Соберитесь!

      — …Ну-ну. Тиша. Спокойнее.       Вокруг Тишы собралось целое мультяшное стадо. Некоторые, типа Шелли, стояли мяли локоть. Другие, ничего не понимали. А иные вовсе стояли как вкопанные, не зная что им делать.       Лунный стоял рядом со Спраутом, который и успокаивал Тишу, стараясь выведать то — что она увидела. «Как это произошло?» — проносился вопрос по тысячи раз. Уборщица лишь нервно откашливалась, и с хриплым голосом просила отстать тех от неё.       — Ты не хочешь говорить из-за толпы, или из принципа? — спросила клубника.       — Толпы. — Без замедления ответилв Тиша, протирая свою щеку. Клубника повернулся в сторону лишней толпы, которая так-же явно не хотела участвовать в этой суете.       — Можете расходиться. — Немного пренебрежительным тоном проговорил Спраут мультяшкам. — Мы с Космо и Астро останемся с нею. — Остальным ничего не оставалось, как неловко попятать вон из комнаты, продолжая делать свои дела.       Шелли выходила последней, и жалостливым взглядом осмотрела их. В её глазах угас огонь окончательно, от чего они напоминали скорее тоску смертную, чем что-то живое.       Слишком быстро это всё рассосалось. Но не проблема с Тишей.       — Тиша. — Вновь промолвив Спраут, осматривая оставшиеся тунов, и поворачиваясь к ней в концовке. — Теперь, я думаю, ты готова рассказать. Так ведь? —       Тиша повторила движения Спраута, тихо сказав:       — Был звук металла, сильного. — начала салфеточница. — Будто сковородкой сначала бетонную стену шоркали. И потом этой же сковородкой пробили стену. Первое что я проглядела были.. Тысячи глаз. — Тут она на миг замерла, пытаясь сопоставить свои недавние воспоминания в слова. — Кривые, как у Губа, угольные, прикрытые, овальные. Мультяшные, в общем. И один глаз по середине. И на нем была будто трещина, которая и делила напополам этот глаз.       Космо лишь тихо ахнул, придерживая свою голову, покачивая головою, пока два мейна стояли и внимательно слушали. В особенности Спраут.       —. И труба. Прозрачная будто бы. Ну знаешь. Как у вот этих вот машин. — Она начала разводить руками в стороны, показывая примерную ширину и длину трубы. — И эта труба потянулась ко мне из невзрачной темноты. Но сначала будто раздумывая. И эта труба в итоге начала тянуться к мой голове. Из неё, кстати, вытекало немного.. Ихора, я полагаю. — Она начала протирать свою щеку, где был виден темноватый след от самого ихора.       Глаза Спраута немного напряглись, а руки облакотили голову об себя, упираясь в тумбочку в пастельно-голубых оттенках.

***

      — Здравствуйте! — Прозвучал звонкий голосок, исходящий из проёма двери. А из этого же проёма выглянул розово-белый шарфик в полосочку. Его лицо было немного напряжено, пока он неловко подходил к Делайле.       Создательница повернулась в сторону клубники, наклоняя свою голову на бок. Её глаза покрывали специальные очки, голубого цвета, а волосы были завязаны в немного небрежный пучок. Две руки лежали на коленях: Левая обычная, правая будто сгоревшая, как в мультиках. Чисто чёрный цвет, и немного деформированные пальцы. На её столе можно было мельком разглядеть красную, и синюю краску. Взрослый человек занимается рисованием? Спраут даже на момент подумал, что те рисунки от детей не настоящие, и их рисует Делайла. Но быстро выкинул эти мысли, потому что он своими глазами видел детей, рисующего его же. Делайла ещё не говорила ведь о том, что шоу запущено, и показывается по телевидению. А может, то что они недавно фоткались, со всеми остальными мультяшками, это был трейлер?..Что он хотел сказать… О тревоге.       — Я... — Он оглядел её получше. Её щёки были худые, с большими ямочками. Темная рука постукивала указательным пальцем по колену. После дальнейшего продолжения диалога мультяшкой, когти немного впились в штаны, прекращая любые движение рукою, кроми лёгкого трясения. — ..Переживаю за вас.       — Ну-Ну. Спраут. — Проговорила она миловидным голосом, прижимая скрещённые ладони к щеке, качая головую. — Будь спокойнее.       — Почему у Артура. И наших Хэндлеров нет такового тоже?       — Я лишь немного отличилась от них, но я очень рада что ты переживаешь за меня. — Её ладонь приблизилась ко рту, прикусывая пальцы левой руки. У неё такая манера в разговоре всегда. То ли она задумалась, то ли что? Но она лишь проговорила сквозь зубы, немного невнятно — Это очень хорошо.       — ...Я все ещё переживаю! — Воскликнула клубника, а на его глазках немного наворачивались капли детских слёз. Хрупкое тельце сжалось, немного трясясь. Лицо за очками нахмурилось. Ей ничего больше не оставалось, кроме того как подойти к нему, сев перед ним на колено, и погладить его по левой лопаткой правой рукой. Из-за резкого, пробирающего холода, у Спраута пошли мурашки, и открыв уже свои заплаканные глазки, он мигом убежал, как только увидел её взгляд за очками.       — Ну-ну. — Проговорила Делайла, лишь довольно улыбаясь. Вскоре, она возвратилась к своей работе, которую оставила недавно.

