Знакомство

Тишина. Только лёгкий запах трав и чистого воздуха. Карла медленно открыла глаза - потолок был чужим. Мягкий свет пробивался сквозь резное деревянное окно, окрашивая стены в золотисто-тёплый оттенок. Голова гудела, мышцы ныли, будто всё тело помнило боль, которую сознание уже забыло. Она попыталась пошевелиться - и в тот же момент рядом послышался тихий стук посуды. Джульетта стояла у кровати, с привычной спокойной добротой на лице. - Ты проснулась, - сказала она мягко, ставя поднос на тумбочку. - Я приготовила немного еды. Тебе нужно восстановить силы.Карла молчала. Её взгляд был пустым, но внимательным - она просто наблюдала. - Это исцеляющая еда, - добавила Джульетта с лёгкой улыбкой. - Она поможет тебе почувствовать себя лучше. Никакой реакции. Карла взяла ложку и начала есть медленно, без эмоций. Вкус был необычный - лёгкий, свежий, как будто в нём было что-то живое. Через несколько минут боль в теле ослабла, дыхание стало ровнее, и голова прояснилась. Но она не придала этому значения. Наверное была слишком голодна, - подумала она и поблагодарила незнакомку. Джульетта наблюдала за ней с мягким теплом в глазах. - Во время обеда мы поговорим все вместе, хорошо? Семья хочет познакомиться с тобой. Карла не ответила, лишь слегка кивнула. Когда женщина ушла, Карла осталась одна. Некоторое время она просто сидела, прислушиваясь к дому. Он будто жил: где-то поскрипывал пол, где-то шептали голоса, раздавался смех. Она поднялась, осторожно открыла дверь и шагнула в коридор. Дом был удивительно тёплым. Стены украшены вышивками, фотографии, семейные портреты, узоры - всё дышало жизнью. Коридоры были широкие, солнечные. Дом будто наблюдал за ней. Издалека слышался смех, голоса, где-то на кухне звенела посуда. Карла шла медленно, осматривая всё с недоверием. Издалека доносились голоса, звон посуды, смех. Карла шла медленно, осматриваясь с недоверием. Она заметила странные сияющие двери с узорами - на каждой был изображён человек. Это тревожило, но она не показала ни капли эмоций - только внимательно изучала их. Но через несколько шагов почувствовала: кто-то позади. Тихо. Едва уловимо. Она обернулась - пусто. Плечи напряглись. Сделала ещё шаг. Снова тот же звук. Резко обернулась - и замерла. Перед ней стояла девушка с точь-в-точь таким же лицом, такой же кожей, волосами, одеждой. Только губы той были приподняты в насмешливую улыбку, взгляд - другой : игривый, насмешливый. - Наконец-то проснулась, - сказала "Карла" её голосом. Карла моргнула. Галлюцинация? Боль в голове, слабость - всё казалось логичным объяснением. Не сказав ни слова, она просто прошла мимо. Но "двойник" не исчез. Он пошёл за ней, копируя походку, движения. - Стой, ты не хочешь узнать, кто я? - произнёс он, слегка тянув слова, явно забавляясь. - Или же ты уже знаешь обо мне? Но ты недавно проснулась, а я все это время была за дверями, тетя тебе ничего не говорила. Так значит ты родственница жителей деревни, я права? - Самозванка не переставала разговаривать. Карла остановилась. Медленно обернулась. Её глаза - холодные, глубокие - встретились с его. Молчание. Он продолжал играть: делал шаг вперёд, повторял её жесты, даже пародировал выражения лица. Она прищурилась, брови поднялись. Она не ответила. Медленно приблизилась, будто оценивая. Её движения были точны, уверены - как у человека, привыкшего действовать. И вдруг - резкий шаг, быстрый захват. Её рука сомкнулась на его шее, она прижала его к себе спиной, крепко, как будто всё делала на инстинктах. - Кто ты? - спросила тихо, но с такой холодной уверенностью, что воздух будто застыл. - Тише, тише! - прохрипел он, ещё смеясь. - Я - это ты! Она не отпустила и усилила хватку. - Перестань. - Его голос стал мягче, игривее, но в нём звучала лёгкая паника. - Я же пошутил! В этот момент в конце коридора появилась женщина - седая, с твёрдым лицом и ясными глазами. - Камило! - строгий голос раздался. - Что за безобразие? - Я… просто проверял, как она отреагирует, - пробормотал «Карла» и, вздохнув, наконец принял свой настоящий облик. Карла застыла. Перед ней стоял совсем другой человек - смуглый, с кудрявыми волосами и живыми глазами, в которых всё ещё плясала усмешка. Она медленно отпустила его, не сводя взгляда ни с него, ни