"БлЭс" или история о живучей девушке...

      На следующий день всё происходило так, как расписал месье Деко.       Осмотр, сбор, прощания и взаимные наставления мы оставим в прошлом, так что перейдем к моменту, когда Тер подходит ко второму автомобилю в небольшой веренице у здания, так как именно туда её отправил Стефан Смит, «командир всего вот этого», как назвала его в мыслях Эс. —Доброго утречка, мальчики! –сказала Тер, когда подошла к авто. —У вас пополнение. –улыбнувшись дополнила она, чем вызвала одобрительный гул с их стороны. —Милости просим! –сказал один, открывая дверцу и подавая ей руку.       Запрыгнув, Тер присаживается на свободное место и снимает надоевший платок с головы, оставляя его на плечах. —Это Денни, это Финн, здесь Гарри, а я Рик. -закончил парень рядом с которым она села. —Я Эстер, будем знакомы. –она протянула руку для приветствия Рику, а другим кивнула. —И как такую птичку занесло в наши края? –спросил, сидящий напротив неё, Денни. По интересному и уже привычному мягкому акценту легко догадаться- француз. —Птичка перелётная, захотелось- она и прилетела. –ответила Тер и услышала смешок, который был перебит заводящимися моторами… ***       Через несколько дней стало известно о налёте цеппелинов на Британию, из-за чего Эс на время потеряется в мыслях. Всё происходит слишком быстро. Потом выйдет из огромной палатки, где обычно собирались вечером, и попытается выйти из этого странного состояния переработки всех новостей, но за ней увязался Рик. Как оказалось это было не такой серьезной проблемой, потому что через несколько минут на дороге, ведущей к импровизированному лагерю, появился темный неизвестный автомобиль. —Рик. –ухватившись за его локоть, остановила Эстер. –Нам нужно обратно. —Зачем? –в недоумении уставился на неё парень. —Ты когда-нибудь чувствовал на себе чей-то взгляд и пытался сделать вид, что это не так? –поворачивая его в обратную сторону, в прогулочном, но скором шаге, двигалась она. —Эм…нет? —Девушки частенько так делают, когда на них пялятся, это так, на заметку. —О чём ты? — всё ёще ни черта не понимая, глядел на неё Рик. —На дальнем пригорке, его видно с поворота, стояла машина, а когда мы прошли мимо, она двинулась. У нас несколько минут. –заключила Тер и рванула к палатке главных, как только до нее осталось несколько шагов. По её предположению, раз они крадутся, то им потребуется время, чтобы бесшумно проехать мимо. Вариант того, что это случайные проезжие отметался, ведь кто стал бы стоять на военной границе, тем более на возвышении. Либо придурки, либо…       Обойдя все формальности, одновременно с этим пытаясь успокоить сердце, она произнесла: —Мистер Смит, неизвестные на автомобиле движутся в нашу сторону. Похоже началось…       И хотя она не уточнила что именно по её мнению начиналось, старший состав решил не испытывать судьбу и уже в мгновение объявил о боевой готовности. В это время Тер в общих словах объяснила Стефану Смиту, что она увидела, на что он только кивал головой.

*Запас, к которому её приписали, не шёл на Ипр, а остановился на отдалении от военных действий. Они были примерно на одинаковом расстоянии от двух огневых точек, но ни с французских позиций, ни со стороны бельгийского Ипра просьб слышно не было. Поэтому за такой короткий срок не произошло никаких происшествий и всё было относительно спокойно.

