…

Подземное царство, почти пустое, людей на земле пока мало. Здесь темно и холодно, поговорить вообще не с кем, только с людьми, но когда ты их и переправляешь через великую реку душ - Стикс, и распределяешь куда душе отправиться дальше, достойна ли она великолепных садов Элизиума или вечных мук в Тартаре. Когда в очередной раз отправляешь кого то в Тартар за грехи и заполняешь свитки, люди перестают нравится. Ему не нравится большая часть существ созданная его младшим братом. Хотя он рад что братья и сестры живут счастливо, все таки он знал на что шёл когда отказывался от света звездного неба, он знал что ему оторвут остральные крылья, он знал что больше не взлетит, больше не сможет создавать, больше никогда не покинет Подземное царство, Аид знал что заперт здесь навечно. Сам Аид выглядел ещё не как мертвец, все таки недавно только стал править здешними землями. Кожа ещё не мертвецки бледная, но и на кожу живых уже не смахивает, волосы чуть ниже ягодиц, цветом чёрные как беззвездное ночное небо, на худом теле черная тога с брошью черепом и босые ноги. Глаза, холодно голубые, как отражение пламени пылающем во всем его теле. Его собственное пламя, не дававшее ему не минуты покоя в сердце, вечно давящее изнутри, то что поселилось в нем как только он стал Правителем царства мертвых. Вообще ему нравились некоторые люди, а точнее дети, он всегда общался с ними с удовольствием, хотя его расстраивало что они в нынешнее время так часто умирают. Они от части напоминали ему его брата и сестёр которых он воспитывал и защищал в желудке Кроноса. Почему они все его так возненавидели когда он ушёл сюда, он ведь ни делал ничего плохого, наоборот, он закрыл им сюда проход. Он всегда отдавал им все что у него есть и свою любовь тоже. Похоже это та самая участь Бога Подземного царства о которой говорил Кронос некоторые годы назад, ну смериться можно. Вот только найти бы работников в помощь, ото он один тут может и справиться, но уже не будет похоже на что то жизни-способное. А Бог смерти вообще может быть жизни-способным? После победы над Кроносом я тут полностью обосновался, лишний раз старался не вылазить, все таки с каждым годом людишек все больше, да и кто его на Олимпе вообще ждёт? Для помощи он кстати все же нашёл пару штук низших Богов и не только. Взял к себе под «крыло» Гекату, Богиню ночи, мрака и некромантии про которую все забыли и которой больше никто не поклонялся. Триликой она кстати не была, просто миф. Но если и триликой, то Геката являлась скорее не из за трёх лиц, а из за трёх обличий своих: совсем юной девочки, зрелой девушки и женщины, чаще всего она была в облике девушки. Мы с ней вроде как поладили в скором времени и иногда после роботы пьём чай. Так же взял к себе в помощники по бумагам, выполнения поручений и сортировке душ Бога сна или хороших сновидений Гипноса и его маленького сына Морфея. Ну и конечно для перевозки душ через реку Стикс я нашёл вместо себя Харона, он сын Эреба, Бога тьмы и тумана, и Нюкты, она была человеком. Эреб тогда сбежал с низших небес Олимпа, его там не особо жаловали, ну а у меня на всех песто найдётся. Своё орудие Аид вообще перестал пользовать, просто незачем, он же по большей части весь в пергаментах. Двузубец свой он давно поставил в угол кабинета и он там уже пару столетий стоит, иногда пользуется как вешалка для плаща или чего то ещё. Шлем невидимку - «свой символ власти» как называли свои дары другие боги (в чем заключена часть божьей силы, у Зевса - молнии, Посейдон - трезубец и т.