Глава 3

Вереница цирковых повозок неторопливо катилась в сторону замка по широкой дороге, вдоль которой, словно стражницы, стояли высокие, заснеженные ели. Из одной повозки доносилось заунывное пение, сопровождаемое игрой на лютне. - Скрипка-лисааааа... Лужи и грязь дорог! - Герда, а ты уверена, что там поётся именно "скрипка-лиса", а не скрип колеса? - с сомнением спросила кучерявая акробатка Фрида, пристально глядя на Герду чёрными глазами. - Не отвлекай меня! - отмахнулась та, параллельно пытаясь убрать лезущую в глаза прядь светлых волос. - Я художница, я так вижу! - От слова "худо", - фыркнула Фрида. Герда тут же вскинулась, чуть не порвав струну и не свалившись с сундука, на котором сидела, скрестив ноги. - Чё сказала?! - воскликнула она. - Чё слышала. - Я щас тебя этой лютней как тресну... - Смотри-ка, уже и характер появился, - хмыкнула Фрида. - Такими темпами и нормальной женщиной станешь! Вскоре бродячий цирк подъехал к воротам величественного и прекрасного замка, выложенного из светлого камня, в лучах зимнего солнца отливавшего еле уловимым золотистым и розовым оттенком, придавая сооружению вид сказочной обители. Молодая королева Кельда, буквально ещё в прошлом месяце бывшая принцессой, пожелала посмотреть на грандиозное представление знаменитого цирка Акки Кнебекайзе и её гусино-лебединую эскадрилью. Советницы отговаривали юную правительницу от этой затеи, утверждая, что циркачки могут на самом деле оказаться наёмницами, и создали себе славу для того, чтобы подобраться к неопытной монархине, чья мать столь скоропостижно скончалась через некоторое время после свадьбы дочери. Но муж королевы, прекрасный простолюдин, который дерзнул явиться ко двору и приглянувшийся тогда ещё принцессе за яркую красоту и дерзкий нрав, всецело поддержал свою жену, сказав, что это замечательная идея - пригласить к себе бродячий цирк! Как позже ворчали советницы - воздействовал на неё своими мужскими чарами, чертяка! - Наверняка он её приворожил, стервец! - обсуждали советницы выбор правительницы. - Да вряд ли, у Её Величества просто фетиш на дерзких блондинов! - А я уверена, это он отравил королеву Астрид! Она же была недовольна выбором дочери! - Но лекарки не выявили следов отравления. - Значит, этот яд не оставляет следов или его ещё не умеют выявлять! - Да ну вас, Его Величество просто капризный мужчина, уверенный в своей неотразимости, его ничего не интересует, кроме нарядов и зеркала, ему бы и в голову не пришло кого-то травить! Для этого мозги нужны! Дворец юной королевы Кельды поражал великолепием. Никогда Герда не видела таких величественных, монументальных и одновременно прекрасных зданий, даже ратуша её родного города меркла по сравнению с этим замком! А в дворцовой библиотеке можно было потеряться! Некоторые бывшие одноклассницы Герды("Которые отлично устроились в жизни, в отличие от тебя, бестолочи!" - некстати всплыли в сознании слова бабушки) отдали бы всё, чтобы прикоснуться к этим фолиантам! "Интересно, а Кай сейчас живёт в подобном дворце?" - внезапно подумала Герда и тут же помрачнела - одна мысль о том, что Кай, её Кай, который должен был принадлежать только ей, предпочёл незнакомую богачку, которая окружит его роскошью, а она, простая девчонка Герда, которая подарила бы ему чистую и бескорыстную(ну, переспать это вроде как программа минимум, идёт по умолчанию?) любовь, осталась не у дел! Подумаешь, она не умеет нормально зарабатывать (тогда. Сейчас она в цирковой труппе... Впрочем, о деньгах ей нет причины беспокоиться, её кормят и есть крыша над головой, а больше и не надо!), ходит который год в драном полушубке и пропивает и без того небольшой заработок, а как же "с милой и рай в шалаше", как же "полюбить за душу"?! Меркантильный куртизан этот Кай, только о деньгах и думает! В общем, воспоминание о Кае изрядно расстроило Герду, и ей захотелось как-нибудь отвлечься. - Я знаю прекрасный способ избавиться от горестных мыслей! - послышалось рядом хриплое карканье. Герда резко обернулась на голос и увидела стоящего на столе крупного ворона, явно переростка. - Говорящий ворон? - изумилась она. - Он самый, к вашим услугам! - каркнула чёрная птица, изобразив учтивый поклон. Ворон-оборотень, работавший в дворцовой библиотеке по протекции жены, одной из советниц, тоже ворона-оборотницы, имел зуб на юного короля. Они с женой рассчитывали выдать за королеву своего сына, прекрасного оборотня-воронёнка с длинными волосами цвета воронова крыла, но этот наглый простолюдин сорвал им все планы! И теперь им представился шанс отомстить дерзкому выскочке, опозорить его! И бестолковая Герда для этого плана идеально годилась! Герда же не могла знать о коварных планах ворона-оборотня, как и о его принадлежности к перевёртышам, и смотрела на птицу со смесью недоумения и воистину детского восхищения. - Один прелестный юноша, - важно начал ворон, - будет не против скрасить ваше одиночество и утолить ваши печали! На моей памяти он ещё ни одной не отказывал! - Интересно, - оживилась Герда, - и кто же он? - Не столь важно, кто он, важно содержание! - заумно ответил ворон. - А он действительно красив? - Очень! Белокожий блондин - р-редкая диковинка! - Действительно, редкая, - согласилась Герда. Она подумала, что, раз уж Кай далеко, то стоит отведать юношу похожего типажа - когда ей ещё подвернётся такая возможность? Как и возможность получить опыт... - А он точно будет не против? - Карр, нет-нет, очень даже за! Он всем рад! "Видимо, распутный горничный, - решила Герда. - Что ж, с него не убудет!" Она не видела, как воронью морду исказила коварная ухмылка, что в тени от шкафа и в принципе на вороньей голове выглядело жутко!

