7.4

Гермиона со стоном выдохнула, когда ее спина ударилась о стену. Губы Северуса оторвались от ее шеи с влажным звуком, и он бросил обеспокоенный взгляд на ее лицо. — Ты в порядке? — спросил он, тяжело дыша. Она кивнула и продолжила атаковать узлы его галстука. — Не останавливайся, — призвала она. Северус вернулся к ее шее, приближаясь губами к выступу груди. Одна рука оторвалась от ее бедра, чтобы исследовать восхитительный изгиб её задницы. Гермиона принялась за его мантию, но остановилась. Северус мгновенно отреагировал на ее неподвижность: он убрал руки от ее ягодиц, резко вскинул голову и взволнованно уставился на нее. — Слишком? — Нет. Вовсе нет. Я просто обнаружила, что кое-что в тебе изменилось, — сказала она с усмешкой. — Северус, куда делись все твои пуговицы? Он сощурился, одной рукой расстегнул четыре пуговицы на своей мантии и стянул её. — Они мне больше не нужны, — сказал он. Гермиона одарила его улыбкой, полной головокружительного удивления, и сказала: — Это… это так здорово! Его переполнила гордость. Гордость, торжество, любовь, радость и удивление — настолько невероятно, что почти, почти позволило ему не проверять ее зрачки. В очередной раз. — Поцелуй меня, — сказала она хриплым голосом, который добрался прямо до его промежности. Он поцеловал. Целовать Гермиону было всё равно, что наслаждаться самим источником магии, и он ни за что не хотел останавливаться. Она перешла к его жилету, всего на трех пуговицах, когда стук в дверь заставил их обоих замереть. Гермиона прочистила горло. — Кто там? — спросила она. — Гермиона? Это Труди. Я пришла посмотреть, в порядке ли ты. — Вот черт! — пробормотала девушка себе под нос. — Дай мне минутку, — прошептала она. Северус кивнул, потянулся, чтобы схватить мантию, и скрылся из зоны видимости. Гермиона похлопала себя по волосам — самый бесполезный жест, который можно было себе представить — и приоткрыла дверь. — Ты в порядке? — спросила её Труди. — Мы с Бертом всюду тебя искали. Ты нашла Снейпа? — Да, ах, да. Я в порядке. Он в порядке. У нас все в порядке. Все в порядке. Спасибо. Извини, что заставила вас беспокоиться. Снейп закатил глаза. Любовь всей его жизни была бы паршивым шпионом. — Дорогая, — сказала Труди голосом полным юмора, — ты знаешь, что у тебя помада по всему лицу? Гермиона протерла губы, в то время как Снейп, стоя в стороне, вытирал рот рукавом своей мантии. — Правда? Ну надо же… Что ж, у меня был длинный день. Думаю, я лучше пойду в кровать. — Держу пари, ты так и сделаешь, — последовал ироничный ответ. — Спокойной ночи, Труди. Спасибо, что проверила меня. — Спокойной ночи. Рада, что ты… в порядке. Хихиканье женщины доносилось ещё долго и после того, как Гермиона со стуком закрыла дверь своего гостиничного номера. Она повернулась, ее губа была крепко зажата в зубах. Огонь страсти в глазах потускнел, сменившись беспокойством. Эффект был похож на хорошее обливание ледяной водой. Северус вздохнул и сорвал с себя мантию, чтобы снова надеть ее. — Мы забегаем вперёд, не так ли? — Немного, да, — сказала она. — Мои извинения. Я… потерял контроль. Проведя пальцами по губам, девушка сказала: — Я тоже. — Это все так… — он обвёл рукой, ее, себя, большую кровать и свой новый мир в целом, -…сюрреалистично. Гермиона улыбнулась, кивая. — У меня никогда раньше не было сбывшейся мечты, — сказала она. — А как насчет победы в войне? Девушка нахмурилась. — Это было окончанием кошмара. Совсем не то же самое. — Действительно, — он снова застегнул жилет, прежде чем поправить манжеты. Косо взглянув на нее сквозь волосы, Северус не смог не спросить: — Означает ли это, что ты мечтала обо мне? Гермиона шагнула вперед, обняла его за талию и положила голову ему на плечо. — Дааа, — сказала она. — Мечтала. Много. Снейп крепко обнял ее. — Как и я, — он махнул рукой в сторону кровати. — Это… — он вздохнул. — Эта часть неизбежно будет проблематичной. С нашей стороны было бы глупо спешить. Девушка пожала плечами. — Верно, но эта спешка была очень захватывающей. Он усмехнулся. — И я должна признать, — сказала она, подняв голову и хитро