Часть 3: Воссоединение. Нью-Йорк

День 4       На следующий день мы спустились в нашу штаб-квартиру под ранчо, чтобы обсудить насущные дела. Там работала наш координатор ещё с незапамятных времён — Николь. Когда-то давно на неё напали вихри и лишили возможности ходить, поэтому сейчас она с нами. Теперь у неё есть самый мощный компьютер с доступом к любой системе информации и куча мониторов на всю стену.       — Привет, Николь! Какие мысли по поводу полученной информации?       Николь отъехала от экранов на своей массивной электрической кресло-коляске и нахмурилась:       — У нас нет никакой информации.       — А как же знамения?!       — Но это только знаки, никаких достоверных фактов.       Иногда рационализм Николь выводил из себя.       — Но мы должны что-то предпринять!       В глазах Евы засветилась идея и она с надрывом произнесла:       — А давайте найдем всех, кто был с нами в Первую войну. Николь, ты же сможешь найти наших братанов?       Николь закатила свои карие глаза:       — Я не уверена, что это необходимо.       Вероника решила поддержать Еву:       — Это необходимо! Нам надо быть готовыми! А не как в прошлый раз! Ну ты и сама это понимаешь…       Николь на минуту задумалась, а затем кивнула своей каштановой головой:       — Ладно, я найду их. Готовьте самолёт.       Зайдя на борт воздушного судна, мы полетели в Нью-Йорк за рыжей сучкой Никито́й. Там у неё должен был состояться показ мод. Мы организовали встречу в Брайант-парке. На рандеву Никита́ пришла в джинсах-скинни и черном топе. Едва увидев её, мы закричали:       — Ооо, Никита́, привет! Давно не виделись! Ты чего такая нарядная?       Никита́ просто набросилась на нас с объятиями и поцелуями. Она явно была рада встрече:       — Давно не виделись?! Это вы куда-то пропали! А мы так хорошо отрывались. Я же тату недавно набила, вы что не помните?       Она повернулась и продемонстрировала нам корону с крыльями на пояснице. Выглядело тату действительно красиво, о чем мы на перебой начали говорить:       — Вау!       — Круто!       — Действительно красиво.       Зеленые глаза Никиты́ заблестели от похвалы, но тут же она притворно надула свои пухлые губы:       — У вас могли бы быть такие же, если бы вы не уехали.       — Эх, да. Это всё Тереза.       В этот момент мы все втроём переглянулись и засмеялись. Никита́ еле отдышавшись спросила:       — Что опять у этой бестолочи случилось?       — У неё лошадь украли прям перед соревнованиями. А ты же знаешь, она сама ничего не может. Позвонила нам в истерике. Пришлось уехать.       — Пф, Тереза как всегда. Вообще не понимаю, почему мы с ней до сих пор общаемся.       Ева с Вероникой протяжно вздохнули:       — Это да.       Тут Ева вспомнила, что мы приехали в Нью-Йорк по делу, а не обсуждать Терезу:       — Кстати, тут дело есть. Пока мы искали лошадь Терезы, нашли кое-что еще.       Никита́ сразу сняла налет весёлости и на полном серьёзе начала вникать в курс дела. За это мы её и любили. После нашего рассказа Никита́ без разговоров была в нашей команде.       — И ещё одно: нам нужен какой-нибудь связной. Какая-нибудь «крыса», человек, который может «сливать» информацию. У тебя случайно нет таких знакомых?       Никита́ задумалась.       — Есть один. Чорт чистой воды, — сказала она с усмешкой.       — Давай нам его контакты.       Мы назначали ему встречу на свалке. Так как это был чорт чистой воды, он к нам пришёл. Мужчина был лысым, худым с плоским лицом и пузиком. Он представился как Мистер Джонсон, но мы прозвали его Чорт Джонсон, потому что он не достоин быть Мистером. После недолгих переговоров, мы взяли эту крысу в свою команду и объяснили, что он должен делать. Сразу после встречи у нас был назначен вылет на ранчо. По возращении нас встретила Николь:       — Я достала вам приглашение на бал в Париже и последние билеты туда. Это было не легко, но я справилась.       — Спасибо, Николь, — сказали мы и отправились в Токио.