Часть 1

Начало её школьной жизни вышло... скучным. После того как она покинула баскетбольный клуб Тейко, более не пересекаясь с Поколением Чудес, вся её жизнь стала не лучше, но проще. Тело больше не болело после тренировок, бабушка записала её к психологу, а родители даже созвонились приехать на её день рождения из-за границы и поздравили с тем, что она покончила с баскетбольным клубом. — Не пойми меня неправильно, Цу-чан, — спокойно сказала мама, оторвал взгляд светло-карих глаз от испеченного бабушкой пирога. Несмотря на большой доход их семьи и личного повара, бабушка любила готовить самостоятельно и в такие дни устраивала Хокаме-сану выходной. — Я рада, что у тебя есть дело тебе по душе, но баскетбольный клуб Тейко тебе не подходил. Женского клуба у них не было, а ваш тренер... он сделал ошибку, назначив твоего капитана ответственного за тренировки. Акаши-кун может и прекрасный игрок, из хорошей семьи, но то что никто из остальных не получил серьезных травм после его тренировок, остаётся чудом. Да ты и сама должна это понимать. Вердикт врача на осмотре после турнира был не утешительный. Кроме сотрясение мозга, полученного на игре, она почти подошла к стадии анорексии из-за невозможности нормально поесть из-за тренировок — либо аппетита после них не было, так сильно уставала, либо если ела — то её могло рвать прямо в спортзале. Ей запретили участвовать в спортивном клубе, пока она не выправит здоровье, даже справку выписали — чрезмерное физические нагрузки могли лишь ещё больше усугубить состояние. Она сменила номер, игнорируя множество пропущенных звонков и сообщений, а весной поступила в старшую школу, проходя мимо людей, приглашающих в спортивные клубы. Читала книги на переменах, писала тесты на занятиях, думала в какой клуб вступить и стоит ли вступать вообще. А потом случилось это. — С вами всё в порядке? — вежливо спросила Тецуя у парня, сидящего под столом преподавателя в пустом классе. Сегодня была её очередь убирать в классе, а потому людей вокруг практически не было. Поэтому, вернувшись с метлой и совком, она удивилась, застав здесь другого человека. Это был парень, явно со старших классов, если судить по форме. Необычные черно-белые волосы цепляли взгляд, как и яркие золотистые глаза, большие, как у совы. Сейчас эти глаза были печальны, а вокруг незнакомца была аура безысходности, которую при желании можно было потрогать руками. Он никак не реагировал на неё, словно и не слышал вовсе, продолжая что-то бессвязно бормотать себе под нос. Куроко вздохнула и занялась уборкой, радуясь, что ребята в её классе были аккуратные и убирать много не надо. Но когда она вновь добралась до стола учителя, то незнакомец всё ещё продолжал там сидеть. — Можете пересесть в другое место? Мне нужно закончить уборку, — попросила она. — Я никчёмный ас, меня вечно блокируют, — донеслось до неё в ответ, словно мантра. Ас, значит? Везёт же ей на них, ещё и двух месяцев не прошло с начала учёбы. — Я бесполезен... Она попыталась вспомнить кого-то похожего, или хотя бы что надо делать в таких ситуациях, но не выходило. Её всегда окружали уверенные в себе люди, их не нужно было подбадривать и уверять в их способностях. В большинстве случаев их нужно было, наоброт, отдергивать, чтобы ребята не зашли слишком далеко. То, что у неё не выходило, уже другая история. Куроко сама помрачнела, но усилием воли подавила в себе жалость. — Ну, может, сегодня заблокировали, — кивает девушка, наконец привлекая огромных покрасневших от навернувшихся слез глаз. — Но это даёт тебе возможность найти, что тебе нужно улучшить, чтобы в следующий раз даже шанса заблокировать не было, верно? — Ты говоришь это просто из вежливости. — Отчасти, — не стала отрицать она. — Но я знаю каково это, когда что-то очень долго не получается. Это неприятно, и мне часто говорили бросить заниматься бесполезным делом. Она сглотнула, вспомнив как её отстранили от занятий после ссоры с Акаши-куном, когда она пыталась заставить его понять, что они поступают неправильно, ломая других игроков. Вспомнила, как у неё перед носом захлопывали двери люди, в которых она после матча с Поколением Чудес пыталась оживить любовь к игре, которой они раньше горели. Она вспомнила статьи о нескольких самоубийствах, на чьи похороны она приходила смотреть издалека, моля о прощении. А после вспомнила редкие улыбки и благодарность людей, которым она смогла