он чувствовал её заботу, несмотря на всю напряжённость ситуации.       Когда последний ремень был снят, Лэйн позволила себе вздохнуть с облегчением, хотя, по ощущениям, её сердце буквально готово было вырваться из груди. Она смотрела на ангела, его мускулы были напряжены, а взгляд оставался устремлённым в потолок, словно он пытался понять, чего она от него ожидает.       И вдруг, словно в ответ на её лёгкий жест, он резко дернулся вперёд, и Лэйн даже не успела среагировать, как его сила уже впечатала её в стену. Она почувствовала, как её спина пронзается болью, когда её плечо оказалось прижато к холодному бетону, а его рука, как железный захват, сжала её шею. Лэйн едва могла дышать, но не пыталась вырваться. Её глаза встретились с его взглядом, и она поняла, что он смотрит на неё не просто как на объект своего гнева.       — Почему ты не боишься меня? — его голос был низким, хриплым, с металлическим оттенком. — Что останавливает меня от того, чтобы убить тебя здесь и сейчас, смертная?       Лэйн почувствовала, как её дыхание затрудняется ещё сильнее. Но в ответ на его вопрос она лишь спокойно и уверенно сказала:       — Я знаю, что ты не сделаешь этого. Я доверяю тебе.       Как только эти слова сорвались с её губ, Каин замер. Он не отпустил её, но взгляд его стал каким-то другим — изучающим, более проникновенным, как если бы он видел её глубже, чем она сама могла себе представить. Лэйн почувствовала, как в её голове начинают плескаться мысли, словно она теряла контроль. Он понял её, понял то, что она не сказала вслух.       Каин сжал её шею ещё крепче, и Лэйн почувствовала, как кислород исчезает из её легких. Это было жестоко, но она не пыталась сопротивляться. И вдруг он резко отпустил её, и она, запыхавшись, сделала глубокий вдох, почувствовав, как её легкие снова наполняются воздухом.       Он не отступил, его глаза оставались холодными, как всегда. Лэйн продолжала стоять, её тело немного дрожало от пережитого, но она не отступала.       — Глупая смертная, — тихо прошептал он, его взгляд не отрывался от её лица, как если бы эта фраза была больше для себя, чем для неё.       Лэйн смотрела на него, её сердце всё ещё бешено колотилось, но она не могла оторвать от него взгляда. Она чувствовала, как в его глазах скрывается нечто большее, чем просто ярость. Это была неуверенность, смесь эмоций, которые он не понимал и не мог принять.       — Ты слишком доверчива, — его голос был хриплым от гнева, его дыхание сдавливало пространство вокруг них, но Лэйн не отступала, не боялась. Она чувствовала его злобу, но понимала, что внутри него что-то другое — растерянность, страх, которого он не осознавал. Это было видно в его глазах.       На мгновение Лэйн почувствовала странное давление в воздухе, словно он раздумывал, что делать дальше, и она решила действовать. Почувствовав, что эта дистанция не должна оставаться между ними, она осторожно, но решительно прижалась к его груди, положив голову на его плечо. Она хотела, чтобы он понял: она здесь не для того, чтобы бояться его, а чтобы, возможно, приблизиться.       Её руки замкнулись вокруг его тела, пальцы чуть дрожали, но она не отступала. Каин, как и всегда, стоял на грани отчаяния и гнева, но к её удивлению, после тяжёлого вздоха он осторожно обнял её в ответ. Лэйн почувствовала, как его рука обвивает её талию, и он прижимает её к себе. Это было неожиданно, но в то же время Лэйн поняла, что это значило для него больше, чем она могла ожидать.       В его ответном жесте было что-то уязвимое, как будто он раскрывался перед ней, как будто это был первый шаг, который мог бы привести их к чему-то большему. Лэйн почувствовала, как её сердце наполнилось необычным теплом. Это было нечто большее, чем просто физическая близость. Он открылся, хотя и не сказал ни слова. И, возможно, эта тишина была его способом признания, его шагом вперёд.       — Лэйн... — он впервые произнёс её имя, и этот звук, мягкий и глубокий, словно притягивал её ещё сильнее.       Картинка снова меняется, комната заливается мягким светом от лампы, чувствуется спокойствие, на столько приятное, что хочется забыться в этом моменте.       Лэйн почти лежала на Каине, устроившись между его ног и опираясь спиной на его грудь. Это было неожиданно комфортно, несмотря на напряжение, которое витало в воздухе. Каин сидел неподвижно, словно не хотел признать эту близость, но не отстранялся, лишь смотрел на булочку, которую держал в руках. Его длинные пальцы аккуратно перебирали её, будто он раздумывал, что с ней делать.       — Откуда ты её взяла? — тихо спросил он, не отрывая взгляда от выпечки, будто именно она была главным предметом его интереса.       Лэйн улыбнулась, ощущая его тепло за своей спиной, и чуть склонила голову назад, чтобы встретиться с ним взглядом.       — Сегодня выдавали на ужин, — ответила она, словно это была самая обыденная вещь на свете. — Такие булочки редко бывают на базе, и когда они появляются, это настоящая маленькая радость.       Каин нахмурился, задумчиво глядя на неё.       — Ты её даже не попробовала, — заметил он. Его голос был спокойным, но в нём ощущался оттенок недоумения. — Почему ты отдаёшь её мне, если она тебе так нравится?       Лэйн пожала плечами, откинув голову обратно на его грудь. Её голос звучал мягко, но уверенно:       — Ты больше в ней нуждаешься.       Эти простые слова, лишённые притворства, словно выбили почву из-под ног Каина. Он на мгновение замер, пытаясь осознать её мотивы. Его брови слегка сошлись, а губы сжались в тонкую линию. Он мог понять жест доброты, но не мог принять ту беззаветную искренность, с которой она пожертвовала своей радостью ради него.       — Глупая, — тихо пробормотал он, снова глядя на булочку в своих руках. — Ты слишком много отдаёшь, не задумываясь о себе.       — Это неправда, — возразила Лэйн, слегка повернув голову, чтобы вновь встретиться с его взглядом. — Я просто хочу, чтобы ты хотя бы немного почувствовал себя лучше.       Её слова прозвучали так легко, но оставили Каина в замешательстве. Он молчал, пытаясь понять, почему она так поступает. Почему она, несмотря на свою хрупкость, словно пробивалась к его закрытому сердцу, игнорируя все преграды, которые он ставил.       Лэйн почувствовала, как его грудь за её спиной слегка вздымается от тяжёлого вздоха. Это был момент, в который Каин, кажется, впервые позволил себе расслабиться.       Ангел медленно откусил небольшой кусочек булочки, его взгляд был сосредоточен, а движения — нарочито неторопливыми. Он словно изучал вкус, как будто не мог понять, стоит ли это внимания. Её мягкость и сладкий аромат, казалось, отвлекали его, но ненадолго. Он посмотрел на булочку, а потом на Лэйн, и, не говоря ни слова, разорвал её пополам.       — Возьми, — его голос прозвучал тихо, но с ноткой решительности, и он протянул ей одну половинку.       Лэйн повернула голову, глядя на него через плечо. Она замерла на мгновение, не веря своим ушам. Её карие глаза чуть расширились от удивления.       — Но… это же для тебя, — сказала она, её голос звучал слегка растерянно, но тепло.       Каин посмотрел на неё, его голубые глаза были спокойными, но в них блеснула едва уловимая эмоция — то ли удивление от её реакции, то ли что-то ещё, что он сам не хотел признавать.       — Ты сказала, что любишь их, — произнёс он твёрдо, поднимая бровь. — И я не понимаю, почему ты решила, что я должен забрать у тебя то, что приносит тебе радость.       