***

Погружённый в черноту ночи дворцовый коридор наводнили тени - отголоски снов обитательниц замка. Герда кралась в сторону покоев, где её, по словам ворона, поджидал распутный прелестник. Она хорошо запомнила маршрут, который описал ей ворон и даже помог прошмыгнуть мимо стражи, и теперь тихо продвигалась в темноте, подобно наёмнице или героине романов - во всяком случае, такой себя видела Герда. Раскрыв узорчатую дверь, Герда вошла внутрь богатой комнаты и тихо прокралась к кровати в виде цветка, на которой лежал белокурый юноша, чьи волосы в свете луны казались совсем белыми как снег. Внезапно Герда задела ногой торшер и с грохотом свернула его на пол. Юноша тут же проснулся, распахнув большие глаза, в ужасе уставился на Герду и заорал. - Стража, на помощь! Насилуют! - Где, кого? - заозиралась Герда, лихорадочно вращая головой. Тут же её сгробастали какие-то амбальши, подняв над полом. Герда беспомощно задёргала ногами, пытаясь вырваться из цепкой хватки. - Ты, полоумная, какого хрена ты творишь?! - послышался злобный голос... невыспавшейся королевы Кельды! Русые волосы юной королевы были растрёпаны, поверх пижамы накинута пурпурная мантия, в руке зажат скипетр - очевидно, чтобы было, чем бить злоумышленницу, посмевшую нарушить дворцовый покой, а вместе с ним и королевский сон! - Любимая, она пыталась надо мной надругаться! - деланно всхлипнул белокурый юноша. Герду пробрал озноб. Она никак не ожидала, что коварный ворон пошлёт её к королю! "Ну, падаль, я тебе все перья вырву! Если меня прибьют раньше!" - подумала она, а вслух воскликнула: - Неправда, я его и пальцем не тронула, только торшер! - Ага, ещё скажи, что ты клептоманка! - скептически хмыкнула королева. - Да! - живо подтвердила Герда. Мгновением позже она осознала, на что подписалась, но решила не сдаваться и позориться до конца, то есть, гнуть свою линию: - А ещё я хожу во сне! - Дорогая, не слушай её, она хотела меня изнасиловать! - взвыл юный король, кое-как прикрываясь одеялом, при этом оттянув ночную рубашку так, что она обнажила его плечо. Рыбоглазые стражницы в доспехах с интересом уставились на юного короля, но, заметив недовольный взгляд правительницы, тут же переключились на Герду, встряхнув её. Та продолжала отпираться. - Было бы, к кому лезть! - напустив на себя храбрый вид, заявила Герда. - И получше парней видала, тут даже смотреть не на что! Ни кожи, ни рожи, и жопа с кулачок! Услышав это, юноша отчаянно разрыдался. - Она назвала меня некрасивым! - заревел он, сморкаясь в простыню. - Но я... Я не урод! - Замолчи! - прикрикнула на него королева. - Какой-то балаган творится, ей-богине... - А это балаган и есть, - послышался рядом голос Акки Кнебекайзе. - Вы ж нас пригласили, а мы и есть бродячий балаган! - Что ты делаешь? - удивлённо шепнула Герда. - Тебя спасаю, дура! - совсем по гусиному прошипела Акка. Королева сурово уставилась на главу бродячего цирка. - Что эта юродивая делала в покоях моего мужа? - строго спросила она, указывая на Герду. - А почему он не запер свои покои, зная, что в замке ночуют незнакомые женщины? - ответила вопросом на вопрос Акка. Кельда подозрительно посмотрела на мужа, который прекратил рыдать и невольно съёжился под её пристальным, тяжёлым взглядом. Видимо, замечание Акки показалось ей разумным. - А может, он сам ей открыл? - невозмутимо продолжила Акка. - Девчонка-то дура полнейшая, он это увидел, поманил подолом, а там решил скрыть свой блуд! - Я этого не делал!!! - заверещал юноша, в неистовом порыве отбрасывая одеяло, оставаясь перед женщинами в одной тонкой белой сорочке, едва прикрывающей колени. - Прикройся!!! - выкрикнула возмущённая Кельда, в один прыжок подскакивая к верещащему муженьку и накрывая его одеялом с головой. Тот в ответ завопил пуще прежнего, за что получил оплеуху от жены. - Не