Пролог.

      

«Не ведьма, не колдунья Явилась в дом ко мне, А летним днём испить воды Зашла случайно Смерть» Ария — «Там высоко»

      — Эйлин! — в гостиной раздался яростный, неприятно режущий, нелепо растянутый рык Снейпа-старшего.       Мужчина сидел в майке, которая давно потеряла свою белизну от времени, развалившись на диване, держа в одной руке бутылку дешёвого пойла, а в другой — кусок чёрствого хлеба. Отхлебнув с горла и даже не поморщившись от резкого, горького привкуса, он закусил несвежей сдобой и вновь заголосил.       — Ты где, ведьма?! Опять свои ублюдские штучки творишь в подвале? Тащи поесть! Я жрать хочу! — допив залпом оставшийся алкоголь, швырнул бутылку куда-то за спину, где она со звоном и разбилась.       — Сейчас, Тоби. — залепетала женщина, судорожно помешивая половником в кастрюле суп и подсыпая туда соль, попутно оглядываясь, чтобы очередная бутылка не полетела уже в неё.       Ее руки тряслись, а на бледном лице не было живого места от побоев. Резкие движения были явно противопоказаны Эйлин, она морщилась от каждого своего действия и еле-еле сдерживала слёзы боли от горящих огнем почек, отбитых вчера. Свежие гематомы нещадно ныли и багровели с каждым часом, а старые желтели на руках и ногах не скрытые одеждой рядом с новыми.       За её метаниями с верхней ступеньки старой лестницы наблюдал черноволосый мальчик с явным недовесом, одетый в старую рубашку, явно ношеную до него отцом и бывшую ему не по размеру, и темные подкосанные внизу штаны, изначальный цвет которых было сложно разобрать из-за обилия разномастных заплаток. Он бросал жалобные взгляды на мать, а после — ненавидящие на отца, сжимая кулаки.       Это ведь так ужасно — знать о магии, но не иметь возможности применить её, чтобы исправить хоть что-то, сделать жизнь хоть чуточку легче…       Сейчас как никогда хотелось не сдерживать эмоции, а, наоборот, выпустить их на волю — поднять сильный ветер, разгромить все вокруг, вышвырнуть папашу из дома, предварительно запустив чем-нибудь тяжёлым. Но он помнил прошлый раз, когда у него случился стихийный выброс: мама тогда попала в больницу от свалившихся на нее последствий продолжительных побоев: сотрясение, сломанный нос и рёбра, а отец, отыгравшись на жене, просто ушел в запой на неделю.       Северус тогда остался совершенно один. Опустошённый и брошенный, не зная, ни как добраться до мамы, ни как ей помочь. А в какой-то из вечеров его отец вернулся, схватив его за ворот такой же большой рубашки, надменно улыбнулся пьяной улыбкой, наклонившись к лицу, самым гадким тоном произнес: «Твоя мать на грани… Ик… жизни и смерти. Из-за тебя, дьявольское отродье!». И ведь тогда он — ещё совсем мальчик — согласился с этим. Северус не спал в ту ночь. Забившись в угол и обнимая колени, он прокручивал в голове сказанные слова.       Именно из-за него мама пострадала тогда, так что сейчас лучше не рисковать. Северуса радовало только то, что он попадет в Хогвартс ровно через год. А уже в школе станет изучать все самые страшные заклятия, и когда-нибудь проклянет эту пьяную тушу в гостиной чем-нибудь таким болезненным и неотвратимым, что эта мразь — его отец — будет медленно и мучительно, захлебываясь собственной кровью, желчью и жалостью, умирать. Нужно всего-то продержаться один чертов год.       Эти мысли всегда приносили странное опустошение и презрение к себе, а ещё такое тонкое, предвкушающее счастье… Он очень стыдился этих мыслей. Глядя на маму и Лили, понимал — они о таком не думают. Значит ли, что он… испорченный? Что он — плохой… никудышный сын и гадкий друг? С такими мыслями он засыпал, с такими же просыпался, с этими мыслями проводил день, но радость от того, что он накажет отца за все его злодеяния, все же таилась в сердце мальчика, согревая странным теплом.       — Вот, дорогой. — прошептала женщина, налив супа в тарелку, а после, аккуратно подняв ее, медленно и осторожно, ступая мелкими шажками, обступая битые стекла, понесла мужу в комнату.       — Наконец-то! Хоть на что-то годишься! — презрительно фыркнул Снейп, набрасываясь на еду и забывая про присутствие жены. Эйлин же, воспользовавшись моментом, сбежала обратно на кухню, убирать разбитую мужем бутылку.       Северус, послав в сторону отца полный ненависти взгляд, но смирившись с тем, что его месть придет явно не сегодня, спустился вниз и прошмыгнул в подвал дома. Там мать обустроила себе маленькую лабораторию, где варила зелья на заказ и обучала маленького сына этому сложному и увлекательному искусству.       Мальчик запер дверь, и в нос ударил запах сушеных трав и древесины. Он осмотрелся. На полках хранились ингредиенты, флаконы с готовыми зельями и книги. Под невысоким потолком сушились травы и будущие ингредиенты для зелий. Древние фолианты, заполонившие крохотную комнату, которые когда-то ещё мисс Эйлин Принц стащила во времена своей юности из библиотеки собственного дома, по десяткам разных дисциплин, особое внимание, конечно, уделяя зельеварению, ментальной и боевой магии — родовым дарам Принцев. Здесь же будут в недалеком будущем храниться и школьные принадлежности мальчика.       Будущий первокурсник подошёл ближе к рабочему столу матери и, задержав дыхание, провел пальчиками по черпакам, разделочным инструментом, задел рукой сухоцветы, которые ещё не потеряли свой запах. Было в этом нечто волшебное. Каждый раз, подходя ближе к столу, Северус испытывал трепет, нетерпение, предвкушение, что вот-вот — и ему позволят самостоятельно изготавливать сложнейшие зелья; что он будет наблюдать за закипающим варевом, отслеживая момент добавления очередного ингредиента, но… Пока он слишком мал, а Эйлин не может постоянно находится рядом и дарить возможность поиграть в помощника зельевара.       — Чертов Тобиас, — прошипел Северус, в очередной раз сжав кулаки. — И почему он до сих пор не сдох? — вопрошал мальчик у пустоты, перебирая в голове различные моменты собственной жизни и убеждаясь, что это животное, по иронии судьбы являющееся его отцом, испортило его детство и существование матери. Он каждый день надеялся, что папашу по пути домой собьет машина или алкогольное опьянение введет его в кому, из которой Тобиас не выберется.       Ему было непонятно, как его мама — самое доброе, нежное, теплое создание — могло связаться с чем-то настолько мерзким и отталкивающим, как Снейп-старший. Он так сильно любил маму, что только из-за этого убил бы это существо.       — Что за.? — раздалось за дверью хриплое недовольное бурчание, от чего ребенок вздрогнул и напрягся, вслушиваясь в каждый шорох. — Кто там? Эйлин, иди посмотри! Не видишь, я занят, чертова стерва!       Дальше можно было разобрать только скрип двери и взрыв… Зазвенели колбы на полках, сухоцветы попадали с потолка вместе с вещами, стоящими на краю стола, а стены содрогнулись, будто произнесли заклинание «Экспульс».       — А-а-а! — пронзительный, леденящий душу крик женщины и звук удара.       Мальчик напрягся и отполз в сторону, ближе к стене; было страшно. Он поджал коленки и затих, хотел было закрыть уши ладонями, чтобы не слышать весь ужас, но вместо этого сосредоточенно глядел на небольшую дверку, за которой, похоже, шла настоящая борьба.       — Ах ты, ублюдок! — вскричал Тобиас. — Ты кто так… — его прокуренный баритон оборвался, сменившись противными булькающими звуками, а за звуками раздался грохот, будто упало что-то тяжелое.       — Здесь больше никого нет, — прозвучал незнакомый мужской голос, после трех минут хождения по дому, на что указывал звук шагов над головой. Дом осматривали… Что было бы, если бы он Северус не ушел в подвал…       — Ладно, сожгите все к Мордреду, — послышался ответ с явным ирландским акцентом.       В тоне говорившего прослеживалось равнодушие и какая-то дикая скука: будто говорили о чем-то обыденном.       — Адеско Файр, — Северус вздрогнул.       Он слышал какой-то странный рев и потрескивание, как будто… «Мой дом горит», — вдруг дошло до него.       Сжавшись еще сильнее, мальчик почувствовал, что прямо сейчас заплачет. Ему вдруг стало так обидно, что, прожив десять лет в этом ужасном доме, он не смог попасть в Хогвартс, не смог вместе с мамой сходить за покупками, не смог убить отца, не смог… Мысли оборвались. Надышавшись едким озоном так перемешавшимся с угарным газом, что запахи было и не различить, мальчик потерял сознание.