      Ужасная тишина, прерываемая чьими-то шагами, кашлем и тихим бренчанием оружий, была в новинку половине солдат. Счёт велся уже на секунды, потому что звук мотора начал приближаться. Но те, кто был снаружи узнали о незваных гостях по очереди. Автоматной очереди со стороны дороги.       Из машины выпрыгивают шестеро и быстро делятся на три части, отстреливаясь при этом по пути.       Как только прозвучал первый одинокий выстрел, Эстер непроизвольно дернулась и пригнулась, пробираясь за своей сумкой, ведь та, что лежала здесь, была экстренной и, если честно, мало помогла бы в серьезном случае. Казалось бы, чего волноваться, всего 6 человек, но звук перестрелки до сих пор не останавливался.       Андерсон решает выйти через второй ход, который выведен внутрь круга палаток. Чтобы дойти до своей ей требовалось проскочить мимо небольшого открытого пространства между тентами и пройти ещё пару метров, потом снова пройти через ход, но уже внутрь места назначения.       Но стоит только пройти Эс внутрь и выпрямиться, становится понятно, что она здесь не одна, но обратного пути нет— её уже взяли на мушку. Пока один говорил что-то на непонятном языке, второй подошёл к Эс, которая уже держала перед собой руки. —Чёрт. Я доктор, док-тор, понимаете? –пыталась достучаться до них она, пока её тянули за локоть. —Вот же… опять во что-то вляпалась… —Что ты говоришь? –громко спросил у нее иноязычный незнакомец, но она не поняла вопроса.       Её подвели к выходу, по всей видимости для того, чтобы в них не стреляли. Но они медлили, что начало выводить Эс, но с другой стороны с такой порцией адреналина, грех жаловаться на время для размышлений, правда руку больно сжали, но это ничего. Пустяки.       Если бы инстинкт самосохранения работал и фантазия была бы менее развита, то Эс молчала бы в тряпочку, но, согласитесь, Бирмингемские приключения либо убивают, либо делают сильнее. Так вот, учитывая эти похождения мозг героини выбрасывал самые разные варианты развития событий, отметая, конечно, свою смерть. Фокус с разоружением вряд ли закончился бы хэппи-эндом, поэтому пришлось тупо стоять, пока… —Оу, я чувствую, вы парни серьезные…-сказала она, почувствовав дуло меж лопаток. —Может без глупостей? –дополнила она, но её дернули на улицу, где их встретило множество винтовок. —Дерьмо…-шикнул Рик и посмотрел на Тер. —Они не знают язык, советую стрелять по колёсам, мальчики. –милым голосом говорила Тер, за что получила предупреждающий толчок, но пистолет все же убрали, точнее направили в другую сторону. Но по колёсам стрелять не торопились. Во первых, чтобы не делать резких движений, а во вторых- была надежда, что их обезвредят, а целый автомобиль с неба не падает.       На самом деле, из шестерых человек английский, пусть и не в совершенстве, знали двое. Один из них, точнее его тело, лежало в нескольких метрах от авто, а вот второго взяли, что ни на есть, тёпленьким. Его то и привели на «странные переговоры». В идеале был бы бесполезный обмен, бесполезный, потому что их всё равно убьют, а вообще всё шло не по плану. Хотя кто кого обманывает, не было никакого плана.       Наверное этих людей сюда заслали, чтобы потревожить, засеять сомнения, а может и за документами, потому что те, кто взял Эс, какие-то бумаги и искали, правда не там, где нужно, но искали.       Шестеренки в голове Рика крутились быстрее, чем когда-либо. Ситуация напряжена тишиной и бездействием, никто не знает, что будет в следующее мгновение.       Вместе с биением сердца Эс начала чувствовать удары стрелок часов. Рука, которая сжимала её локоть, ослабила хватку, что немного напрягло Эс. Как оказалось не зря. В мгновение рука вовсе отпускает Тер, от чего Эс немного дернулась вперед, но он хватает её за волосы. Слышен писк, а потом злой рык, который и стал спусковым механизмом для действий. Вцепившись левой рукой в предплечье держащего, она с силой наступила на его ногу. От боли он согнулся, что было вполне очевидно, но не для Тер и она нагнулась вместе с ним. Его напарник уже лежал рядом, а вот Тер пришлось еще побороться. Ударив коленкой ему в лицо, Эс наконец отходит, потому что его руки теперь нашли другую работу- тщетно пытались удержать свой нос. —Ух, вот это да. –поднимая голову к небу и держа макушку, просвистела