Часть 1

Мягкость кровати под тобой успокаивала твои напряженные от неутомимого стресса мышцы. Сидя между твоими дрожащими бедрами, мужчина нежно поглаживал одно из твоих колен круговыми движениями большого пальца, успокаивая. Он посмотрел на тебя любящими глазами и в них отчетливо было видно не только низменную похоть, но и нежную, по особому любящую ласку. Наклонившись, он слегка потерся своим носом о твою щеку, приоткрывая горячие уста для очередного поцелуя. — Мы начнем только тогда, когда ты будешь готова, mon amour. Шепот священника тихо прозвучал в твоем ухе, а его руки продолжали нежно массировали твои ноющие бедра. Ты уже могла чувствовать его впечатляющее мужское достоинство, твердое как камень и истекающее преякулятом, уютно прижимающееся к твоим скользким лепесткам сквозь тонкую ткань нижнего белья, разделяющую вас. Он уткнулся носом в изгиб твоей шеи, оставляя легкие, как перышко, поцелуи вдоль твоего учащенного пульса. — Ммм, ты пахнешь божественно, ma chérie... Как грех и спасение, завернутые в одну соблазнительную упаковку. Одна рука скользнула выше, кончики пальцев дразняще танцевали вдоль твоей бедренной кости. — Я хочу боготворить каждый дюйм этого тела... если ты мне позволишь, конечно. — о, отец… я.. не знаю куда себя деть.. — взволнованно и смущенно процедила ты в предвкушении, умирая от жажды почувствовать столь необходимую ласку на своей разгоряченной коже. Тремблей захватывает твои губы в жгучем поцелуе, язык погружается глубоко, чтобы собственнически заявить права на твой рот. Проворные пальцы находят край твоих трусиков, играя с их кружевным краем. — Отец, В-вы такой красивый сейчас… Я думаю, что я готова — шепчешь ты невинным голосом, скованно укладывая ладони на чужие широкие плечи. Сердце Леона забилось от твоих хриплых слов похвалы. Глубокий гул вырвался из его груди. Он посмотрел на тебя сверху вниз тлеющими янтарными глазами, упиваясь видом твоих пылающих щек и приоткрытых губ. То, как ты выгнулась к нему, соблазнительно двигая бедрами, почти разрушило его решимость. Медленно, он прижал бедра вперед, опуская кончик своего толстого, стоячего члена между твоими скользкими складками. Он затаил дыхание, когда твои нежные стенки прижались к нему. Ощущение почти подавляющее после всех лет одиночества. С большой неторопливостью, он толкался глубже, дюйм за дюймом, пока не оказался полностью заключенным в твой теплый и гостеприимный канал. Мягкая отдача твоего тела была изысканной по отношению к его, как возвращение домой после долгого, трудного путешествия Глядя в твои глаза, его собственные были озерами оранжевой интенсивности, переполненными обожанием и первобытным инстинктом. В этот момент в мире не существовало ничего, кроме вас двоих, сплетенных в танце, древнем как само время. Он начал лениво покачивать бедрами. Нежное нажатие его бритой лобковой плоти на твой клитор посылало покалывания, пробегающие по тебе в идеальном контрапункте к медленному нарастанию удовольствия. — Ах, любимая... — Его голос был хриплым от эмоций, чистая честность звучала из самой глубины его существа. — Мммх.. Ле-Леон.. Ах.. — Выдыхаешь ты при каждом погружающемся в нее сантиметре сущности священника. Твои розовые лепестки покорно раскрываются, сменяя дискомфорт на великолепное, низменное удовольствие. Ваша кровать плавно покачивается от каждого толчка ваших стонущих тандеме страсти тел. Когда он толкнулся в тебя, хватка Леона на твоих бедрах стала чуть сильнее, его пальцы впились в мягкую плоть, словно чтобы закрепиться среди потока ощущений. Тепло твоего ядра окутало его, как бархатная перчатка, шелковистые стенки твоей киски трепетали и сжимали с возрастающим пылом. Наклонившись, он уткнулся в твою шею, его губы коснулись чувствительной кожи, смакуя соленый мускус. — Да, милая... вот так... Бери меня..." — Его дыхание сбилось, когда