улыбнувшись ему, — я провела много времени, мечтая об этой части. У Северуса вырвалось рваное дыхание, вызвав головокружение. — Ты действительно…? Она прикусила губу и кивнула. — Если быть совсем честной, а честность — лучшее решение в этой ситуации, несмотря на то, насколько ужасной была та ночь, ты все равно оказался лучшим любовником, который у меня когда-либо был. Из его груди вырвался сдавленный звук. — Гермиона… — Я знаю, — сказала она, махнув рукой и отступив на шаг. — Это нерационально, но это так. Северус фыркнул, снова притягивая ее к себе. — Ты, я и рациональность, кажется, не способны находиться в одной комнате. Гермиона хихикнула, но выражение ее лица снова стало серьезным. — Как ты думаешь, есть ли шанс, что мы примиримся с тем, что произошло той ночью? — Я бы хотел думать, что мы уже это сделали. Она улыбнулась ему, кивая. — Хорошо. Потому что были определенные аспекты, которые я очень хотела бы… проанализировать. На несколько ударов сердца он разучился дышать. — Конечно, ммм, хм, что-нибудь конкретное? Девушка покраснела, но кивнула. — Та первая часть, знаешь ли, когда ты… ммм… Вся кровь в его теле, казалось, хлынула к его промежности, вызвав головокружение. — Да, я понял, о чем ты говоришь. — Как насчет тебя? — спросила Гермиона. — Было ли что-то, что тебе больше всего понравилось до того, как все это превратилось в ложь? Снейп с трудом сглотнул и откашлялся. — Стена. — Стена? — Когда ты врезалась в меня, толкнув в стену. Мне это действительно понравилось. И каждую миллисекунду после этого, — Северус поморщился. — Пока все не превратилось в ложь… Гермиона бросила на него взгляд, от которого внутри него разгорелся пожар, и стала толкать его, пока он не уперся в стену позади. — Мы снова будем спешить, правда? — сказал он. — Пожалуйста, скажи мне, что мы снова будем спешить. Она кивнула и приподнялась на цыпочках, чтобы поцеловать его. — Боюсь, что так… *** — Вот! Прямо там! Боги, да, вот так! О! Северус почти обезумел от потребности кончить. Попытка предотвратить собственное освобождение заставила его скрежетать зубами и скосить глаза, но он наклонил бедра так, как ей было нужно, и продолжал толкаться в нее, пока с восхитительной дрожью и декадентским хриплым воплем она наконец не кончила под ним. Когда Гермиона выгнула спину и содрогнулась, Северус начал лепетать: — Прекрасная, такая чертовски красивая. Господи, я люблю, когда ты так взываешь ко мне. Моя красота, моя любовь… бля, боги, да-а… — его кульминация, которую сдерживали слишком долго, выскользнула из-под его контроля, и Снейп застонал, долго и громко, наполняя ее. — Гермиона, — прошептал он, прижимая ее к кровати. Он попытался скатиться с нее, но девушка обвила руками его мокрую от пота спину и удерживала его на месте, пока он пытался успокоить бьющееся сердце. Он все равно перекатился, волоча ее за собой и поцеловал в перерыве между тяжелыми вдохами. — Я люблю тебя, — выдохнул он. — Я знаю, — сказала Гермиона с удовлетворенным вздохом, прижимаясь к нему своим телом. Когда их дыхание выровнялось, она приподнялась на локте и потянулась через него, чтобы схватить бутылку с минеральной водой, по пути остановившись поцеловать его грудь. Она сделала большой глоток, и Северус в проходящем возбуждении наблюдал, как струйка воды стекала по ее подбородку, смешавшись с потом на ее шее. Он хотел слизать это, но был слишком пресыщен, чтобы пошевелиться. Гермиона предложила ему воды и, когда он забрал бутылку, отбросила волосы набок и указала на часы. — Мы пропустили презентацию Люмета. — Он все равно мудак, — сказал Снейп с ухмылкой, возвращая бутылку обратно на тумбочку. Гермиона закатила глаза. — Ты всегда так говорил, но у него действительно должна была быть хорошая презентация. Северус притянул ее обратно, наслаждаясь тем, как она безвольно растянулась на его груди с удовлетворенным вздохом. — Ты сказала то же самое о Соллиево вчера вечером, но, похоже, не собиралась вставать с кровати, когда я напомнил тебе сегодня утром. Она подняла голову и одарила его восхитительно порочной ухмылкой. — Я правильно