Медовый месяц и Мевкибе

Тёмное ночное небо, проглядывающее сквозь окно, было усыпано звёздами. Санем со счастливо-глупой улыбкой лежала на кровати, пытаясь перевести дух и утихомирить дико бьющееся сердце, а заодно и навести порядок в своей голове, которая до конца ещё так и не смогла осмыслить всё, что произошло только что между ней и Джаном. Сам счастливый Джан лежал рядом, несколько настороженно поглядывая на Санем, чьи мысли явно блуждали где-то далеко. - Единственная, ты как? – не выдержал, спросил он, глядя на любимую. Улыбающаяся счастливая Санем скосила взгляд на мужа, тихо хихикнула, даже не пытаясь скрыть своё настоящее состояние. - В шоке… Джан засмеялся. Санем всегда отличалась прямолинейностью. Он повернулся на бок, подперев голову ладонью, с интересом взглянув на жену, которая чуть ли не до подбородка спряталась от него под одеяло. Хотя ещё совсем недавно это самое одеяло было в стороне от них. - Я бы очень хотел знать, что сейчас делается в твоей красивой головушке, - честно признался он. Санем рассеяно улыбнулась, не зная, говорить или нет. - Тараканы роются. - О! – насторожился и одновременно развеселился Джан. – Это твоё состояние нам хорошо знакомо. Может, поделишься, что они там у тебя «нарыли»? - Много нарыли. И ещё роют, - предупредила Санем. – Я тут просто подумала… В свете того, что между нами только произошло… Ну, ты понимаешь… - Понимаю, - рассмеялся Джан, подсказывая. – Мы только что занимались любовью. Санем покраснела. Хотела сделать Джану замечание по поводу его «невоспитанности», но поняла, что в супружеской постели это, наверное, уже не уместно, поэтому решила перейти сразу к сути. - Ну вот в связи с этим самым… Я раньше как-то не рассматривала наши отношения через призму всего вот этого… - И…? – Джан был заинтригован. Фотографическая память Санем тут же «услужливо» пронесла перед её глазами все детали этой ночи. Это сейчас, оглядываясь назад, Санем понимала, что Джан проявил невиданное терпение и выдержку, давая ей поначалу привыкнуть к нему, а затем… - Прости, любимая… Я больше не могу себя сдерживать… - его хриплый шепот и сейчас, при одном только воспоминании, сводил Санем с ума. Она, конечно, и раньше подозревала, что Джан темпераментный мужчина, но даже близко не представляла насколько… И теперь это её слегка смущало, потому что она вдруг посмотрела на их прежние отношения глазами Джана… … и охнула! - Помнишь, вечер презентации? Когда я застряла в окне туалета? А ты меня спас. - Разве такое забудешь?! – рассмеялся Джан. – Ты была такой забавной! - Сразу после этого - когда мы сидели в машине на парковке, ты настойчиво предлагал поехать к тебе. Хотя было уже очень поздно. Ты ещё сказал, что мы могли бы «поспать» вместе… - Санем повернулась на бок и строго испытующе поглядела на «виновато» улыбающегося Джана. – Что на самом деле ты имел ввиду под словом «поспать»? В ответ супруг лишь одарил её хитрой лучезарной улыбкой. - Бессовестный! – заворчала Санем! И тут же спохватилась. - Подожди! А что ты имел ввиду, когда на следующий день привез меня к себе домой, чтобы мы, наконец-то, «стали вести себя как настоящая пара»?! – не унималась любопытная Санем. – Ты имел в виду, что мы вместе поедим пиццу и посмотрим кино, или…? Вместо ответа Джан наклонился к жене, нежно поцеловал её, едва слышно хитро прошептал: «Или…» Но тут же внёс уточнение. - Но тебя спасло твоё признание… Что у тебя до меня никого не было… До меня только тогда дошло, откуда в тебе столько детской наивности и невинности… Я же не думал, что встречаюсь с ребёнком. - Что за глупости! Мне двадцать шесть лет! Я уже давно не ребёнок! – возмутилась Санем. - Это я уже понял, - промурчал Джан, целуя жену в шею. Санем снова расслабилась, поудобнее устроившись на подушке, мечтательно глядя в потолок. - У меня ещё кое-что в голове не укладывается… - Что? - Мы же и раньше спали с тобой в одной постели. Только без всего такого… Как ты себя сдерживал? С твоим темпераментом… Джан сделал невинное лицо, отражающее все тяготы его существования рядом с Санем… - Мне в помощь были мысли о ледяном душе. Но, честно говоря, и это не всегда помогало… - Джан! – в голосе Санем звучало насмешливое возмущение. Затем она с любовью взглянула на мужа, с нежностью провела пальчиками по его лицу. – Всё же хорошо, что мы поженились! Эта ночь была чудесна! - Была?! – искренне удивился Джан, целуя пальчики жены, а затем, наклонившись к её уху хриплым шепотом уточнил, – Санем, эта ночь только начинается… *** Всё же было наивно строить планы на тему того, что они уплывут в путешествие сразу же после свадьбы. Максимум, что удалось сделать Джану и Санем на следующий день – добраться до кухни. Благо холодильник был забит до отказа – спасибо предусмотрительному брату Рифату. В течение недели Эмре с упоением врал тестю и тёще, что молодожены вынуждены были отложить поездку ещё на семь дней исключительно из-за нужд фирмы. Все дружно понимали, что Эмре всё это сочиняет, прикрывая старшего брата, но озвучивать истинную причину задержки Джана и Санем в Стамбуле дядя Нихату никто не хотел, включая саму госпожу Мевкибе, которая прекрасно понимала, что к чему. Ей хватило одного видео-разговора с младшей дочкой, чтобы понять по