Он подал ей половинку чуть настойчивее, и Лэйн, наконец, неохотно взяла её.       — Спасибо, — прошептала она, её голос дрогнул от лёгкого смущения. Она осторожно взяла половинку булочки, и её пальцы невольно коснулись его руки. Прикосновение длилось лишь мгновение, но оно словно остановило время. Каин отвёл руку быстрее, чем нужно, будто его обожгло.       Лэйн сделала небольшой укус, наслаждаясь сладостью, и на мгновение закрыла глаза.       — Ты ведь мог оставить себе всё, — тихо сказала она, поворачивая голову, чтобы снова посмотреть на него. — Я отдала её тебе не ради благодарности.       Каин посмотрел на неё с лёгким прищуром, его губы дрогнули в тени ироничной улыбки.       — Может, ты и не ждала благодарности, — сказал он, снова откидывая голову на спинку кушетки и прикрывая глаза, — но мне всё равно не нравится, когда ты отдаёшь то, что для тебя важно, просто так. Это глупо.       Лэйн мягко улыбнулась, её сердце странно сжалось от его слов. Она медленно обернулась, чтобы снова встретить его взгляд.       — Глупо или нет, — сказала она с лёгким вызовом в голосе, — Я хотела это сделать. Разве не этого иногда достаточно?       Каин посмотрел на неё, его голубые глаза словно пытались проникнуть вглубь её души. Он хмыкнул, отвёл взгляд и пробормотал:       — Глупая смертная.       Лэйн не могла сдержать лёгкий смешок. Она снова откусила кусочек булочки и положила голову ему на грудь, чувствуя, как его дыхание стало чуть глубже. Он не двинулся, не оттолкнул её. Наоборот, она почувствовала, как он чуть сильнее расслабился, хотя в этом жесте всё ещё была осторожность.       — Ты не такой уж суровый, каким хочешь казаться, — тихо сказала она, прикрывая глаза.       Каин не ответил, но его рука слегка дрогнула, будто он на мгновение подумал о том, чтобы коснуться её волос, но так и не решился.       Новая картинка вызывала смешанные ощущения, хотелось и злиться, и плакать от нее одновременно.       Лэйн вошла в комнату, осторожно прикрыв за собой дверь. Впервые за долгое время она не поздоровалась, не бросила привычного короткого «Привет». Вместо этого она остановилась у стены, прижимая руки к груди, и задумчиво смотрела на пол. Её движения были нервными, а взгляд — отстранённым. Каин сразу почувствовал её настроение: что-то явно было не так.       — Ты не в настроении, — заметил он хмуро, его голос прозвучал твёрже, чем обычно.       Лэйн подняла взгляд, но ничего не ответила. Она только кивнула, словно пытаясь сказать, что всё нормально, хотя оба знали, что это было далеко от правды. Её карие глаза встретились с его холодным, изучающим взглядом, и она медленно двинулась к кушетке.       Каин выглядел слабее, чем обычно: его плечи были чуть сутулыми, а крылья казались каким-то тусклыми, лишёнными обычного величия. Это не ускользнуло от её внимания. Она молча приблизилась, и её руки, как по привычке, потянулись к ремням, удерживающим его.       — Ты выглядишь плохо, — коротко сказала Лэйн, её голос был слегка раздражённым, но в нём звучала тревога.       Каин не ответил. Он только молча наблюдал за ней, пока она ловко расстёгивала ремни. Это было уже почти рутиной: за последние недели она делала это так часто, что её движения стали быстрыми и уверенными, как будто она делала это всю жизнь.       — Ты ведь знаешь, что я могу справляться без твоей помощи, — сказал он с лёгкой насмешкой, когда она сняла последний ремень.       Лэйн коротко фыркнула, бросив на него быстрый взгляд.       — Ага, конечно, — сухо ответила она, отступая на шаг. — Я просто экономлю твоё время, чтобы ты мог размять свои крылья, а не раздумывать, как избавиться от этих ремней.       