расставила приоритеты. Кстати, ты говорил, что обещал ДиФранко посетить его лекцию. Она начнется через двадцать минут. Проведя рукой по изгибу ее задницы и вверх по позвоночнику, он притянул ее ближе для поцелуя. Когда они наконец оторвались друг от друга, он сказал: — К черту ДиФранко. К черту их всех. У меня тоже есть свои приоритеты, а твои презентации мне нравятся гораздо, гораздо больше. Гермиона хихикнула и со счастливым вздохом натянула простыню на их остывающие тела. — Я не помню, чтобы когда-то была так счастлива, — сказала она. Ее слова, ее прекрасные, прекрасные слова вызвали у Северуса слезы, и он заключил девушку в свои объятия и ответил: — Я всю жизнь ждал, чтобы почувствовать это. Гермиона взяла его лицо в свои тонкие руки и долго смотрела ему в глаза, прежде чем наклониться и поцеловать его медленным, томным поцелуем. Северус задавался вопросом, сколько времени пройдет, пока он не перестанет проверять размер ее зрачков, прежде чем поцеловать в ответ. *** — Пойдём скорее! Давайте двигаться дальше, — крикнул Берт. Гермиона тащила за собой чемодан, пробираясь через вестибюль к Берту, Труди и четырем научным сотрудникам, которые ждали снаружи. Он поднял старую пластиковую канистру с бензином, превращенную в портключ. Девушка огляделась, ее живот сжался в нервном напряжении, но когда она увидела Северуса, прислонившегося к стене, она чуть не рухнула на пол. — Секунду! — окликнула она их, уронив чемодан и бросившись к нему. — Ты дождался, — сказала она, обнимая его. — Боги, я думала, что упустила тебя… — Гермиона погрузилась в его объятия, отбросив их решение держать все под контролем. — Я больше никогда не оставлю тебя без прощания. Девушка вздохнула, вдыхая его запах. — Мне это не нравится, — прошептала она. — Боюсь, если я отпущу тебя, случится что-то ужасное, и я снова тебя потеряю. У нас было всего два дня. Это несправедливо. Болгария так далеко. Северус нежным пальцем приподнял ее подбородок. — На следующей неделе я буду в Лондоне, — мягко сказал он. — И у тебя есть мой адрес и мой номер. — Мне не стоило избавляться от мобильного телефона, — прошептала она в десятый раз. — Я куплю еще один, как только приеду домой. — Тогда мы сможем поговорить гораздо раньше. Гермиона улыбнулась, зная, что её кривая улыбка дрожит на её лице. — Ты обещаешь? Северус улыбнулся ей, а затем его темные глаза быстро осмотрели вестибюль, прежде чем он поцеловал ее. Это был короткий, напряженный и многообещающий поцелуй. — Иди, — тихо сказал он. — Хорошо, — вздохнула Гермиона. Она наклонилась и поцеловала его еще раз, прежде чем направиться обратно к своему чемодану. Бросив последний страстный взгляд, девушка выскочила за дверь туда, где ее коллеги бормотали, хихикали и подшучивали над ней. *** Северус смотрел, как она исчезает из поля зрения, а затем мягко прижал кончики пальцев к нежной боли в груди, вызванной ее уходом. Два дня — технически тридцать девять часов — с тех пор, как Гермиона сказала, что неравнодушна к нему и хочет совместного будущего. Северус чувствовал возрождение старого безумия: желание преследовать ее, следить за ней, страх чего-то темного, разрушающего всё на своём пути — но он оттолкнул всё это, зная, что были призраки его прошлого. Он рискнул всем, чего добился, ради дружбы, но ушел с призом большим, чем он мог рассчитывать. Это стоило того, чтобы держаться за каждый клочок с трудом заработанного здравомыслия. Северус не мог упустить этот дар, который ему дала жизнь, из-за глупой неуверенности. Вместо этого он будет лучшим мужчиной, которым только способен быть, чтобы провести остаток своей жизни, делая ее счастливой. Снейп взял саквояж и сам направился к двери, остановившись, чтобы достать телефон. Он отправил короткое текстовое сообщение, а затем аппарировал. *** Доктор Пиплс допивала свой утренний чай перед тем, как отправиться в душ, когда на её рабочий мобильный пришло сообщение. Взяв его, она прочитала: «Я выиграл всё», улыбнулась и прижала кончики пальцев к своим губам. Покачав головой, Иоланда положила телефон и отправилась начинать свой день.