с Альмы. Альма посмотрела на неё мягче: - Прости его, дорогая. Он не хотел сделать тебе ничего плохого. Камило не всегда думает, прежде чем пошутить. Добро пожаловать, дитя. Здесь тебе ничего не угрожает не бойся. Карла не ответила. Её лицо оставалось спокойным, но в глазах стояла настороженность. Только посмотрела на Камило взглядом, полным тихого презрения. Он, наоборот, ухмыльнулся. - Ну, теперь хотя бы познакомились. Альма жестом пригласила её следовать за собой. - Позже, за столом, я объясню тебе, что это за дом и каковы способности Камило. Сейчас, пожалуйста, приведи себя в порядок. Твои чемоданы находятся в комнате, где ты проснулась. А вон там - ванная. Чувствуй себя как дома, дорогая. - Мирабель! - позвала она. - Поможешь Касите поменять постельное бельё нашей гостьи? В коридоре послышались лёгкие шаги - и появилась девушка с кудрявыми волосами и большими очками. - Конечно, абуэла. О, привет! Я - Мирабель. Если тебе что-то понадобится, просто скажи. А это, кстати, моя комната - тебя решили поселить здесь на время. Она улыбнулась, легко положила руку Карле на плечо и повела обратно в комнату. Карла ответила лишь коротким «здравствуйте» и «приятно познакомиться» последовала за ней. Когда Мирабель и Касита начали менять постель, мебель и окна мягко двигались сами. Карла чуть вздрогнула, но внешне осталась спокойной. Она подошла к чемоданам у окна. Всё казалось чужим и своим одновременно. Чемоданы стояли нетронутыми: порванная ручка, выцветшая лента, карточка - всё это лежало рядом, как доказательства. Она опустила руку, открыла молнию, и запах - смесь табака, духов и бумаги - всколыхнул что-то скрытое. Внутри лежали складывающиеся вещи: аккуратно сложенные платья, одно строгое, чёрное, сшитое так, будто ожидание у будущих приёмов. Ещё документы, книги, конверт с гербом и письмо, уголок которого был подмят. Она не читала - не сейчас. По виду дома и звукам снаружи она поняла, что находится в небольшой деревне. Решив надеть что-то подходящее, Карла выбрала одно из простых, лёгких платьев - светлое, летнее, с мягкими складками, совсем не похожее на большинство других строгих и элегантных платьев, больше похожее на традиционное платье. Помывшись в ванной, она собрала волосы в аккуратный хвост, привела себя в порядок и вышла. У двери её ждал Камило. - Красиво выглядишь. Пойдём, тебя уже ждут. - Он улыбнулся, указывая путь. Карла ничего не ответила и последовала за ним. На дворе стоял длинный стол, за которым собралась вся семья. Камило пододвинул ей стул - она села. Альма, садясь напротив, глядя прямо в лицо: - Бруно нашёл тебя, - сказала она. - Он нашёл тебя у воды без сознания потрепанной. Мы привезли вещи. Карла слушала. Внутри было тихо. Думать ей было привычно в предложения короткие, режущие. Она рассмотрела людей: лица, манеры, как сложены руки. У каждого - своя доля заботы: кто-то натер блюдо, кто-то помешивал суп, кто-то шутил тихо, чтобы не тревожить. - Вы скажете, кто я? - спросила она ровно, без приставочных эмоций. В её голосе не было упрёка: только требование факта. Альма качнула головой: -Мы не знаем. Ты ничего не говорила. Мы думали, имя - будет твоим первым словом, когда проснёшься. Пауза. Карла вздохнула почти незаметно и ответила, тихо: - Я не помню ничего. За столом послышались шёпоты: - Бедная девочка... - Как же так... - Твоя еда не лечит память, Джульетта? - тихо спросила Пепа. - Видимо, нет, - с лёгкой грустью ответила та. - Думаю, воспоминания вернутся со временем. - Пока не вспомнишь, оставайся у нас, - сказала Альма. - В Касите всегда есть место для гостей. Сегодня отдохни, завтра спросим жителей города не знакомая ли ты их. За обедом Карлу познакомили со всей семьёй Мадригалов, даже с живым домом - Каситой. Камило, сидевший напротив, ещё на мгновение напрягся. Его вскинутая бровь выдала интерес, больше исследовательский, чем сочувственный. Он открыл рот, хотел что-то сказать - шутку, намёк - но остановился. Его глаза задержались на ответе, не на слове «не помню», а на её лице: на ровной линии губ, на бровях, которые не дрогнули. Там было что-то, что отталкивало шутку. Она слушала, как все разговаривают, смеялись, спорили. Наблюдала. Каждый здесь был другим: шумным, ярким, живым. А она - тенью среди света.