Маскарад

— Ваше высочество, я спешил, как только мог, прошу, простите за опоздание, — выпалил распорядитель праздника, низко склонившись перед миниатюрной брюнеткой в лазурно-голубом шелковом платье, обильно урашенном золотым шитьем. На его голос обернулся рыцарь в начищенных до зеркального блеска доспехах. Взглянув на него, Флоримон еще ниже поклонился и произнес: ”Ваше величество”, — но был остановлен властным жестом руки. — Представьте себе, граф, мы до сих пор не привыкли к вашим привычкам: таинственно исчезать, а после внезапно появляться, когда уже никто не ждет. — Недовольно промолвил король, окинув взглядом спутницу де Пейрака с головы до ног. — Хотя надо признать, тут вы нас… Впечатлили. Кажется, я проиграл по вашей милости пари. Ну что же вы застыли, представьте же свою спутницу! — Рыцарь уже внимательно рассматривал стрытую под маской Мари-Анж. Дофина и ее окружение тоже устремили полные любопытства взгляды на девушку. — Позвольте представить вашему величеству, моя кузина из Америки, мадемуазель Мари-Анж дю Лу. — Взяв за руку мадемуазель, отрапортовал Флоримон. Мари-Анж опустилась в изящном реверансе, во все глаза глядя на живого, так близко стоящего монарха, раздумывая, достаточно ли почтительный ее реверанс, и как надо себя вести перед королём, переодетым в рыцаря. И вообще, не ослышалась ли она. — Мы рады вас приветствовать, мадмуазель дю Лу. Если бы я не знал о вашем существовании, то подумал бы, что граф де Пейрак вас неправильно представил, вы действительно похожи на вашу тетю. Впрочем, не будем преждевременно делать выводы, подождем, пока вы не снимете маску. Я даже могу сказать, что узнаю этот наряд, — тихим голосом продолжал король, казалось, погрузившись ненадолго в себя. — Теперь я начинаю понимать, почему мадам де Пейрак была так немногословна на прогулке. Месье де Пейрак, теперь вы можете со спокойной душой выполнять свои обязанности распорядителя праздника, коими вы пренебрегали весь день. — Даже не удостоив взглядом де Пейрака, король настойчиво протянул руку Мари-Анж. — Мадмуазель дю Лу, было бы преступлением оставить вас сегодня дома. И всё же, графа де Пейрака стоило пожурить: в который раз он оставил нас в неведении! К тому же он, наверняка, сам уже успел показать вам наши сады и фонтаны. Надеюсь, мадемуазель, праздник вам понравится. Дамы... — Прощаясь лёгким наклоном головы в сторону дофины и Мари-Анж, король быстро удалился. Вслед за ним ринулась вся ряженая толпа, и вокруг Мари-Анж внезапно образовалась пустота, изумленная девушка уставилась на черно-белую плитку на полу, где только что, куда ни посмотри, были юбки всевозможных цветов и сапоги с богато украшенными отворотами. — Бедняжка, вы, наверняка, уже страшно устали,— шепнула дофина, и увлекла Мари-Анж в сторону окна. — Присаживайтесь на подоконник, так многие делают, — предложила принцесса Мария-Анна, и, указывая на своих совсем еще юных фрейлин, продолжила беседу. — Мы хотим, чтобы вы в двух словах рассказали, что вы видели в садах, пока добирались сюда. Нас почти никуда не пустили во время дневной прогулки. Там идут приготовления? К чему?       Мари-Анж и не заметила, когда Флоримон покинул их. Шепотом в разговоре с дамами, отдыхая от беготни по садам и дворцу, приоткрыла завесу тайны, тщательно охраняемую по приказу распорядителя праздника. Куда днём не пустили придворных, девушка смогла пройти, сопровождая кузена. Она едва успевала отвечать на посыпавшиеся вопросы, когда зазвучало торжественное музыкальное вступление. — Ну вот и конец нашим переживаниям! — Заметила со вздохом дофина. — Пора продемонстрировать все отрепетированные с месье Бошаном па. Мадемуазель дю Лу, мы приятно провели в вашей компании время, я не дала вам в полной мере насладиться балетом, но вы уж простите моё любопытство. Говорят, король не танцует в придворном балете уже почти десять лет.       Прозвучала увертюра во славу величия монарха, и немногие из придворных вышли на импровизированную сцену в центре зала. — А мне-то далеко до кабриолей и элеваций, а фуэте вызывают головокружение. Балет с участием моего супруга мы сейчас увидим. А потом будет куранта и павана, в которых я участвую, это все часть одного спектакля. Мы со свитой обычно располагаемся с правой стороны, и после каждого танца возвращаемся, — делилась принцесса. Вы тоже ждите там, между выходом и колонной. А вот и месье де Пейрак... — Едва успела дофина раздать указания перед выходом на сцену, как оркестр заиграл куранту.       