Тер…       А ведь еще не вечер. Ранено было только двое, одного пуля «поцеловала», легонько проскользнув по плечу, а другому досталось чувствительно, но тоже жить можно. Обработав и сделав свою работу, Эс двинулась к другой палатке, но её снова остановил Рик. —Оу, в прошлый раз это закончилось интересно. Что же произойдет сейчас? –острила она. —Ты с ума сошла? –смотря прямо ей в глаза и держа её за плечо, сказал он. —Да. А теперь убери руку с плеча. —Зачем ты вообще туда пошла? —Так, слушай, ты мамочка что ли? Не отнимай моих обязанностей, ага. Всё же нормально кончилось. –снова двинулась к месту назначения Тер. —Нормально? –развёл руками солдат. —А что не так? У нас есть пленный, который говорит на английском, есть авто, а ещё –она остановилась, и тукнула ему в грудь. —считай, что это боевое крещение. Или преддверие, как хочешь.       Покачав головой он уходит в противоположную сторону, а Эс озабоченно выдыхает. Сложив вещи обратно в сумку, она устало трет глаза и выходит. Но скуке нет места. —Эй, вы их карманы проверили? –крикнула она двум парням, которые относили трупы. —Что? –одновременно спросили они. —Я говорю –вы их обчистили? —ещё громче ответила она. —Нет. —Господи…       Этим двоим было не больше 20, это точно. А пока они несли тела, даже не перекинулись словами. —Какие вы ангелочки, я не могу. –покачала головой она и стала рыскать в карманах, пока те отошли.       Сигареты… пожалуй стоит спрятать, хотя она и не курит, но их можно обменять. Зажигалка… О, кошелёк. Мда, не густо… У нескольких были паспорта или удостоверения, черт пойми- всё на немецком. А ещё ножик и фонарик. Интересненько.       Не потеряв любопытность, Эстер Андерсон двинулась к авто. Немного помедлив, она садится на сиденье около водителя. Сначала обшарив и обсмотрев сиденья, она начала вглядываться в панель, но услышала шаги, а вскоре и звук дверцы. —Эстер. —это был Денни. Милый француз с легкими темными кудрями, который быстро нашел нить общения с Тер. —Тебя искал Рик. –смешно, хотя почти незаметно, прозвучали звуки «р», что всегда забавляло Эс. —И что теперь? Если ему нужна медпомощь, то у нас есть ещё двое, кто её может оказать. –напевая последние слова, ответила она. —Ой… –отщелкнув странный бардачок, нечаянно произнесла Тер. —Чувствую себя пиратом или сыщиком.       Они усмехнулись и через некоторое время она вытащила все, что лежало внутри. —Ты уверена, что это вообще можно трогать? —Нет, но мне никто не запрещал. —И не разрешал. —Верно. Держи. –отдав ему какие-то бумажки, она раскрыла карту. —Пометок нет, всё зря. Хотя почему… тут два цветных карандаша, перчатки…ладно, может и правда, я зря сюда полезла. —У тебя все хорошо? —Превосходно, Денни. Пошли к Смиту…       И с этой кипой бумаг они двинулись к нему. Ничего, что они не знали, попросту не было в этих бумагах, но зато появились доказательства для предположений. Карту ей вернули, так что появился новый сувенир, а паспорта и прочее взяли.       Уже к вечеру, когда некоторые собирались к костру, Эс решилась. Затея была оправдана, по крайней мере в голове Тер. Ножницы? Нет, они не должны затупиться, а ещё обязаны быть в чистоте. Нож? У неё есть только маленький, а он для таких целей не годится. Пришлось идти к Денни… —Ма шер ами… лябрюн Денни… —честно стараясь говорить правильно, специально коверкая букву «р», с чувством сказала Эс. —Что ты сказала? –смеясь с её попытки, спросил он, хотя прекрасно понял, что она имела ввиду. —Я говорю: милый мой друг, брюнет Денни… –подсаживаясь к нему, повторила Тер. —Что тебе нужно? —Какой скучный… Мне нужен нож. —Нет. —Почему? —Потому что я не знаю для чего он тебе. Вдруг ты с ума сошла. –подытожил француз смахивая кудри со лба. —Ещё один… Если эту фразу повторит кто-нибудь ещё, то я и правда сойду с ума. Ладно, не хочешь давать, как хочешь. –и она уже двинулась к выходу, но он спросил: —Просто скажи зачем. —Давай так: ты будешь рядом и сам всё увидишь, только дай мне чертов нож. —Клянись, что без шуток и убийств. —Клянусь. –положив руку на сердце, сказала она. —Доволен? —Очень даже. Держи, ма шер ами. — изображая ломаный французский ответил он. —Мерси…       Они вместе пошли к сборищу у огня, но не доходя до него метра четыре, Эстер останавливается и делает «неожиданную штучку»…