д.), теперь используется как мусорка под столом, удобно кстати, бумаги по неопытности в начале роботы ему часто приходилось переделывать да и сейчас иногда возникают ошибки, а кинул неудавшийся экземпляр в шлем щелкнул пальцами и его уже нет. Ещё иллюзию наложить и вообще от простого ведра не отличишь, да и украсть не получится, во-первых - прям у Аида под носом красть никто не осмелится, во-вторых - кому сдаться его мусорка? ... Прошло уже достаточно много времени его правления и роботы в Подземном царстве и кто же мог подумать, что его подчиненные решили в кои-то веке отпраздновать день рождение Владыки, да ещё у него юбилей. Решили они это сделать сюрпризом, в общем зале, так как Аид там почти не появлялся. На самом деле в каком то смысле это был праздник и для них, ведь всякими блюдами и сладким они почти не баловались, но все они их очень даже любили, особенно сладкое. Аид исключение не являлся. Обычно они ели одно и тоже, а еда имеет свойство надоедать, но никто не жаловался. Аид и Харон вообще иногда и на завтрак не приходили, поэтому было решено приготовить много вкусной еды. Также было решено приготовить подарки. Но так как идей ни у кого не было, Геката как всегда взяла все в свои руки. ... Честно, Аид был в ахире от сюрприза, заключающемся в праздновании его дня рождения, помнится он вообще его никогда не праздновал в отличии от других Богов. Даже Геката устраивала в честь этого попойку каждые десять лет. Но Аид не был против небольшого отдыха от работы, и сказать по правде, ему понравился первый в его жизни день рождения. А ведь ему никто и никогда не делал сюрпризы, только если плохие. – Кстати, у меня есть для Вас подарок. – встала со своего места Геката с гордо поднятой головой и смотря на остальных с искреннем злорадством и превосходством, а глазами будто говоря - «Ха, я победила вас всех даже не вступая на поле бойни!» или «Вы все низшие формы жизни!», ну или что то подобное. Харон на это закатил глаза, Гипнос хмыкнул, а Морфей заинтересованно на неё уставился забыв про кусочек сладкой булочки который секунду назад уплетал за обе щеки (Морфею сейчас по людским меркам примерно пять - шесть лет). Аид с легкой улыбкой, последнее на что он по своему же мнению был способен из положительных эмоций, поднял бровь и подпер голову рукой. – Не думаю что меня есть чем удивить ещё больше, но я приятно удивлён что ты решила сделать мне подарок. – Уж поверь, я тебя удивлю, а тебе ещё и понравиться! – прокричала исчезнувшая за дверью Геката – Глаза закрой! – Как скажешь. – с этими словами Аид закрыл глаза и невольно стал прислушиваться. После скрипа двери маленький Морфей как-то восторженно втянул в себя наполненный прахом воздух, Харон и Гипнос стали что-то шептать сквозь зубы и началась возня. Аид посидев ещё немного открыл глаза, опасаясь что в качестве подарка ему преподнесут или какого нибудь раба, или какую-то проклятую херь. Вместо раба и какой-то хери в руках у Гекаты был трёхголовый щенок с чёрной шерстью и желтыми глазами. Все три пары глаз щенка уставились на нового хозяина пока его пытались отобрать у Гекаты Гипнос и Харон. Аид встал и тихо подошёл к чуть ли не дерущимся Богам, и забрал бедное животное из рук Богини ночи. Две испуганных пары глаз на пару с уверенной Гекатой с низу верх устремились на ничего не выражающее лицо Владыки Подземного царства у которого на руках устроился новоиспеченный член семьи и подрастающий страж входа в подземный мир. – Я назову его Цербер. – с улыбкой изрёк Аид победно улыбающейся Гекате. ... Время шло, Цербер рос не по дням а по часам. Аид же с каждым годом терял себя все больше, тьма заполняла его душу все сильнее и быстрее. Эмоции уходили от него как и былая сила, нет, не физическая, моральная. Физически он наоборот, становился все сильнее и эта сила все сильнее давила на его тело. Единственное что могло его отвлечь - это работа. Он перестал спать, есть, как-либо отдыхать, лишь бы не чувствовать тяжесть этой силы в пару с его растущем гневом. Но чем больше он работал, тем больше он завидовал людям. Сейчас они стали жить по настоящему, не то что тогда. Люди проживают свою ничтожно маленькую жизнь достойно и счастливо, зная, что с обоих сторон их будет провожать и ждать семья. Семья. Вот чего он хотел, семьи. Нет, он уже пробовал, не судьба, Персифона так и не смогла полюбить такое «чудовище» как он. Даже любовников себе на стороне завела. Хотя он, Аид, показывал ей свою любовь в полном размере, делал все чтобы ей было комфортно в Подземном царстве, даже приказал знающим своё дело душам создать ей великолепной красоты