Часть 2

      Иван, оставшись один в пустом, холодном коридоре, сжал кулаки так сильно, что ногти впились в ладони. Его лицо, обычно спокойное, теперь искажалось от обиды и горького разочарования. Сердце сжималось от боли, будто кто-то сжал его в кулаке. Он не ожидал такого ледяного приёма, такого безразличия. В его голове, словно кадры из старого фильма, проносились воспоминания о их прошлой жизни: её смех, её улыбка, их общие мечты. Как они были счастливы… пока он не разрушил всё своими ошибками. Но сейчас, несмотря на боль, он чувствовал, как внутри него разгорается огонь решимости. Он не собирался сдаваться. Не сейчас. Не после всего, через что он прошёл. Он не знал, как, но он вернёт Ольгу. Он не мог допустить, чтобы она осталась с кем-то другим. В его голове уже строились планы, и он был готов на всё, чтобы вернуть то, что, как он считал, принадлежало ему по праву.       Тем временем Вадим, стоя на втором этаже, смотрел вниз, его взгляд был прикован к Ивану, как к мишени. В его глазах бушевала ярость, которую он едва сдерживал. Каждая клетка его тела кричала о том, чтобы он спустился вниз и выгнал этого человека, который осмелился снова появиться в их жизни. Он знал, что Ольга не даст повода для ревности, она была верна ему, но вид её бывшего мужа, этого человека, который когда-то был её всем, вызывал в нём бурю эмоций: гнев, страх, ревность. Он глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться, но его рука всё ещё сжимала перила так сильно, что костяшки побелели, а в груди будто разливался яд. Он не мог допустить, чтобы этот человек разрушил тот свет, к которому Вадим так долго шёл. Не сейчас.       Вадим медленно разжал пальцы, отрывая их от перил, и сделал шаг назад. Он знал, что сейчас не время для эмоций. Он должен быть хладнокровным, рассудительным. Но внутри него бушевала буря, которую он едва сдерживал. Его взгляд ещё раз скользнул вниз, где Иван всё ещё стоял, словно прикованный к месту, его лицо искажено обидой и решимостью. Вадим почувствовал, как в его душе загорается огонь, но не ярости, а чего-то более холодного, более расчётливого. Более опасного. Вадим всегда был собственником, он умел любить верно и преданно и хотел в ответ получать то же самое. Он не потерпит конкуренции.       От рассуждений Вадима вывел звонок мобильного. Глянув на идентификатор, Вадим улыбнулся. — Людочка, дорогая моя, привет. Как ты? — голос Вадима был мягким, но в нём чувствовалась лёгкая сталь, которую он не мог скрыть.       Москвин услышал голос и поднял голову в направлении Вадима. Вадим был ему незнаком. Иван весь преподавательский состав знал наизусть, и он не менялся. Но, впервые увидев Вадима, Ивана пронзило любопытство. Кто это такой? Он не мог даже предположительно подумать, что Вадим — муж Ольги.       — Вадик, всё в порядке? Ты странно звучишь, — ответила Людмила, его сестра, с лёгкой тревогой в голосе.       — Всё нормально, просто немного устал, — соврал он, отводя взгляд от Ивана. — Что-то случилось?       — Нет, просто хотела узнать, как у тебя дела. Ты давно не звонил. Ольга как?       — Всё хорошо, спасибо, — ответил он, чувствуя, как его голос становится всё более напряжённым. Он не хотел обсуждать Ольгу сейчас, особенно в присутствии Ивана. — У тебя точно всё хорошо? Жилин тебя больше не достает?       В ответ раздалось лишь молчание.       — Что за гробовое молчание? Опять лезет?       Иван, стоя внизу, невольно прислушался к разговору.       Вадим, почувствовав на себе взгляд, медленно повернулся и встретился глазами с Иваном. На мгновение их взгляды скрестились, словно два клинка, готовые к схватке. Но Вадим лишь слегка кивнул, словно в знак приветствия, и отошёл в сторону, продолжая разговор.       — В последнее время прям активизировался, зубы скалит насчёт тебя. Он «весь такой и сякой» в Москве в Федерации работает, а умный и хитрый Вадик пал и работает в каком-то университете.       — Угу, я тебя понял, дорогая. Скажу ему в следующий раз, что дядечка Казанцев быстро его в травматологию доставит. Никому не позволено обижать женщину, особенно если она дорога моему сердцу и душе.       — Хорошо, старший брат. Я передам твоё послание ничтожному.       — Вот и славненько, слушай, Люд, я тебе перезвоню чуть позже, хорошо? Сейчас немного занят.       — Хорошо, не забывай, — мягко сказала она. — Береги себя.       — Хорошо, люблю тебя.       — И я тебя.       Со стороны могло показаться, что Вадим разговаривает с любимой женщиной. Взгляд Ивана стал более пристальным, а в глазах загорелся интерес. Кто этот человек, который так уверенно держится, словно хозяин положения? Но Москвин, стоя внизу, не мог отделаться от странного чувства. Он не знал, кто этот человек, но его интуиция подсказывала, что этот мужчина не друг ему.       — Кто это? — не удержался Иван, обращаясь к одному из коллег, стоявших рядом, кивая в спину уходящего Казанцева.       — А, это Вадим Юрьевич, проректор по молодежной политике. Пришёл год назад, — ответил коллега, пожимая плечами. — Почему спрашиваешь?       — Просто интересно. Новые лица, всё-таки я теперь вновь тут работаю, — пробормотал Иван, но его взгляд снова устремился наверх, глядя вслед ранее находившемуся там мужчине. В голове Ивана закрутились мысли. Проректор по молодежной политике? Значит, он не просто случайный человек, а человек с влиянием. Этот мужчина, Вадим, явно был не тем, кого можно было недооценивать. Его уверенность, его холодный расчётливый взгляд — всё это говорило о том, что он не из тех, кто действует спонтанно и необдуманно. Преподаватель целенаправленно не говорил, что Казанцев — муж Ольги. Он не хотел лезть во все эти личные дебри. Пусть сами разбираются. А то, что будут разборки, преподаватель ничуть не сомневался. Он очень давно знает Ивана и Ольгу и успел более-менее изучить Вадима. Тот не станет терпеть посягательств на свою территорию.       А Вадим, уходя, думал о том, что игра только начинается. И он готов к ней. Он всегда был готов.       ***       Вадим прямиком направился в ректорат, чтобы взять отпуск для себя и жены. Теперь он хотел получить эту заветную подпись на бумажке как никогда. Его шаги были уверенными, а в голове уже рисовались картины предстоящего отдыха: море, солнце, Оленька рядом… и никакого ветоши, называющего себя бывшим мужем Ольги. — Наташенька, свет очей иных мужчин, начальник у себя? — Вадим обаятельно улыбнулся, остановившись у стойки секретаря. Его голос звучал так, будто он только что вышел из романтического фильма, а не из коридора, переполненного нерадивыми студентами. Наташа, секретарь ректора, подняла взгляд от монитора и, увидев его, не смогла сдержать веселой улыбки. Её глаза загорелись игривым блеском. — Вадим Юрьевич, вы знаете, чем женщине польстить, притом оставаясь верным и не вызывая ревности у Ольги Сергеевны, — она игриво подмигнула, словно давая понять, что его шутки не остаются незамеченными. — Мой взор всегда обращён лишь на свою прекрасную харизматичную богиню Диану, — Вадим с пафосом приложил руку к сердцу, но в его глазах читалась искренность. Он даже слегка наклонился вперёд, как будто произносил клятву. — А почему Диану, а не Афродита? — Потому что Диана — богиня охоты. А Оленька может мне и голову откусить, если я накосячу. Но меня это в ней только взбудораживает, — весело ухмыльнулся Вадим. — А у вас брата нет? Я уже давно мужа подыскиваю, — Наташа вздохнула, подперев щёку рукой, но в её глазах всё ещё играл огонёк. — На ваше несчастье, нет. У меня только сестра, — ответил он, разводя руками с театральной грустью. — Но, если вдруг она решит сменить пол, я сразу же сообщу вам. — Куда не глянь — везде засада, — цыкнула Наташа, но в её голосе не было злости. Она лишь покачала головой и театрально вздохнула, словно смирившись с судьбой. — Да, он у себя. — Спасибо, Наташенька, вы, как всегда, спасаете мою душу от мук ожидания, — Вадим сделал небольшой поклон, словно перед королевой. — А вы, как всегда, разыгрываете из себя рыцаря, — она покачала головой, но улыбка не сходила с её лица. — Это не розыгрыш, это моя сущность, — парировал он, уже направляясь к кабинету начальника. — Ну да, ну да, — Наташа протянула, возвращаясь к монитору. — Кстати, он сегодня немного не в настроении. Начинайте с чего-нибудь радостного, тогда этот мишка станет ручным. Вадим остановился на мгновение, обернулся и снова улыбнулся: — Наташенька, вы — мой ангел-хранитель. — А вы — мой главный источник развлечений, — ответила она, уже не отрываясь от экрана. Вадим засмеялся и, наконец, направился к двери кабинета, оставив за собой лёгкий шлейф шуток и улыбок. — Эх, жаль, что брата нет, — она прошептала себе под нос, снова погружаясь в работу. Вадим кивнул и вошёл в кабинет ректора. Евгений Валентинович сидел за своим массивным столом, погружённый в чтение какого-то документа. *** — Евгений Валентинович, добрый день, — Вадим улыбнулся во все 32 зуба. Он всегда умел расположить к себе людей, и сейчас это было как никогда важно. — Вадим Юрьевич, добрый день. Что-то срочное? — ректор отложил бумаги и внимательно посмотрел на гостя. — Очень срочное, Евгений Валентинович, и не терпит отлагательств, — Вадим сделал паузу для драматизма. — Я и Оленька решили немного отдохнуть. Сами понимаете: работа, стресс, а у нас и медового месяца толком не было. Тем более семестр только начался — никаких сессий и проверок. Подпишите заявление за свой счёт, всего лишь на две недели. Евгений Валентинович задумчиво постучал пальцами по столу, глядя на бумагу. — Отпуск и жена — это дело великолепное. Особенно если только вы и отдых, — наконец произнёс он с лёгкой ухмылкой. — Именно, — Вадим кивнул, стараясь не выдавать своих планов. — И, возможно, если всё получится так, как я примерно запланировал, то появится маленький Казанцев или Казанцева. Ректор засмеялся, его глаза загорелись искренним интересом. — Даже так? Тогда тем более у меня нет причин не подписать эти заявления. Университет нуждается в потенциально будущих студентах, — он с улыбкой поставил свою подпись на бумаге. Вадим почувствовал, как груз свалился с плеч. Теперь оставалось только сообщить Ольге, что всё готово. — Спасибо вам огромное, Евгений Валентинович! — он крепко пожал руку ректору и вышел из кабинета, чувствуя себя победителем. — Не за что, — ректор махнул рукой. — Только не забудьте привезти мне сувенир!