Эмоции

Белль явилась на заброшенную морскую пристань на закате дня. Вокруг никого не было, было пустынно, но, тем не менее, девушка то и дело с тревогой озиралась, словно боясь, что здесь её обнаружит Румпельштильцхен. Впервые за долгие полгода Белль наконец-то покинула пределы мрачного замка Тёмного, и теперь она жадно вдыхала солёный морской воздух, и ей даже хотелось плакать от переизбытка чувств. Сердце её бешено колотилось. Наконец-то, наконец-то она на свободе! Жаль только, что рано или поздно ей всё равно придётся вернуться в своё заточение… Белль дала Румпельштильцхену слово — а слово надо держать, как бы трудно ни было. На пристани её уже ожидал Киллиан Джонс. — Рад, что ты пришла, лапочка, — довольно улыбаясь, поприветствовал он девушку, — хотел показать тебе море — оно необыкновенно в лучах закатного солнца! — Да, очень красиво, — согласилась Белль, улыбнувшись в ответ, — честно, мне так непривычно было выйти из замка… И немного страшно — вдруг Румпельштильцхен вернётся раньше срока и обнаружит, что меня нет? — Ты боишься его гнева? — Киллиан понял всё без лишних слов, — лапочка, скажи мне только честно — Крокодил поднимал на тебя руку? — Нет, нет, — Белль усиленно покачала головой, — до такого не доходило. Просто, — она несколько замешкалась, — просто в гневе он становится таким… — Белль не сумела подобрать нужное слово, — я научилась прятать свои слёзы, своё недовольство… Лишь бы его не разозлить, — голос её дрогнул, — порой это крайне непросто, но я привыкла… — Знаешь, в чем преимущество плавать по морям? — произнёс Киллиан в ответ, — в море ты свободен, как свободен сам океан. Ты говоришь, ты тоже хотела бы увидеть мир? В этом, как я уже говорил, ты напоминаешь мне Милу. — Только я не увижу мир и я не свободна, — с тоской вздохнула Белль. — Ты свободна, пока не сломлен твой дух, — ответил он ей, — я знаю, проклятый Крокодил способен сломить кого угодно, но ты-то сильная! Ты давно кричала? Просто кричала от боли? — Что? — Белль удивлённо подняла на него глаза. — Здесь только я и море, — сказал Киллиан, — если накопилась боль — крикни, крикни во весь голос, и станет легче! Белль на мгновение замерла, но в следующее же мгновение пошатнулась, ощутив подступивший к горлу комок, и из груди её вырвался громкий, полный отчаяния крик. Из глаз её покатились обжигающие слёзы, и ещё некоторое время девушка в голос рыдала, впервые за столько времени не боясь ничьего гнева. Киллиан подошёл к Белль со спины и бережно обнял её за плечи. Обернувшись, она обняла его в ответ, уткнувшись капитану в плечо и продолжая тихо всхлипывать. — Теперь должно стать легче, — произнёс он, — а впрочем, если захочешь освободиться и увидеть мир, мой корабль всегда к твоим услугам! — Не могу сбежать, я дала слово, — Белль печально улыбнулась в ответ, — мне очень жаль, Киллиан… Но мне впервые за полгода стало так легко! С тобой вообще легко, — призналась она, — не то, что с ним… Уже темнеет, Киллиан, мне пора возвращаться в замок. Румпельштильцхен, к тому же, может вернуться в любой момент. — Что ж, лапочка, тогда я провожу тебя до замка, — любезно предложил ей Киллиан, улыбнувшись, — негоже юной леди одной идти по тёмному лесу! Слегка приобняв Белль за плечи, Киллиан направился вместе с ней в сторону замка Тёмного. Впервые за всё это время, проведённое в услужении у Румпельштильцхена, Белль ощущала неистовое облегчение во всём теле, в голове и в душе. Впервые у неё появилась возможность в полной мере выплеснуть все свои эмоции.