Часть 1

Лире по-прежнему нездоровилось. Хоть перелом ноги давно зажил, ей едва ли не с каждым днем становилось лишь хуже – то ли травма и вынужденная ограниченная подвижность столь ослабили ее организм, то ли она подхватила какую-то инфекцию. Элтанин ухаживал за сестрой как мог, заботился о том, чтобы она не голодала и даже достал для нее редких и дорогих лекарств, хотя это стоило ему очень больших усилий, но все это не давало результата. Оба они понимали, к чему все идет, и страх потерять единственного близкого человека охватывал мужчину все сильнее. - Не печалься, Элтанин, ты сделал все, что мог, - проговорила Лира, с трудом приподнявшись с кровати, коснувшись должащими от слабости пальцами лица сидевшего рядом брата и взглянув ему в глаза. - И я благодарна тебе за твою заботу. Но все мы знаем, что никто из нас не бессмертен, а мы  и вовсе не те, кому суждено жить долго. По крайней мере, я могу назвать свою жизнь счастливой, ведь у меня рядом был близкий человек, который всегда поддерживал меня и не бросил в трудную минуту. Девушка вымученно улыбнулась, однако, в глубине ее глаз  читалась грусть. Элтанин, рыжеволосый мужчина ростом под два метра, покрытый многочисленными шрамами, оставшимися после пережитых сражений, не привык выражать свои переживания, поскольку знал, что любой на «Либерти» примет их за слабость, которая  достойна лишь того, чтобы посмеяться над ней и так или иначе задеть. Но здесь, оставшись один на один с тяжело больной сестрой, он был готов заплакать от осознания надвигающегося горя и ощущения своей полной беспомощности перед ним. Впрочем, одна надежда у него все же оставалась. - Нет, Лира, я сделал еще не все, -  тихо проговорил он. – Слышал, у тех, что живут на берегу, есть какой-то препарат под названием «Палладия», который позволяет им не умирать, хотя для них, в отличие от нас, зараженная окружающая среда смертельна. А так же, по слухам, он способен излечить почти любую болезнь. Он редкий, и они очень берегут его, но я намереваюсь достать его для тебя, чего бы мне это не стоило. Не знаю, способен ли он помочь таким, как мы, но я должен попробовать. Других вариантов у нас нет. Взгляд Лиры стал испуганным. - Не надо, Элтанин! - взволнованно проговорила она. – Я не хочу, чтобы ты рисковал собой. Ты хочешь напасть на корабль, который перевозит «Палладию»? Это крайне опасно! - Знаю, - мужчина опустил взгляд. – Но я не могу просто сидеть и смотреть, как ты умираешь. Нападать на корабль я не стану, так как это и правда было бы самоубийством, поскольку корабли из Ванмета чертовски здоровые, а  их экипаж всегда вооружен. Я отправлюсь на берег и попытаюсь получить «Палладию» там. Буду умолять их, предложу что-нибудь, сделаю что угодно, лишь бы добыть ее. - Тебя убьют, - в тоне девушки стало еще больше тревоги, чем раньше. – Если они узнают, кто ты, тебя просто застрелят на месте без разговоров. - Возможно, - Элтанин коротко кивнул. – Но, в конце концов, у меня на лице не написано, что я рафтер. Мало ли бежецев и попрошаек может приходить из трущоб или селений, где жизнь не столь хороша, как в процветающих городах. И вряд ли они выглядят менее побитыми жизнью, чем я. Он попытался улыбнуться, стараясь сделать вид, что все хорошо. Но Лиру его слова нисколько не успокоили. Дверь в лачугу, в которой они жили, и которую большинство живущих на берегу людей не могло бы поставить на один уровень по комфорту даже с сараем, без стука распахнулась, и на пороге появился брат Элтанина, Нэт. - Почему же ты раньше молчал, братец? – с ухмылкой, не предвещающей ничего хорошего, проговорил он, пристально глядя на Элтанина. - Ты подслушивал,  – раздраженно сказал рыжеволосый мужчина встав с кровати Лиры и сердито посмотрев на непрошенного гостя. - Скажем, так, просто оказался рядом, - Нэт безмятежно улыбнулся, все так же не отводя взгляда от брата. Элтанин нахмурил брови. - Что-то я не понимаю, - притворно-безразличным тоном начал Нэт, прислонившись спиной к ветхой перегородке и скрестив руки на груди. – Ты вечно называешь меня ублюдком, у которого нет ничего святого, а сам, когда тебе стало известно о лекарстве, способном спасти многих, хочешь добыть его только для нашей дорогой сестренки. Он удостоил лежащую в кровати Лиру мимолетного взгляда, а после снова перевел внимание на Элтанина. Присутствие сестры при их разговоре его, похоже, нисколько не волновало. - И давно ты узнал