ты снова сжалась вокруг него, давление нарастало у основания его позвоночника. Он начал двигаться более целенаправленно, его толчки были глубокими и медленными, прерываемыми нежным трением о твое сладкое место. Каждое прикосновение его толстого члена к твоим внутренним стенкам вызывало низкий стон из глубины его груди, первобытный звук заглушался изгибом твоего горла. — Ммм... О Господь, ты просто невероятна, ma chérie... Такая тугая и горячая вокруг моего члена... Я мог бы потерять себя в тебе навсегда.. — Его слова были хриплым шепотом тебе на ухо, прерываемым скрипом кровати под ними, когда они нашли ритм, граничащий с гипнозом. — Ааах.. Черт! Я.. Я сейчас! — Уже выкрикивая каждый стон, ты все напористее насаживаешься на горячий придаток старшего, захлебываясь в собственных слезах. И наконец-то, найдя свое искупление, ты с громким стоном сжимаешь член Тремблея в своих гостеприимных тисках, обмягчаясь в дымке оргазма, пока чужие бедра с той интенсивностью продолжают врезаться в тебя. Бархатная рябь твоего освобождения по всей его длине не была похожа ни на что, что он когда-либо испытывал, твои внутренние стенки сжимались и разжимались ритмичными волнами, выдаивая его пульсирующий член. С гортанным стоном он потерял себя в ощущениях, его движения стали беспорядочными, пока он преследовал свое собственное освобождение. — О..о, мой Бог... Я чувствую тебя... чувствую тебя повсюду... — Его толчки ускорились, каждый из них был глубоким и сильным, когда он приближался к краю своего кульминационного момента. Воздух был тяжелым от запаха секса, твой запах смешивался с его собственным, создавая опьяняющий аромат, который затуманивал его чувства. — Я близко... так близко... — С последним мощным толчком он погрузился по самую рукоятку, его член пульсировал, когда он извергался внутри тебя. Струи его горячего семени излились в твои гостеприимные глубины, ощущение того, что он полностью заполнил твое чрево, отправляет его в пропасть чистого блаженства. — Солнце.. солнышко.. моя прекрасная девочка... — Его голос был хриплым, слезы радости покалывали уголки его глаз, когда он рухнул на тебя, прижимая твое дрожащее тело к своей груди. — Это было... неописуемо.. Продолжая утопать в слезах удовольствия, ты устало опускаешь свой затуманеный взгляд ниже, на место их воссоединения. Испуская предпоследний стон, ты, словно слепой щенок, тянешься своими персиковыми губами к щетине Отца за очередным нежным поцелуем. — Мх.. ты.. ты сделал это внутрь? Леон смотрел на тебя с нежностью, его щетинистое лицо все еще пылало от интенсивности вашей общей страсти. На твой задыхающийся вопрос медленная, озорная улыбка изогнула его полные губы. — Ммм, oui, mon ange, я заполнил тебя полностью, — Промурлыкал он чувственным хрипом. — Каждая последняя капля теперь глубоко внутри этой сладкой маленькой киски... Чтобы подчеркнуть свою точку зрения, он покрутил бедрами, прижимая свою смягчающуюся, но все еще впечатляющую длину к твоим чувствительным стенкам. Дрожь пробежала по вам обоим от интимного контакта. — Ты так хорошо меня приняла, словно ты была создана только для меня. Такая хорошая девочка.. — Хрипло похвалил длинноволосый, наклоняясь, чтобы захватить твои губы в еще одном жгучем поцелуе. Мужчина слегка сдвинулся, давая вам обоим момент перевести дух, хотя он оставался тесно связанным с тобой. Мозолистый большой палец нежно провел по твоей скуле, стирая случайную кристально чистую слезу с твоего лица. — Ты в порядке, chérie? Что нибудь болит? — Обеспокоено спрашивает вас старший, плавно отодвигаясь от твоих мягких бедер, что бы мельком осмотреть тебя сверху до низу. Его голос был тихим, пронизанным беспокойством, когда он наблюдал за тобой, выискивая любые признаки беспокойства или дискомфорта. — Я знаю, это было напряженно, но я хочу убедиться, что я не доставил