☆ ☆ ☆

Она бежала как марафонец по треку с препятствиями. Выкладываясь на полную, работая локтями и мерно выдыхая сквозь полусомкнутые губы. Ловко уворачивалась от встречных прохожих с яркими бумажными шоперами и огибала мигающие елки, выставленные на тротуар. Когда она, подпрыгнув, уцепилась за край навеса, украшенного разноцветными шарами, и лихо перемахнула через композицию с Сантой и оленями возле какого-то бутика, Питер прислушался к себе. Паучье чутье, никогда не подводившее, молчало. На всякий случай он проверил старкфон. Сигнала тревоги не поступало. Со своего места, с крыши торгового центра на Тринити плейс, он не видел никого, кого она могла бы преследовать. И не похоже было, чтобы от кого-то убегала. На проезжей части нестройным многоголосым хором сигналила пробка. Люди шли по делам, говорили по телефону, тянули кофе из бумажных стаканов. От кофе Питер и сам бы не отказался. Или от большой кружки горячего какао с маршмэллоу. И с круассаном. Или с сэндвичем. Хотя лучше бы со здоровенным бургером и картошкой фри. В животе голодно заурчало. Питер вздохнул, убрал старкфон в рюкзак и достал костюм. Некоторое время он крался за ней по крышам, а когда она свернула в пустой переулок, эффектно завис у нее на пути вниз головой и поздоровался: — Добрый день, мисс Вдова. — Привет, пацан! — бросила она на бегу. — Отличный денек сегодня. — Питер качнулся на паутине, описав дугу слева. — Великолепный, — отозвалась запыхавшаяся Наташа, сворачивая в узкий зазор между домами. — Куда-то спешите? — спросил он, следуя за ней по шершавой стене слева. — Потрясающая наблюдательность! — съязвила она, а потом вдруг резко остановилась, ругнулась по-русски, наклонилась, уперев руки в колени, и с досадой выдохнула. Переулок был перегорожен огромной кучей мусора. Судя по запаху жареного и прогорклого жира, тут был задний двор какой-то фастфудной забегаловки, которая не слишком заморачивалась вывозом отходов. Наташа встряхнула головой и зашарила взглядом по стенам. — Нужна помощь? — с надеждой спросил Питер. Наташа кивком указала на пожарную лестницу. — Ты не мог бы опустить нижнюю секцию? Как только секция лестницы со скрежетом съехала вниз, она разбежалась, подпрыгнула, ухватилась в полете за перекладину, зависнув над свалкой. Несколько раз качнулась, все увеличивая амплитуду, и спрыгнула уже по другую сторону. Приземлившись, она крикнула Питеру “спасибо!” и тут же взяла разгон с места. Питер сам не понимал, почему следует за ней. Наташа, впрочем, больше не обращала на него внимания. Перед выходом из переулка она притормозила и, вынув из кармана старкфон, открыла карту. Питер успел увидеть на задней крышке красную эмблему Вдовы и решил непременно попросить у мистера Старка индивидуальный дизайн с паутиной. А потом разглядел конечную точку Наташиного маршрута. Угол Шестьдесят третьей и Бродвея. Чертовски далеко отсюда. Решение пришло моментально. — А долго вы можете держать этот свой захват бедрами? — спросил Питер, зависнув у нее над левым плечом. Наташа развернулась — о да, вот сейчас это была та самая смертоносная Черная Вдова, — приподняла бровь и посмотрела на Питера так, будто заранее сожалела, что теперь придется его убить. — Тем, кого я удерживаю, обычно хватает, — холодно произнесла она. — Я ничего такого не имел ввиду, мэм, — торопливо заверил Питер, приземляясь на ноги. — Просто, ну, вы могли бы на мне прокатиться. Приподнятая бровь поползла еще выше и он тут же осознал, как двусмысленно это прозвучало. — В смысле, я хотел сказать, что мог бы подбросить вас до места, знаете, если вы, конечно, не боитесь высоты, но можно просто не смотреть вниз, и мистер Старк не раз такое делал, вы наверное сами видели, да все видели, вообще это не так страшно, как может показаться на первый