позорься и позорь меня! - злобно процедила Кельда на ухо замотанному в одеяло мужу. В ответ донёсся лишь сдавленный всхлип. Тяжело выдохнув, королева повернулась к охранницам, держащим Герду, и Акке. Было видно, что правительница неимоверно устала, хочет спать, а разбираться с гостьями ей не очень хочется. - Вот что, Акка, - обратилась она к главе бродячего цирка, - следи за своей юродивой, запирай её в комнате на ночь. И сними ей уже наконец проститута! Стражницы отпустили Герду, но её тут же схватила за шиворот Акка и бесцеремонно потащила по коридору. Герде показалось, что за портьеру быстро спряталось двое слуг, которые точно разнесут сплетню о столпотворении у спальни короля, но ей было всё равно. Сейчас её больше волновала разгневанная оборотница, от которой исходили такие волны ярости, что, казалось, она вот-вот примет свою гусиную форму и заклюёт незадачливую лютнистку! А ведь у неё только началось хоть что-то получаться, обидно! - Ты чем вообще думала, дурында? - прошипела Акка, закидывая Герду в одну из гостевых комнат, выделенных артисткам, и зашла следом, закрывая дверь. - Нахрена ты полезла в спальню к королю?! Жить надоело?! Это хорошо ещё, что королева адекватная и не стала губить из-за какого-то профурсета! - Мне сказали, что в той комнате живёт развязный юнец, что всем даёт, - сконфуженно отозвалась Герда, поднимаясь с пола. - Кто это тебе сказала?! - Говорящий ворон в библиотеке. Акка почувствовала, как у неё задёргался глаз, и неизвестно, от чего больше - то ли от тупости Герды, то ли от того, что ей решил нагадить ещё какой-то оборотень... Ведь проступок Герды лёг бы пятном на всю труппу! Или ворон наоборот, хотел опозорить наложника королевы, в смысле, короля? Кого тут принято винить в таких пикантных ситуациях? Как тяжело, когда в разных краях разные нравы, не успеваешь постоянно адаптироваться, даром, что ты - птица перелётная! - Ах, ворон... - выдавила Акка, и её тон не предвещал ничего хорошего. - Видимо, у кого-то есть лишние перья! Через некоторое время обитательницы дворца проснулись от птичьих криков. По дворцу летели гуси-лебеди и вороны, крича и сцепляясь друг с другом, разбрасывая по дорогим коврам белые и чёрные перья. - Что это вы тут устроили?! - прогремел по замку голос разъярённой королевы. - Это королевский дворец, а не птичий рынок! Стражницы безуспешно пытались поймать взбесившихся лебедей, что яростно драли дорогие бархатные шторы и сворачивали канделябры, к счастью, без свечей, иначе во дворце бы стало очень жарко. Один из летающих шалунов сделал гадкие дела прямо на начищенный до блеска шлем одной из стражниц. Вместе с белыми перьями на мраморный пол и ковры падали не только белые перья, но и угольно-черные. Это дворцовые вороны сцепились с цирковыми лебедями. - Надо же, я и не думала, что во дворце живёт столько черножо... черномазых! - проговорила Герда, глядя на беснующихся в коридорах воронов. В какой-то момент это стало уже совсем не смешно, и Герда, желая остановить побоище, не придумала ничего лучше, чем взяться за лютню и затянуть заунывную песню. Пернатые оборотни тут же прекратили выдирать друг у друга перья и переключились на источник звука, то есть, на Герду. Никогда ещё Герда не бегала так быстро, удирая от разъярённых птиц по всему дворцу! "Впрочем, в этом есть один плюс - теперь я знаю, что в минуту опасности я могу очень быстро бегать! - сказала сама себе Герда, прикрывая голову лютней и перепрыгивая через поваленные рыцарские доспехи. - А ещё я могу объединять людей ради общего дела! Досадно только, что это общее дело - навешать мне люлей... Но, все с чего-то начинают, даже лидеркам сперва непросто. Когда-нибудь я стану выдающейся личностью, научусь объединять людей и покажу Каю, от кого он отказался! Главное, сперва пережить этот безумный марафон..."