Очнуться

Первое, что я увидел после того, как проснулся — бескрайняя пустота вокруг. Сердце тут же зашлось прерывистым ритмом, а боль в горящих лёгких заставила закашляться. — Что…— он ужаснулся своему-не-своему голосу, больше напоминающему карканье ворон. — Г-где?.. На большее его не хватило и его сознание вновь поспешило ускользнуть в темноту. *** — Итак, что мы имеем... — Сюаньюй испытывал желание говорить вслух, лишь бы не слышать эту оглушающую пустоту, которая так и норовила вгрызться в мозг и перемешать все мысли. Да и голос нужно было тренировать. — А имеем мы меня, ослепшего и потерявшего остатки самообладания. Хотя кому он врёт? Его-то как раз у него не было уже с десяток лет... Хорошо — не стоит лгать хотя бы самому себе, — с самого рождения. Вздохув, он всё продолжал говорить с невидимым собеседником: — Но как я выжил? Ведь ритуал... Сюаньюй поморщился. Да, он признаёт, что это был глупый поступок, но тогда он, полностью потерявший рассудок от ненависти, так не думал. Сейчас же, проснувшись, он, как ни странно, «проснулся» — словно что-то неведомое ранее застилало ему глаза. Нет, он не стал сразу адекватным человеком, но безумие слегка ослабло, позволяя хоть немного подчиняться себе. — И что теперь делать? Тело определённо не моё, где я нахожусь — неизвестно, — после второго пробуждения одним из первых его действий было ощупывание своего-не-своего тела, лишь слегка уступив первенство истерике. — И как отсюда выбраться, если ничего не видно? Приподнимаясь с, вероятно, земли, он постарался встать на ноги, жмурясь от боли, прострелившей половину тела. Видимо, где бы не был обладатель этого тела раньше, сюда тот явно не пришёл — из-за эха, порой вызывающего дрожь по всему телу, было понятно, что сейчас Сюаньюй сидел в какой-то яме или расщелине. Больно было наверное сюда падать… Самому или по чьей-то вине. — Ну что же, поразмышляли и хватит, — тишина на самом деле пугала ещё сильнее, чем многократно отразившийся от стен голос. — Уверен, уже с десяток палочек прошло... Крепко стиснув зубы, он снова попробовал встать, сосредоточившись на ощущениях. Ему было необходимо узнать, что именно болит в его-не-его теле. И вот, слабо, неправильно хрустнув, левая его нога подогнулась, а по груди словно провели клинком. По телу полилось что-то тёплое. Вздрогнув, Сюаньюй коснулся груди и почувствовал влагу. — Да как ты вообще выжил, друг... — Мо был шокирован настолько, насколько было возможно. Боль в ноге была настолько сильной, что он не заметил этого вначале, но на его груди словно был... Крайне глубокий порез. Рваные края явно намекали, что это был не простое бытовое ранение. Да за какой проступок можно было пронзить человека мечом? Но теперь обстоятельства его попадания в эту дыру становились всё более ясными... — У этого муж... человека была крайне интересная жизнь, — хоть Сюаньюй считал, что попал в тело, соответствующее его прошлому, но, кто знает, вдруг это дева была с настолько большими ладонями и совсем не имела груди. — Так, ладно, сейчас самое главное — выбраться отсюда, желательно поскорее и желательно живым… Горло резко пронзило болью, вызвав непродолжительный кашель. «Даже если я не представляю, как это сделать в моём состоянии...» Который раз за время бодрствования он вздохнул. Было слишком тяжко, чтобы удержать себя от этого. Наконец, собравшийся с силами Сюаньюй перевернулся на живот и слепо зашарил по земле-или-другой-поверхности руками. Ему нужно что-то достаточно прямое и длинное, чтобы сделать шину для ноги. Порезу эти телодвижения, как оказалось, были противопоказаны и он сдавленно застонал — больно, больно, больно... Лишь бы не подхватить какое-нибудь заражение — только этого для картины полного счастья не хватает. Мо не знал, как переместился сюда, как выжило это тело и было ещё много «как», но смерть от заражения была последней в списке его желаний, тем более после такого феерического возвращения на этот свет. Спустя минуты бесплодных поисков его пальцы всё же смогли наткнуться на какой-то предмет, но Сюаньюю всё никак не удавалось его подцепить. — Я явно об этом позже пожалею, — пробормотал он, — но это будет позже. А сейчас… Жмурясь — несмотря на то, что он всё равно не мог видеть, — Сюаньюй слегка покачнулся и, проехавшись по земле животом, зацепил это «что-то» кончиками пальцев и подтащил к себе. Грудь заболела ещё сильнее. Тяжело дыша, мужчина ощупал предмет — длинная, но с какими-то навершиями с двух сторон. Он сглотнул, понимая, что это. — Кость… — он явно не хотел знать, чья она, откуда она тут и как долго пробыла. Приблизив руку к лицу, Сюаньюй едва поборол желание рассмеяться комичности ситуации — и оборвал свой рукав зубами. Судьба та ещё шутница. Вновь перевернувшись, но в этот раз на спину, он упёрся локтями в поверхность под собой и сел. Подтянувшись к ногам и игнорируя непрерывной лавиной возрастающую боль в груди, Мо осторожными касаниями ощупал ногу. — Голень, — тихо выдохнул, — определённо сломана... В нескольких местах. Не решая медлить, он тут же приложил кость к ноге, поверх кое-как связывая их куском ткани. Конечность запротестовала, но смиренно выпрямилась над ровной костью, обмотанная рукавом в несколько раз. Выпрямившись настолько, насколько это возможно с его ранами на верхней части тела, Сюаньюй решил уделить время и им. Вытерев руки об остатки одежды, чтобы убрать хотя бы часть грязи, которая в любом случае покрыла его руки после незабываемых поисков, он ткнул в середину раны кончиком пальца и тут же зашипел, в сердцах поминая всех предков. Оказалось, что края «пореза» раскрылись, а изнутри, не переставая, текла кровь. — С этим определённо нужно что-то делать, — даже если он не понимал, что именно. Мо в его прошлой жизни никогда не выдавалось помогать кому-то с подобными ранениями. Из обрывков знаний о первой помощи он отгрыз и второй рукав, плюнув на него - и фигурально, и буквально. Вроде бы кто-то говорил, что это может помочь. Прижав ткань к ране, он откинулся на спину, чтобы лишние телодвижения не вредили и так отвратительному положению дел. «И что дальше? — мрачные мысли начали преследовать Сюаньюя, глядя на него из пустоты. — Ведь у меня, как в насмешку за всю прошлую жизнь, даже нет ядра...» Зевая, мужчина принял решение потерять сознание. Очень по-мужски, между прочим. Ну, или поспать на крайний случай. Мо не привыка ть проваливаться в забытье после побоев и... Прочего, причиняющего ему боль.