Глава 2. В поместье

Егеря трансгрессировали вместе с пленниками. Как же Гермиона ненавидела чувство тошноты при перемещении. Она поняла, что Гарри пытался вырваться, но все было неудачно. Друзья повалились друг на друга, приземляясь на загородной аллее. Аккуратная подъездная дорожка вела к огромному поместью, кажется, здесь она не бывала ранее. Один из егерей подошел к воротам и потряс решетку. — Как нам войти? Эй, Сивый! Я никак… тут заперто! Но тут же оборотень отдернул руки. Завитки на чугунной решетке со скрежетом зашевелились, складываясь в свирепую морду, которая лязгающим голосом пролаяла: — Ваша цель посещения? — Нам нужно к Темному Лорду! — провозгласил Сивый с гордостью. У Гермионы все сжалось и похолодело внутри. Створки ворот распахнулись. Пленников втолкнули в ворота и погнали по дорожке между живыми изгородями. Ноги совершенно не слушались, когда они поднимались на крыльцо. Из приоткрывшейся двери упал луч света. — В чем дело? Кто вы? — осведомился холодный женский голос. — Я — Фенрир Сивый. Должны меня знать… Мы поймали Гарри Поттера! — В рычащем голосе оборотня звучала обида. Он отступил, дабы вытащить Гарри на свет. — А на эту гляньте! Та самая грязнокровка, что вместе с ним путешествует, мэм! — вмешался Струпьяр, толкая девушку в спину. Нарцисса Малфой с недоверием вгляделась в лица пленников. — Ведите их в дом! — приказала блондинка. Минув большие ступени, золотое трио оказалось в просторной прихожей, увешенной картинами. — Мой сын Драко вчера приехал из школы на Пасхальные каникулы. Если это Гарри Поттер, он его узнает. Женщина с прямой спиной плавно прошла к следующей комнате. После темной ночи свет в гостиной слепил глаза. Огромное пространство, хрустальная люстра, портреты на темных стенах. Взгляд Гермионы остановился на мраморным камине, рядом с которым сидело два человека. — Что такое? Знакомый, лениво растягивающий слова, голос Люциуса Малфоя резал слух. Вот теперь стало по-настоящему страшно, ведь он мог узнать Гарри. — Они говорят, что поймали Поттера, — произнес холодный голос Нарциссы. — Драко, подойди. Высокая фигура с бледной кожей, точеным профилем и светлыми, почти белыми волосы неспешно переместилась к матери. Обычно полные презрения серые глаза, сейчас были наполнены страхом. Сивый подтолкнул пленников, так что Гарри оказался прямо под люстрой, из-за чего его растянутая розовая кожа блестела сильнее. Черные волосы доставали до плеч. Заклинание Гермионы исказило каждую черту лица друга, она бы гордилась собой будь на этом месте не Гарри, а тот же Фенрир. — Ну, что скажете? — проскрежетал оборотень. — Ну что, Драко? — с жадным интересом спросил Люциус Малфой. — Это он? — Н-не знаю… я не уверен, — тихо протянул Драко. Он старался держаться как можно дальше от оборотня, отводил глаза, все его тело источало тревогу. Гермиона не могла понять его, что с ним не так? Разве это не его мечта, выслужиться перед своим Лордом, исправить свое положение среди пожирателей. — Да ты погляди хорошенько! Подойди к нему поближе! Если мы передадим Поттера в руки Темного Лорда, нам все простят, — Малфой-старший был взволнован. — Давайте-ка не будем забывать, кто его поймал на самом деле, — Фенрир говорил с хорошо читаемой угрозой. Люциус проигнорировал слова оборотня, но скривился. — Что вы с ним сделали? — спросил тот Фенрира, — Почему он в таком состоянии? — Кажется, похоже на Жалящее заклинание, — объявил Люциус, задумчиво оценивая лицо мальчика-который-выжил. — Это были не мы! — в этот раз воскликнул Струпьяр, с плохо скрытой злобой. — Драко, иди сюда, посмотри, как следует! Как ты считаешь? — Не знаю я, — пробормотал он и отошел дальше к Нарциссе, стоявшей у камина. Миссис Малфой имела приятный, ясный, но холодный голос. — Мы должны знать наверняка, Люциус! — крикнула она. — Нужно совершенно точно убедиться, что это Поттер, прежде чем вызывать Темного Лорда… Эти люди сказали, что взяли его волшебную палочку, — прибавила она, разглядывая палочку из терновника, — но она совсем не подходит под описание мистера Олливандера. Если тут ошибка и мы зря побеспокоим Темного Лорда… Ты представляешь, что он с нами сделает? — А грязнокровка? — прорычал, облизываясь, в нетерпении Фенрир, кажется его заботила лишь мысль о заветных галеонах. Егеря повернули связанных пленников так, чтобы на свет вышла Гермиона. Пламя от камина озарило ее густые каштановые волосы, распавшиеся по плечам. Ссадины на лице отчетливо выделялись на коже. Перепачканная одежда явно не придавала внешнему виду солидности. — Постойте… Да! Я видела фотографию в «Пророке»! Смотри, Драко, это Грейнджер? — резким тоном произнесла Нарцисса. — Не знаю… Может быть… Вроде да… Он наклонился к Грейнджер, протягивая руку к ее потрепанной сумке, которую до этого не замечали. Девушка отдернулась в ужасе, она ведь наложила отводящие внимание чары, не ужели они спали? Оковы помешали движению, из-за чего та повалилась на пол, утягивая Малфоя младшего за собой. Они рухнули на пол, в сумке что-то хрустнуло. Комната закружилась, силуэты начали расползаться, помещение погружалось в темноту. Последнее, что она видела — глаза цвета серебра с застывшим в них испугом и отвращением. Его глаза.