Танцующие придворные моментально разделились на две половины, словно расколотый орех, пропуская ряженых королей и королев прошедших эпох, устремившихся к сцене. — Такое на ярмарке не увидишь, впрочем, как и следующий танец,— шепотом произнёс Флоримон,— Красиво, но сложно, да и не для всех. Пользуясь счастливой возможностью, прошу вас составить мне пару в гальярде, мадмуазель дю Лу,— с интересом наблюдая изумление кузины, предложил Флоримон. Девушка кивнула, не отрывая взгляда от танцующих, поражаясь отлаженным движениям скользящих по залу. Поклон, пара шагов, поклон, шаг навстречу друг другу, и расходятся,— и всё это сопровождается замысловатым рисунком фигур и рук, особенно рук! Здесь полный поворот, потом дорожка из шагов, и снова реверансы и поклоны. Все, что происходило в зале, вторило величественному балету на сцене. — Я поражена до бесчувствия, боюсь оплошать, — пробормотала Мари-Анж, когда зазвучали первые аккорды для третьего танца — гальярды.       Шаги, прыжки, снова шаги к друг другу, разворот. Несмотря на кажущуюся тяжесть наряда, девушка, словно веселый эльф, легко справлялась в выбросами ног и подскоками, придерживая золотое платье. Ее партнер был высок и ладно скроен, и, казалось, они даже дышали в унисон. Улыбаясь друг другу, пара двигалась по кругу.       Они и не подозревали, разгоряченные танцем, что в бальном зале их преследовала не одна пара глаз… — Мадмуазель, думаю, вам это будет интересно, — раздался шепот рядом с Дианой, нервно постукивающей ладонью о колчан со стрелами. — Он приехал сегодня с кузиной. Она из Америки. Как две капли воды похожа на нее, на тётю, то есть. Забавная она, понравилась дофине. — Во что одета, как ее узнать? Не та ли, что отплясывает с Флоримоном? Где остановилась? — Посыпались вопросы от заинтересованной охотницы. — В золотую парчу и кружева. Сияет изумрудами, да, это она. Ночевать, скорее всего, не останется. — Присматривай за ней по возможности неотлучно, ты мне около нее пригодишься.       "И как такое в голову могло прийти!? Эти воспоминания, словно змеиное гнездо, притронешься — ужалит!" Размышляла Анжелика: — "Наряд, что в прошлое заставит обернуться". Надо признать, на славу постарался! Неужели тогда я была такой же легкой и беззаботной? Неудивительно, что сегодня многие взоры обращены на эту пару. Флоримон, без сомнения, заслуживает нагоняя, но боже, как же восхитительно они смотрятся вместе! Кажется, Мари-Анж смотрит на своего кузена как... Что это, признательность за приглашение на праздник или что-то большее? От её счастливой улыбки и нежного, дразнящего смеха, веет глубоким чувством и тайной. Неужели наша девочка видит во Флоримоне своего кумира, свою любовь? Где и когда зародились эти чувства, что уже нельзя не заметить? А мой сын, как к этому относится мой сын? Он истинный придворный, ему не нужна маска, чтобы скрывать свои мысли и чувства, что думает он по этому поводу? Будет ли он откровенен, если спросить его об этом? Как там сказал король, «самая лучшая из птичника»? Кому-то сегодня не поздоровится, если узнаю, что чувства девушки нашли хоть малейший, ни к чему не обязывающий отклик…"       "Она смеётся так заразительно, что даже немного завидно, — заинтересованно разглядывал пару король. — Флоримону повезло вызвать столь счастливый смех у своей дамы. И над чем смеются? Стоит и мне попробовать вызвать улыбку Анжелики, вместо того, чтобы часами занимать ее обсуждением финансов и торговли. Поначалу казалось, что так проще ее заинтересовать, она охотно высказывалась, часто увлекаясь так, что совсем забывала об условностях, не раз он ловил себя на мысли, что упустил момент, и каждый раз ее неожиданные, но очевидно точные и справедливые суждения изумляли, снова и снова переворачивая его представления о предмете разговора, каким бы он ни был. Она уезжала, и снова он ощущал пустоту от невысказанности, заверений дружбы уже было бы не достаточно. Так или иначе, ее место при дворе, рядом с королем Франции, таково ее предназначение: она поможет ему изменить мир, и он возглавит его. Король нашел взглядом