Каин медленно потянулся, склонив голову в сторону, разминая шею. Его крылья с тихим шорохом раскрылись, занимая почти всё пространство вокруг него. Ангел на мгновение закрыл глаза, будто наслаждаясь редкой свободой движения. Его дыхание стало глубже, и он наклонился вперёд, чтобы сесть ровнее.       Лэйн тем временем уселась напротив него, поджав под себя ноги. Она явно пыталась сосредоточиться, но раздражение всё ещё было написано на её лице. Каин внимательно смотрел на неё, ощущая её эмоции как тягучую, тяжёлую энергию, что наполняла комнату.       — Что случилось? — наконец спросил он, его голос был мягче, чем обычно, но всё же сохранял ту характерную холодность.       Лэйн лишь пожала плечами, избегая его взгляда.       — Всё в порядке, — буркнула она.       Каин поднял бровь.       — Враньё не твоя сильная сторона, Лэйн. Я чувствую твой гнев и раздражение, как жар, который не можешь скрыть.       Она резко вскинула голову, её глаза вспыхнули.       — А ты всегда должен быть таким проницательным? — спросила она с вызовом, скрещивая руки на груди. — Может, мне просто плохо, и я не хочу говорить об этом.       Ангел наклонился чуть ближе, его ледяные глаза впились в её лицо.       — Ты пришла сюда, зная, что я почувствую твоё настроение. Ты знала, что я замечу, — сказал он тихо, но с подчёркнутой твёрдостью. — Так почему ты здесь?       Её руки чуть дрогнули, но она сдержалась.       — Потому что... — начала она, её голос немного дрогнул, но затем стала твёрже. — Потому что ты мне нужен, Каин.       Лэйн глубоко вдохнула, скрестила руки на груди и, глядя прямо на Каина, выдохнула:       — Меня раздражает всё это, — начала она резко. — Эти эксперименты над тобой. Ты утверждал, что там ничего страшного не происходит, что это не опасно. А на деле...       Каин нахмурился, его взгляд стал ещё более сосредоточенным.       — Лэйн... что ты сказала? — перебил он, слегка подавшись вперёд. Его голос прозвучал ниже обычного, с едва заметной напряжённостью.       Но Лэйн не обратила внимания, её гнев разгорался с каждой секундой. Она подняла руку, как бы жестом отрезая его попытку вмешаться.       — Нет, дай мне договорить! — резко бросила она. — Ты сказал, что всё в порядке, что с тобой ничего не делают. А что я нашла? Я нашла отчёт. Чёртов отчёт!       Каин напрягся, его глаза сузились.       — Какой отчёт? — его голос стал почти угрожающим, но Лэйн продолжала, не обращая внимания на его тон.       — Экспериментальные данные, результаты анализов... — Лэйн заговорила быстрее, в её голосе чувствовалось напряжение. — Они изучают твою силу, твою кровь, твою регенерацию. Они даже пытались понять, что будет, если...       Она запнулась, не в силах закончить фразу. Её руки сжались в кулаки, и она подняла на него взгляд, полный боли и обиды.       — Ты вообще понимаешь, насколько это серьёзно? Почему ты ничего не сказал?       Каин тяжело вздохнул, закрывая глаза, словно пытался собрать мысли.       — Лэйн... — начал он снова, но его голос звучал уже не так уверенно, как раньше.       — Нет, — перебила она его. — Ты говорил, что ничего страшного не происходит, а теперь оказывается, что они буквально... используют тебя. Ты позволил им это, не сказав мне ни слова!       Её голос дрогнул, но она быстро взяла себя в руки. Каин открыл глаза и уставился на неё, его взгляд был холодным, но в нём мелькало нечто ещё, что Лэйн не могла расшифровать.       — Это ничего не меняет, — сказал он наконец, его голос звучал ровно, но напряжённо. — То, что они делают, не имеет значения.       — Не имеет значения? — её голос дрогнул от гнева. — Ты серьёзно? Ты считаешь, что я могу спокойно смотреть, как тебя... исследуют, как подопытного?       