помочь и которые нашли её, несмотря на её незаметность и отношение к Поколению Чудес. Они говорили ей, что она не одна из них. Но если большинство говорило ей это как оскорбление, — что она слишком слаба, слишком обычная и скучная, чтобы стоять с гениями баскетбола на одной площадке, — то они ей говорили, что она была единственной, с кем бы им ещё хотелось бы сыграть. И не важно, вместе или против. — Но зато когда всё получается, то победа только слаще, — она слабо улыбается. — Особенно когда этот успех совсем неожиданный для твоих соперников и они не знают, как теперь с тобой бороться. На несколько секунд воцарилась звенящая тишина. И тут её чуть не оглушило от громкости чужого голоса. — Хэй, ты права! — мрачная атмосфера исчезла, словно утренний туман. — Я определённо ещё покажу Некоме, что им со мной не справится! Следующий матч Фукуродани точно выиграет! Ками, да он был громче Кисе-куна. Намного громче. И, кажется даже выше. Почему все мальчики вокруг неё такие высокие? — Хэй, хэй, хэй! А как тебя зовут? Я никогда тебя раньше не видел? Я Бокуто Котаро из волейбольного клуба, третьегодка! — Куроко Тецуя, первогодка. Приятно познакомиться. — Мне тоже! Так ты новенькая? Не хочешь вступить в-? — Бокуто-сан, у нас уже полчаса как тренировка идёт, — раздался спокойный голос со стороны двери и Куроко дернулась, оглянувшись. — Тренер будет зол, если ты вновь не придёшь. Кажется, он был в одной команде с Бокуто-саном, подумала Тецуя, а после вновь взяла отложенную ранее метелку, возвращаясь к уборке у стола, из-под которого наконец-то вылезли. На чужой разговор она не обращала внимания, желая побыстрее вернуться домой и отдохнуть. — Прости за доставленные неудобства, Куроко-сан! — воскликнул волейболист, поворачиваясь к ней с неловкой улыбкой. — Я отблагодарю тебя позже, после тренировки, ладно? — Куроко-сан к тому времени уже уйдёт, если только не состоит в каком-то клубе, — возразил его друг, но не казался в целом против. Скорее, он выглядел даже привычным к подобному, хотя и смотрел на неё с некоторым интересом. — Тогда завтра! Ничего не планируй на завтра, Куроко-сан! Она даже ответить на это ничего не успела, как Бокуто-сан с его другом исчезли за дверью. Что ж... он её завтра всё равно забудет, так что у неё нет причин волноваться, верно? А если и не забудет, то просто не найдёт. *** Она ошиблась. Он не только её запомнил, но и умудрился найти посреди толпы после уроков. Бокуто-сан вел её в спортзал под заинтересованные, но не удивлённые взгляды окружающих, на которых совершенно не обращал внимания. Неужели для старших школ это было нормой? Или это только в Фукуродани? — Это Куроко Тецуя-сан! Она вчера мне помогла! — весело воскликнул ас, хлопнув ладонью ей по плечу так, что она едва не упала. — Осторожнее, Бокуто-сан, — сказал Акааши-сан, тот самый друг, что пришёл за ним вчера. Несмотря на одинаково звучащие фамилии, между ним и Акаши-куном было достаточно большая разница. Точнее, в них не было ничего общего, кроме внешне спокойного поведения. — Контролируйте силу удара, не все его могут выдержать. — Тем более, что она девушка, — фыркнула Судзумеда-сан, поправляя хвост. А после повернулась к ней с улыбкой. — Спасибо, что помогла капитану. Он иногда слишком увлекается. Команда угощает её анпаном и чаем, а на следующий день её жизнь начинает постепенно приходить в движение. Волейбольный клуб всё чаще начинает её звать к себе, она привыкает ходить домой с живущим рядом Конохой-семпаем и выбирать себе обед в столовой с Широфуку-семпай. Она привыкает к громкому голосу и перепадам настроения Бокуто-сана и поддержке Акааши-сана. Она смущённо принимает заботу всех членов команды и начинает выбираться из скорлупы, в которую загнала себя в клетку. Она знакомится с Некома, которую капитан Фукуродани упоминал в их первую встречу. Она не сразу замечает, что начинает всё больше проводить времени в спортзале. Доходит лишь когда бабушка с весёлой улыбкой просит пригласить новых друзей на обед и наконец-то заполнить заявку на поступление в клуб. — Ты уже одна из них, что тебе мешает стать частью клуба официально? — пожимает она плечами, собирая ей бенто. — Они в любом случае лучшая компания, чем твой прошлый клуб. Они стараются не говорить о Тейко, но иногда не получается. В их семье название этой школы становится чем-то сродни ругательству, одним из худших сравнений из всех возможных. Но