*Но немного предыстории: после «головокружительной», в прямом смысле этого слова, потасовки, точнее через несколько часов после неё, в голове Эстер укоренилась мысль- длинные волосы здесь ей не помогут, а только будут мешать и, как оказалось, могут стать решающим звеном в чрезвычайной ситуации. Так вот: после кос волосы лежали волнами на плечах и, насмотревшись на своё отражение, Эс заключает- в любом случае они вырастут, и, закрепив их резинкой в районе лопаток, она решилась…

      Повернув голову вправо, она берет волосы в левую руку и уже через мгновение, полоснув по ним правой, в которой лежал нож, Эстер стоит с копной волос в руке. На звук обернулся «шер ами» и остался стоять с открытым ртом. Рик, который сидел почти напротив, видел, как последние пряди отсекаются с легкого движения Тер.       Вернув нож Денни, который до сих пор не мог вернуться в себя, она уверенно прошла к центру и бросила волосы в огонь, из-за чего еще некоторое время в воздухе стоял противный запах. —Теперь понятно, почему я не говорила? –разведя руки в стороны спросила «сумасшедшая». —Ну же, не молчи. Мне идет? –сняв резинку и помотав головой, спросила она. —Да тебе всё идёт, просто… —Что ты сделала? —перебил его подскочивший Рик. —Как ты вовремя, я как раз хотела спросить у тебя разрешения. Ой, кажется без него обошлась. —ёрничала Эстер, но разгоравшуюся ссору остановил Денни и Рику, чуть ли не пуская дым из ушей, пришлось удалиться…       Через полторы недели часть лагеря отошла к французским укреплениям. Со стороны Бельгии до сих пор ни звука. До середины февраля остальная часть бездействовала и некоторые даже успели пройтись по ближайшему городу, а благодаря Денни у Эс теперь были карамельки. Но вскоре их перевели в местность недалеко от Лилль, что было гораздо ближе к границе.       Кто-то играл в карты, кто-то курил, все чем-то занимались, но почти в полной тишине в углу гадали. —Эстер! Подойди, пожалуйста. —позвал её Ден. —Присядь. Я хочу, чтобы и тебе погадали. —Зачем? –обратив на него взгляд, спросила Тер. —Ладно. Но сразу скажу- кто бы ни гадал, мне на картах всегда выпадает дорога. А у тебя что? —Ох, красавица, нашего француза преследует любовь. Или он её, кто знает. —под смех ближайших, ответил он.       И правда, ей выпала «дорога» и «знакомые места», что насторожило и вроде давало надежду…       Ещё через пару дней они наконец пересекают границу и останавливаются в Ипре. И с этого перелома повествование будет идти отрывками, редкими, но большими мазками, как и всё, что происходило тогда…

***

      Тяжело дышать. Трупы. Где воздух? Кашель заменил дыхание. Паника. Все бегут. Тер, быстро перебегая в окопах, смочила свой горемычный платок водой и надеялась, что это хоть как-то поможет. Вынырнув наконец из-под земли и мало глядя под ноги, Эс бежала в сторону куда шёл тяжёлый туман. Перебегая и не оглядываясь ни на что, она вскоре спотыкается, но не только из-за длинного подола, но и из-за трупа. Они всюду. Глаза разъедает, но ей повезло, она была на задних позициях и успела среагировать.       Что происходит? Нечестная, ужасная, бесчеловечная атака с германской стороны. Они в прямом смысле травили. И не абы чем, а хлором. Но вскоре силы природы дают небольшую ответочку, посылая обратный ветер. Хотя это мало кого убило, они то были в противогазах.       В этот день Эстер, как и многие другие, поняла, что ещё не всё в этой жизни она повидала, поэтому цепляться нужно любой ценой. Уже ближе к какому-то зданию появляется надежда и почти ввалившись туда, она остается еще какое-то время лежать на полу откашливаясь.       Еще несколько дней будут слезиться глаза, несколько недель будет мучать кашель, месяцы будут видеться люди в дымном поле, но только сейчас стоял вопрос— что может переплюнуть это происшествие? И вообще может? И вот от этого действительно шли мурашки.       Средством от хлора стало известковое молоко, которое Тер раздавала выжившим, попутно отнимая у них сигареты. Ночью, под звук шаркающей охраны, казалось, что находишься в туберкулезном рассаднике. Среди этих лиц не было ни одного знакомого. Но вскоре и её забирают обратно. Обратно в часть с оставшимися бойцами.

