Часть 1

Гинтоки спал, а его ребятишки обсуждали, как проведут какое-то Рождество. Уцуро не без интереса внимал. Оказывается, у них были какие-то традиции вроде: расположиться вокруг котацу и есть мандарины целиком, подписывать друг другу открытки, а ещё ворох подарков, ёлка, как украсить дом, столько всего интересного! Уцуро никогда не праздновал это самое Рождество, а ведь столько веков прожил. Может, уже пришло время? Всё-таки он теперь пытается жить в мире с людьми, и всё такое. Ему стоит перенять их традиции, но, конечно, с умом. Вот только странно, что Шинске ничего про Рождество не рассказывал, может быть, решил сделать сюрприз? Но судя по тому, что говорили эти дети, этот праздник требует особых условий. Уцуро воспользовался возникшей паузой: — Я правильно понял, что к этому нужно заранее готовиться? Ну, к Рождеству? — Конечно, заранее! Закупить пару десятков ящиков мандаринов…Нет, лучше больше. Мандарины — это самое главное, они создают рождественское настроение, — с важным видом пояснила девушка-ято. А ее товарищ в очках сразу же возразил: — Если купить мандарины заранее, то к Рождеству их уже не будет, потому что ты всё съешь, Кагура-чан. А вот украшать дом лучше заранее, Уцуро-сан, а если нет денег, то придется своими руками. Можно вырезать… — Кого именно можно вырезать? — уточнил Уцуро. — Ну вот, снежинки из бумаги, например. Взгляните на эту схему. Уцуро посмотрел: схема была простая. Он в прошлых жизнях вырезал и более сложные. — А как нужно праздновать это самое Рождество? Вы не могли бы дать совет? С чего начать? О, советы давать они любили, причём бесплатно. К тому времени, как проснулся Гинтоки, Уцуро уже знал о традициях Рождества в других странах и научился сносно вырезать снежинки. Милый паренек переписывал для него рецепты рождественских блюд, а милая девочка учила, как правильно выбирать ящик с мандаринами. Гинтоки при виде этой идиллической картины только почесал в раздумье нос. — А я думал, что этот мастер-класс по Рождеству мне снится, а это на самом деле происходит. Но зачем это тебе? Вы же не празднуете, иначе ты бы знал, что к чему. — Как зачем? Я хочу быть ближе к людям. Странно, но да, Шинске не готовится заранее. Может быть, это он не празднует, а я-то отпраздную как следует, уж будь уверен. Гинтоки с пониманием кивнул: — Ну Шинске-то, конечно, не празднует, этот зануда. Совсем ничего не понимает в веселье. С ним и сакэ не напиться, и в снежки не поиграешь, да и… — Снежки? — переспросил Уцуро. Про снежки ему еще ничего не рассказали. *** Виноват во всём был, конечно, Гинтоки. Кто же ещё? Это к нему Уцуро заходил накануне. Вместо того чтобы поужинать и лечь спать по возвращении домой Такасуги с ужасом наблюдал, как Уцуро завешивает дом гирляндами и бумажными фонариками, сделанными им собственноручно. Всё это несомненно было красивым и близким к совершенству, но зачем так много? — Как думаешь, фонариков хватит? — обратился к нему Уцуро из-под потолка. Он каким-то удивительным образом умудрился украсить бумажными фонариками потолок и место уже заканчивалось. — Думаю, да. И если ты закончил, может быть, объяснишь, что за ящики громоздятся в нашей спальне? Уцуро снисходительно взглянул на него сверху вниз. — Самые лучшие мандарины для настроения, разумеется. Это нам с тобой на Рождество. Но я оставил немного места для футона, не беспокойся. Настроение Такасуги стремилось к нулю уже после того, как он открыл входную дверь и ему на голову свалилась рождественская омела. А уж когда он не сумел добраться до своих вещей из-за стены коробок с подарками, то и вовсе приуныл. — Почему ты превратил дом в склад, есть тому причина? Уцуро спустился с потолка на пол. Выглядел он весьма умиротворенным: похоже рождественские хлопоты доставили ему чистую детскую радость. Такасуги даже на миг пожалел о своих словах. — Причина такая: я готовлюсь к Рождеству. Вчера был у Гинтоки и его милых детишек. И они рассказывали мне, как собираются весело встретить Рождество. Ну и я решил, а почему мы не празднуем? Это же так весело, ты не находишь? Я прочитал несколько книг, и придумал, как совместить всё, что мне понравилось. Подарков уже достаточно, мандаринов и украшений тоже, осталось выбрать ёлку, я склоняюсь к красной, а ты? — Как тебе угодно. А куда ты собираешься ставить ёлку? И без того шагу некуда ступить. Уцуро задумчиво потер шею. Судя по выражению его лица, он о такой мелочи совсем не задумывался. — Можно поставить на стол. Или в изголовье. Или перед дверью. В любом случае без ёлки никак нельзя, будет не то. Кстати, а зачем ты это снял? Такасуги всё ещё держал в руках рождественскую омелу. — Это упало мне на голову, и я подумал, что может быть, это лишнее. — Омела должна быть обязательно, — наставительно заметил Уцуро. — Как мы будем целоваться? Под омелой же нужно! — А как мы до этого целовались? Уцуро посмотрел на него удрученно. — Да, ты совсем ничего не понимаешь в Рождестве. Гинтоки не соврал. Но это ничего. Хорошо, что я теперь разбираюсь. Как насчет романтического ужина? Я думал приготовить всё сам, но если ты против, мы можем сходить куда-нибудь. И на этом месте Такасуги понял, что это Рождество станет самым незабываемым в его жизни. Но почему-то раздражение уже куда-то испарилось.