***

15 июля 1993 года. США, Орегон, г. Окридж.       — Эй, Майк! — окликнул высокий парень, хлопая по плечу, впереди идущего человека. Тот обернулся и еле заметно улыбнулся неожиданному путнику. — Ты на охоту? — кивая на переброшенную через плечо мужчины винтовку, сказал парень.       — Ага. Говорят, волки нынче распоясались: столько развелось, паразитов, что аж в город выходить вздумали, — тяжело вздохнул Майк и остановился возле припаркованного у маленького продовольственного магазинчика мустанга.       — Ясно, — также кратко, в тон собеседнику, ответил второй. — Может, возьмёшь меня с собой? А то мало ли что может случиться там. — глаза парня загорелись надеждой и неподдельным интересом. Он выглядел как маленький ребенок, который просит у родителей новую игрушку, не подозревая о цене.       — Джордж, — спокойно произнёс Майк, открывая дверь машины, — я ещё не настолько стар, чтобы ко мне приставляли сиделку.       — Так я, может, как раз наоборот, хочу у тебя поучиться! — воскликнул рыжеватый парень, вскинув голову вверх.       — А вот для няньки я, пожалуй, староват, — хихикнул Майк, представляя себя в чепчике и переднике, и сел за руль, бросая винтовку на соседнее сидение. — Иди, Джорджи, тебя мать, небось, ждёт.       — Ну, Майк! — от негодования мальчишка даже притопнул ногой, показывая всем видом, что этот ответ его не устраивает.       — Ты ещё слишком мал для охоты. — снисходительный тон мужчины ещё больше разозлил собеседника.       — Мне пятнадцать! — прикрикнул рыжий, и начал подходить к потрепанному мустангу, намереваясь продолжить разговор внутри, а после поехать на охоту с Майком.       — Так, рядовой Полтер! — вмиг переменившимся тоном резко приказал мужчина.       Парень быстро потерял боевой настрой, подобрался и принял стойку смирно.       — Приказы старшего по званию не обсуждаются, сейчас же возвращайтесь домой!       — Есть, сэр! — с готовностью ответил Джорджи и, вздохнув, поплелся в сторону своего дома, с надеждой оглядываясь на машину.       — Тц, молодежь, — усмехнулся Майк Норт — бывший офицер морской пехоты — и завёл двигатель.       Ford Mustang двинулся в сторону выезда из небольшого городишка, где каждый знал друг друга в лицо, а из происшествий были мелкие кражи да вандализм подростков. Но это только для обычных людей.       Встречающиеся на пути морпеха машины сигналили ему в знак приветствия, мужчина коротко кивал и добродушно улыбался соседям. Когда табличка «Вы покинули Окридж, счастливого пути!» оказалась позади, он приоткрыл окно и вдохнул приятный запах хвои. Их небольшой городок находится в самом центре Орегона, среди густого соснового леса, благодаря чему воздух здесь всегда был бесподобным. Набрав полную грудь, мужчина вперил внимательный взгляд в полотно дороги, как вдруг заметил какой-то отблеск на лобовом стекле. Майк, прищурив свои бледно-зеленые глаза, пригляделся.       Впереди было четко видно, как с неба что-то падает. «Метеорит?» — подумал было мужчина, как вдруг этот самый «метеорит» приземлился прямо в чащу леса недалеко от шоссе. Земля немного дрогнула, и стекла форда задрожали. Затем машину сначала повело, а затем и вовсе отбросило с дороги на противоположную сторону, перевернув. Норт, сжав челюсть, отстегнул ремень безопасности и постарался открыть дверь, но ту заклинило намертво. Почуяв запах бензина, Майк решил вылезти через окно. Выбравшись, морпех побежал на север от места падения пикапа, и как раз, когда между ним и авто было метров восемь, раздался небольшой взрыв.       — Вот дерьмо, — выдохнул Майк, переворачиваясь с живота на спину.       Тяжело дыша, он постарался встать, но первая попытка оказалась неудачной. На вторую ушло ещё несколько минут.       — Теряю хватку, надо же. И что это там? — щурясь, вгляделся мужчина туда, где, по его прикидкам, должен был рухнуть загадочный объект. Но следов почти не было, так что Майк, плюнув в сторону машины, решил выйти ближе к шоссе.       Нащупав в кармане спутниковый телефон, морпех набрал номер соседа-автомеханика и потребовал от того тащить к нему свою тощую задницу.       — Ладно, Майк, жди, — раздался глуховатый тенор собеседника. Создавалось ощущение, что тот срывал голос раза три подряд, не меньше. — Говоришь, почти у самого выезда из города перевернулся?       — Лиам, катись уже сюда, на месте все увидишь.       — Ладно. — на этом разговор закончился. Убрав трубку в карман армейской куртки, мужчина направился в сторону предполагаемого падения НЛО.