***

      В одном из перерывов между стрельбой им обещали речь какой-то британской шишки, но, какой ужас, она не приехала. И на воображаемую сцену пришлось толкать Эстер. —Добрый вечер, джентльмены. –окидывая взглядом публику и потирая руки начала она. —Стоит говорить, как тот, кто собирался к нам приехать или по делу? —По делу, Эсси! —Даже не думайте меня так звать, молодой человек, но к вашему мнению я прислушаюсь. —и разжав руки она продолжает. —Каждый из вас, не важно приехал он вчера или с самого начала здесь, должен знать, что у него есть своя роль, но лишь вместе мы добьемся общей цели -мы победим этих негодяев, освободим Францию и Англию и вернёмся обратно домой, прославив Великобританию и её армию! –после этих слов последовали рукоплескания и еще несколько минут длилась речь, которая немного вселила надежду не только тем, кто слушал, но и самой Эстер…       Но снова дорога. Снова неудобное длинное платье, тряска, несколько остановок и неизвестность. Снова дни в тылу, снова роль медсестры, снова смерти. Снова…       Снова февраль. Из изменений только последняя цифра года. Волосы собраны в хвост, на левой руке перевернуты часы, рядом лежит сержант. Пульс в норме. Выжил. Но чтобы это случилось, ей пришлось тащить его под летящими пулями, а потом приводить его в сознания без слов, он всё равно не услышит.       После этого она направляется к главному, чтобы уже в третий раз упросить о форме. Третий раз она просит о брюках и только сейчас, под недоумевающие взгляды она наконец получила то, чего хотела. Но пока стояла, заметила разметку карты, которая была неутешительной. —Стоять. –скомандовал он. —Видела? —Видела… —Мнение. —Много работы. –тоже кратко ответила она. —Да…много работы… иди. — хмыкнув скомандовал новый командир.       Пусть штаны были широки, не страшно- есть ремень, рубашка… рубашка! Эс даже не просила о ней, поэтому засучив рукава и заправив концы, можно смело отправиться дальше…       Вам наверняка интересно узнать о других героях, что же приключилось с ними. Финн ещё в прошлом году (после того, как подравнял волосы странной девушке из своего отряда), отправился на французские укрепления и, возможно, станет участником битвы на Вердене. Гарри… Если честно о нём мало кто слышал вовсе, но после Ипра о нём вообще перестали говорить. А вот Денни почти всегда оказывался недалеко от Эс. А Рику повезло меньше, когда пришлось возвращаться, точнее мелко отступать во Францию, он был прикован к больничной скрипучей койке, поэтому надолго потеряет с ними связь.