Он смотрел на неё, стараясь понять, что в ней так отчаянно искало выхода — гнев или страх.       — Лэйн, я...       — Не смей меня перебивать! — оборвала она его, вскинув подбородок. — Ты с каждой встречей выглядишь всё хуже. Ты думаешь, я этого не замечаю? Ты думаешь, это нормально, когда с тебя выжимают всё, как из машины, пока ты не останешься пустым?       Она замолчала, тяжело дыша. Её голос дрогнул, и в этом дрожании Каин уловил нечто, что тронуло его сильнее, чем он мог ожидать.       — Мне больно смотреть на это. И больно знать, что ты не доверяешь мне достаточно, чтобы рассказать всё!       — Лэйн... — попытался вмешаться Каин, но она снова не дала ему этого шанса.       — Ты даже не понимаешь, как это ужасно! Я волнуюсь за тебя! Ты не видишь, как...       Её голос сорвался, и в эту секунду Каин понял, что больше не выдержит. Не то чтобы слова Лэйн были для него ударом, но то, как она их произносила — словно каждая эмоция, каждая её дрожь касались его глубже, чем он позволял себе признать.       — Ты просто делаешь вид, что всё в порядке, а я должна смотреть на тебя, на эти изменения, на твоё упрямство... Тебе вообще неважно, что ты нужен не только им? Что ты... — она резко осеклась, слова застряли в горле.       Она ещё не успела понять, что происходит, как его ладонь мягко легла ей на затылок. Взгляд его голубых глаз стал тёплым, почти уязвимым, и в следующую секунду он резко притянул её к себе.       Губы ангела накрыли её с такой нежностью, что мир вокруг Лэйн словно растворился. Его поцелуй был мягким, медленным, пробирающим до глубины души. Она замерла, поражённая этим моментом, но её сердце тут же заколотилось так сильно, что, казалось, ещё чуть-чуть — и вырвется из груди.       Его губы двигались плавно, будто изучая её, его дыхание касалось её кожи, обжигая её тёплым прикосновением. Лэйн почувствовала, как его язык мягко касается её губ, и неосознанно приоткрыла рот, позволив ему проникнуть внутрь. Она резко выдохнула, захваченная волной новых, незнакомых ощущений, которые прокатились по всему телу.       Её руки дрогнули, но через мгновение, словно подчиняясь инстинкту, потянулись к его волосам. Тонкие пальцы зарылись в белоснежные пряди, а её дыхание стало прерывистым. Лэйн прижала его ближе, как будто боялась, что он вдруг отстранится.       Каин целовал её глубже, его прикосновения были осторожными, но уверенными, словно он хотел запечатлеть этот момент в памяти обоих. Он чувствовал, как её сердце бьётся в унисон с его собственным, и на мгновение позволил себе забыть обо всём, кроме её прикосновений, её вкуса, её тепла.       Когда он всё же отстранился, их лица оставались на расстоянии одного дыхания. Лэйн была ошеломлена, её щеки пылали, а взгляд был наполнен смесью удивления и новых, неизведанных эмоций.       — Лэйн, — прошептал он её имя, так, будто произносил его впервые. В его глазах мелькнуло что-то, что она не успела понять, прежде чем он мягко убрал руку с её затылка, позволяя ей осознать случившееся.       Лэйн молча застыла на месте, её дыхание оставалось сбивчивым. Её пальцы дрожали, когда она нерешительно подняла руку к своим губам, которые всё ещё горели от поцелуя. Она слегка коснулась их, словно пытаясь убедиться, что это было наяву, а не иллюзией. Сердце бешено колотилось, наполняя уши гулом, и ей казалось, что щеки пылают, как раскалённый металл.       Её взгляд медленно поднялся к Каину, который всё это время наблюдал за ней. Его глаза, обычно холодные и непроницаемые, сейчас искрились лёгкой насмешкой и.… теплом? Уголки его губ изогнулись в едва заметной ухмылке, которая, как она поняла, была адресована именно ей.       — Что-то не так? — спросил он с мягкой иронией, но в его голосе звучала лёгкая хрипотца, как будто и ему этот момент дался нелегко.       