***

      — Спраут! — Вскрикнул Космо, немного тряся своего друга за руку, заставив прийти его в чувства. — Ты опять от реальности отошёл?       — Да.. — Помялся Спраут. — Наверное...       — Бро, я за тебя переживаю!..       — Ну-ну.. Броо! — Тот положил твои ладони, на голые плечи рулета. — Чесн слово. Переживать не стоит.       — Как скажешь.. — Прошло пару секунд молчания между ними, пока рулет не продолжил. — Ты про Тишу не забывай, хорошо? — Спраут резко опомнился, повернувшись к Тише, возле которой сидел Астро. Её лицо было немного грустным, как-то ей не характерно такое. Она не была раздражена таким поведением от Спраута, но она лишь покачала головой, как только он повернулся в её сторону.       — Спраут. Космо. — Она тяжко выдохнула. — Можете выходить.       — Нет! — Непривычно воскликнул Спраут, переманив всё внимание находящихся в комнате на себя. —. Мы выйдем. Но вернёмся с лекарствами, да, Космо? — Спраут схватил за руку Космо, быстро выбегая из комнаты со своим бедным другом, который почти не успевает за ним подтянуться.       — Мне его в некоторые моменты жалко. — Проговорил тихо Астро, покрывая трясущейся от холода Тишу пледом.       А Спраут, с Космо, уже находились на кухне, выдохшийся, набирающие побольше кислорода в лёгкие. Пока Космо всё еще продолжал, Спраут кинулся к полкам, отодвигая в сторону муку, и соду. За упаковками для готовки стояла маленькая баночка, наполненная черно-белыми пилюлями. Он быстро проглотил две, запивая водою из-под крана, и наконец выдохнув. Спраут облокотился всем телом об тумбочку, урегулируя своё дыхание.       — Спраут! — Из-за беспокойного голоса младшего, старший вспомнил что он здесь не один. — И часто ты пьёшь эти. Таблетки?       — Я же говорил что всё хорошо. Просто. Ох. — Он схватился за голову, от лёгкого приступа боли в голове.       —. Спраут?! — Рулет подошёл ближе к клубнике, пытаясь вновь привести его в чувства, тряся.       — Космо. Ты помнишь как мы все вместе прятались в подсобке. — Резко начал Спраут. — А потом выходили через дырку в шкафу, в другую комнату. Чтобы плохие дяди, по словам Делайлы, нас не нашли? — Голова повернулась к рулету.       — Я. — Космо задумался. — Я если честно начинаю даже забывать. Об Делайле.       — Я тоже-е. — Протянул Спраут, кладя свою ладонь на плечо Космо, немного притягивая. — А за эти пилюли реально не беспокойся. Она сказала мне пить их, если сильно переживаю.       — А они не просрочены? — Спросив, волнуясь за Спраута, тот придерживал свою щеку рукою.       — Да не-е. думаю. — Голос Спраута немного поменял свою тональность, в которой были нотки сомнения. — Хотя, какая разница, если пью их только я, и они помогают. — Сказав это, он немного потряс баночку, и содержимое в ней конечно же издало громкий звук, напоминающий, на удивление, камушки закидываемые на железную горку.       — Боюсь я твоих рисков, брааат! — Протянул рулет, протягивая свои руки п нему, начав нежно его обнимать, утыкаясь в грудь. — Убью-ю, если продолжишь так делать!       — Эу! — Начал клубничный, с поднятыми уголками губ. Тот схватил его за подмышки, поднимая вверх. — Знаю что не убьёшь!       — Убью!       — Неа!       — Хи-хи. Ой. — Рулет уже начал немного барахтаться в воздухе. — Ладно-ладно. отпусти, пожалуйста! — что и сделал Спраут.       — Пойдём отнесём лекарства, и к остальным? — Спросил старший, немного отдышавшись, и наклонившись к младшему.       — Отнесём, и к остальным! — согласился рулет, взяв растворимый порошочек, лежавший на тумбочке, и набрав в голубую, прозрачную кружку немного фильтрованной, горячей воды из кулера неподалеку. Пакетик, схватив за зубристый край, раскрыл, высвпая содержимое в тёплую ёмкость, а после, перемешивая чайной ложечкой растворимый порошок, из-за которого вода приобрела мутный оттенок, и ещё странноватый запах лекарства. А Спраут. У Спраута был кекс, который он, невообразимым образом уже успел приготовить, пока Космо занимался минутной готовкой лекарства.       — Каждый раз удивляешь. И каждый раз отказываешься объясняться! — Поднимая кружку, рулет пошёл следом за Спраутом, который держал тот самый кекс.       — И сейчас тоже откажусь. — Космо на этот ответ лишь обиженно хмыкнул.       Добравшись до комнаты пострадавшей, замечая Астро, который все это время продолжал с нею мило беседовать. Те обратили внимание на долгожданных посетителей комнаты чистюли, которой и протянули мутную воду. Она проговорила: С богом. И разом выпила содержимое, ахая после последнего проглатывания жидкости. Неприятные лекарства, но что поделать, если приходится, ради здоровья.       — Астро. — Клубника повернулся в сторону луноликого, оставив перед Тишей так-же кекс. — Пойдёшь с нами, или здесь побудешь?       — С Тишей. — промолвил Астро, перед тем как отклонить голову назад, прикрывая свои усталые глаза ладонью, протирая их. — С нею спокойнее.       — Как тебе лучше. — Проговорил Спраут, держа за руку и таща за собою рулета к выхожу из пострадавшей комнаты. Хлебобулочное удивилось этой внезапной спешке, но доверяя ему, не стал спрашивать ни о чем.