заявку она всё же заполняет, и после Судзумеда-семпай и Широфуку-семпай берут её в оборот, готовя как свою замену. — Ты уже знаешь большую часть наших обязанностей, — отмахиваются они, когда Куроко начинает сомневаться в том, что справится. — Ты помогала нам раньше, и у тебя всё чудесно получалось. — Тем более, что готовишь ты тоже весьма неплохо, — с усмешкой добавляет Широфуку-семпай. *** Атмосфера на отборочных более напряжённая, чем в баскетболе. По крайней мере, именно такое ощущение было у неё, когда она вместе с командой вошла на стадион, пускай ей и предстоит смотреть лишь с трибуны. В баскетболе отборочные были короче, и команд было меньше — в Японии это не особо популярный вид спорта, а Поколение Чудес довело многих игроков до того, что они просто ушли с площадки, навсегда бросив баскетбол. Она не удивится, если некоторые школы не смогут выступить в этом году из-за банальной нехватки игроков. — Куроко-кун! — раздалось из-за спины, и Куроко удивлённо оглянулась. К ней шла незнакомая девушка в ярко-жёлтой куртке. Светлые волосы были собраны в пучек, из которого уже выбилось несколько прядей, а бледно-голубые глаза смотрели на неё с непрошибаемой уверенностью. Когда незнакомка подошла ближе, то стало видно, что она возвышалась над Куроко почти на голову. — Вы знакомы? — спрашивает у Куроко Вашио-семпай, вставая рядом с ней, почти закрывая от чужого взора. Девушка на это лишь качает головой. — Не совсем, — с усмешкой произнесла незнакомка. — Меня зовут Ясуи Азуми, я старшая сестра Ясуи Сатоши. Ты играла с ним раньше, помнишь? — Ясуи... Ясуи, — бормочет она прикрывая глаза, пытаясь вспомнить. На ум приходят раздраженный взгляд серых глаз и звук запертой двери. — Средняя Юмэно? — Именно! — довольно кивает девушка. — Я хотела тебя поблагодарить от его имени. После разговора с тобой он начал выходить из депрессии, даже играть снова начал. Сато-кун хотел извиниться перед тобой за своё поведение, да всё никак тебя найти не мог. Ты прямо оправдываешь своё прозвище, Куроко-кун. Тецуя отвела взгляд. Она не виновата в том, что многие люди её просто не замечают. Команда Фукуродани была исключением, те быстро привыкли к её незаметности и ещё быстрее научились находить её, чего не удавалось даже ребятам в Тейко. — Ясуи-сан, не могла бы ты не приставать к нашей кохай? Это её первый матч в этом году, — с вежливой улыбкой сказала Судзумеда-семпай, прижав Тецую к своей груди. Правда аура вокруг неё витала не самая дружелюбная. — Успокойся, Судзумеда-сан, я не собираюсь красть твою протеже, — отмахнулась от чужого недовольства девушка. — Мне своей хватает. Хотя я уже думала о том, чтобы её прогнать и найти другого человека, иначе меня посадят за убийство. Или Сакусу. — Сакуса-сан слишком брезглив, чтобы прикоснуться к кому-то, даже если это ради убийства, — спокойно замечает Акааши-сан. — Мия-сан ведь до сих пор живой. — Исключительно благодаря своим семпаям, особенно Ките-сану, — фыркает блондинка. — Не представляю, как он выдерживает близнецов. Они та ещё заноза в заднице, что на площадке, что вне её. А потом с сияющей улыбкой кивнула Куроко, бросив на прощание: — Ещё увидимся, Куроко-кун! Уверена, мы неплохо поладим! *** Они действительно ещё увиделись — в четверть финале они столкнулись с Итачиямой, чьим старшим менеджером была Ясуи-сан. Широфуку-семпай недовольно заворчала, когда блондинка помахала ей рукой, заметив на трибунах, а после повернулась к своей команде и указала на Куроко двум мальчикам. — Сакуса-кун и Комори-кун, — сказала шатенка, доставая из сумки булочки с мясом. У неё всегда была при себе еда, из-за чего она порой напоминала Мурасакибару-куна. Но если её бывший сокомандник ограничивался сладостями, то Широфуку просто любила поесть. — Брюнет это Сакуса, а Комори — шатен. Они родственники. — Играть вместе с членом семьи в одной команде, должно быть, здорово, — тихо произнесла Тецуя, на что Широфуку фыркнула и протянула ей одну из булочек. Она взяла ту, зная, что отказаться всё равно не выйдет — после того как Куроко случайно проговорилась о своих проблемах со здоровьем, вся команда старалась её откормить, особенно Широфуку-семпай и Бокуто-сан. — Сакуса с тобой совершенно не согласится. Комори вечно пытается затащить его в людское общество и помочь найти друзей, при том что в целом Сакуса терпеть людей не может, считая их источником микробов. Мизофоб, чтоб его. — Но