Анжелику, она тоже пристально наблюдала за своим старшим сыном и его спутницей. Что бы не хотел продемонстрировать Флоримон этим спектаклем, но хорошо, что он привел племянницу, она интригует, да и не помешает ее приблизить ко двору, а вслед за ней и остальных детей, тогда прекрасной графине некуда будет отлучаться. А ведь подумать только, она действительно похожа на Анжелику. Интересно, только ли внешне…"       После танца Флоримон и Мари-Анж устремились вдохнуть свежего воздуха, смеясь и переговариваясь. На ходу захватили бокалы с лимонадом и устроились у открытого окна. К паре присоединились друзья молодого графа, и сразу же Анн-Франсуа пригласил девушку на следующий танец. Ещё поворот, ещё шаги, смена мелодии, и её партнёр теперь де Шатор. Мелькание проплывающих рядом пар, шуршание платьев, улыбки и смех, запах лепестков, рассыпанных под ногами, огромные, сверкающие люстры над головой, освещенные, казалось, тысячами свечей,— всё завораживало и окрыляло. Бернар изначально предупредил, что путает, с какой ноги надо уходить в поворот, а потому, боясь отдавить партнёрше ноги, танцует лишь те танцы, где можно схитрить. — Легко же запомнить, по-другому нельзя, иначе собьетесь! О, вы дурите меня! — Я предположил, мадмуазель дю Лу, глядя на вас, что вашей грации хватит на двоих. Давно всем известен мой страшный недуг: две левые ноги, говорил мой первый учитель танцев; две, но правые, был не согласен учитель второй; а третий обзывал медведем! — Это было давно! Мы все с этого начинали когда-то! — Вспомнив свои первые уроки, Мари-Анж рассмеялась, сама качнувшись медведем при повороте. Не смотря ни на что, тщательно соблюдая рисунок танца, пара скользила по полу, шутя и смеясь. Мелодия стихла, поклоны-реверансы и снова смена партнёров. — Ваша улыбка озарила бальный зал, а смех так задорен, милая мадмуазель, или мадам? Такого веселья очень долго не случалось при дворе, откройте тайну маски, скажите, кто вы? — Спрашивал царь зверей с огромной завитой на манер парика гривой. — Но месье, маскарад только начался, стоит ли так рано раскрывать все секреты? В час фейерверка я, как и все, буду с открытым лицом наблюдать за игрой огней в небе. — Успела сообщить Мари-Анж, перед новым поворотом. — Тогда дайте мне подсказку, есть ли супруг, который ревностно следит за вашим танцем? Не могла же столь дивная красавица прибыть без надёжной охраны! — Вернулся к разговору лев, думая при этом о том дне, что случился много лет назад, казалось в прошлой жизни, когда он впервые увидел это золотое платье. Хозяйка дома тогда поразила своим богатым нарядом и красотой не одно сердце. И вызвала много завистливых взглядов. — Вы угадали, месье, я не одна на празднике, за мной целый взвод присматривает, неизвестно только, для чего! — В зале собрались разбойники всех мастей, стоит только оглянуться и присмотреться. Я лишь вас не знаю, прекрасная маска, а остальные мне известны без прикрас. — Ну, так ряженые разбойники, я уверена, безобидны в столь сказочном месте. — Как знать, что скрывается под маской. Спрятав лицо за куском ткани, люди вершат порой невообразимое, не боясь быть узнанными. — "Какое милое и ещё наивное создание. Бесхитростна, и ничем не омраченное настроение. Глоток свежего воздуха среди болотных миазмов." — В столь чудесный праздник они не решатся на плохое. В этой сказке нет места чудовищам…       Новые маски, знакомства, реверансы,— и всё это в центре бальной залы сказочной красоты. Портьеры, мебель, канделябры и даже ароматные свечи,— в бальной зале все мерцало золотым светом. В галерее в золотых клетках засыпали певчие птицы. Куда ни посмотри, блеск начищенных лат и сверкание драгоценностей. Грозный лев неспешно проводил её на балкон, где собрались те, кто хотел смотреть пьесу, устав от танцев. Каким-то чудом они нашли среди придворных Анн-Франсуа и Бернара. — Я не ошибся, это ваша охрана ?— Тихо спросил провожатый. Девушка кивнула в ответ, и царь зверей с поклоном удалился. Ожидая представления, Мари-Анж растерла в ладонях лист, который сорвала с очень маленького дерева необыкновенной формы. Оно росло в большом замысловато гравированном серебряном кувшине, девушка хотела убедиться, что дерево настоящее. Затем принюхалась к гирлянде из неизвестных ей цветов, что обвивали колонны балкона. — В первый раз попав во дворец, где остановился король, находишь всё необыкновенным,—проговорил Анн-Франсуа.