***

       Северус закашлялся, переворачиваясь с живота на спину.       Еще несколько минут он старался прийти в себя, пытаясь понять, что с ним случилось. Через долгие три минуты, когда сердце пришло в норму, он оглянулся. В комнате было темно, достаточно темно, чтобы привыкание потребовало времени. Вскоре, протирая слезящиеся глаза, мальчик смог различить очертания каких-то предметов. Это была лаборатория его матери, что немного успокоило взбудораженный мозг.       Повернув голову в сторону двери, Северус увидел несколько не особо ярких лучиков, пробивающихся через щели в двери. Эти нехитрые действия, почему-то, отняли все силы, и мальчик снова лег на холодный пол, прижимаясь головой к ледяному камню. Ему казалось, что у него температура, иначе почему голова такая тяжелая, будто бы доверху залитая свинцом? И она просто жутко болела. В то время, как его тело отдыхало, он старался осознать, что же все-таки случилось. Кто-то пришел, угрожал маме, потом отцу, а потом спалил его дом. На сердце стало тяжело. Есть большая вероятность, что его мама — его родная и теплая мамочка… умерла. Северус похолодел от этой мысли, и ему жутко захотелось заплакать. Нет, нельзя. Как говорил его отец: «Мужчины не должны плакать», да и мама всегда просила его не рыдать. Так что надо успокоиться, все будет хорошо. Его мама сильная волшебница, она бы точно выжила.        — Мерли-и-ин, — поднимаясь, прошипел Снейп. Так как его жизнь прошла немного удручающе в Коукворте, он хотел, чтобы в Хогвартсе все изменилось, и стал заранее заучивать вот такие магические ругательства. С первой попытки встать не удалось, поэтому вскоре он снова упал на пол. Колени тут же отозвались болезненным уколом, а в руках что-то хрустнуло. Северус просто надеялся, что ничего не сломал. Во второй раз его подъем вышел куда удачнее: он зацепился за стол и с его помощью поднялся. Все его конечности напоминали налитые металлом формы, в них ощущалась такая жуткая тяжесть, что просто выть хотелось. Почти ложась своей грудью на стол, он старался передохнуть. Прошло пять минут по его мысленному подсчету. Решившись, он встал на ноги. Прикусив внутреннюю сторону щеки, он выставил перед собой трясущиеся руки и стал медленно отпускать стол и опираться на колени, тем самым пытаясь найти хоть какую-то опору, а впоследствии вообще желательно встать нормально. — Вроде все цело. — успокоив себя такими словами, он еще немного передохнул. И через очень долгие минуты он наконец-то встал.       Из всего произошедшего следовало всего одно — надо искать маму или пойти к Лили, а значит, необходимо уходить отсюда, ведь могут прийти те странные люди и, узнав, что он остался жив, убить его. Альтернатива так себе, поэтому лучше бежать, но сначала следовало собрать вещи, которая его мама хранила здесь.       — Та-ак, где-то здесь должен быть мой рюкзак, — заглядывая в один из нижних ящичков, сказал мальчик. Он старался проговаривать свои действия вслух, чтобы быстрее вернуться в реальность, потому что его мозг явно верить в произошедшее отказывался. — На нем чары расширения, значит, можно сложить туда все книги и инструменты и уходить… Для мамы тоже надо взять, но не факт, что ей пригодится… — тут он заткнулся и заругал сам себя — сейчас не время реветь и жалеть себя, что он остался один такой бедный сиротка, ведь, возможно, его маме нужна помощь. Сначала — выбраться, потом — предаваться сантиментам.       Увиденное же в первую минуту после открытия двери его загнало в тупик. Лес. Это был грёбаный лес. В его родном городе такой зелени отродясь не росло! Сосны, Мерлин… И как, скажите на милость, он из Коукворта, где такой растительности никогда не было, в какую-то тайгу переместился? Снейп сделал глубокий вдох, вдыхая свежий хвойный аромат, постарался успокоиться и не сильно задумываться о своем местоположении. Поправив лямку сумки за спиной, он осмотрелся. «Ничего, все равно это лучше, чем жизнь с Тобиасом», — подумал Северус.       — Оптимист мордредов. — хмыкнул мальчик, осудив сам себя, и покрепче ухватил мамину волшебную палочку, которую та прятала в одном из ящиков в лаборатории. Снейп решил попытаться выйти к дороге, если таковая найдется, и от нее в какой-нибудь населенный пункт, а там уже можно незаметно стащить кое-каких вещей и пробраться в автобус. Но первым делом ему, конечно же, необходимо узнать, где он. Юного мага так и подмывало произнести заклинание «Темпус» (заклинание, которому его научила мама), но мысль о надзоре его не покидала. Лишиться палочки — это последнее, чего он желает, а ещё быть найденным.       Если честно, то Снейп давно думал о побеге из дома и неоднократно моделировал эту ситуацию у себя голове. Куда пойдет, что возьмёт, что нужно сделать, как будет выживать. Все это он давным давно обдумал и выявил наилучшие варианты, но сейчас, когда такая ситуация стала явью, ребенок испытывает настоящую растерянность и страх. Хочется просто сорваться и побежать к маме, попасть в ее объятия и хоть ненадолго ощутить себя в безопасности, но мысль о том, что это, возможно, стало неосуществимо… Буквально съедала его изнутри.       — Хватит! — резко пробормотал юный волшебник и постарался закрыться от этих чувств и мыслей, засунуть их как можно дальше, туда, где бы их никто не нашел, в том числе и сам Снейп. Особенно он сам. Поставив между собой и этими воспоминаниями воображаемую стену, Северус ощутил, как тяжесть внутри немного ослабевает, но не отпускает его и не даёт дышать спокойней. Решившись отвлечься от своих мыслей, он только сейчас замечает, насколько воздух этого места чище смрада Коукворта, где он не задыхался лишь только потому, что давно привык к этому зыбкому ядовитому туману, который погружает его родной городок в невыносимую серость и мглу.       В лесу было до невозможности тихо, прямо как на кладбище. Такое сравнение заставило паренька невольно вздрогнуть, съежиться и заставить себя идти дальше и быстрее, как вдруг откуда-то справа, совсем близко, раздался хруст ветки. Северус тут же остановился и настороженно прислушался, не отрывая взгляда от места, откуда послышался звук. Прошло несколько томительных секунд, и послышался еще один хруст. Северус, не смотря под ноги, сделал шаг назад. Послышался тихий щелчок, и Снейп, единственным образом успев среагировать, упал на землю, стараясь не завыть от боли, что пронзила его правую ногу. Он попался в какой-то капкан для животного.       — Чёрт, — сдавленно пискнул Снейп и попытался открыть мощные железные зубы. Металл плотно сидел и впивался в бледную кожу юного мага, пробив мышцы и кое-где задевая кость, чем причинял невыносимые страдания. Плюнув на запрет волшебства для несовершеннолетних, он достал палочку из кармана штанов и прошептал заклинание. Капкан резко раскрылся, мальчик сумел вытащить истекающую кровью конечность. Прикусив губу, Северус пытался отползти подальше, чтобы не привлечь какого-нибудь зверя, который будет шастать по лесным дебрям, но нога неистово болела. Вот здесь ребенок ощутил, как в глазах начало щипать, терпеть не было сил.       — У-ух. — простонал парень. Нога болела нестерпимо. И, как назло, в голове образовался вакуум. Ни одно заклинание не вспоминалось, и ничего не приходило на помощь.       — Эй, здесь есть кто-нибудь? — до мальчика донёсся незнакомый голос. Дыхание участилось. Стало по-настоящему страшно. В голову ребенка лезли различные мысли о маньяках, убийцах, людоедах. Обо всем, чем так любил его пугать отец, напоминая о том, что Северус — ошибка, и была бы воля Тобиаса, он бы давно пришиб надоедливого мальца.       Отметив, что любое движение вызовет хруст веток и шелест травы, а также нестерпимую боль, маг даже не представлял, что ему делать. Сидеть здесь означало рано или поздно попасться странному человеку, а бежать у него не было сил, да и нога болела, причем очень сильно, аж до противных соплей и слез на глазах. Вот сейчас хотелось лишь оказаться дома, в объятьях мамы и забыть всё, как страшный сон.       — Э-эй! Я слышу ваше дыхание, советую выйти сейчас же. — в голове мужчины же творилось немного иное. Он просчитывал возможные варианты того, кем может оказать таинственный гость, которого он вычислил буквально по дыханию. Не похоже ни на вервольфа, ни на черного пса или вендиго. Значит, человек, но и люди могут представлять даже большую опасность, чем любой пресловутый монстр, и в его же интересах защитить так полюбившийся ему городок. — Эй! — коробило, правда, отсутствие оружия, но и Норт не пальцем деланный.       «Выйти или нет?» — думал мальчик.       — Я здесь! — крикнул парень и поплотнее сжал в ладони кусочек дерева, его единственную защиту от всего непредвиденного и опасного.       — Ну наконец-то! — заворчал Майк и пошел прямо к месту, где находился мальчик. Про себя он отметил, что голос слишком высокий для взрослого, а ребенку здесь делать нечего… Какого же было его удивление, когда он увидел худенького, невысокого мальчика в обносках с большими и полными боли и страха чёрными глазами, что глядели на него с подозрением и явным опасением. — Малец, ты что здесь забыл? Где твои родители? — подходя ближе, спросил Норт.       — Может, сначала представитесь? Я с незнакомыми людьми не общаюсь. Мама запретила, — отодвигаясь от подозрительного, но все же потенциального спасителя, спросил Снейп, немного стыдясь за то, что сказал последние слова про маму.       — Майкл Норт, — усмехнулся морпех и протянул ладонь мальчишке. Опустив глаза, он заметил окровавленную штанину и прищурился. — А что это? Упал?       Северус молчал и настороженно осматривал человека. Передвинув ногу, он громко зашипел. Норт, даже не дожидаясь ответа, приподнял штанину.       — В капкан попал, — задумчиво пробормотал Норт, а потом в нем пробудилась сердобольность, за которую его в юности журили сослуживцы, но которая позволила ему в бытность охотником спасти не одну невинную жизнь, принялся оказывать пострадавшему первую медицинскую помощь.       — А тебя как, собственно, зовут, парень? — спросил Норт, заканчивая забинтовывать ногу ребенка. Затем он подумал, что негоже мальцу на земле рассиживаться, и поднял того, как котенка за шкирку, подхватывая на руки.       — С… А… К…рис, — соврал Северус, стараясь припомнить знакомые ему имена. — Слушайте, а где у вас автобусная остановка?       — А зачем тебе? Сначала больница, потом твои родители, а потом уже и остановку покажем.       — Не стоит, я сам справлюсь. — прожигая взглядом незнакомца, ответил Снейп.       — Ух, а ты часом не сынуля Горгоны? Какие глазищи, прямо как у моей тещи, царство ей небесное. — хмыкнул Майкл, чем заслужил непонимающий взгляд ребенка. — Так, Крис, а у тебя фамилия есть?       — Есть.       — Какая?       — Такая же, как и у моих родителей.       — А какая у твоих родителей?       — Такая же, как у меня. Мистер Норт, может, мы не будем выяснять, кто от кого появился, и вы просто покажете мне, как можно уехать отсюда?       — Знаешь, а ты мне нравишься. — улыбнулся Майкл. — Хорошо, но сначала отвезем тебя в больницу, а то мало ли, что у тебя может быть после скитания по лесам. Орегон — не самое безопасное место, особенно в дикой его части.       — Стоп, Орегон? — удивился мальчик и не на шутку испугался. С географией у него проблем не было, и он прекрасно знал, что такое название имеет только штат в США. «Мордред, как я в Северной Америке оказался?!» — про себя Снейп уже бился в неистовой истерике и даже ударился лбом о ближайший сосновый ствол, но всё это происходило лишь в его сознание, оставаясь скрытым от посторонних, а внешне было видно только появившееся волнение и неестественную бледность.       — Эй, ты чего? Что-то случилось? — оказалось, что Майк уже отнес его на несколько метров вперед. Северус прислушался к своим инстинктам, как он часто делал при знакомстве с людьми, и о чём ни разу прежде не пожалел, и не почуял никакой опасности от этого странного… Американца. — Кстати, ты откуда вообще? По акценту я бы назвал тебя британцем.       — Вы поразительно догадливы, мистер Норт. Я действительно из Британии. — все-таки продолжая держаться за неожиданного спасителя, ответил «Крис».       — Ну и как ты здесь оказался, малой, да ещё и без родителей?       — Вы поверите, если я отвечу, что не знаю?       — Нет.       — В таком случае, я не буду ничего отвечать вообще.       — Мда, и как же тебя такого терпели твои старики? — вопрос звучал больше риторически, так что черноволосый лишь фыркнул на это, немного успокаиваясь. Чисто теоретически, мама могла как-нибудь заколдовать лабораторию, чтобы в случае опасности оказаться в другом месте. Так что он может воспользоваться этим человеком, а потом поехать домой, где его встретит… а если…? Нет, мама обязательно встретит его.       Добравшись до шоссе, они огляделись и увидели подъезжающий автомобиль. За рулём сидел щуплый немолодой человек с пшеничными волосами, одетый в грязный комбинезон.       — Эй, Лиам! — Майк помахал водителю, и тот, кивнув, припарковался у обочины.       — Майк, что за черт? Где твоя тачка? — механик по началу даже не заметил маленького свидетеля их разговора.       — Приглядись.       — Вот дерьмо. — выругался он, достал телефон из кармана и принялся звонить в пожарную и полицию. — Ты чё сам сразу не набрал?       — Не захотел, да и Стивенсона не переношу.       — Как знаешь. — сказал он и принялся отвечать на вопросы, исходящие от диспетчера. — Стоп, а это кто?       — Юный автостопщик. Слушай, Ли, отвези меня в больничку, надо парня осмотреть.       — Без проблем. — согласился худощавый и кивнул на машину. — Залезайте. — Майкл аккуратно усадил свою ношу на заднее сидение машины соседа и присел на пассажирское сидение рядом с водителем.       Спустя минут пятнадцать вся компания стояла у небольшой клиники и думала, кто и с кем пойдет.       — Значит так, Крис, — вздохнул Норт, — лечиться будешь по моей страховке, а значит, будь паинькой. К педиатру пока очередь, так что посиди вот, — мужчина пихнул мальчугану в руки брошюрку, — а я поесть раздобуду.       — Я не голодный.       — Врать научись, — хмыкнул морпех и потрепал его по волосам. — Ладно, не скучай. — и отправился в сторону небольшого магазинчика, что находился прямо напротив клиники. За его передвижениями Северус пристально и настороженно следил через окно. Вздохнув, ребенок развернул брошюрку и замер. На ней была четко выведена дата: 5 июля 1993 года, говорилось в ней о каких-то препаратах от гриппа, но Снейп в это особо не вникал, пребывая в глубочайшем шоке.       — Святой Мерлин, куда же это меня занесло… — пробормотал мальчик. Его теория о заколдованной лаборатории явно отпадает. Воздуха резко стало мало, он почувствовал тошноту. Его мама, как она прожила без него все это время?       — Привет, — донеслось внезапно откуда то сверху и Крис поднял глаза. Перед ним стояла милая невысокая девушка, одетая в форму медсестры. — А где твои родители?       — Эм, точно не знаю… — проговорил мальчик, немного растерявшись.       — Ты что, потерялся? — воскликнула девушка и присела рядом с мальчиком, начиная гладить того по волосам. — Бедненький, как же так? Ты же не местный? Я тебя раньше не видела?       — Нет, я сюда… Приехал?       — О, значит, вы с родителями сюда отдыхать приехали? А ты их где потерял? Нужно срочно позвонить в полицию!       — Мисс… — Снейп удивился такому напору и попытался вставить слово, но у него не особо получалось.       — Саммет, малыш. Оливия Саммет, — она улыбнулась и продолжила. — А ты откуда?       — Из Англии…       — Ох, правда? Такая чудесная страна! У меня тетушка Мэри британка! Она такой чай готовит, просто изумительный чай! А ты сюда с кем приехал? В смысле, в больницу? С полицейским?       — Нет, с мистером, который меня нашел в лесу.       — Ох, должно быть, с Майклом Нортом? — она заметно покраснела и зарделась, начиная поправлять завитые кудри. Северус кивнул, моля, чтобы девушка поскорее отстала от него и пошла по своим делам. Он хотел посидеть в тишине, пока ждёт свое время на прием к врачу, а тут одна разговорчивая личность мешает всем его планам. — Настоящий мужчина! Я всегда это знала, он такой, да. Всегда поможет. Настоящий рыцарь! Не то что некоторые… — она покосилась куда-то в бок и задумалась о чем-то своем.       — Это ты у нас записан на 12:05? — к нему вышел невысокий мужчина в возрасте с какой-то тетрадкой в руках. Мальчик кивнул и попытался встать, но лишь зашипел от боли. — Так, молодой человек, не самовольничаем! Так, нога значит. Как зовут?

***

      В полной тишине раздался громкий звонок. На прикроватной тумбе зажглась лампа. Небольшая двуспальная кровать дешёвого придорожного мотеля прогнулась под весом парня лет двадцати на вид, принявшего сидячее положение. Черные средней длины волосы были немного растрепаны от беспокойной ночи, а темно-карие глаза посмотрели на телефон, лежащий на столе в десяти метрах от него. Тихо рыкнув от легкого раздражения, юноша подошел к столу, взял телефон и ответил. Из гаджета послышался хриплый знакомый голос.       — Крис? — голос мужчины из динамика был немного нервным. Слышалась хрипотца, характерная для курильщика с двадцатилетним стажем, прерываемая тяжёлым дыханием.       — Да, Майк, что-то случилось? — переводя взгляд на окно, за которым раскинулась дорога, покрытая утренним туманом, спросил парень. — У тебя голос сам не свой.       — Все нормально, малец, просто хотел узнать, как продвигается охота, справляешься? — Норт издал смешок. Кристофер слегка приподнял уголки губ, но его не покидало чувство беспокойства.       — Само собой. Сомневался, старик? — попытался разрядить обстановку Крис, однако не почувствовал себя лучше. Напряжение не проходило. — Пара оборотней, что орудовала здесь, закопаны в местном лесочке. Волноваться не о чем.       — Нет, ты, пожалуй, лучший, кого я знаю, так что верю в тебя. — мужчина на том конце провода замолчал. Младший потёр шею, как признак усиленной мыслительной деятельности.       — Эй, Майкл, ты чего на комплименты расщедрился? — усмехнулся юноша. Он отвернулся от окна и, наконец, посмотрел на экран телефона, отображающий номер бывшего охотника. — Что-то не так?       — Крис, можешь мне кое-что пообещать? — вдруг резко прозвучал голос морпеха. Норт-младший немного завис и непонимающе посмотрел на знакомые цифры, высвечивающиеся на небольшом дисплее гаджета. Сердце начало ускорять свой темп работы.       — Что, например?       — Ты помнишь Джона Винчестера?       — Ещё бы, попробуй забудь… — фыркнул Кристофер. При упоминании имени Винчестера, память услужливо начала подкидывать знакомые картинки из прошлого. — Отец Дина и Сэма. Хороший охотник и та ещё упертая задница. — тихим, протяжным голосом добавил Норт-младший.       — Правильно, так вот. Помнишь, на кого он охотится? — парень нахмурился, но все же ответил.       — На тварь, убившую его жену.       — Все верно, — рассмеялся мужчина и слегка закашлялся, — какой ты уже взрослый…       — Майк! Да что случилось? — не выдержал охотник.       — Пообещай не искать его. Пообещай не стараться приблизиться к Азазелю. — голос Майкла звучал неожиданно строго и немного приглушенно.       — Азазелю? Ты знаешь, как зовут убийцу Мэри Винчестер? — немного удивлённо пробормотал Кристофер. Он никогда раньше не слышал этого имени, ни Майкл, ни Лиам не упоминали про него, но, судя по тону старшего, тот давно знал о том, о ком сейчас рассказал.       — Да, Азазель — это демон. Очень сильный и могущественный, — морпех тяжело вздохнул, — не знаю, на что надеется Джон. Нельзя жить местью, ведь у него сыновья…       — Я так понимаю, ты мне на что-то пытаешься намекнуть? — с осознанием протянул Кристофер. Он ещё крепче сжал телефон в руке, от чего послышался треск пластмассы.       — Да, — тихо, с характерно хрипотцой подтвердил Майкл, а затем хмыкнул, но в этом слышалась какая-то грусть. Совершенно нехарактерная для Норта. — Я хочу тебя попросить, чтобы ты никогда не смел жить ради мести. Не губи свою жизнь. — молодой охотник замер.       — Что это за хрень сейчас прозвучала, Майк? Ты собрался умирать, что ли? Что за наставительные речи?! — в трубке было тихо, только слышно было как какой-то треск на заднем фоне временами колебал стоящую тишину.       — Все в порядке, Крисси, удачной охоты… Сынок. — усмехнулся отставной военный и вновь закашлялся.       — Майкл! — буквально заорал в телефон, но вызов прекратился.        Парень схватился за волосы, а потом принялся за сборы своих немногочисленных вещей. Все же, когда ты идёшь на дело, то не можешь позволить себе огромный чемодан, исключительно небольшую походную сумку. Спустя десять минут, предварительно осмотревшись, чтобы удостовериться в том, что он взял все необходимое и ему принадлежащее, охотник вышел из номера. После Крис направился вниз, быстро преодолевая ряд ровных ступенек. На первом этаже, у стойки администратора, Норт сдал ключи, получил кучу улыбок от девушек на ресепшене, на которые не обратил внимание, пребывая в состоянии то ли злости, то ли страха, и вышел из отеля. На парковке возле здания охотника ждал черный автомобиль, купленный им немного позднее ухода из университета. Крис быстро сел и надавил на газ, он чувствовал, что сейчас ему нужно срочно отправляться в Орегон.       