***

      — Дэндикус. — с явным напряжением в голосе проговорила имя виновника происшествия, но тот лишь грустно взирал в пол, стараясь глаз не поднимать на бело-розовый шарф. —Ты сильно ранил Сидли. Тебе стоит попросить прощения. — Спраут лишь немного оглянулся на женщину, явно не в восторге от своей же фамилии.       — Я не хотел… — тихо протянул цветок, пока его радужные лепестки были опущены вниз, закрывая его большие, наивные зрачки.       — Прощения! — Повышая тон. — Данцифер!       — Тетя Делайла. Может не стоит так на его давить? — Начала жертва защищать нападавшего. Руки спраута были сильно исцарапаны от явно чего-то колючего, ничего иного не дано. Из неглубоких ран немного протекала почерневшая, вязкая жидкость, которая не спешила сбегать.       — Ему стоит наконец-то научиться этому. — Её голова повернулась в сторону Сидли, а её глаза были прикрыты теми же очками. — Он главный из вас. Он обязан научиться брать ответственность, как бы ему не хотелось!       — Прошу! — Начала жалобно молвить клубничка, немного дергая за левую руку создательницу, которой явно было все равно на просьбы.       — Ну-же. — Она отвернулась от клубники, старавшего прекратить конфликт, к цветку. — Не жди пока всё прекратиться. —Пр.

о.

ст.

ишь…

?

            Я прощаю тебя в любом случае.

Промолвив это, тот протянул ему в руки свежеиспеченное печенье, покрытое шоколадной крошкой. Вероятнее всего с нежной, клубничной начинкой, как любит делать он. На его лице была лёгкая и искренняя улыбка. Он ненавидит конфликты, особенно если они не нарочные. Он видел, что ему нет смысла воевать с обидчиком, то как обидчиком тот стал вовсе случайно. Цели, так сказать, не было. Ему жалко его. Но жалко лишь у осы, кем и является цветок.