Лэйн открыла рот, чтобы ответить, но слова не пришли. Она только мотнула головой, чувствуя, как волнуется ещё сильнее. Она совершенно не знала, как реагировать, что сказать. Её мысли путались, но одно было очевидно — её возмущение испарилось, как утренний иней под лучами солнца.       Каин, наблюдая за её замешательством, вдруг с легкостью откинулся назад на кушетке, вытянув ноги и опираясь на спинку. Он выглядел расслабленным, словно то, что только что произошло, совершенно его не смутило. Внезапно он протянул руку, взяв Лэйн за запястье, и мягко потянул её к себе.       — Иди сюда, — произнёс он тихо, но в его голосе была не просьба, а утверждение.       Лэйн даже не успела возразить или осмыслить его действия, как оказалась на его груди. Он уложил её так, что её голова удобно расположилась у него на плече, а его руки обвились вокруг её спины, удерживая. Его движения были уверенными, но удивительно мягкими. Она замерла, чувствуя, как его грудь поднимается и опускается под её щекой.       — Так лучше, — проговорил он, словно говоря больше самому себе, чем ей.       Лэйн попыталась что-то сказать, но её дыхание всё ещё не восстановилось. Она закрыла глаза, пытаясь совладать с собой, но это оказалось сложнее, чем она ожидала. Его тепло, его близость, его голос — всё это затопило её разум, оставляя место только для одного: тихого ощущения, что, возможно, впервые за долгое время она была там, где должна быть.       — Ты... — начала она, но снова замолчала, почувствовав, как он чуть сильнее прижал её к себе.       — Не сейчас, Лэйн, — тихо произнёс он, перебивая её. Его голос звучал так нежно, что это заставило её замереть. — Просто побудь здесь. Только сейчас.       Лэйн лежала у него на груди, чувствуя его сердце, которое било в такт её собственному. Каин, казалось, уже привык к этой близости, хотя сам по себе всё ещё не совсем понимал, почему ему хочется так держать её, почему он не отпускает.       Тишина в комнате была почти ощутимой. Только их дыхание нарушало её спокойствие. Лэйн медленно приподнялась и взглянула на ангела, в его глазах был смешанный взгляд — и тревога, и странное умиротворение. Она всё ещё не могла привыкнуть к тому, что этот холодный и неприступный ангел так изменился рядом с ней.       — Останься со мной на ночь, — сказал Каин неожиданно, его голос был мягким, но в нём не было никакого давления. — Я разбужу тебя, когда начнёт светать, чтобы ты успела уйти незамеченной.       Лэйн немного застыла, удивлённая такой открытостью с его стороны. Она подняла взгляд и увидела в его глазах нечто большее, чем обычно. Не обычное строгое дистанцирование. Это было… странно. Но приятно.       — Ты хочешь, чтобы я осталась? — спросила она тихо, не скрывая своего удивления.       Каин кивнул, его рука мягко коснулась её плеча, перед тем как опуститься на спину. Его взгляд стал немного мягче.       — Ты... заразила меня своей нежностью, Лэйн, — произнёс он, голос его был тихим, но уверенным. — Я не понимаю, почему. Но не могу же я игнорировать это. Ты... ты по-другому. Ты даёшь мне эту нежность, и.… я не знаю, как мне с этим быть. Я сам не понимаю, что чувствую.       Лэйн тихо вздохнула, его слова поглотили её. Она ещё не могла до конца понять, что же происходит, но ощущения в её груди становились все более явными. Она почувствовала, как её сердце начинает биться быстрее, как напряжение спадало, и всё, что оставалось, — это странное чувство привязанности.       — Мы как Луна и Солнце, — сказала она вдруг, не совсем уверенная в своей мысли, но слова вырвались сами. Она посмотрела ему в глаза, пытаясь объяснить. — Я даю тебе нежность, а ты отражаешь её, как Луна отражает свет Солнца.       