— Вам же выпало оказаться здесь в праздник, когда вся роскошь выставляется напоказ, чтобы поражать и восхищать приглашенных. — Красиво, такое обязательно надо увидеть своими глазами, хоть раз. Стало как будто темнее, или мне кажется?— Оглядываясь вокруг, пробормотала девушка. — Смотрите вниз, время для следующего представления!       Площадка внизу осветилась огнями, оставляя балконы верхних этажей в полумраке уходящего дня. Небольшой оркестр расположился в арочном проёме и возвестил о начале представления. С этого момента суета вокруг перестала существовать для Мари-Анж: она всей душой погрузилась в пьесу. Стоя у перил, она не раз за них цеплялась все сильнее, переживая за героев. Маска, закрывающая половину лица, не давала полностью наблюдать за терзаниями красавицы, но было очевидно: игра актёров заставила её сопереживать. К Мари-Анж незаметно подошёл Флоримон, приняв скучающий вид. Он уже видел эту пьесу, а потому решил держаться в тени колонны, что являлась спасением от любопытных взоров, и обратил всё своё внимание на кузину. Хотелось обнять её, успокоить, приласкать, быть может, посмеяться над её переживаниями за героев, но он не посмел, а так хотелось. Теперь она была где-то там, среди огней сцены, такая взволнованная, трогательная, настоящая. Ей нет дела до того, что надо вздыхать в том месте пьесы, где когда-то король вздохнул, и восхищаться, помогая жестами руки, там где его величество кивнул в знак одобрения. Она словно яркий лучик в тёмных дебрях, что затягивают его уже который год. Быть может, она — его спасение от растления? А может, погибель? Сможет ли он равнодушно отпустить её в руки другого, кем бы он ни был? Он видел в глазах друзей заинтересованность и восхищение прекрасной кузиной. Видел немой вопрос, терзающий их, на который у него пока не было ответа. Всё так относительно легко начиналось, впрочем, как всегда: крепость и не имела намерения сопротивляться. Что же терзает его сейчас? Чем вызван этот переполох в душе? Что его так сегодня задело? Разве он не видел, не знал с самого начала, что девушка словно из другого мира. Как долго будет в её глазах гореть чистый, восхитительный лучик света? Она небезразлична мне! Мари-Анж удалось пробить броню в его очерствелом сердце. Нет, нет, не хочу быть битым! Доверить ей себя сейчас и обмануться? Лучше уж молчать и посмотреть, что дальше будет, что изменится в душе кузины после пребывания при дворе. Как раньше он смеялся над подобными мыслями друзей, а сейчас, кажется сам попался. Взрыв аплодисментов, шуршание платьев прервали раздумья Флоримона. Вышли на поклон актёры и балетная труппа. Жизнь на сцене замирает, погружаясь во тьму гаснущих факелов. Его заметили, но он проигнорировал вопросительный взгляд кузины, и Мари-Анж ушла с балкона с де Кастель-Моржа и де Шатором. А ему уже пора быть в другом месте . — Было нетрудно узнать Мари-Анж в этом наряде, сын. Как тебе в голову пришла подобная мысль? Теперь я уже не уверенна в истинном замысле этого спектакля, вы метили в короля Франции? Чем ты думал, отдавая это платье кузине? Она слишком неопытна и доверчива, чтобы являться сюда в этом моем платье, за ним тяжелым шлейфом тянутся зловещие воспоминания. Вот увидишь, это добром не кончится. Да что уже теперь сотрясать воздух! Фасон золотого платья давно вышел из моды, но благодаря маскараду, этот наряд вновь засверкал при дворе. Хотя, скорее оттенял ее красоту и грацию. Очень надеюсь, моей племяннице не навредит наше внешнее сходство, и Мари-Анж не унаследует мою участь. При дворе мало что изменилось с тех пор, ты и сам знаешь. Твой костюм я как будто тоже узнаю, впрочем, твой отец редко одевается по-другому. Ваша пара привлекла внимание, это не на шутку пугает меня в свете последних событий с твоим участием: по залам и коридорам гуляет весть о том, что Флоримон де Пейрак приехал с новой пассией. Настойчиво советую опасаться де Турвилей, они, как я полагаю, все еще не смирились с поражением. А гнев покинутой женщины, направленный на тебя, может задеть и твою кузину. — Без домыслов и сплетен нашим придворным будет скучно жить. Не судачить же им только о привилегиях и доходах. Да, мне нравится быть рядом с кузиной и радовать её, что в этом плохого? Она сегодня чудо как хороша в этом наряде, впрочем, как всегда и во всём! И да, она похожа на свою тетю. Быть может, это и рождает слухи? А за Анной-Луизой присматривает Луи-Филипп, теперь это его священная обязанность,— отмахнулся от предупреждения Флоримон. — Как знаешь, сын. Сейчас с Мари-Анж Анн-Франсуа, я не ошиблась? — Так и есть. Мне надо отлучиться, матушка. Я уже бегу. Счастливо повеселиться! В скором времени все отправятся в сады, мне надо быть там раньше.       