взгляд, просто немного обнимашек, черт, простите, я не то болтаю, просто в городе пробки, а вы спешите, вот я и подумал… — Я поняла, — мягко прервала его Наташа и взгляд у нее стал цепким и задумчивым. — Всего пять минут неловкости, в которую вы меня и так уже вогнали, может быть семь, то есть, я сам себя вогнал, ну, знаете, этот ваш взгляд… — Пацан, — строго сказала Наташа и Питер тут же захлопнул рот, но не потому что, а просто ему показалось, что у нее смеются глаза, и это было внезапно. — Хватит болтать, покажи, на что способен. — Правда? — обалдел Питер. — То есть, конечно, я в вашем полном распоряжении, мэм. — Ладно. Что нужно делать? — Просто обхватите меня ногами за пояс и держитесь крепче. Что ж, захват бедрами оказался действительно впечатляющим. — Пристегните ремни! От нее головокружительно пахло сильной разгоряченной самкой. Когда в лицо ударил порыв встречного ветра, Наташа вздрогнула и чуть крепче сжала ногами его талию. Питер перехватил ее другой рукой, выстрелил паутиной и, зацепившись за карниз высотки, сказал, просто чтобы отвлечься: — Приятный парфюм. — Правда? — неожиданно робко спросила Наташа и взглянула на него снизу вверх доверчиво распахнутыми зелеными глазами. Даже сквозь ее брюки и собственный костюм Питер чувствовал как тепло у нее между ног. — Вам очень идет, — сглотнув, сказал он. Удары сердца, казалось, отдавались в каждой клеточке тела. — Шанель? — спросил он первое, что пришло в голову. — “Красная Москва”. — О, русские духи! — На излете дуги Питер сбросил жгут паутины и, снова перехватив Наташу, выстрелил с другой руки в угол крыши следующего здания. — Куда вы так бежали? — спросил он, заметив, что под серым шерстяным полупальто на ней шелковая блузка с жабо и винтажной брошкой под воротничком. — Спектакль, концерт? Сперва я подумал, вы кого-то ловите… — Свое счастье за хвост, — с тихой улыбкой ответила она, опустив взгляд. — Я опаздываю на свидание. — Уверен, он вас дождется. — Знаю. Но я не хочу заставлять его ждать. — Повезло же кому-то. — Мне, — сказала Наташа и с новым порывом ветра сильнее стиснула Питера ногами и спрятала лицо у него на груди. Иисус милосердный. — Так кто счастливчик? — спросил он, отчаянно надеясь, что голос звучит ровно. — О, значит, мы с тобой теперь подружки? — взглянув на него с улыбкой, поддразнила Наташа и Питер, сменив руку, усмехнулся и крепче прижал ее к себе. — Ладно, тогда расскажи, что у тебя со Старком? — Окей, окей, я понял, не мое дело, — рассмеялся Питер, целясь в следующий карниз. Пробка на Бродвее была такая плотная, что по крышам машин можно было идти как по тротуару. — Почти на месте, — сказал Питер, выцепив взглядом нужный дом. — Где желаете сойти с небес на землю? — На пересечении с Шестьдесят третьей есть кофейня. Сбрось меня где-нибудь рядом. Питер ссадил ее у самого угла, за лохматой переливающейся елкой, в стороне от любопытных глаз. — Спасибо, пацан, — приложив руку к груди, с чувством сказала Наташа. — Человек-паук, ваше дружелюбное такси! — дурашливо поклонился Питер и она весело фыркнула. Когда Наташа завернула за угол, Питер привалился спиной к обшарпанной стене. Его слегка вело, голова кружилась. Он все еще фантомно чувствовал ее тепло, вес и кажется даже ее духи. Он рассеянно провел ладонью в перчатке по горлу, по груди — и судорожно схватил ртом воздух, так остро вдруг отозвалось тело. Стоп. Хватит. Он взобрался по стене на крышу здания, перемахнул через перекресток на другое, скинул рюкзак и открыл на старкфоне карту. Пока Питер избавлялся от костюма, натягивал цивильное и искал, где поблизости можно недорого перекусить, Наташа вышла из кофейни с двумя большими стаканами кофе в подставке и с бумажным пакетом. Покачивая бедрами, она неторопливо направилась на другую сторону