Список рождественских дел

Гермиона обожала Рождество и всё, что было с ним связано. С первых чисел декабря она начинала украшать дом и своё рабочее место. Продумывала концепцию праздника. Подбирала каждому нужный и запоминающийся подарок. И конечно же, составляла список рождественских дел. Гермиона грызла имбирное печенье и хмуро смотрела в пергамент. Все пункты, кроме последнего, были отмечены плюсиками. Признаться в симпатии Малфою. Самый кричащий пункт списка её рождественских дел? Или самый безумный? Гермиона вздохнула и раздражённо постучала пальцами по столу. Пора было признать, что этот пункт невыполним. Едва она переводила тему их разговора на что-то более личное, как он менялся в лице и тут же находил предлог, чтобы улизнуть. В последнее время Гермионе начало казаться, что она придумала себе эту взаимную симпатию. Она бросила раздражённый взгляд на соседний стол, который был пуст. Даже сейчас он нашёл предлог улизнуть и трусливо покинул кабинет, едва Гермиона открыла рот. Девушка грустно вздохнула и едва запихнула пряничного человечка целиком в рот, как дверь распахнулась, и на пороге показался взъерошенный Гарри. — Это крах, Гермиона! Всё пропало! — он схватил её за руку и утащил за собой, по дороге объясняя, что был найден неизвестный артефакт, и его коллега, полный идиот, наплевал на все инструкции и прикоснулся к нему. И теперь похож на Гринча. Гермиона закатила глаза и, пока бежала за другом, подумала, что сама судьба против её признания Малфою. Может, стоит прислушаться?

***

Девушка вернулась в кабинет спустя несколько часов. Злая, растрёпанная и голодная, она открыла дверь, впервые за долгое время даже не бросив взгляд на соседний стол. Она на автомате подошла к своему месту, практически упала в кресло и, закрыв глаза, закинула ноги на стол. — Интересно, и часто ты так делаешь? Гермиона даже не дёрнулась. — Грейнджер, ты уснула? — Иди туда, куда ты убежал утром, Малфой, — проворчала девушка. — Как ты делаешь в последнее время. Драко кашлянул, и Гермиона приоткрыла глаз, вздрагивая: парень стоял прямо возле её стола. — Так и до сердечного приступа довести можно, — проворчала ведьма и опустила ноги на пол. — Чего тебе? — Грейнджер… — Я подготовлю отчёт, тебя всё равно не было на месте. — Грейнджер… — Что, Малфой? — Гермиона устало посмотрела на него и недоумённо моргнула: на лице парня застыло странное выражение. Смесь отчаянной решительности и страха. — Знаешь, обычно я составляю список рождественских дел. Гермиона покраснела и опустила глаза вниз — лист лежал на месте, но не так, как она его оставляла. Девушка помнила такие мелочи. — Ты… — её голос задрожал от гнева. — Так вот, я составляю список рождественских дел. И у меня есть один пункт, который я очень хотел выполнить именно в Рождество, но ты мне мешала. — Я? — искренне возмутилась Гермиона. — Да, ты, — вздохнул Малфой и протянул ей сложенный вчетверо листок. Девушка с сомнением посмотрела на парня, но взяла список. Её губы дрогнули в улыбке, когда она прочитала: «Украсить дом и рабочее место к Рождеству». А потом она опустила взгляд на последнюю строчку, несколько раз подчёркнутую, и сглотнула. Признаться в симпатии Грейнджер. — Ты… — Гермиона прикусила губу и посмотрела на Драко. — Я старомоден, Грейнджер, — он провёл рукой по волосам. — И я не мог позволить, чтобы дама призналась мне первой. Девушка зачем-то расправила лист и положила поверх своего. — Ты мне очень нравишься. Давно. Я ужасно хотел сделать это романтично. Например, заявиться к тебе домой с бутылкой коллекционного вина и букетом роз, но… когда увидел твой список, понял, что тянуть нельзя. Гермиона посмотрела на Драко и смущённо улыбнулась: — Ты мне тоже нравишься, Малфой, — прошептала девушка и вложила свою руку в его, поднимаясь и оказываясь в крепких мужских объятиях. — Можно вычеркнуть последний пункт списка рождественских дел, — пробормотал Драко ей в волосы, улыбаясь. — Однозначно, — кивнула Гермиона и закрыла глаза, прижимаясь щекой к его груди.