Каин усмехнулся, его губы искривились в едва заметной улыбке. Он наклонился немного ближе, взгляд его стал чуть более мягким.       — Как Луна и Солнце, — повторил он, будто взвешивая её слова. — Не знаю, что ты имеешь в виду, но это звучит… интересно.       Лэйн не могла не заметить, как его лицо стало ещё мягче, а его руки, всё ещё удерживающие её, стали более уверенными. Всё это казалось невероятным, но она чувствовала, как он начинает открываться. И даже если это ещё не было завершённым пониманием, это был шаг вперёд.       Каин наблюдал за Лэйн, его взгляд был непроницаемым, но в глубине глаз можно было уловить нечто большее — какую-то мягкость, нежность, которой он явно ещё не мог объяснить себе.       — Останешься со мной или нет? — спросил он, его голос мягкий, но в нём была нотка странной неуверенности, будто он не был совсем уверен, как на это отреагирует она.       Лэйн почувствовала, как её сердце забилось быстрее. Он не был таким, каким она привыкла его видеть. Все его слова, всё его поведение, оно заставляло её сомневаться в том, что она до сих пор знала о нем. Он стал другим. И она ощущала, что не могла бы просто уйти, не ответив ему.       — Останусь, — тихо сказала она, чувствуя, как его слова зацепляют её, как что-то важное щелкает внутри.       Она снова легла на его грудь, теперь её лицо было так близко, что её дыхание скользило по его коже, а нос, коснувшись его шеи, ощущал тепло его тела. Каин чуть сильнее потянул её к себе, и она почувствовала его руки, поглаживающие её волосы, всё ещё мягкие и бережные.       — Ты… ты такая странная, Лэйн, — тихо произнёс он, его голос был глубоким и задумчивым. — Не знаю, почему, но ты заставляешь меня… чувствовать.       Она закрыла глаза, погружаясь в уют этой неожиданной близости. Он продолжал тихо говорить что-то, и её разум уже не стремился анализировать его слова. Она чувствовала, как всё внутри успокаивается, как его нежность проникает в её душу, нарушая её обычный холод.       "Ты странная, Лэйн," — думал он, — "Так легко рушишь все мои привычные представления. Ты не боишься быть слабой рядом со мной, не боишься показывать мне свою сторону, которую другие бы скрыли."       Он чувствовал её руки на своей груди, её голову, покоящуюся на его сердце. Он привык к одиночеству, к борьбе с собой и с теми, кто его окружал. Но с ней всё было по-другому. Она приходила, она была там, без предвзятости, без страха. И её нежность…       Каин не знал, как это произошло. Он не знал, почему её присутствие так его тянет, почему эта теплая близость между ними кажется естественной. Она не требовала от него ничего, она не пыталась заставить его быть кем-то другим. Она просто была рядом.       Это было невыносимо странно для него, но в какой-то момент он понял: он не может так просто избавиться от этих чувств. Они проникли в него глубже, чем он мог себе представить.       — Должно быть… я люблю тебя.       Он сказал эти слова не как откровение, а как нечто, что стало очевидным в последний момент. Они немного удивили Лэйн. Она оторвалась от его груди, посмотрела на него и, слегка улыбнувшись, произнесла:       — Должно быть, я тебя тоже.       Он ухмыльнулся, на его губах появилась едва заметная улыбка, и он зарывался рукой в её волосы, нежно прижимая её голову обратно к своей груди.       — Спи, Лэйн, — прошептал он, его голос был полон какой-то невыразимой теплоты. — Спи, я здесь.       