улицы. Растрепавшиеся в полете волосы она успела привести в порядок и вообще выглядела так, словно просто выпорхнула из офиса за круассанами для босса. Человека, ждавшего ее на той стороне, Питер узнал сразу. Баки Барнс, Зимний Солдат, завидев идущую к нему Наташу, расправил плечи и улыбнулся так, что наверное осветил собой весь Манхэттен. Подойдя совсем близко, Наташа обняла его рукой с пакетом поверх кожаной косухи и уткнулась носом ему в грудь. Рядом с мощным Зимним она казалась совсем маленькой. Питер отвел от них взгляд всего на секунду, пока влезал в толстовку, потому что холодно и вообще неприлично пялиться, когда люди целуются. Когда он вновь посмотрел вниз, Наташи и Зимнего уже не было. Он усмехнулся про себя и, подхватив рюкзак на одно плечо, направился к пожарной лестнице. Все ближайшие точки с едой, найденные на карте, начисто вымело из головы. Питер чинно спускался вниз и думал, что раз эту кофейню выбрала сама Вдова, то кормят там наверняка неплохо. Когда он был уже у входа, личный мобильник пиликнул сообщением. Нед писал: “Йоу, бро, как насчет пиццы?”. “Супер, давай вечером, я сча на Манхэттене”, — толкнув дверь, набрал Питер. “Как тебя занесло?”. “Вызвался доставить ценный груз”, — с улыбкой отбил он. Налетев на высокую банкетку, Питер поднял голову. Из-за барной стойки на него с мрачным прищуром смотрел немолодой чернявый мужик, которого он определенно где-то видел. Полушубок Санты на нем был распахнут, открывая жилистую шею и накачанную грудь, красная бархатная шапочка с белой опушкой сдвинута на затылок, надо лбом воинственно торчал хохолок темных волос. Пока Питер пялился, рядом с мужиком бесшумно воздвигся второй — здоровяк с оленьими рожками из мишуры и со шрамом через подбородок поставил на стойку огромный стакан с шапкой взбитых сливок и вишенкой. Стакан тут же сграбастала забитая татухами лапища с перстнями на пальцах. Питер скользнул взглядом выше — по рукаву кожаной куртки, до плеча, украшенного цепями и металлическими шипами. Голубоглазый амбал со светлой бородой и в кожаной кепке с кокардой сунул вишенку в рот и осклабился. Только тогда Питер огляделся. У стойки восседали мощные дядьки, сплошь в коже, ремнях, заклепках и в ботах на тракторной подошве со шнуровкой почти до колена. Весь этот байкерский БДСМ-слет с веселым любопытством пырился на Питера. Белобрысый громила дожевал свою вишенку и подмигнул ему. — Питер Паркер? — сверля его недобрым взглядом, хрипло спросил “плохой Санта” за стойкой. — Ээ… да… сэр, — очухался Питер. — Вон тот угловой столик возле окна, — показал пальцем мужик. — Заказ будет готов через четыре минуты. — Я пока ничего не… — Суп-пюре с копченой индейкой, шницель с картошкой фри, кофе и черничный пирог. — Звучит круто. Но это ошибка… — Питер Паркер? — Да, но… — Вам оплачен заказ. Будет готов через три с половиной минуты. Суп-пюре с копченой индейкой… — Окей, окей, я понял. — Угловой столик, — терпеливо повторил мужик. Где же он видел этого типа? Устроившись за столиком, Питер выбрал на старкфоне скрытую боковую камеру. Удобная штука. Позволяла беспалева снимать практически что угодно, делая вид, что просто залипаешь в телефоне. “Плохой Санта” отлично получился и в профиль, и анфас. Питер уже собирался запустить поиск, когда фотки на глазах рассыпались электронным пеплом. Какого?.. Секундой позже тренькнул мессенджер. Номер скрыт: “Показалось, пацан :)”. Эм… Ладно. В конце концов, кто он такой, чтобы не доверять агенту с высшим уровнем допуска. Но, ради всего святого — как? Как она это провернула? Вы: “Спасибо за обед”. Номер скрыт: ❤️ (сердечко). Вы: “Как свидание?”. Номер скрыт: 💞 (два сердечка, кружащихся в танце). Здоровяк с рожками поставил перед ним тарелку с супом. Питер сунул старкфон в карман и принялся за еду.