об этом препарате? – продолжил Нэт, теперь уже с отчетливо слышавшимися в голосе претензией и агрессией. – Расскажи ты о нем раньше, возможно, наши родители были бы еще живы. - Я узнал про «Палладию» около месяца назад, - мрачно проговорил Элтанин, понимая, что теперь от брата не отвязаться. – Родителям это бы уже не помогло. - И ты столько времени молчал, - с укором хмыкнул Нэт. - Достать его слишком сложно, меня на это толкает крайняя необходимость, - попытался вразумить его рыжеволосый мужчина. - А наша жизнь длиной этак лет в двадцать пять – не крайняя необходимость?! – зло рявкнул на него Нэт. – А сколько наших умирает из-за болезней? Если «Палладия» помогает не дохнуть этим скотам с берега, есть шанс, что поможет и нам. Ради этого стоит рискнуть. - Только не говори, что ты решил поиграть в спасителя и облагодетельствовать население «Либерти», привезя ему лекарство, я  все равно не поверю тебе, Эльнат, я слишком хорошо тебя знаю, - презрительно проговорил Элтанин, скривив губы в горькой усмешке. - Может, и не всему населению, - согласился Нэт. – Мы не знаем, сколько «Палладии» находится на корабле. Но, по крайней мере, мы могли бы добыть препарат для себя, и, может, для моей команды.  А если хватит на всех, это и вовсе хорошо, при условии, что препарат нам поможет, естественно. Взгляни вокруг, Элтанин. Нас все меньше и меньше, мы вымираем. Не то, что бы меня это сильно волновало, меньше народа – больше кислорода, но если нас станет слишком мало,  настанут сложные времена, добывать припасы будет проблематично. Мало того, что многие из нас умирают в битвах и штормах, мы еще и живем недолго, в отличие от береговых ублюдков, а приличное количество детей не доживает даже до подросткового возраста. Бросив злой взгляд на брата, он раздраженно проговорил: - Тебя же вообще никто не волнует кроме сестры. Даже ты сам. И ты еще смеешь читать мне нотации. - Я не умираю, в отличие от нее, - огрызнулся Элтанин. - Это пока, - заметил Нэт, и продолжил уже спокойнее, решив перейти к делу. - Так что ты там говорил про этот корабль? - Как я уже говорил, нападать на корабль, перевозящий «Палладию» - самоубийство, - безрадостным тоном начал Элтанин, всем видом давая понять, что озвучивает прописные истины. –  Это не какая-нибудь маленькая яхта, он огромен, и косатки остановить его не смогут даже всей стаей. К тому же, экипаж всегда вооружен, так как желающих заполучить «Палладию», по видимому, много. А еще на таких кораблях имеется связь, и они вызовут подмогу, если поймут, что они в опасности. И поверь, она ждать себя не заставит. Потому просто окружить его и выжидать, когда экипаж умрет или ослабнет от голода , не выйдет. Такой корабль обычно везет так же и провизию, а это значит, даже если подмога не придет, ты скорее сам умрешь от старости, чем дождешься их смерти. Нэт молча слушал, что-то обдумывая, и выражение его лица стало хитрым. - Когда этот корабль выходит из Ванмета? – спросил он. - Только не говори, что ты собрался напасть на него, - проворчал Элтанин. – Это безумие. - Безумие – это твоя идея отправиться на берег и ползать на коленях, выпрашивая подачку, - усмехнулся Нэт. – Лира права, тебя, скорее всего, просто сразу же пристрелят, даже не слушая. Если «Палладия» такая ценная, было бы глупо ожидать, что ее станут раздавать направо и налево всем желающим. Ты не ответил на мой вопрос. - Корабль выходит из Ванмета в начале каждого сезона, видимо, действие «Палладии» не постоянное и время от времени нужны новые инъекции,  - тяжело вздохнув, сказал Элтанин, понимая, что если брат что-то задумал, переубедить его не сможет никто. – Неужели у тебя есть план? Нэт кивнул, растянув губы в улыбке. - Конечно, у меня уже есть план, брат. И он куда более стоящий, чем твое стремление отправиться на убой к береговым скотам. Знаю, придумывать рабочие стратегии – не твой конек, потому-то ты вечно и копаешься на «Либерти» или увязываешься за кем-то вместо того, чтобы давно самому возглавить какую-нибудь группу. Элтанин скрипнул зубами, но промолчал. - Сейчас конец зимы, а потому, если твоя информация верна, корабль скоро должен выйти в море. Косатки не смогут остановить большое судно, это верно, - продолжил Нэт. – Но нам это и не нужно. Надо подловить момент, когда корабль будет в порту и внести в его конструкцию маленькие коррективы, но не такие, чтобы он сразу вышел из строя или это могли бы быстро