В небольшом городке, со всех сторон огороженном лесом, юноша знал все. Он провел здесь часть своего детства и юность. Здесь первый раз подрался, взял в руки оружие, здесь он впервые заинтересовался наукой и впервые начал встречаться с девушкой. Лицо невысокой ученицы средней школы до сих пор было в его памяти, но не как факт его сильных чувств, скорее, просто приятное (или не очень) воспоминание о первой влюбленности. Много картин прошлого хранят стены этого спокойного городка, но сейчас в нем стоит необычный гвалт. Крис видел, что знакомые люди провожают его машину сочувствующими взглядами, постоянно перешептываются со скорбным выражением лица. Охотник чувствовал неладное, поэтому поспешил к дому, знакомому ему с юного возраста.       Дорога заняла не больше пятнадцати минут, и вот, он на месте. Приемный сын Майкла Норта, пряча руки в карманы черной кожаной куртки, молча смотрел на пепелище, на место, где совсем недавно жила вся его семья. Конечно, она состояла всего из двух человек, один из которых был лишь соседом, но ведь значимость трагедии не измеряется количеством жертв.       Пусть он и уехал из этого дома четыре года назад, едва ему исполнилось восемнадцать, обосновавшись в Чикаго, но парень никогда не терял связи с этим местом. Сейчас же у него будто сердце выдрали из груди, не используя и капли анестезии, разрезали все нити, связывавшие его с дорогими людьми. Слез не было. Он даже моргнуть не мог, тело будто онемело. Хотелось закрыть глаза, отвернуться, посчитать до тридцати и вновь поднять веки, наблюдая иную картину, но… Она не менялась. Крис сцепил зубы и отвёл взгляд. Он больше не мог это видеть. Он не мог спокойно осознавать, что то, что составляло его жизнь целых двенадцать лет, исчезло, оставив за собой лишь пепел и обгоревший железный каркас старого Форда, принадлежавшего его приемному отцу.       — Извините… Можно пройти? — раздался настойчивый голос позади парня. Юноша обернулся и увидел, как к нему подходит полицейский, умело проскользнувший сквозь небольшую толпу зевак. — Здравствуйте, вы Кристофер Норт? — спросил служитель закона, подошедший к нашему герою.        Молодой мужчина посмотрел на низенького полицейского, макушка которого заканчивалась на уровне его плеч, и ответил на заданный ему вопрос.       — Я, — люди, стоявшие вокруг тут же зашептались, говоря о горькой судьбе и тому подобному, что любят говорить в таких ситуациях, зачастую не чувствуя и толики той скорби, которую пытаются выказывать. Норту захотелось уйти, он ненавидел, когда его пытались жалеть или утешать, он презирал это, считал слабостью, а себе он этого позволить не мог.       — Вам надо пройти в участок и опознать тела, ну, или попытаться.       — Хорошо. — сказал парень и немного рассеянно кивнул.       — Пойдемте за мной.       На обратном пути полицейский с трудом пробирался через толпу соседей, интересующихся скандальными новостями, а вот молодому парню таких усилий прикладывать не было нужды. Все перед ним и его взглядом из-под нахмуренных бровей расступались, а сразу после того, как он проходил, начинали шептаться: «Какой у него пустой взгляд», «Ему явно нужна помощь», «Он так любил Майкла и Лиама». Кристофер скрипнул зубами, чувствуя огромную ярость и злость. Ему хотелось все здесь разрушить, камешка на камешке не оставить, убить всех этих идиотов на месте, но… Он не мог позволить себе поддаться чувствам и эмоциям, потому что после них останется лишь боль и разочарование. Да и он ведь охотник, человек защищающий мирных граждан, а не нападающий на них.       Парень наконец-то дошел вместе с представителем правоохранительных органов до патрульной машины и направился к своей, стоящей неподалеку. Усевшись на водительское сиденье машины, Крис посмотрел на середину руля, пристегнулся и надавил на газ. В голове Норта крутились различные мысли, направленные на возможные причины смерти названного отца и его друга. Сомнений в том, что это была одна из тех сверхъестественных тварей, на которых они охотились, не было. Врагов у мужчин было много, так что круг подозреваемых расширялся и расширялся. Однако в глаза бросалась явная магическая природа огня. Ведьмы? Демоны? Кто из них? Зацепок не было, да и искать на месте бессмысленно, пламя уничтожило все следы.       Вскоре, когда они подъехали к участку, из патрульной машины поспешили выйти полицейские, а Норт немного замешкался, пребывая в своих мыслях. Один из служителей закона подошел к стеклу черной машины и постучал, привлекая к себе внимание. Охотник очнулся и, заглушив мотор, вышел из автомобиля. У ступенек их встретил один из коллег патрульных.       — Дальше Вас сопроводит Майкл, — сказал напарник того полицейского, который первый заговорил с Крисом на месте трагедии.       Парень вздрогнул и посмотрел на худого человека, года на два старше него. Тот был одет в форму, но от него несло трупным запахом и медикаментами. Видимо, он часто посещал судмедэкспертов. Новый коп приветливо поздоровался и быстро проводил в морг, снимая простынку с одного тела.       — Почему одно? — спросил Норт, оглядывая обгорелые останки и еще больше ощущая подкатывающую к горлу горечь.       — Второе тело сгорело. Похоже, что заживо. Осталось лишь несколько костей и то, сильно обугленных.       — Что? Каким должен быть огонь, чтобы кости тоже… сгорели?       — Очень сильным и долгим. Вот только этот пожар начали тушить через пять минут и, по идее, их должны были спасти, но что-то пошло не так. Такое, честно говоря, впервые в моей практике.       Кристофер побледнел и повернул голову в сторону, сжимая губы в тонкую нить. Ему было невероятно тяжело смотреть на это, слушать и даже дышать этим чертовым запахом паленого мяса. Он, превозмогая в себе все, что только возможно превозмочь, подошел поближе к обгорелым останкам. Обугленное нечто лежало перед ним, и, казалось, что он не узнает его. Точнее, хотелось бы не узнать, чтобы все это было такой глупой ошибкой. Вот только эти черты ауры, он так хорошо их помнил. От обгоревших останков исходила такая знакомая, ставшая родной за все эти годы, энергия. Сомнений не осталось.       — Это Лиам Уорен, друг моего отца. — глухо заключил охотник и сжал крепче челюсть. Хотелось выть.       — Значит, все-таки они… — тихо прошептал Майкл.       Охотник кинул на него подозрительный взгляд. Полицейский тут же начал оправдываться.       — Мы сразу так и подумали, нужно было лишь подтверждение.       — Понятно. Я займусь похоронами. До свидания. — коротко бросил Норт и поспешил уйти. Ещё никогда он не чувствовал такого ужаса, находясь вблизи трупов.