Внезапно оставшись одна, Анжелика решила найти тихое место и присесть хоть на минутку: уже который день графиня вставала засветло. Ей не представилось возможности разузнать истинные чувства сына к Мари-Анж, но это можно сделать и после. Вот чуть отдохнёт, и пойдёт искать племянницу. Надо всё же как-то узнать, что именно происходит между детьми. Она не могла ошибиться в этом чувственном взгляде девушки: так улыбаются познавшие тайну любви, и было очень похоже, что Флоримон прекрасно осведомлён обо всем, и не намерен это пресекать.       Анжелика потеряла счет времени, размышляя о любви и терниях судьбы, когда её отыскал король. На нем не было ни маски, ни прежнего костюма, если бы не властный жест, которым он предупредил попытку дамы встать со скамьи, в переменчивом свете фонарей его можно было бы принять за одного из многочисленных зрителей придворного спектакля. Провожатые с фонарями удалились так же внезапно, как и появились. Король сел рядом, и она почувствовала прикосновение его бедра. Во вновь опустившейся тишине оглушительно стрекотали сверчки, Анжелику окутал знакомый аромат фиалкового корня. — Вас нелегко было найти... Мадам, сегодня вы ослепительны! Стоило устроить маскарад, чтобы иметь возможность увидеть истинную вас. Признайте же, что ваши утренние туалеты были намеренно мрачноваты и просты. — Но сир, именно сегодня я не имела возможности выбора платья, маска и прическа были оговорены заранее для парада королей, — несколько растерявшись, пробормотала женщина. — После долгих унылых месс, не это ли реванш? Вы затмили всех королев парада своим неподражаемым сиянием в этом слегка варварском, но все же королевском наряде. Я вас едва нашёл, чтобы сказать об этом. Должен признаться: ваша красота всегда волновала меня, а стоит лишь мне увидеть вашу улыбку, и мир озаряется вокруг счастливым светом. Нет, нет, не протестуйте. Тот редкий день, что мы провели вместе, надолго останется в памяти.       Монарх решительно поднялся со скамьи, положил свою руку на плечо дамы и продолжил: — Почему бы не продлить этот незабываемый праздник? Решено, сегодня вы остаётесь во дворце. Как только отгремят салюты, вы возвратитесь в свои комнаты, которые почти всегда пустуют. Вы останетесь здесь, всю эту напряжённую неделю, пока двор наводнили всех мастей послы. Дорога из Сен-Жермена и обратно может оказаться долгой и утомительной, что, в свою очередь, может отрицательно сказаться на вашем здоровье, вам ли не знать. Еще я попрошу вас обратить внимание на все события, происходящие при нашем дворе в эти дни. Особенно интересно ваше мнение о происходящем в умах ближайших к королю придворных, вы, как никто иной, справитесь с этой деликатной задачей, ведь ваше умение слушать и дать выговориться собеседнику мне знакомо не понаслышке. Мне нужна ваша помошь, но это не все: будьте моей музой, Анжелика, хотя бы в это сложное, переломное для нас время. Если захотите, то можете послать за вашими детьми, так для всех будет лучше,— не обращая внимания на замешательство дамы, король отчеканил последние слова, сильнее сжав её плечо. Он покинул её так же неслышно, как появился, оставив мадам де Пейрак в оцепенении.       