обнаружить. А потом просто проследить за ним и подождать, когда он сломается посреди моря. Чтобы они не вызвали подмогу, включим глушилки сигнала  и лишим их связи. А если же все-таки кто-то появится – косатки мигом лишат его желания, да и возможности вмешаться. Что же до огнестрельного оружия – когда же нас это пугало? Это не первый корабль, где экипаж вооружен, да и не последний. Обзавестись парочкой пистолетов или чего получше нам не помешает, не так ли? Вместо того, чтобы унижаться и надеяться на милость тех, от кого ты ее точно не получишь, лучше выбрать более действенный вариант – взять силой то, что нам нужно, как мы делали всегда. Нэт улыбнулся, довольный собой, и улыбка вышла зловещей. Он внимательно посмотрел на Элтанина, ожидая узнать, какое впечатление произведет на брата его идея. Элтанин по-прежнему оставался хмурым, и на его лице читались сомнения. Хоть ему и не хотелось признавать это, план Нэта имел шансы на успех. Но все же оставался очень рискованным. Что если что-то пойдет не так? Впрочем, он предпочел просто кивнуть в знак согласия, зная, что спорить с братом бесполезно. И, даже если бы он не согласился, это бы ничего не изменило – у брата куда больше влияния, чем у него, у него есть своя команда, которая, скорее всего, поддержит его идею. Отправится ли Элтанин с ними или нет – это  ничего не меняет. - Даже если действие «Палладии» временное, но при этом она на нас подействует, можно будет периодически грабить корабли, перевозящие ее, - уже строил далеко идущие планы Нэт. – Конечно, в дальнейшем делать это будет все сложнее, но возможность жить дольше и победить болезни того стоит. Да многие наши ради такого кому угодно голову оторвать будут готовы. Это дает возможность объединить как можно больше народа для нападения на суда Ванмета. У врагов не будет и шанса. А если они придумают какой-то другой способ транспортировки препарата – что ж, мы всегда можем найти новую возможность грабить их. Элтанин вздохнул и покачал головой. - Надеюсь, она вообще работает.  - Вот и выясним. Так что, ты с нами? – Нэт вопросительно взглянул на него. Элтанин, все еще терзаемый сомнениями, бросил растерянный взгляд на Лиру на лице которой читались отчаяние и страх за него, а потом проговорил: - Да, я с вами. В день, когда команда должна была отплыть, чтобы попытаться найти нужный корабль, Элтанин зашел к Лире. Девушка по-прежнему лежала на кровати, не в силах подняться, и состояние ее за прошедшее время стало еще хуже. И вид умирающей сестры придавал Элтанину решимости действовать. - Я добуду «Палладию», так или иначе, - пообещал он. - Не рискуй собой ради меня, - попросила Лира, зная, что ее мольба останется неуслышанной. - Ты же знаешь, я не могу поступить иначе, - мужчина отвел взгляд, стараясь не смотреть в ее печальные глаза, просящие отказаться от крайне опасного дела. - Тогда береги себя, - сказала сестра, и обратилась к нему по имени, которое дала ему когда-то, и которое знали только они двое. – Возвращайся живым, я буду ждать тебя, Коннор. Проследить за портом и найти нужный корабль было задачей несложной - крупное судно там было одно. Когда Нэт отправился повреждать корабль, груженый «Палладией» и припасами, Элтанин не участвовал в этом, предпочтя остаться на яхте – его присутствие было и не нужно. Нэт дождался, когда весь экипаж уйдет с судна, и все сделал сам, а Прок прикрывала его, стоя на стреме. Брат вернулся довольный, одним только видом давая понять, что у него все получилось. - Я подслушал их разговоры, - сообщил он. – Все даже лучше, чем я надеялся. Завтра корабль выйдет в море. Надвигается шторм, и это нам только на руку. Он должен не оставить «Аквиле» - так называется эта баржа, и шансов остаться на ходу. Возможно, экипаж даже загнется в полном составе или частично, и нам останется только добить выживших, если такие будут, а потом забрать то, что нужно. Переждем бурю где-нибудь на берегу, а потом косатки помогут нам найти «Аквилу». К моменту, когда шторм  давал знать о своем приближении, а волны в море становились все выше, команда уже расположилась на берегу в полной безопасности, собираясь выйти в море, когда буря утихнет. Освещаемые всполохами северного сияния яхты,  привязанные недалеко от берега в бухте, которою дыхание надвигающегося шторма почти не касалось, покачивались на невысоких волнах, куда более слабых, чем в открытом море. Нэт, хоть и волновался