***

      Подписывать договор о кремации тел, хотя скорее того, что от них осталось, молодому человеку было не по себе. Пальцы немного подрагивали, но он с огромным трудом взял себя в руки и наскоро поставил острую, немного кривую, подпись внизу документа. После охотник кивнул работникам крематория и быстро покинул это здание. Внутри даже воздух душил, в ноздри пробивался запах древесины вместе с фантомным густым дымом. Кристофер с трудом выравнивал дыхание, у него было ощущение, что он даже слышит глухой голос Норта, говорящий ему «Сынок». Ему казалось, что прямо сейчас перед ним выйдет Майкл, улыбнется и скажет, что он жив, что все хорошо.       Отмахнувшись от бреда собственного мозга, Кристофер Майкл Норт, в прошлом Северус Тобиас Снейп, сел в свою BMW и с силой захлопнул дверь. Некоторое время он молча сидел, сдерживая какую-то холодную ярость. Не хотелось думать о том, что прямо сейчас останки их тел сжигают. Что прямо сейчас… Парень завел автомобиль и тронулся с места, выезжая на главную дорогу, ведущую к шоссе. Сегодня он хотел навсегда покинуть этот город.       Ещё в голове скреблась нелестная мысль о правильности происходящего. Норт думал о том, что он не похоронил Майка и Лиама, как охотников, но потом, вспоминая практически уничтоженные тела, убеждался, что смысла особого не было. Кремация поможет им обрести покой.       Стараясь не обращать внимания на знакомые ландшафты и мелькающие лица бывших соседей, юноша проехал мимо таблички «Вы покинули Окридж, счастливого пути.» Кристофер ехал молча, чувствуя, что силы покидают его. Сегодня ночью погибли самые близкие для него люди. Их больше нет. Ты никогда не увидишь вновь их улыбки, не услышишь добрых слов, не обнимешь их. Его душа, его сердце — это пепелище. Как иронично. В голове все ещё мелькали воспоминания о груде пепла и обгорелых останках Уорена. Охотник стиснул зубы и надавил на педаль газа ещё сильнее. Он найдет ту тварь, которая убила его отца, он найдет и отомстит. В этот момент в голову охотника неожиданно пришла мысль о том, что Майкл неспроста упомянул в последнем их разговоре Азазеля и Джона Винчестера. Руки ещё крепче стиснули поверхность руля.       Восемь часов такой поездки длились невероятно долго, став личным адом для молодого охотника. Он никак не мог успокоиться, все время думая только о том, что недавно произошло. Все ранее выученные ментальные знания сейчас не помогали. Чувства не успокаивались. Последние пару часов стали еще гаже, чем прошедшие шесть. Начался дождь. Была ужасная видимость, так что Крис притормозил возле какого-то придорожного мотеля.       Оставив машину на стоянке и прошептав пару защитных заклинаний, он вошёл в невысокое здание и взял ключ от номера, оплачивая его наличными. Желания на взаимные любезности с девушкой на ресепшене у него не было, так что просто проигнорировав вопрос, все ли с ним в порядке, Норт ушел к себе. С ним явно все не в порядке, точнее, с его жизнью.       Обычный, но достаточно аккуратный номер с односпальной кроватью, не вызвал мгновенного желания немедленно провалиться в сон. Надеяться на то, что с новым днём старые проблемы его покинут было глупо, но парень надеялся. Он завалился на постель, скинув с себя только черную кожаную куртку и ботинки, к его удивлению, он быстро уснул, измотанный ужасным днем. Проснулся он только в первом часу следующего дня. Надежды не сбылись. Кристофер просто чувствовал легкое отупение, наконец-то пришедшее к нему. Мыслей не было, никаких.       Через несколько часов охотник въезжал в город Чикаго. Там было очень пасмурно, почти начинался дождь. Люди спешили по домам, появились первые капли на лобовом стекле, но Крис ничего этого не заметил, поворачивая на знакомую улицу. Спустя пятнадцать минут он подъехал к серой и немного мрачной высотке. Норт оставил автомобиль на стоянке и, все еще не замечая дождь, решительно и немного резко вбежал по ступенькам, проскальзывая внутрь. К его счастью, лифт был пуст и только ждал, когда он войдёт в него. Кнопка пятнадцатого этажа загорелась, и железные двери закрылись.       Парень прижался лбом к холодной поверхности стены железного ящика, помогающего людям подниматься и спускаться без особых проблем, и прикрыл глаза. Только сейчас он понял, насколько его голова раскалывается от пульсирующей в висках боли. Он едва поморщился и залез в карман черных джинс, в надежде, что у него есть с собой обезболивающие таблетки. Вместо этого он по инерции вытащил телефон. На экране мобильника высветились дата, время и новое сообщение. Открыв его, Кристофер увидел короткое послание от… Майкла Норта. Там было всего три слова. «Береги себя, малец». Оно было отправлено буквально через пятнадцать минут после звонка мужчины. В этот момент парень выругался и пожалел, что не посмотрел сообщения раньше.       Двери лифта открылись, Кристофер выкинул мысли из головы и, не глядя по сторонам, сразу же прошел вперёд, заворачивая налево к самой дальней квартире под номером «53 Б». Зазвенели ключи, и несколько щелчков ознаменовали возвращение хозяина домой. Просторная квартира встретила звенящей тишиной. Раньше она была уютной и комфортной для молодого человека, но сейчас он ощутил себя ещё хуже. Парню было не просто плохо, ему было омерзительно хреново от этой пустоты.       Единственное желание, которое изъявил его воспалённый мозг, — это опустошить свои запасы хорошего виски и абсента, хотя последнее на него плохо действует, но гарантированно отбивает память, что сейчас просто необходимо. Ноги сами привели его к винному шкафу на кухне. Несмотря на то, что Кристофер отказался от завтрака в мотеле и даже по дороге ничего не перекусывал, а просто гнал на всех парах, есть ему не хотелось. Даже не так. Казалось, что попробуй он засунь в рот хоть что-то, его тут же вывернет. А вот алкоголь пошел нормально. Выкинув телефон к чертям куда-то в сторону, откуда послышался стук падающего гаджета, охотник открыл первую бутылку виски. После четвертого глотка стало легче, немного, но легче.       — Блядство! — прошипел Крис, стукаясь головой о дверцу кухонной тумбы. Он медленно поднимается, потирая ушибленное место и ставя бутылку виски на барную стойку, вновь направляясь к винному шкафу. — Сегодня нужно что-то покрепче. — тихо произнес он и протянул руку к полной бутылке абсента.       