Это все-таки случилось, помоги мне, Господь! Король решил уподобиться захватчику, не обращая внимания на её намерения и чувства. Хотя, напрямую было сказано лишь о недельном пребывании при дворе. Сначала утренние мессы, теперь и день и ночь под присмотром всего двора. Неотлучно быть в Сен-Жермене, на виду у всех, еще и шпионить, выслушивать бред заискивающих или плохо скрываемую неприязнь врагов. Что за прихоть? Находиться так близко от дома под запретом туда поехать. А как же дети? Двор короля не лучшее место для таких малышей. Как быть, что делать, какие доводы могут изменить настойчивое желание короля держать ее при себе? Что или кто заставит его передумать: мадам де Монтеспан, мадам де Ментенон, его духовник, в конце концов? Анжелика почувствовала острое удушье, требующее свежего воздуха, так и не придя ни к какому решению. — Я вас искала, мадам, — услышала погруженная в себя женщина голос своей камеристки, неохотно направляясь обратно к нестихающему празднеству. — Из Версона прислали за подмогой. У Шарль-Анри опять жар, малыш весь горит. Я предупредила вашу охрану, если вы решите поехать. Ваши люди уже ждут вас. — Мадмуазель Тулуньи, у вас хватит храбрости побыть в моем платье до конца праздника? Я не хочу, чтобы был хоть один шанс, что кто-нибудь заметит мой отъезд. Мне приказано не покидать двор. — Не думаю, что у меня получиться сойти за вас! А давайте лучше в комнате оставим платье, а вас оденем поскромнее, и простенькую маску раздобудем, как у многих. Я же останусь до конца, убеждая всех, что вы где-то здесь. Вернусь домой вместе с Мари-Анж, а нет, так не велика беда, переночую во дворце. Встречу вас здесь завтра, ведь надо придумать, как вам тайно вернуться, не нарушив приказа. — Решено, нужно поскорее скинуть этот опротивевший наряд! Позже найдите моего сына, расскажите ему все, пусть он решит, что делать дальше.       В этот час и мадмуазель дю Лу постигла неприятность, и даже не одна: порвался ремешок туфельки во время танца. Вернее, это был даже не танец: будучи уже порядочно навеселе, придворные, особенно те, что помоложе, взявшись за руки, весело прискакивая под дразнящие звуки хороводной, продвигались зигзагами в открытые двери галереи за водящим. Приглашенные на карнавал змейкой удалялись на улицу, цепляя за собой всех тех, кто оказывался рядом, затем, обогнув бассейн, снова устремлялись во дворец. Натыкаясь друг на друга, смеялись, перецеплялись, двигались дальше. Мари-Анж, нарушив общий строй стремящихся из дворца, столкнулась с лавиной ряженых и не заметила, кто зацепил подол ее платья, да и какое это имело значение. Девушка, хромая, дошла до окна, подальше от толпы, присела на подоконник, не зная, что предпринять: снять туфли и идти босяком в порванном платье на поиски своих, но как скоро можно их найти, или сидеть тут в ожидании, что её исчезновение заметят и вернутся за ней? Она знала, в каком обличии кузен, а как нарядилась тётя — нет, а Мари Тулуньи, скорее всего, где-то рядом с графиней. Быстро найти Флоримона на улице вряд ли получится. И что делать с порванной юбкой? Самой ей это не исправить. — Что-то случилось, почему вы сидите здесь, когда всех позвали на вечернюю прогулку? Мадам Дофина уже там, а я задержалась из-за досадной случайности,—девушка в домино из свиты принцессы устало упала рядом. — Я бы и рада пойти, но и меня постигла неприятность: кажется, я повредила ногу, когда порвался ремешок моей туфельки, и платье пострадало, как бы не потерять верхнюю юбку. Вот будет конфуз! — Снимайте свои туфли, тут есть местечко, куда можно добраться и босиком,— любезно предложила девушка. — Подождёте меня там, пока я поищу замену порванным туфлям и раздобуду нитки с иголкой, на худой конец булавки, чтобы закрепить юбку,— добавила она, услужливо помогая избавиться от второй туфли. — Кружева мы поправим, не переживайте. Такое случается время от времени, а я неплохо управляюсь с иглой. Пойдёмте скорее, пока нас не хватились. Мари-Анж последовала за спасительницей, наслаждаясь холодным полом, шлепая босиком.       За поспешным бегством девушек наблюдала пара, притаившись в соседнем оконном проеме. — Она будет одна некоторое время, в „приюте Венеры”, дерзайте! И понапористей с ней, я так хочу! Взамен я прощу ваш нешуточный карточный долг. Четверть часа для близкого знакомства, вы мне должны! Мне нужно её падение в глазах Пейрака и всего двора. Идите и удивите меня!       Это была странная комната-ниша, где умещался лишь одна софа с высокой спинкой и столик с резными ножками, на котором стоял канделябр с зажженными свечами и кувшин с водой для утоления жажды. „Было бы как-то мрачновато здесь одной, словно в большой коробке. Лучше было остаться в галерее на подоконнике",— успела подумать девушка, присев на край софы. Приподняв юбки, сняла чулок, смочила платок водой из кувшина и обернула ноющую ногу. — Так, так, так… Кто это нашёл приют в нашем уголке? Какая миленькая жар-птичка! Совсем крохотная, но такая аппетитная!       