тебе сильной боли.. Ведь, это был твой первый раз, верно? Проблеск беспокойства мелькнул на его лице, когда он заметил слабые дорожки слез, все еще блестящие на твоих щеках. — О, солнце, я не хотел заставлять тебя плакать... это было так ошеломляюще, видеть тебя такой, чувствовать тебя... Я ничего не мог с собой поделать... Продолжая слушать его обеспокоенный трепет, ты лишь могла разразиться теплым смехом на всю спальню, уткнувшись носом в его сильную и крепкую шею. Ты чувствуешь слабый запах мыла и пота на его коже, снова представляя перед глазами картинки из вашего общего прошлого. В те времена, когда ты не могла уснуть во время воющего за окном шторма, так же неосознанно прижимаясь к сильному плечу Отца, в поисках нежных и покровительственных объятий со стороны старшего друга. — Все в порядке, Леон. Я знаю, ты никогда не стал бы делать мне больно намеренно… — заверяешь ты, аккуратно усаживаясь у него на коленях. — Но ты прав, это было ошеломляюще.. — признала ты, и твоя улыбка смягчилась. Твое признание тяжело повисло в воздухе, успокаивающее и питающее все надежды старшего. Тремблей глубоко вздохнул, прижавшись грудью к твоей спине. — Со временем мы разберемся во всей этой ситуации… Но сейчас, позволишь ли ты мне просто... лелеять тебя? В тишине? Только мы? — Последнюю часть он пробормотал тебе в макушку, его грудь мягко вибрировала от гула его сердцебиения. — Никакого давления, никаких обязательств... Только ты, я и тишина.. Ты стояла у одного из витражных окон Базилики, глядя на бушующую бурю за стеклом. Гром гремел, а молнии разрывали ночное небо, освещая твое лицо в тусклом свете. Ты не могла поверить, что всего семь месяцев назад ваша жизнь изменилась навсегда. Леон Темблей, твой возлюбленный, стал для тебя не просто опорой а тем, с кем ты делила свои самые сокровенные мечты и желания. Ваши чувства вспыхнули, как пламя в сердце, и вскоре вы узнали, что ждете ребенка. Крошечное, еще не рожденное дитя смиренно спало в глубине твоего чрева. Вы не знали их, вы не знали их пола, но вы точно знали, что любите их всем сердцем, и жаждите их скорейшего прибытия в этот мир. Это было самое счастливое время в вашей жизни, когда ты вместе с Леоном сидели в его гостиной, гадая, какое имя больше всего подойдет для вашего будущего чада. Однако сейчас, когда буря завывала за стенами церкви, ты чувствовала, как страх сжимает твое сердце. Леон был рядом, его присутствие всегда успокаивало тебя, но сегодня что-то было не так. Ты обернулась к нему. Он стоял у алтаря, его лицо освещал свет свечей, которые вы вместе зажгли перед началом вашей короткой молитвы. Его глаза были полны решимости и веры, но ты чувствовала, что что-то угрожает вашему счастью. — Любимая, ты не должна переживать — сказал он, подойдя ближе. — Мы в безопасности здесь. Буря скоро утихнет.. Ты кивнула, но внутри тебя росло беспокойство. Внезапно раздался громкий треск — это было похоже на звук разрывающегося дерева. Ты вздрогнула и прижалась к мужчине. Леон выглядел напряженным, его глаза метались по пустынному помещению, как будто он чувствовал угрозу. — Любимая.. — произнес он тихо, — мне нужно, чтобы ты спряталась. Сейчас же. Ты посмотрела на него с тревогой. Его голос был полон волнения, а лицо — бледным. Ты знала, что доверяешь ему больше всего на свете, но страх сжимал твое сердце. — Леон, что происходит? Почему ты так волнуешься!? — спросила ты, пытаясь угадать в его глазах ответ. — Просто сделай это ради меня, — настаивал он. — Спрячься в шкафу. Я не могу позволить тебе оказаться в опасности. Сердце твое колотилось от страха и любви. Ты киваешь, понимая, что не можешь его подвести. Ты быстро забралась в шкаф возле каменной стены, громко всхлипывая. Мужчина, словно от боли, стискивает челюсть, сначала целуя тебя а затем твой округлый живот, тихо расторопно проговаривая