Кристофер достал бутылку из шкафа, делая большой глоток из горла. Это был некий поминальный жест, возможно, ещё и извинение за то, что он не смог похоронить людей, заменивших ему родителей, как полагается. Как охотников. Парень прикрыл глаза, протяжно выдыхая горячий воздух из груди. Под ребрами что-то болело, не физически, нет. Он никогда не думал, что это произойдет так рано. Казалось, ещё вчера он более мелкий, чем сейчас, бегал по двору и заглядывал через плечо Лиама, наблюдая, как тот чинит очередное авто. Мужчина каждый раз улыбался и, отодвигаясь, чтобы мальцу все было видно, начинал показывать и пояснять, что к чему. Крис с упоением слушал, наблюдал, впитывая информацию, как губка. Такая любознательность касалась многих сфер жизни. И сейчас его интересовало кое-что, самое важное, кажется, в его существовании, — кто убил его семью.       Норт ударил рукой по стене, а потом еще раз и еще. Он чувствовал злость и отчаяние. Весь контроль полетел к чертям. В комнате послышался громкий и надрывный крик. Охотник колотил стену, разбивая костяшки до крови. Ещё пять ударов рук, с которых содралась кожа, и он остановился. Кристофер приложил изувеченную руку к стене, наклоняя голову. Его дыхание было тяжёлым.       Парень отхлебнул ещё алкоголя и решил сменить локацию. Он вышел из кухни, прошел по средней длины коридору и открыл самую дальнюю, внешне ничем не отличающуюся от своих сестер в этом доме, дверь. Снаружи она была обычной деревянной, но внутри находилась сталь. Правда, помимо этого на всей квартире висела такая защита, что ни одно из тех существ, на которых охотится Норт, не рискнёт пробраться в его обитель. Сотни различных знаков были изображены под покрытиями пола, стен и потолка. Если бы они могли светиться, то он бы сверкал изнутри, как неоновая вывеска.       На доме Майкла и Лиама была подобная защита, и это делало вопрос: кто их убил? Ещё сложнее: кто смог бы обойти сотни знаков и заклятий? Крис не понимал.       В комнате было темно, так что парень поспешил включить свет и сразу же направился к рабочему столу с компьютером, десятком папок на нем и настольной лампой слева. Стол стоял справа от двери и занимал довольно мало пространства в сравнении с другими вещами. Боковые стены были полностью заняты книжными стеллажами с собраниями по различным тематикам. От органической химии и информатики до черной магии и ритуалов. Хоть подавляющее количество старых сборников и скрывающихся в них знаний молодой человек никогда не решился бы применять на практике из-за чрезмерной кровавости, но предметом изучения они все же являлись преинтереснейшим. Большинство книг были незаметны, так как скрывались маскирующими заклятиями от непрошеных глаз. Всем этим премудростям его в свое время научила Миссури, не особо сильная, но крайне умная белая ведьма, которая решила, что именно Кристофер подойдёт на роль её ученика. В итоге, обучение завершилось лишь в его неполные семнадцать, тогда как началось ещё в десять, в момент, когда его силы начали искать выход после странного переноса в это время.       На центральной стене висели винтовки, автоматы и прочее оружие. Рядом были стеллажи с пистолетами разных моделей, ножами и прочим, что имеется у любого нормального охотника. Считай, каждое второе дело может принести тебе пополнение в багажнике. Правда большинство того, чем пользовался Норт, собрал он сам. Так было проще понять, как оружие работает, а, соответственно, легче предотвратить любую неполадку.       Сейчас юноша присел на довольно удобное кресло, стоящее около стола, а затем отодвинул его верхний ящик. Там на его дневнике, куда он записывал какие-то новые всплывающие факты о сверхъестественных тварях и способах борьбы с ними, лежал старый револьвер и маленькая коробка с пулями к нему. Парень взял в руки раритетную штучку и отодвинул барабан, вынимая патроны, оставляя только один. Затем он снял его с предохранителя и прокрутил патронник, затем нажал на курок. Щелчок. Выстрела не последовало.       Кристофер прокрутил ещё раз и снова нажал на курок, просто направляя руку вперёд, в то время, как лицо не выражало ничего. Он смотрел вперёд, механически повторяя свои действия, оставляя свою голову полностью пустой. Снова щелчок, затем ещё раз. Норт упрямо крутил барабан и снова нажимал на курок. На пятый раз раздался выстрел. Зрачок юноши расширился, и он, не обращая внимания на дыру в стене, откинулся назад, предаваясь всплывшему в его голове воспоминанию.       В освещенном подвале стояли трое. Мальчик и взрослый мужчина держали в руках пистолеты. По лицу ребенка расползлась улыбка, было отлично видно, что это его первый раз, руки неуверенно и достаточно слабо держали пистолет. Мужчина, довольно немолодой, стоял, наоборот, уверенно, обхватив оружие и рассказывая, как оно устроено: куда нажимать и как стрелять. Третий человек стоял позади них, рассматривая и начищая винтовку.       — Значит так, Крис, целься четко в центр. Вот так заряжаешь, — размерено рассказывал Майк и сопровождал свои слова демонстрацией. — Спускаешь и стреляешь.       — Майк, я не тупой, помню, — повторяя все точно так же только уже на своем пистолете, проворчал Снейп и прицелился. Выстрел. Он испуганно отошел назад, опуская пистолет. Сердце неистово билось о грудную клетку, эмоции зашкаливали.       — Вау, — присвистнул Лиам и, наконец опустив начищенную винтовку, приблизился к мальчику. — Отлично, малыш. В яблочко! А под углом попадешь?       — Конечно, — не показывая своего легкого страха и волнения, Кристофер уверенно навел руку на другую мишень, затем некоторое время просто смотрел на нее. Снова выстрел. И снова в яблочко.       — А он тебя уделал, Уорен! — воскликнул Майк и по-отечески похлопал мальчишку по плечу. — Молодец.       — Я рад за тебя, — мягко произнес механик, осматривая поражённую мишень.       — Ладно, здесь из нас троих нужно тренироваться Крису. Давай. Еще раз. — Кристофер, уверенный в себе, почти не целясь, выстрелил.       — Оу, мимо. Эх… Удача сопутствовала тебе недолго, — протянул с ухмылкой Уорен.       — Кристофер, — укоризненно произнес Норт, — ты бы хоть прицелился. Что это такое? Подумаешь, два раза попал. Давай, еще раз.       Малец во время короткой отповеди покраснел и снова поднял ружье. Целился он долго. Выстрел.       — Ну, почти. Ты был очень близок. Несколько миллиметров, — тут же оповестил всех Лиам.       — Так долго целиться нельзя, — проворчал Майкл, а потом уже мягче продолжил, — но неплохо, очень неплохо. Щас еще один выстрел, и пойдем обедать.       Крис улыбался, стреляя в пятый раз. Вот только тут дрогнула рука, и он промазал. Оружие было тяжелым, и на весу держать было трудно.       — Ну… Надо спортом больше заниматься. — произнес с улыбкой Лиам.       — Еще будем тренироваться, но задатки есть. Ты, Лиам, помнишь, только с девятого попал в яблочко, а до этого больше мальца тренировался.       — Да-а, помню эти славные дни.       Норт-младший же просто молча слушал, пребывая в своих мыслях. Пистолет грел руку и сердце, он чувствовал себя взрослым и сильным. Майкл, смотря на него, потрепал по голове и сказал всем, что пора приступать к обеду.