по поводу успеха мероприятия, виду не показывал и старался выглядеть уверенным в победе, чтобы внушить эту веру  и команде. Все-таки, захватить такой корабль не шутка, и за последнее десятилетие  такого не делал ни один рафтер, да и столкновение с вооруженным экипажем всегда большой риск. Хоть рафтеры сильнее и быстрее обычных людей и даже способны уклониться от пули,  от неудач  и ран, в том числе, смертельных, не застрахован никто. Элтанина же терзали все более и более сильные сомнения. Что если план провалится? Что если его убьют? Позаботится ли кто-то о Лире? Хоть они и были родственниками, на Нэта он особо не надеялся. А что, если их всех убьют? Тогда сестра точно будет обречена. Помимо того, что ее должна скоро убить болезнь, на «Либерти» достаточно ушлых сволочей, которые не побрезгуют воспользоваться ее беспомощностью и тем, что ее больше некому защитить. На такой исход Элтанин был категорически не согласен. Страх за сестру все больше и больше охватывал его, и чем ближе было время, когда предстояло атаковать корабль, тем сильнее он превращался в настоящую панику. Наконец, Элтанин все для себя решил. Пусть Нэт делает что хочет, но он участвовать в его самоубийственном плане и ставить на карту жизнь Лиры не намерен. Воспользовавшись тем, что в лагере спят все, кроме дозорного, мужчина выскользнул из своей палатки и направился к берегу. Дождь уже разошелся не на шутку и хлестал с неба тугими струями, а поверхность моря была испещрена волнами. Элтанин подумал, что это даже хорошо – Нэт очень разозлится, узнав, что брат сбежал, но скоро начнется шторм, и в погоню за ним может броситься разве что полный безумец. Он, то и дело настороженно оглядываясь на расположенный среди деревьев лагерь, тихо отвязал лодку и забрался на борт. Дело осталось за малым – выйти в море. Мужчина бросил взгляд на стоящий в рулевой рубке ящик – устройство, позволяющее общаться с косатками, и зло усмехнулся. Воспользоваться сам он им не сможет, так как ключ остался у брата, но то, что Нэт останется без переводчика, усложнит ему задачу. Не сильно, конечно – у того остался свисток, позволяющий давать команды косаткам, но координировать их действия лишь с помощью него будет труднее. «Хорошо, что у него не будет этого устройства» - подумал Элтанин, «а то еще, глядишь, послал бы косаток по мою душу». Он направил яхту в море, надеясь, что успеет добраться до населенного пункта неподалеку раньше, чем его нагонит начинающийся шторм. Вдруг рядом с бортом его небольшого кораблика раздался громкий всплеск, заставивший его вздрогнуть. Из воды высунулась голова косатки, маленькой, еще детеныша. Над белыми пятнами, что располагались позади ее глаз, виднелись полосы красной краски – знак того, что косатка принадлежит к стае, лояльной рафтерам. - Ну ты и напугал меня, Надир, - выдохнул Элтанин, узнав детеныша косатки. Надир, издал протяжный писк, приветствуя знакомого, а затем поплыл за яхтой, держась сбоку от нее.   Элтанин взглянул на затянутое тучами небо, которое время от времени прорезали вспышки молний, и крепче сжал штурвал, чтобы не дать волнам, становящимся все больше и сильнее, сбить лодку с курса. К черту Нэта с его идиотскими планами, к черту «Аквилу», он не собирается так глупо умирать  и оставлять сестру одну. Он даже не хотел знать, удастся ли брату осуществить задуманное. Пусть они хоть все сгинут на том корабле, ему все равно. Брат заслужил свою судьбу, решившись на такое безумное дело. В одном Эльнат был прав - Элтанину действительно плевать на всех кроме сестры, даже на себя. Отношения с братом хорошими было не назвать, да и с остальными жителями трущоб, выстроенных вокруг давно вышедшей из строя «Либерти», у него дружбы не было. Будь у него возможность, он бы давно забрал Лиру и переселился куда-нибудь подальше, вот только остальные рафтеры не дали бы им уйти просто так, боясь, что он проболтается кому-то на берегу о местонахождении их базы, поскольку у него там больше не оставалось никого, ради кого стоило бы держать язык за зубами. Как ему после вернуться на «Либерти» и как его там примут после побега прямо перед таким ответственным делом – это был большой вопрос, но его предстояло решить позже. Брат, должно быть, будет в ярости из-за его предательства. Но все это было не столь важно. Сначала ему предстояло выполнить первую задачу - достать «Палладию», что тоже, скорее всего, будет делом непростым.