затуманено-счастливым глазам этой парочки (которые явно нашли друг друга), что Джан отрывается по полной, и из спальни они ещё долго не выйдут. Но дяде Нихату не стоило об этом знать. Когда же, наконец, Джан и Санем отправились в свадебное путешествие, на родителей навалилась тоска. Особенно тяжело разлуку переживал господин Нихат. Он даже завел специальный календарь, в котором черным маркером с утра сначала обводил день, а вечером – окончательно зачеркивал. - Целый год, Мевкибе, - с тоской вздыхал он каждый раз после разговора с Санем по видеозвонку. – А если они на два года решат задержаться? А если с ними на море что-то случиться?! Мы же даже не сможем прийти им на помощь! - Не надо думать о плохом, Нихат! Всё будет хорошо, - как могла, успокаивала мужа Мевкибе, в душе надеясь, что счет этого путешествия всё же не пойдет на годы. И на это у неё были свои предпосылки. Но шел месяц, другой. И хотя Джан и Санем выходили на связь с родителями почти каждый день, тоска по детям не исчезала. Конечно, ежедневная рутина, маленькие бытовые проблемы отвлекали, но не настолько, чтобы убрать тоску из сердца родителей Санем. В этот непростой для них период лучиком света для них стала Лейла, которая однажды сообщила семье радостную новость о своей беременности. И хоть ожидание внука заметно оживило Нихата, по вечерам он всё так же с тоской смотрел на свадебную фотографию младшей дочери, где та была запечатлена с улыбающимся счастливым Джаном. У Нихата к этому зятю было особое отношение. Что греха таить, с одной стороны, он любил Джана, как родного сына. И даже Эмре был ему здесь не соперник. Но, с другой, именно этот «пират» Джан безвозвратно украл у него младшенькую дочь… Однажды вечером, увидев втихаря всхлипывающего мужа со свадебной фотографией Санем в руках, Мевкибе не выдержала. - Да вернутся они, Нихат! Скоро вернутся! – со знанием дела заявила она, возвращая фото в рамке на прикроватную тумбочку мужа. - Когда «скоро»?! - Нихат обиженно отмахнулся. – Через год или два!? Может, они за это время вообще забудут, что у них есть родители! Их и так, вон, уже два месяца, как нет… - Ну да, два месяца, - Мевкибе уселась на диванчик возле окна. – По моим подсчетам, им ещё недели четыре осталось. Как раз хватит, чтобы добраться до Стамбула. Нихат напрягся, непонимающе глядя на жену. Её карие глаза источали уверенность. Было всё-таки в Мевкибе что-то магически-пугающее. Иногда Нихату и правда казалось, что жена знает нечто, недоступное для других. И это пугало. Настороженный Нихат приблизился к жене, сел рядом. - А почему вернутся? Яхта что ли сломается? - Не приведи Господь! – Мевкуш поспешно сделала жест, снимающий сглаз и дурные слова. – Это-то тут причем? - Тогда я тебя не понимаю! – не выдержал, взорвался муж, подскочив на ноги. – С чего ради они должны вернуться раньше времени?! Они же сказали, минимум год! Мевкибе укоризненно посмотрела на мужа. Вот, вроде бы взрослый человек, а порой такие элементарные вещи объяснять приходится… Ну, как ребёнок, честное слово! - Мало ли, что они там себе напланировали! Они вон, сразу после свадьбы в путешествие отправиться собирались, и что в результате? Нихат напряг память. Он всё равно не понимал, к чему клонит его жена. - Через неделю уплыли. Сын Эмре же сказал, на фирме дела были… - Да, какие дела, Нихат? Ну, ей Богу, ты как маленький! - Так объясни прямо! Зачем ходить вокруг да около?! - Хорошо! Объясню! Но ты не сердись! Как есть – прямо скажу! Не посмотрю, что ты отец девочки! – Мевкибе собралась с мужеством и выдала. - Не было никаких дел, Нихат… Просто сын Джан нашу Санем только через неделю из спальни выпустил… Ты их видел, когда они с нами в те дни по телефону разговаривали? Оба шальные были! Ничего же толком не соображали! До Нихата, наконец, дошло о чем говорит жена. Настроение это ему, конечно, не подняло. Хоть Джан и был мужем его дочери, но даже одна мысль о том, что он… Нет! Об этом лучше даже не думать! - При чем здесь это?! – с досадой выдал он. - Да при том! Видно же было, что у этих двоих мозги совсем отключились… Что-то я сильно сомневаюсь, что хоть один из них подумал, чтобы… Ну, ты понимаешь… Я-то думала, что Лейла с Санем на эту тему перед свадьбой поговорит. А Лейла думала, что я это сделала… А если ещё Джан по наивности решил, что Санем этот момент предусмотрела… Вот в результате и… - Что в результате?! Я уже совсем ничего не понимаю! – буквально взорвался дядя Нихат. - И как всё это связано с тем, что они должны вернуться через четыре недели?! Терпение Мевкибе тоже подходило к концу. - Напрямую связано, Нихат! Напрямую! Вот начнётся у нашей младшей дочки токсикоз, зять сам её быстренько и вернёт! Что-то я сомневаюсь, что наш сын Джан будет рисковать – оставлять Санем в таком состоянии на море. Мысли господина Нихата окончательно запутались. - Какой токсикоз, какое «состояние», Мевкибе? – растерянно пожал плечами он, вопросительно глядя на улыбающуюся жену. Но тут, пусть и с опозданием, до Нихата всё же начало доходить, к чему клонит его супруга. - Мевкибе! Женушка! – расцвел в улыбке Нихат. – Значит, говоришь, еще четыре недели? - Я, конечно, не провидица, - самодовольно улыбнулась Мевкибе, - но я бы и три дала. И словно в воду глядела.