как он тогда играет в волейбол? — непонимающе спросила она. — К мячу ведь прикасаться множество людей во время игры, и он постоянно бьётся о пол. — Этого никто не знает. Наверное, ему действительно нравится играть, раз он готов терпеть чужое общество ради этого. Игра была напряжённой. Счёт в последнем сете перевалил за тридцать, некоторые с трудом держались на ногах. Нельзя было даже на миг отвести взгляд от поля, не упустив что-либо. Она не играла, была всего лишь наблюдателем, но всё равно переживала за каждый мяч. Это ли чувствовала Момои-сан во время игры? Они проигрывают в финале, занимают второе место, но всё равно проходят на Национальные. Губы дрожат от нелепой улыбки, на душе становится легче от осознания этого, но всё ещё горько от поражения. — Выиграем в следующий раз, — пожимает плечами Акааши, а после слабо улыбается. — Давайте перекусим и завтра узнаем планы тренировок. Уверен, тренер устроит нам тренировочный лагерь перед турниром. — За такое грех не выпить, — усмехается Сарукуй, на что тут же получает тычок под бок от Широфуку-сан. — Никакого алкоголя, — отрезает девушка. Будущий диетолог и дочь врачей терпеть не могла алкоголь, хотя при этом могла есть что угодно. — Да и никто его нам не продаст. Здесь все несовершеннолетние. Они всё равно пьют. На всю команду у них один маленький токкури сакэ. Алкоголь обжигает горло и язык, и Куроко даже не понимает толком от чего — от градуса или от того, что пили они сакэ горячим. Голова гудит чуть меньше, становится как-то легче в целом. Всё кружится перед глазами и она со слабой улыбкой оседает на кресле. На следующее утро она просыпается в своей кровати, а бабушка говорит, что её на спине принёс Бокуто-сан. Говорит, что сам же уложил её спать, накрыл одеялом, а после отключился на диване. Бабушка даже сделать ничего утром не успела — не поблагодарить, не спросить о произошедшем, — тот утром быстро сбежал, на ходу извиняясь за вчерашнее и поминая своих старших сестёр. — Не видела бы как он на тебя смотрел, подумала, что у тебя ухажер появился, — фыркает женщина со слабой улыбкой. — Смотрит на тебя, как на дитя малое. Ты бы присмотрелась к нему, из него выйдет хороший отец... Она морщится от самой мысли отношений с Бокуто-саном. Он заботился о ней, побольше остальной команды, научил силовой подаче и постоянно тормошил, не давая думать о прошлом. Яркий, громкий, вездесущий и веселый, для Тецуи он был скорее старшим братом, которого у неё не было, но которого всегда хотелось, и как на мужчину на него было сложно смотреть. В подготовку к турниру она погружается с головой, помогает игрокам и ищет информацию по соперникам. Пишет поздравления Карасуно, с которыми пересеклись в летнем лагере, и ищет все возможные игры, чтобы подготовить команду к предстоящему. Она всё меньше вспоминает о Тейко, поэтому неудивительно, что её застает в расплох встреча с людьми, которые знают о её баскетбольном прошлом, но которых при этом не знает она сама. — Ты ведь Куроко, да? — парень перед ней был старше Куроко. Весь собранный из серых цветов, с равнодушно-презрительным взглядом он чем-то напоминал ей Акаши-куна, он был ей совершенно не знаком. — Ты совсем отличаешься от того, что я видел на видео. С какой командой ты приехала сюда. — По какому праву вы лезете к нашей кохай? — на плечо ложится ладонь Акааши-сана. Взгляд зелёных глаз абсолютно ледяной, такого взгляда боялась вся команда. — Я играю в одной команде с её капитаном. Он был весьма недоволен, когда она не явилась на встречу Поколения Чудес, — и судя по тому, как скривился парень, сорвал своё недовольство он на команде, отмечает про себя Тецуя. — Я давно сменила номер, — равнодушно пожимает плечами девушка. — И я больше не играю в баскетбол. — Именно, — громкий жизнерадостный голос капитана сов совершенно не вязался с его хищным взглядом. Так хищники смотрели на жертву прежде чем вцепится ей в глотку. — Так что мы пойдём. Они уходят, не обращая внимание на чужое недовольство и попытки продолжить разговор. Возможно, это плохой выбор, но у них и вправду матч вот-вот начнётся, к тому же её впервые на турнире поставят в качестве менеджера во время игры — ей совершенно некогда думать о недовольстве бывшего капитана и Поколении Чудес. Она по прежнему держится в тени, но она всё же часть команды, ценная и важная. Не игрок, но всё ещё помощник. И сейчас... сейчас этого ей вполне достаточно.