День (часть 2)

Ликаон почувствовал вибрацию в кармане своих брюк. Оставив Белль на пару мгновений, он отходит в сторону и достаёт телефон, где отображается новое сообщение. Тирен быстро его прочитал и улыбнулся. В ответ он что-то напечатал, после чего вернулся к Белль, которая заметила, как Ликаон чуть ли не светился от счастья. Она хотела бы узнать, кто был отправителем письма и что там было написано. Но вмешиваться в личные дела друга она не хотела. Единственное, что она успела заметить, — это название контакта, написавшего тирену. Он был подписан без всяких формальностей, просто «Лиас». Жара усилилась. Ликаон и Белль приняли решение войти в прохладную комнату парома со множеством сидений. Окна в этой комнате покрыты тонким слоем какой-то тёмной плёнки, которая хорошо рассеивала палящие лучи солнца. В каждом углу велась беседа на совершенно разные темы, но интереснее всего было слушать разговоры детей и родителей. Столько восторженных лиц, смотрящих на другой берег мегаполиса. Их можно понять, жизнь на другом берегу весьма сложная, далеко не каждый может себе оплатить проживание там. В этом районе расположились верхушка общества, сделавшие имя на успехах своих предков. Конечно же, это касается не всех, но, увы, преобладающего большинства. Даже съездить на другой берег является неким праздником. Паром начал поворачивать: противоположный берег стал скрываться, пока не исчез вовсе. Открылся вид на бескрайнее море, окружающее Нью-Эриду. До этих мест тоже дошли каверны, создавая завораживающую картину безмятежности, сливающуюся с хаосом. Белль и Ликаон обсуждали всякие мелочи, окружающие нас каждый день, тирен делился своим опытом работы дворецким и рассказал ещё одну историю, связанную с его работой. Белль активно участвовала в дружеском диалоге, разбавляя рассказы Ликаона шутками или задавая уточняющие вопросы. Она много чего узнала, в том числе и несколько лайфхаков для уборки в доме. Время близилось к обеденному. — Ликаон, я вот помню, что мы встретились недавно на площади, — Белль повернула голову к своему собеседнику с интересом в глазах. Слегка откинувшись на сиденье, она продолжила: — И ты мне сказал, что ты шёл за продуктами. Я ещё была удивлена, что агенты «Виктории» сами таким занимаются.  — Да, я тоже припоминаю тот день, к чему Вы клоните? — Ликаон перевёл взгляд с окна на Белль, его уши дёрнулись, выдавая его заинтересованность. — Ты мне тогда ответил, что вы собирались устроить ужин в честь чего-то. Впрочем, не важно. Мне жуть как интересно, кто был поваром. Эллен при нашей прошлой встрече сильно расхваливала яства, да-да, она так и сказала, — девушка наклонилась чуть вправо, ближе к дворецкому, и хихикнула. — Она сделала это в своём стиле, но восторг и впечатление были заметны, ведь её тон был чу-у-уточку выше, чем обычно. — Белль ухмыльнулась, положив подбородок на внешнюю сторону ладони. Ликаон приподнял брови и улыбнулся. Он протянул свою руку к Белль и убрал прядь волос с её лица. — Вы очень наблюдательны. Что касается повара, то не хочу хвастаться, но им был я. — Дворецкий почесал затылок и прикрыл глаза, неловко улыбнувшись.  — Знаешь, а я даже не удивлена. Ты настолько идеальный, что уже слишком стандартно слышать такое. Без интриг. — Белль прищурила глаза и, как бы дразня, двинулась телом назад, оперев голову на кулак.  — Вы мне льстите. — Не скромничай. Лучше найди оправдание к тому, почему ты до сих пор меня ничем не угостил. — Зловещая улыбка стала шире. Со стороны тирена тоже можно было услышать лёгкий смешок. Он наигранно закатил глаза, явно пародируя Эллен, и ответил.  — Как же? Завтрак в кафе не считался? — Он с терпением ожидал реакцию Белль на такую ремарку.  — Я имела в виду угостить меня чем-то домашним! — Белль покраснела, вспомнив, как Ликаон оплатил за сегодняшний завтрак. — И вообще, ты это сделал по своей инициативе! — Скрестив руки, Белль отвернулась и надула губы. — Шучу, — Улыбнувшись, Ликаон взглянул на директора. Он находил её “обиженное” лицо очень милым. — А что касается домашней еды, то с радостью приглашаю Вас к себе в гости в эти выходные. Я сделаю всё в лучшем виде. — Обязательно приду! — Белль достала телефон и открыла заметки, оставив напоминание. Ликаон наблюдал за этим, он и сам часто пользовался разными напоминалками, особенно в более раннем возрасте. — Может Вам уже пора создать новый лист? Никогда не видел столько обрывистых кусочков текста в одном месте. — Но в отличии от Белль Ликаон всегда сохранял порядок даже в такой мелочи, как создание заметок на телефоне. Многие считаю его перфекционистом, что не далеко от правды, но сам Ликаон так не считал. Но его отчёты для агентства говорили об обратном. Эллен часто сравнивала его со своей подругой, которая постоянно выделяет каждую мелочь в тетради. — А смотреть в чужие телефоны не-куль-тур-но. — Белль медленно повернула голову с широкой улыбкой и хитрыми глазами, как в каком-то аниме. — Мне привычнее уже писать здесь, ведь заходя на одну и ту же страницу, я могу быть уверена, что точно замечу свою заметку. — Прошу прощения за мою невежливость, — Ликаон отвёл взгляд от телефона Белль, робко и виновато почесав затылок, его уши прижались к голове. — Впредь буду осторожнее. — Тирен задумался о том, что сказала Белль. — Думаю, ваши слова имеют смысл. Я часто слышу про «творческий беспорядок», но, честно говоря, я никогда этого не понимал. — Усмехнувшись, он продолжил, взглянув в окно. — Нет, вру, в юности у меня тоже был «творческий беспорядок», но тогда это называлось лень. — Ты и лень? Неужели у меня галлюцинации. Быть такого не может! — Я сильно изменился. — в глазах Ликаона на мгновение промелькнуло что-то, едва заметное чувство, которые скрывалось за простодушным разговором. Ностальгия пришла незаметно, тирен сделал глубокий вдох, проводя лапой по волосам. Он решил поменять тему. — Вернёмся к обсуждению кулинарии, что Вы больше предпочитаете: мясо, рыбу, птице или, может быть, только овощи? — Что угодно, но только не рыбу, мне блюда от Рины было достаточно в прошлый раз. — слегка нервное хихиканье вылетело из рта Белль. Ликаон прекрасно помнил тот самый день, когда Рина приготовила… Нестандартное блюдо, которое, всё же, пришло по душе Сокаку. — Я не привередливая, так что доверюсь твоему вкусу. В прямом смысле; используй свой самый любимый рецепт. — С радостью, я думаю Вас это должно удивить, — ухмыльнувшись, дворецкий достаёт свои часы. — Уже без пятнадцати минут три. Думаю не мешало бы пройтись к буфету. Разговоры о еде пробивают на зверский аппетит. Что скажете? — Полностью поддерживаю! Встав со своих мест, Белль наконец смогла размять ноги, которые от долгого бездействия начинали затекать. Очередь была небольшой – уже через пару минут она исчезла, теперь можно ознакомиться со всеми выставленными десертами на витрине-холодильнике справа и закусками на левой витрине. Основные блюда и напитки (в основном кофе) были написаны на меловой доске, висящей над буфетом, репертуар, однако, там был мал. Большие часы, украшающие одну из стен, пробили три. Совсем скоро паром закончит путешествие, но пока нужно было насладиться моментом, сидя за уютным столиком на двоих, когда перед тобой стоит ещё тёплая и ароматная еда. Посередине стояла маленькая корзинка ручной работы, там лежал нарезанный свежий хлеб. Когда Белль потянулась за ещё одним кусочком, её отвлёк звук, доносящийся со второго парому. Ликаон в этот момент тоже тянулся за хлебом. Услышав звук, он повернул голову в сторону лестницы, его уши дёрнулись, и он стал прислушиваться: звук доносился с капитанского мостика. Сначала звук был похож на какое-то гудение, но нет, на самом деле это был чей-то активный спор, постепенно переходящий в конфликт на повышенных тонах. Руки Ликаона и Белль соприкоснулись, и они в этот же момент посмотрели в корзинку. Дворецкий среагировал почти не моментально, чуть-чуть отстранившись. — Извините, я отвлёкся. — Ликаон отвёл взгляд, он оставался невозмутимым, но его голос выдавал долю смущения. — Всё в порядке, — Слегка покраснев, Белль опять посмотрела на лестницу. — Ты ведь тоже это слышишь? — Да, похоже возникла какая-то неполадка, — Ликаон встал из-за стола и направился к лестнице. — Скоро вернусь. Ликаон скрылся. Его шаги были хорошо слышны. Когда он поднялся, то резко наступила гробовая тишина, которая продолжалась пять минут. Любопытство овладело прокси.