***

      1 июля начались движения на Сомме и снова пушки, снова кровь, снова… —Эстер! Даже не думай. –сказал Денни на французском. —Кто сказал, что я буду тебя слушать? –ответила на его же языке Тер. —И давай перейдем на английский, прошу тебя. –пусть она много чему научилась у него, «язык любви» был до сих пор для нее тяжел. —Это опасно. –сказал он уже по английский. —То есть то, что было раньше пустяки? Денни, ты и сам знаешь, что меня никто не заставлял. —Зачем ты это делаешь? –недоумевая спрашивал он. —Не скажу. –немного улыбнувшись сказала она и они разошлись по машинам.       Оказалось страшнее быть может. Ещё как может. Испачканных, кричащих и безмолвных, но с пугающим взглядом в пустоту, мужчин становилось всё больше, но и это был не конец. Их снова куда-то перенаправляют.       Звуки установок, орудий, перестрелки редко стихали. Теперь всё в окопах и траншеях, порой всё трясет, лампы гаснут, материал, который и так экономят, кончается слишком быстро. Ещё быстрее кончаются силы, всё меньше людей в состоянии противостоять натиску. Когда парней из перевязочных начало не хватать, то Эстер решилась…       Доплетя тугие косы, затянув туже ремень, она ползком добирается до места, откуда слышались голоса. «Нога…мама…больно… Боже…» несколько голосов доносилось с разных сторон и понять, кому нужна помощь было крайне трудно. В этот день она прошла своё боевое крещение- вытянув с того света трех ребят и выслушав комментарий начальства, она оттерла грязь и почувствовала на плече руку. Мгновение назад её отчитывал этот же человек, а после него взгляды благодарности послали все присутствующие.       Всё перевернулось 15 сентября, когда на поле вышли танки. —Господи…вот это машина… –сказала Тер, что вызвало понимающие кивки.       Но это было последнее мгновение в этом году, когда Тер чувствовала надежду.

