Часть VII. И чем всё закончилось.

      Он слышал их шаги за своей спиной. Даже если их там не было — он слышал. В такой дождь невозможно различить преследователя от шума капель, падающих на землю и крыши домов… Влад надеялся, что они ушли достаточно далеко от охотников, что они не забредают так далеко. Зря.       На улице не было ни души, или он просто не замечал, когда бежал мимо домов и сворачивал на перекрёстке. Та самая заросшая клёнами улица, чужие огороды по обеим сторонам заросшей тропинки.       Влад вытер мокрым рукавом лицо, чтобы вода не так заливала глаза, и ухватился руками за забор. Пальцы впились в деревянные перекладины. Он резко выбросил себя вверх, на секунду ощутив легкость полёта. Всё вокруг будто замерло. Время остановилось… чтобы начать свой ход заново в более быстром темпе, под колотящееся сердце в груди Влада.       Слабость после недавнего приступа гангрены одолевала его, тошнота подкатывала к горлу, и мышцы казалось вот-вот сведёт спазмом, и он не сможет подняться, но Влад не обращал внимания на ощущения, смотрел вдаль, где находилось их ветхое убежище.       Он должен успеть добежать до Вари раньше них! А потом снова бежать. Бежать до места, где они смогут скрыться. Иначе всё потеряно. Иначе весь путь, что они преодолели напрасен, а каждое действие — бессмысленно.       Ещё пару метров и опять забор, в этот раз Влад застрял ногами в мокрой только вспаханной земле, по ощущениям — до колена. Но это не так. Он с трудом освободился, чуть не оставив ботинки там, бежать по свежей земле было трудно, почти невозможно, поэтому он преодолел этот отрывок пешком, хоть этому и противилось всё его нутро, которое сворачивалось в тугой комок волнения и нетерпения.       Оглядевшись он понял, что до полуразрушенного дома, где они остановились не так много. Влад снова перешёл на бег, близость его конечной точки предавала сил. Который практически не осталось. Пару раз его ноги подгибались, но он вставал и продолжал бежать вперёд.       Он влетел в ограду, оставив калитку колыхаться позади. Вари нигде не было. Влад быстро заглянул в баню, разбрызгивая воду из луж, — никого. На двери дома — несмотря на щели размером с человека в стенах — висел железный и оранжевый от ржавчены замок.       «Значит чердак», — подумал Влад. Он почти чувствовал волчье дыхание у шеи. Будто сама смерть гонится за ним, как на войне, как во время трех худших лет его жизни, после которых он понял как боится её, настолько, что готов пожертвовать товарищами ради собственной жизни.       Уходить куда-то времени уже не было. Оставалось надеяться на то, что судьба будет к ним благосклонна на столько, что сбережёт их до рассвета.       Поэтому молясь, чтобы Варя сидела тихо, ведь она совсем не дура, Влад оторвал одну из петель и открыл дверь, не трогая замка, а потом также тихо закрыл её и прислонился спиной. Грудь ритмично вздымалась, он старался перевести дыхание, ведь потом придётся бежать опять.       Если придётся.       Не пришлось долго ждать. Через время калитка издала такой жалобный стон, что показалось, будто она слетела с петель. Его беготня кругами по деревне прошла зря.       Руки тряслись, Влад сжимал их в кулаки и вглядывался в темноту домика, которую тут и там вспарывали слабые лучики утреннего солнца. Если бы он мог, то поднял солнце быстрее. Волколаки слабеют днём, не могут превратиться обратно в людей. Но неизвестно ещё в каком состоянии они опаснее.       «Варя, Варя, пожалуйста, до утра осталось чуть-чуть».       Он слышал как лужи хлюпают за спиной. Их разделяла всего дверь… Которую уже пару раз дернули, в надежде открыть замок, тогда Влад казалось мог выйти прямо сейчас, переполненный злобой на этот мир. Но его хитрость сейчас бы не помогла. Его бы уложили за пару минут.       — Они точно должны быть здесь? — Женский голос показался ему знакомым. Конечно, охотники не абы какие, те самые, что допрашивали его в лесу. Они уже перекинулись в людей. Значит, ещё не время…       — Ты сомневаешься в моём чутье? — грубо спросил другой голос. — Возьми лестницу у бани, кажется, тут есть чердак.       Ещё чуть-чуть. Чуть-чуть и будет рассвет.       Влад перевёл дыхание. Темнота понемногу отступала, глаза привыкали к ней.       — Скоро ты сам знаешь что. Может продолжим потом? — спросила женщина.       — Ты знаешь что они могут сделать за день? Куда сбежать. Если они здесь, то мы их найдём!       Конечно найдут. Влад думал о том, что это была несусветная глупость —бежать дальше, а не затаиться, после того случая в домике. Ведь он подозревал кто они такие… Нет! Он был почти уверен.       Скрип лестницы.       С потолка посыпалась грязь. Влад смахнул её с носа, едва не чихнув, и пошарил руками вокруг, нащупав в углу банку, взялся за горлышко. Хозяева много чего оставили в единственной комнате заброшенного дома, как это часто бывает. Хорошо бы найти нож, но надеяться на такую роскошь не приходилось.       Он прислушался — кто-то поднимался наверх, судя по звуку — это была женщина.       Перекладинка за перекладинкой.       Всё выше и выше.       Стук сердца, казалось, совпадал со звуком скрипа перекладин лестницы.       И вот уже скрипит небольшая дверца чердака. Там наверняка светло, половины крыши просто нет, во второй ещё можно спрятаться. Влад мысленно похвалил Варю, хорошо спряталась, умная девочка…       Её крик донёсся сверху. За ним мужской смех. Волколак, что стоял внизу, отправив напарницу наверх.       «Ещё чуть-чуть и я смогу тебе помочь». — Влад закрыл глаза, прислушался, хоть это было и не нужно, дикий Варин визг оглушил его до звона в ушах.       — Думала, спряталась? — Мужской голос сочился самодовольством, будто это он нашёл её.       — Какая сладкая. Если мы сделаем вот так, то уже не будешь.       Влад как наяву видел трепыхавшееся тело девушки в руках охотника, такое худое от недоедания, что и он поднял бы её одной рукой. Ему вспомнилось как они сидели у костра в лесу, ещё пару дней назад. Девушка уже спала, расслабленно лежа рядом. Тени от костра гуляли по лицу. Он тогда не сдержался, провёл рукой по плечу, талии, бедру, удивился, что может почувствовать каждую косточку и жилку.       Ещё один визг.       На этот раз он точно был уверен, что ей сделали больно. Уверен, что сейчас по её лицу стекает кровь, падает крупными каплями с подбородка на мокрую землю и растворяется в воде, как слёзы. Уверен, что рассвет настанет через пару минут. Пару минут.       — Давай посчитаем сколько жемчужин в её животе. — Влад хотел закрыть уши и глаза, уйти отсюда и не слышать что будет дальше.       Он не перенесёт этих звуков.