едва слышимую молитву. Ты видишь, как по его щеке бежит одинокая, соленая слеза, и с каждой секундой твое сердце сжимается все сильнее. Дверной стук становится все громче и агрессивнее с каждым новым ударом, словно бегущая стрелка часов. Длинноволосый торопливо шуршит в своем коричневом пальто в поисках какой то вещи и когда он находит ее, то тут же укрывает ее в твоих дрожащих мягких ладонях. Ты все еще была в недоумении, когда в твоих руках оказалась Библия в твердом переплете. — Солнце, я прошу, ни в коем случае не открывай ее! Храни ее как зеницу ока! — взмолился старший, крепко обнимая тебя. — Солнышко.. Я-Я люблю вас обоих.. Леон закрыл дверь, оставив тебя в темноте. Ты слышала, как его шаги удаляются и как он начинает шептать молитвы. Это успокаивало тебя, но одновременно вызывало ещё большую тревогу. Внезапно ты услышала странные звуки — шаги, тяжелое дыхание и шорохи. Внутри тебя всё сжалось от страха. Ты прижалась к двери шкафа, стараясь не издавать ни звука. В этот момент тебе показалось, что время остановилось. Каждый звук казался громче и ближе. Леон продолжал молиться, но его голос становился всё более напряжённым. Ты почувствовала, как тебя охватывает паника. Что-то ужасное должно было произойти. И тут ты услышала резкий звук — словно удар по двери. Громкий голос раздался в тишине: — Тремблей! Где ты прячешься? Ты затаила дыхание. Твое сердце стучало так сильно, что казалось, оно вот-вот вырвется из груди. Ты видела, как Леон медленно направился к выходу, его руки были сжаты в кулаки. "Кто здесь?" — громко спросил он. Ответом ему послужил только мрак. Ты чувствуешь, как время замедляется. Твое сердце колотилось так сильно, что казалось, оно может выдать твое местоположение. Ты закрыла глаза и молилась о том, чтобы всё это закончилось хорошо. Но вдруг раздался выстрел. Он пронзил тишину Базилики, отдаваясь эхом по гротескным коридорам, как гром среди ясного неба. Ты почувствовала, как твой мир рухнул в одно мгновение. Ты заглянула в щель дубового шкафа, что бы разведать обстановку. Леон лежал на полу в луже собственной крови, его лицо… Его лицо напоминало бесформенную массу из разорванного мяса и костей. Ты не могла поверить собственным глазам, когда буквально минуту назад, труп, безжизненно лежавший на холодном полу, заключал тебя в самые крепкие объятия, читая молитву тебя и вашему малышу. Тебе хочется кричать, рыдать, и метаться в агонии от ужаса и горя охватившего тебя, но ты не можешь. Ты, не сдерживая слез наблюдала за тем, как незнакомец покидает церковь, оставляя тебя одну с ужасной реальностью. Ты чувствуешь, как соленные струйки катятся по твоим щекам; ты была парализована горем и отчаянием. Каждая секунда казалась вечностью, пока ты оставалась в темноте шкафа, не в силах поверить в то, что произошло. Твои мысли метались между воспоминаниями о любимом мужчине и страшной реальностью его потери. Он был твоим светом, твоей надеждой — теперь же всё это исчезло в одно мгновение. Когда звуки шагов затихли и осталась только тишина, ты наконец смогла вылезти из шкафа. Ты подошла к Леону, твое сердце сжималось от боли. Ты опустилась рядом с ним на колени, без всякого отвращения прижимая бесформенное "лицо" к своей дрожащей в муках груди. — Почему…? — прошептала ты сквозь слёзы. "Почему это произошло?" Но ответов не было. В этот момент ты поняла, что потеряла не только любимого человека, но и часть себя. Твой мир стал серым и пустым. Ты смотришь на доверенную Леоном книгу в твоих руках, крепко сжимая ее в онемевшей хватке. С того дня ты поклялась отомстить за него — за вашу любовь и за все те моменты счастья, которые теперь навсегда остались в прошлом. За ваше семейное счастье в настоящем, с еще не рожденным, но желанным всей душой малышом. И за общее будущее, которое несправедливо, по зверски, безвозвратно отняли у вас.