***

      Что случается, когда встречаешься с врагом лицом к лицу? А если под землёй, где ты даже не можешь выпрямиться? Вспомним Томаса. Остановив лопаты их команда слышит звуки… —Твою мать… –срывается с уст одного из них и уже через несколько секунд в этом узком сыром пространстве сойдутся противники. Вот она- паника. В ход идет всё- лопаты, оружие, палки, лишь бы выжить.       Весь в грязи, с широко открытыми глазами, вдыхая грязный воздух, Томас поднимает глаза к небу, но его оглушает взрыв. Он чувствует землю, на лице, во рту, чувствует сжатые кулаки и писк в ушах и до ужаса громкое сердце. Опрокинув голову, он напрягается всем телом. Всё это скоро забудется, боль в мышцах и прочее, он даже не поймет, как выбрался и куда попадет потом, но вот что этому предшествовало- вряд ли пропадет в памяти.       Его кто-то тащит. Медленно волочит. Этот кто-то не идет, а тоже ползёт. Так мучительно медленно течет в глазах Томаса пейзаж. Конечности двигаются, но будто самостоятельно. Судороги. Этот кто-то закрывает Томми рот, который также был напряжен, чтобы хоть как-то помочь ушам.       Этот кто-то мычал. По крайней мере так казалось. Следующий момент- его кто-то тащит, но уже не «первый кто-то», а некто посильнее. —Господи. –сказала Линда- бойкая медсестричка. —Что там происходит? —Лучше бы я не знала. —Что у тебя с рукой? Она в крови! —Столкнулась с кем-то наверху, поцарапал… У него жар. –сказала про терявшего сознание солдата, потрогав его за шею.       Левая рука болела и правда была в крови. С разницей в несколько секунд Эстер тоже наткнулась неприятеля, как и Томас, который в это время был под землей. С простреленной ногой немец пытался убежать, точнее доковылять, но увидев кого-то в форме кинулся на него. Кто знал, что брюки, снятые с какого-то тощего солдата и отданные Эстер, сыграют с ней злую шутку. Симметрично красному кресту на правом плече, на левом теперь красный след от крови и рваная рубашка, которая не скрывает ужасной раны.       Тер не первый год рука об руку со смертью, но сегодня впервые она сама убила кого-то. Она видела его глаза. Удивленные, напуганные, с болью на дне. Он, такой же молодой, запуганный, с простреленной ногой и промытыми мозгами, теперь лежал на том месте и вряд ли его что-то заботило.       После этого и ещё одного спасенного солдата она видит сквозь туман поднимающегося из-под земли человека. Она бы не стала ползти туда ещё больше грязня открытую рану и отрываясь от дороги до Линды- её новой помощницы, если бы этот человек не упал. Знаете, всё было как в замедленной съемке. Дёрнувшись в сторону происшествия она поднимается и ползком двигается к нему. Хоть бы успеть.       Все ноги в синяках, руки по локоть в ссадинах, но ладони максимально мягки. «Тяжёловато…» -мелькнуло в мыслях, и медленно тянув его за собой она как обычно мычала песню. Это действительно помогало хоть как-то абстрагироваться. Она прикрывает его рот и бормочет что-то вроде «тут близко, терпи». Передав его к людям в траншее, тело быстро переносят к Линде. —У него жар…-всё, что успела бросить Тер, прежде чем побежит дальше. Кто бы знал, что зелёные браслеты оказались так близко…       Когда день кончается она еле стоит на ногах и шатаясь приходит к Генри, который досадует по поводу её раны. Генри- ещё один медик, только с образованием. «Латает не хуже портных на Сэвил-роу в Лондоне» -заметила как-то Эстер, на что тот приятно покраснел. Коренной Лондонец он знал эту улицу как «чертовски дорогие костюмы на улице зазнавшихся портных» (хотя костюмы там и правда дорогие, по качеству им не найти равных). —Ты ведь знаешь про столбняк… —нарывы, ампутации, да… Ай! —Терпи. –ответил он на привычную для больных претензию. —Генри… –с кружащейся головой спросила она. —Чего тебе? —У тебя есть сигаретка? —Ты не куришь, если вдруг забыла. —Я знаю. —Ну… тут кто-то оставил… —Дай. Пожалуйста… —Зачем? —Пожалуйста.       Он вложил ей сигарету, поджог её, а потом ждал пока она успокоится от кашля. —Легче? —Нет…-остановившись с зажатой меж пальцев сигаретой, шепнула она. —Зачем они это делают… —Это война… —Нет, Генри, это мне понятно, я же ученая. –посмеявшись, грустно ответила Тер. —Я про сигареты. Дрянь же. —затянув её до половины, она отдала сигарету обратно. —Хей, Генри, ты же не куришь. –улыбнулась на его выходку Тер, после чего сигарета была потушена, а руку оставалось забинтовать. —Но курил. И правда дрянь. Эстер?! –он ловит резко падающую коллегу и держит её за голову. —Так, Эстер Андерсон, я вызываю вас обратно. –легонько бия её по щекам, произнес он.       Перетянув руку, он считал удары сердца, потом немного облил её водой и снова начал тормошить. На втором ударе Эстер начала тихо ворчать. —Хватит меня бить…       Вернув её в вертикальное положение, он спросил: —Ты сегодня ела? —Только не по носу, прошу… и кричи не громко, если собрался… –шептала как провинившийся ребенок Тер. —Твой рацион… —Я выпила кружку воды утром… —И всё? –ожидая хоть какое-то продолжение, ответил Генри. —Ты спятила. И покурила в первый раз в своей жизни. Балда ты, Эстер. Держи. –он протянул ей свой батончик из пайка…       А потом, проводив её, он вписывает Эстер вместе с другими в госпиталь. Об этом она узнает за день до отъезда и будет сильно ругаться с ним. —Хватит с тебя геройств, Эстер, хватит. —Генри, черт бы тебя… –не договорила она, как её злящуюся физиономию приобнял он. —Как всё поэтично. Кто ещё геройствует, Генри, кто ещё геройствует. –выдохнула она на мгновения не чувствуя боли. Как же оказывается не хватало объятий. Она вдохнула и посмотрев в его глаза, но ничего не сказала. Так надо. Так надо…       Она дошла до Денни, которого тоже госпитализировали- два пулевых и вывих. Но он спал, поэтому разжав ему кулаки и погладив руки она успокоила и лицо. Посмотрев остальных она вернулась.       В кузове авто на коленях покоилась голова Денни. Эстер крутила и распутывала темные кудри и напевала колыбельную «Little star» и тряслась вместе со всеми от каждой неровности дорог. Проснувшись уже на месте, она мягко будит Денни и помогая ему встать, оглядывается. —Merde… -всё, что срывается с языка. Но понял только француз, но не стал спрашивать, почему именно «твою мать…» сказала она.       А я скажу почему- она вернулась в тот самый госпиталь, откуда и начала свой путь. Только теперь она с коротким волосами, острым взглядом и в мужском одежде с единственным отличающим знаком- повязке на плече и сумке. А ещё с воспоминанием о гаданиях и «прежних местах»…