***

      Всё, кроме пострадавшей, и сидящего у неё, сидели у многолетнего древа. Артур упомянал часто о том, что это дерево старше всех находящихся людей, и нелюдей. Даже его самого, с его то годами! И каждый год дерево лишь незаметно растёт, со стабильностью отпуская свои листья со сезоном, и так-же с сезоном создавая. Под ним даже приятный тенек, а за деревом. Свет, солнечный свет. Мультяшки лишь подозревают, что это симуляция неба, учитывая то, что никогда не капал дождь, или снег. Или это лишь странные совпадения, которые не имеют особого значения сейчас.       Сейчас, особое значение имеет чаепитие, ради которого все и собрались здесь, кроме ранее упомянутых мультяшек. Два поворёнка успели наготовить любимое лакомство всех тунов: Печенье, посыпанное шоколадной крошкой, теплое, и вероятно с клубничной начинкой, что и делает это печенье особенно вкусным, и любимым для детворы, и мультяшек.       Свежеиспеченные печеньки с особой страстью умянал Губ за обе щёки, пока Шримпо сидел рядом, и дул щёки, проговаривая про себя, как ненавидит выпечку, чаепития, и это дерево!       Остальные стабильно наслаждались таким угощением, не стараясь поддаться дофамину в ихоре, ну, не считая Губа, ему можно. Кроме Денди. Он неторопливо брал печеньки, и где-то пару минут съедал одно печенье, и так же запивал ягодным чаем без сахара.       Его взгляд был направлен в частности на Брайтни и Шелли. Пока у первой дела шли на вид хорошо, то как она что-то с интересом рассказывала рядом сидящей карманнице, у второй. Она была будто сжата: Ноги неловко прижаты к друг-друг, взгляд всё еще был угасший, а сама она немного покачивалась. Но печенья она с радостью уплетала, чувствуя это мимолётную заботу от двух близких ей мультяшек.       Но, взгляд Данцифера уловил мельком повар, почувствовав что-то неладное.       — Денди? — Спраут почувствовал, как сердцебиение цветка была очень тихим, но оно участилось как только его имя окликнули. — Кого так осматриваешь?       — Да так. — промолчав пару секунд, переводя взгляд на Спраута, он продолжил. — Сижу, не нагляжусь. Состояние у Шелли интересное.       — Открытый ты, Данцифер. — Он немного подполз к цветку, наклоняя голову. — Ну-ка, и что думаешь?       — . Почему-же тебя это так интересует? — С отверженностью произнёс цветок, уводя взгляд от ягоды перекатывая свои зрачки.       — Ты поменялся, как только гарденвью закрыли. — улыбка на лице Спраута, от недавнего разговора с Космо пропала, превратившись в чутка напряженный лик, с полузакрытыми глазами. Он поднял бровь, как только продолжил говорить. — Мы это заметили. И на Тишу тебе плевать было, когда её состояние ухудшилось. И сейчас, ты со странным интересом разглядываешь пострадавшую Шелли, от увиденного.       — Чего ты хочешь. — Отрезал Денди, как только Спраут сделал долгую паузу в диалоге.       — Ответа. — Его гримаса стала более расслабленной, а брови грустно поднялись вверх. — Ты стал мельком похож на Делайлу в моментах. Ты всё ещё переживаешь из-за закрытия гарденвью?       Дыхание Денди на момент замерло, как только тот промолвив «.Похож на Делайлу.». Но после вопроса, он с облегчением выдохнул, и ответил он с расслабленной улыбкой и прикрытыми веками глазами.       — Да-а. — Протянул Денди, с жалостливым тоном. — Ты прав. Кошмары мучают по этому поводу. — Он приобнял себя. — Но не переживай!       — Суховато как-то. — С ноткой сомнения продолжил Спраут. — Не лжёшь?       — Печенье вкусное, спасибо тебе зп заботу. — Закончив диалог таким льстивым комментарием, то медленно встал и, немного сутулясь, пошёл в стороны своей комнаты.       Спраут лишь со вздохом проводил его взглядом до фисташковой двери, с частыми чёрными узорами, и переместился обратно на своё место к хлебобулочному. Он не был удовлетворён этим диалогом, и поведением Денди.       Но, все вокруг счастливы? Лица их расслабленны, а их рты активно ведут разговоры о всяком ненужном, но интересном. Кто-то тянется к следующим печеньям, а кто-то Шримпо, вечно напряженный от злости тун, который сейчас был немного спокоен, что и заметил Спраут по его расслабленным бровям, и не бегающим зрачкам по всем. Вот и чем был доволен Сидли, и это на весах явно имело больше веса, чем радужный. Но. «Он ведь и в правду переживает из-за этого? Правда была в его словах? Как же щас хочется побежать к нему, и заставить его невольно ответить на все его вопросы. Но я терпелив.»