сад, где растения сделаны из кристаллов, самоцветов и драгоценных металлов. Да, они не настоящие, но хоть какие-то. Она тогда только грустно улыбнулась ему. И тогда, через пару лет, он отпустил ее. Персифона тогда так ошарашено посмотрела на него, когда за ней, посреди зимы, пришла его возница. Аид отпустил ее домой навсегда, разорвав узы их брака. В тот день Персифона впервые улыбнулась ему самой своей счастливой улыбкой и обняла, он не обнял в ответ. В тот день кристальный сад был закрыт навсегда. Пусть Персифона, Богиня весны снова поднимется на землю, из холодных чертог Аида к солнцу и его теплу, к матери и голубому небу, звёздам и ее так любимым цветам. Обратно к жизни. Пусть уходит от него, от его богатств, поданных и власти. Знал бы хоть один Бог, что Аид давно бы, с радостью променял все что у него сейчас есть на право снова видеть солнце, чувствовать зелёную траву под босыми ногами и видеть яркие звезды, которые он когда-то создавал и пустил на небо, чтобы они вечно показывали свою красоту. Чтобы они устремлялись ввысь к другим звёздам. Хотя, если он попытается создать семью ещё раз конец света ведь не случится. И вот находится отчаянная душа, готовая пойти на это. Ее зовут Мария, странное имя для нынешнего, только зарождавшегося великого Рима, но очень красивое. Она просила перерождения, взамен она дарует ему такое долгожданное дитя. Я согласился. – Я пущу часть своей души и силы в твой чрев и ты понесёшь от меня без каких либо других действий, единственное что тебе нежно будет сделать, это выносить его и благополучно родить через полтора года, ну и я отправлю тебя обратно на землю, в новую жизнь. – после объяснений в руках у Аида появился светло-голубой огонёк, почти белый, совсем маленькое пламя в его ладони, это его дитя. Будущее, чистое и уже любимое своим отцом дитя. Аид, наконец, смотря на этот огонёк начал вспоминать, как это - любить. Беременность у Марии проходила хорошо, она не жаловалась на его редкие прикосновения к животу, сама даже предлагала потрогать, не боялась разговаривать с ним на прямую, она была очень прямолинейной и честной женщиной. Ну почему люди намного понимающее и умнее Богов, почему они могут видеть в нем не только страшную и мерзкую оболочку, а Боги нет? ... После родов Аиду отдали его дитя, чёрные волосы как у него, только с белыми прядками, скорее всего в будущем его волосы полностью станут белыми, глаза цвета звездной пыли, а переливы в них напоминали блеск жемчуга. Его глаза так похожи на звёзды что когда-то создавал Аид. Кожа все ещё человеческого цвета, но вскоре станет такой же мертвецки бледной как у отца. Когда новорождённый наследник чихнул его светло-голубое плане заполонило его тело и вспыхнуло, что вызвало ещё большую и нежную улыбку у Аида. Это пламя было не таким как у него, оно врожденное, это пламя не принесёт ему страданий и боли, лишь силу и возможность совершенствования, может когда нибудь его дитя сможет создавать красоты звездного неба как он, Аид. Геката провозгласила себя крестной, что сразу после неё сделал и Морфей, который уже давно подрос и почти полностью забравший себе обязанности отца. Гипнос и Харон просто наблюдали за их вечной грызней со стороны, посмеиваясь. Марию после ее восстановление после родов Аид отвёл к источнику забытая для отправки в новую жизнь и на последак она сказала что никогда не пожалеет о том что даровала ему, Аиду, счастье. Она вообще часто говорила о его счастье, похоже она о нем в каком-то смысле волнуется. – В добрый дальный Мария. – Прощай Владыка Аид. – она явно издевалась над ним, вечно это ее растянутое «Владыка». – Мы скоро встретимся, не забывай кто я. – Аид усмехнулся и отпустил ее. ... Первому сыну Аид даровал имя Загрей, наследный Бог звездного неба и бескрайних красот космоса. К сожалению, рано или поздно ему будет уготована судьба правителя царства мертвых, но Аид постарается чтобы это произошло как можно позже. Вот так и появился на свет старший сын Бога Подземного царства Аида, Бог звездного неба, а в будущем Бог крови и возрождение.