***

      Метель выла по-человечески. Но даже её гул не мог заглушить того, что происходило за стеной. Неотъемлемая часть войны, любой войны, даже гражданской, где брат идёт против брата.       <i>Пытки.       После того, как капитан узнал, что Влад прослыл трусом, не показал себя на полную, он выдал ему другую койку, в другой комнате, ту, что врагу не пожелаешь. За стеной каждую ночь — будто специально не давая выспаться — проводили пытки. Для своих и чужих.       Разные. Простые порезы, проколы. Заталкивали иголки под ногти, вбивали по сантиметру молотком. Знаменитую с обжиганием ступней огнём. Когда человек стонет и плачет, вопит так, что у него лопаются сосуды в глазах.       Влад хорошо представлял себе то, что происходит за стеной. Слишком живая фантазия, которою он проклинал поминутно. Он повернулся на другой бок, даже не думая закрывать глаза. Перед ними сразу встали бы люди, которых выводили из маленькой комнатки в углу здания по утру.       Маленькая комнатка — много страданий. Влад каждую ночь надеялся не попасть туда.</i>

***

      Влад сжал горло банки сильнее, схватился за ручку двери, готовый в любой момент её открыть. В первый же лучик рассвета, который прорежет небо.       — Надеюсь, что его там много. Иначе не окупится беготня за ними, — хмуро сказал мужчина и, кажется, провёл одним лезвием ножа о другое.       — Не надо, пожалуйста не надо!       Но на своих мучителей Варя не производила никакого эффекта. Она всё просила, пока Влад не услышал…       Вопль.       Перед ним ясно предстала Варя. Он билась в конвульсиях, её держали по рукам и ногам, прижимая к земле и оставляя синие отметины на коже. И резали. Резали. Прямо за спиной, за тонкой дверью, через которую слышался каждый звук. Её резали, а он стоял замерев, не слыша ничего — уши заложило — но представляя. Как медленно подается клинку кожа живота, расходится, открывая белые мышцы, тут же заливающиеся кровью.       Как Варя истекает кровью.       — Не надо-а-а-а!       Она плакала, слезы лились и не давали видеть даже небо перед глазами. Кричала, истошно. Каждый вопль проходился ножом по сердцу Влада. Возможно, ей совали что-то в рот, грозились отрезать язык или наслаждались этими криками. Бесчувственные твари.       — Смотри… Смотри! Складывай, мало времени, — повторял мужчина, пока голос его переходил в скулеж.       Влад толкнул дверь и вылетел во двор, ноздри широко раздувались. Посреди двора стояли волколаки в их истинном обличье. Шерсть лоснилась под лучами солнца, сумка оттягивала пасть одного из них.       Не видя ничего Влад кинулся вперёд, разбивая банку о морду волка. Осколки полетели в стороны, он отбросил остатки банки в сторону и кинулся на волка, но тот отпрыгнул в сторону, от боли крепче сжимая в зубах поясок сумки. Влад повредил ему глаз, тот сначала налился кровью, а потом лопнул, растекаясь белым пятном. Он был уверен, что добыча им дороже, чем месть, стоило Владу взять окровавленный клинок — тот самый — они выбежали из ограды и скрылись за поворотом.       Она была ещё жива.       Когда Влад подбежал к ней и опустился на колени, Варя смотрела будто в никуда, но в зрачках ещё была жизнь и страх. Рот её был приоткрыт, но из уголка текла кровь. Он прислонился аккуратно к груди — дыхание ещё было, слабое и еле заметное под обгоревшей рубашкой.       — Всё будет хорошо, — ласково сказал Влад.       Он переложил её голову себе на колени, продолжая смотреть в глаза и нашептывать, что всё будет хорошо. Её волосы скользили между пальцев Влада, он гладил её по мокрой голове, размазывая грязь. Она была обречена: потеряла много крови, один из жизненно важных органов…       — Всё хорошо. Хорошо. Хорошо, — повторял он раз за разом, утешая их обоих. — Спасибо… что защитил меня, — совершенно искренне сказала Варя и выдохнула окончательно, слабея всем телом.