Воспоминание было тёплым, как обволакивающее прикосновение, которое оставляло после себя сладкое послевкусие и мягкий трепет. Лэйн не могла удержаться от лёгкой улыбки, когда вспоминала тот момент, когда он сказал ей, что любит. Она не осознавала, когда точно её чувства перешли этот невидимый рубеж, но теперь всё казалось таким естественным. Даже сама атмосфера воспоминания была полна света, как тёплая рука, заключающая её в заботу. Она могла снова и снова возвращаться в тот момент и просто наслаждаться его тишиной, его мягкостью.       Вдохнув, Лэйн заметила, как библиотека, где она находилась, начала проявляться снова. Туман, который всегда висел в этом месте, постепенно рассеивался, но всё равно оставался слегка мутным, затуманивающим её восприятие. Она огляделась, пытаясь определить, где она, но ей не удалось сосредоточиться.       Три пары глаз внимательно следили за ней. Лэйн почувствовала их тяжёлый взгляд на себе, как-то интуитивно зная, что они не просто наблюдают. Внезапно, словно на кончике языка, она почувствовала привкус крови, металлический и неприятный. Её тело будто прошло через ток. Все мышцы сжались, и внутренний холод заполнил её, отголоском чего-то давно забытого, что теперь просыпалось в её теле.       Анхея предупреждала её. Лэйн помнила её слова: «Это будет болезненно». Но не думала, что будет так сильно. Казалось, что её разум вот-вот разорвётся, и вместо того, чтобы сдержаться, она позволила воспоминанию захватить её целиком.       — Это слишком... — вырвалось у неё с трудом, голос был почти неузнаваемым, с нотками боли, словно она пыталась вырваться из этого болезненного плена.       Но, прежде чем она успела что-либо сделать, её тело стало тяжёлым, словно она пыталась двигаться в воде, а сознание начало исчезать. Это было похоже на падение в темную пропасть, когда нет ни опоры, ни стенок, и ты просто скользишь вниз. Лэйн почувствовала, как теряет опору, и в тот момент, когда она должна была упасть на пол, кто-то успел подхватить её. Это был Пилеон. Его руки, крепкие и решительные, обвили её тело, и она почувствовала, как её удерживают, не давая упасть.       — Ну, это было неожиданно, — сказал Пилеон с лёгким насмешливым тоном, когда Лэйн окончательно потеряла сознание. Он подержал её на руках, её голову бережно прижимая к своей груди. — Надеюсь, ты будешь с ней осторожен, ангел, она забавная, мне нравится.       Передавая Лэйн в руки Каину, Пилеон не мог не добавить с лёгкой усмешкой:       —Вперёд, ангел, она в твоих руках.       Каин принял её с неизменной серьёзностью, но в его взгляде было что-то новое — нечто большее, чем просто обязательства. Лёгкая тревога, волнение за неё, которое он не скрывал. Он подхватил Лэйн в свои руки, словно был готов держать её вечно, и его глаза, скользнувшие на Пилеона, выразили и раздражение, и усталость, и лёгкое беспокойство.       — Ты всегда знаешь, как найти повод для сарказма, — ответил Каин, закатив глаза.       Пилеон лишь пожимал плечами, не замечая серьёзности ангела, и продолжил с усмешкой:       — Ты же знаешь, я только рад за неё.       Анхея, стоявшая рядом, взглянула на Пилеона с лёгким укором.       — Пилеон, прекрати, — сказала она, но её голос был скорее спокойным, чем строгим. — Он с ней будет осторожен.       Пилеон лишь усмехнулся в ответ, понимая, что Анхея правду говорит, но всё равно не удержался от последней шутки.       — Да-да, осторожно... Как же! — пробормотал он, но больше не стал ничего добавлять, видя, как Каин осторожно поправляет Лэйн в своих руках.       Анхея взглянула на ангела, её выражение стало серьёзным, и даже немного тревожным. Она положила руку на его плечо, и её слова прозвучали как предупреждение:       — Не отходи от неё, Каин. Пробуждение будет ужасным.       Каин встретил её взгляд, и в его глазах было глубокое понимание. Он слегка кивнул, и в его ответе звучала тихая уверенность.       — Знаю, — сказал он, сдержанно, но уверенно.