В комнату-коробку внезапно ввалился мужчина в маске. Мари-Анж от неожиданности чуть вздрогнула, повернувшись к вошедшему, забыв привести себя в более приличный вид. — Я жду здесь фрейлину ее высочества Дофины, которая вызвалась мне помочь. Мы не знали, что это место кем-то занято,— поспешно поднимаясь и одергивая платье, проговорила девушка. — Я готов составить вам компанию, милая мадмуазель, не стоит так ретиво вскакивать со столь удобного ложа. Глядя сегодня на вас в бальной зале, я даже чуточку пожалел, что уже почти женат,— вкрадчиво говорил незнакомец. Он схватил Мари-Анж за талию и силой усадил её к себе на колени, упав с ней на диван. —Тише, тише детка, я же не изверг какой, да и нужно ли привлекать свидетелей к столь милой сцене. Только поближе разгляжу новую пассию де Пейрака. Ну и темперамент, повезло же молодому графу,— захватчик легко и как бы игриво одной рукой держал обе руки девушки, а второй потянулся к ее маске. — Ух ты, до чего хороша, какой лакомый кусочек! Пожалуй, таким и угоститься не грех. Что у нас ниже? М-да, какие славные, упругие персики, загляденье, —прошептал молодой человек, помог себе зубами снять перчатку и легким касанием свободной руки прошёлся по груди девушки.— Чёрт, да у тебя железные пятки. Детка, не трепыхайся, а то можно и по плохому,— и больно сжал грудь, оставляя багровые следы на коже. —Хочу поцеловать тебя, красавица, ну же, не упрямься. Мне не нравится с кровью, но тебя стоит покусать за плохое поведение,— пробормотал негодяй и прикусил губу несчастной. — Месье де Леви, вы совращаете племянницу мадам де Пейрак. — Послышался со стороны портьеры томный женский голос. — Вы приглядитесь к ней повнимательнее, месье, и угомонитесь в своих поползновениях,— добавил к сказанному спутник дамы в серебренном платье. — Племянница она графине или нет, а Флоримон с ней спит. Так чем же я хуже? А если это не так, о цене всегда можно договориться. — Распаленный молодой человек совсем потерял контроль, его голос дрожал от досады на раньше времени заявившуюся Анну-Луизу. Он не мог оторвать глаз от все еще вырывающейся из его цепкого завхвата Мари-Анж. В своём неукротимом гневе она была чудо как хороша. Какие необыкновенные грозные глаза, упрямо сжатые, припухлые от укуса губы, которые требуют детального ознакомления, еще бы минуту и он бы увидел ее грудь! Надо быть чёрствым сухарём, чтобы пройти мимо такого подарка. —Ха-ха-ха! Лучшего жениха для вас, мадмуазель дю Лу, и не сыскать. Молод, горяч, правда, третий сын, но очень известной семьи. Возможно, он ради вас перестанет развратничать и играть. Только не говорите, что ваше сердечко занято вашим кузеном, он мой! Мой брат ждет только возвращения старого графа, чтобы объявить и назначить дату. Сентябрь лучший месяц для свадьбы, нашей свадьбы. Я не потерплю бедных родственников в нашем доме. Вы и сейчас доставляете чрезмерно много хлопот, оккупировав новый дом де Пейраков. Но лучше оставаться бедной родственницей, чем любовницей месье Флоримона, иначе с его подачи можно пойти по рукам, вот и желающие появились. Такой красивой девушке не надо стараться, чтобы привлечь к себе внимание.       Анна-Луиза фамильярно оторвала руки своего приятеля-должника от совсем уже очумевшей Мари-Анж. —Мадмуазель дю Лу бедная родственница? А по её наряду и не скажешь! Я чуть было не решился украсть красавицу из под носа счастливчика Фло для себя. Неужели де Пейрак столь щедр к ней, одаривая подобными украшениями? Жаль, но наверное, она того стоит. Чего не скажешь о вас, дорогая Анна-Лу... Черт, за что! — Разнузданный мерзавец не ожидал оплеухи, но она его все же немного охолодила.— Посмотрите, что вы наделали своими речами! Она словно удар по голове получила, а ведь была словно богиня, пылающая страстью!       Когда рядом Анна-Луиза в подобном настроении — жди беды. Явная ложь из её уст, адресованная девушке, до добра не доведёт, и его тоже, если вмешаться. Опровергать он её не станет, цену за этот маленький секрет он может озвучить и позже. Сейчас главное, чтобы их приятель де Люкс чего лишнего не ляпнул. — Мы оставляем вас, милые дамы. Женские войны не входили сегодня в мои планы, думаю, ваш спутник со мной согласиться, ревнивица. Все бури морей и океанов не так страшны как ревнивые распри разгневанных красавиц. Чтобы не произошло сегодня, мы будем всё отрицать. Развлекаетесь, дамы!