Флэшбэк 1

Девочка смотрела на могилу матери. Она совсем не помнила ее, но видела сделанные три года назад фотографии мамы, державшей свою дочь в свертке.  Папа говорил, что она очень похожа на маму, при этих словах его глаза становились тусклыми и, испуская тяжелый вздох, он куда-то всегда уходил. Она стояла и смотрела на могилу. На камне был написан портрет прекрасной молодой женщины, радость отражалась в ее зеленых глазах и легкой улыбке, растянувшейся на светлом, слегка выцветшем от солнца лице, из-за чего оно почти слилось с необычно, как-то даже сказочно белыми волосами. И девочка не понимала, как могла такая чудесная фотография быть здесь, в этом мрачном и неприятном месте, когда вокруг было множество пожухлых и уже завядших цветов. Это место казалась ей противным, как запах селедки, которую папа так сильно любит. Они побыли на кладбище недолго: Алина едва успела осмотреться, как папа сказал, что они здесь уже «целых двадцать минут», взял её за руку, и они спешно ушли.  Посадив девочку на заднее сидение, мужчина скоро завел мотор и рванул с места. Ехали они в область. За окном мелькали весенние виды, всë зеленело и цвело. Алине при взгляде на это безумно захотелось добраться до своих новеньких фломастеров и нарисовать все эти деревья, то, как играли цвета при свете солнышка, и глаз радовался буйству зеленых красок. Алина не заметила, как они доехали до дачи. Её быстро, словно машинально отвели в дом, усадили на диван, сунули в руки новую куклу и сказали сидеть там.  Но она поиграла со своей новенькой «прелестью» (именно так девочка называла очередную безделушку), раздела ее и снова одела, отметив, что надето на ней красивое розовое платьице и такие же розовые носочки. Алине вдруг тоже захотелось такие, и ей очень-очень нужно было дождаться папу и сообщить ему об этом в самой важной манере, на которую она только была способна, чтобы он не подумал ничего глупого. Она лежала на ковре в центре комнаты, как она сама думала, бесконечно долго. Повернулась сначала на один бок, потом на другой, и ее глаз зацепился за дверь. Задачка была сложной, и было только два решения: пойти на поиски или ждать. Второе было гораздо менее привлекательным — лежать тут и играть в раздевалку с куклой ей откровенно наскучило. И тогда Алина, нарушая все мыслимые ей законы мироздания, надула губки и встала с пола, усадила куклу на диван и пролепетала ей: — Сиди тут, — помахав ей ручкой, она выскользнула за дверь и оказалась в коридоре, пройдя на кухню, она обнаружила только недопитый стакан с водой. Папы там не было. Затем она прошла в прихожую. Там тоже было пусто. Даже взрослой обуви там не стояло.  Поэтому она быстренько надела свои лакированные ботиночки и, посмотрев на себя в зеркало, поправила беленькие бантики на почти такого же цвета косичках.  Открыла дверь и вышла в сад, отметив, что на клумбах еще почти ничего не расцвело. Она решила, что, скорее всего, стоит пойти в гараж. Тихонько подойдя к железной двери, она услышала какой-то шум. Алина заглянула внутрь, увидев, что на нижнем ярусе гаража был ее папа и два незнакомых дяди. Один из них стоял рядом с её папой, а второй сидел на стуле. Алина с ужасом увидела кровь на лице сидящего. В тишине до нее донесся один из голосов: — Где деньги, сука, — прорычал мужчина, стоявший рядом с Алининым папой, и наклонился к сидящему. — Я тебе все коленки нашпигую пулями, пока от боли не сдохнешь.  Воздух прорезал громкий звук. Из горла мужчины, резко вдохнувшего и сжавшего зубы от боли в простреленной ноге, вырвался вскрик. — Говори, кому ты нас сдал, — орал незнакомец, размахивая пистолетом.  — Успокойся, — проговорил Алинин папа, в его голосе, несмотря на ситуацию, было что-то умиротворяющее.  — Да я ему ногти сейчас вырву, — не унимался стрелявший. — Заговорит как миленький.  Но в ответ прозвучал приказ: — Бабу его притащи. Ты поговоришь с ней на своем, — мерзко протянул мужчина, так, что Алина не узнала в этом жутком тоне своего родителя.  — Ментам я тебя сдал, Старков, — усмехнулся сидевший с явной дрожью в голосе. — Ментам. Повяжут скоро, жди. Алинин отец, получив желанный ответ, вытащил из кармана пистолет и пустил мужчине пулю в лоб в следующую секунду после его признания. — Тело в реку, — приказал Старков. Алина отпрыгнула от двери и понеслась со всех ног домой. Прибежав, она аккуратно поставила свои ботиночки около двери, влетела в комнату и улеглась на ковер. Следом пришло осознание, что ей не стоит помнить об увиденном и что теперь любовь к человеку, который был ее единственной семьей, граничила со страхом.