— Проговорил де Леви, наскоро ретируясь из ниши. — Но мы всегда готовы утешить вас после, если вдруг это понадобится. Утешим обеих, если надежды на будущее с де Пейраком пойдут прахом,— обернувшись, посмеивался его приятель, оставляя Мари-Анж на растерзание Анны-Луизы. — Если мои подозрения, заметьте, подозрения, подтвердятся, вам и Флоримону де Пейрак не жить! Всем известно: моя ревность не имеет границ и преград. Вас вывезли на праздник веселиться, так радуйтесь, что представилась такая возможность. Де Пейрак помолвлен со мной! Советую забыть свои романтические фантазии, и обратить свой взгляд на других молодых людей. Вы никогда не вращались в наших кругах, и потому ничего не знаете о неуёмном аппетите нашего милейшего Фло. Всё это полезная для здоровья и приятная игра пока неженатого молодого графа. — Вы ввели меня в ступор, что и говорить, мадмуазель,— проговорила Мари-Анж, приводя, в очередной раз, в порядок платье. — Я, правда, в первый раз слышу про невесту кузена, я даже не знаю, как к вам обращаться, нас не представили. Месье де Пейрак поступает с вами чудовищно грубо, не проявляя должного к вам внимания. Примите мои искренние соболезнования. Никаких тебе торжественных вечеров, ни романтических встреч, ни ратных подвигов. Как это, наверное, ужасно, когда жених вами открыто пренебрегает, — девушка держась из последних сил, чтобы не ударить лицемерную тварь и не зареветь. Она выплачет слёзы позже, не теперь, позже. — Мадмуазель дю Лу, я нашла вам туфельки, правда чуть большего размера, но если потуже закрепить ремешок… Надевайте скорее, вас уже ищут,— тороторила вбежавшая фрейлина, провожая взглядом кипящую от злости Анну-Луизу. — Спасибо большое, но, кажется, мне расхотелось веселиться. Только надо уйти из этой душной каморки. Мне придётся подождать конца праздника где-нибудь ещё. — Глупости, сейчас закрепим подол платья и наденем туфли. Побывать в Сен-Жермене и не увидеть королевского фейерверка?! Нужно взять себя в руки и не подавать виду, что здесь что-то произошло. Я уже догадалась, о чем был разговор с этой красоткой. Вечно она со своей ревностью носится, бросается на всех,— махнула рукой девушка. — Будет свадьба? — Тихо прошелестел голосок. — Такие богатые и красивые в девицах долго не засиживаются. У неё будет свадьба,— без лишних подробностей ответила фрейлина. Она связана обещанием, но и врать не хотелось. — И жених счастлив своим выбором? — Жених — не знаю, да и чего ему грустить: удачная партия. И на людях-то она совсем другая, немногим она показывает свое истинное лицо.— Закончив с платьем, фрейлина потянула Мари-Анж в сторону выхода. Девушки быстро прошли по опустевшим залам и галереям замка. У выхода в сады им навстречу почти бежал Бернар де Шатор. — Ну, наконец-то, мы уже не знали, что и думать! Мадмуазель дю Лу, все наши собираются у фонтана, пойдёмте скорее. Сначала мы думали, что де Пейрак вас умыкнул перед тем, как уйти проверять установки с фейерверками, и не волновались. Каков же был конфуз, когда он явился на условленное место без вас. В ходе разговора выясняется, что последняя вас видела милейшая Дофина, на попечение которой вас оставил де Костель-Моржа. Она от переживания не находит себе места, бедняжка. Не буду перечислять, какие ужасы пришли к ней на ум в ваше отсутствие. Кто бы мог подумать, что у неё настолько бурная фантазия! — Я не имела намерения потеряться, просто я потеряла туфельку в неравном бою с придворными увеселениями. Думаю мне не уйти далеко в тех, что нашлись на замену, не так быстро, но, что это?— Спросила поражённая Мари-Анж остановившись, глядя на усеянную фонариками лужайку. — Это ночной Сен-Жермен, мадмуазель. Правда, красиво? Вы ещё не видели фонтанов, что мерцают в отблесках греческого огня, которому не страшны падающие брызги. Месье де Пейрак опять всех удивил, собрав две такие разные стихии воедино. Скоро будет фейерверк под неусыпным взглядом нашего де Пейрака, на это стоит посмотреть. Я без прикрас могу сказать, что он лучший пиротехник из всех, кого я знаю,— увлекая за собой девушку, говорил Бернар.