Одиночка

— Расскажи мне, что именно тебя тревожит, — с участием произнёс доктор Хоппер, глядя на свою юную пациентку, сидящую напротив на краешке дивана. — Если честно, то в последнее время мне некомфортно ни в школе, ни дома, — с серьёзным взглядом отвечала ему девочка лет десяти, с длинными волосами цвета воронова крыла и выразительными лазурно-голубыми глазами, в которых, казалось, отражался целый мир, — иногда мне кажется, словно вокруг меня стены сжимаются… В школе у меня совсем нет ни одного друга, и они все там ненавидят меня — я это чувствую. А дома — мама, и она совсем меня не понимает, постоянно придирается ко мне… Мама считает, что я сама виновата в том, что в школе меня не любят, и что у меня нет друзей. — Бриттани, послушай, я уверен, что всё вовсе не так плохо, — отвечал ей психотерапевт, — ты пробовала откровенно поговорить со своей мамой о том, что тебя гложет? Быть может, она бы сумела тебя понять? — Моя мама считает, что она всегда и во всём права. Она ведь мэр, — грустно усмехнулась Бриттани. — Ты можешь быть уверена, что наш разговор не выйдет за пределы этого кабинета и не дойдёт до твоей мамы, — пообещал ей доктор Хоппер. — А в последнее время мне ещё начали сниться странные сны, — призналась девочка, — я вижу во снах открытое море, бушующие волны и корабль… Откуда взялись эти образы — я сама не знаю. Но самое ужасное — это то, что я даже ни с кем в школе не могу этим поделиться — меня тут же засмеют. Я совсем одна, — голос её упал, — я — одиночка. Бриттани говорила правду — она и впрямь была одиночкой. Реджина Миллс, — мэр Сторибрука, — удочерила девочку, едва та появилась на свет, и с тех пор воспитывала её как собственную дочь. Воспитание это было не лишено изрядной доли строгости и отчуждения, из-за чего порой Бриттани и вовсе казалось, что мать её ни капельки не любит. О настоящих своих родителях девочка ничего не знала — ей было известно лишь, что родная мать отказалась от неё сразу же после её рождения, и тогда её взяла к себе Реджина. Бриттани и не испытывала особого желания узнать, кто её родные мать и отец — раз она оказалась им не нужна, то какой в этом был смысл? Из-за своего немного меланхолического темперамента и отрешённого характера Бриттани казалась своим одноклассникам странной и диковатой, и оттого они не то что не стремились с ней дружить, но и даже открыто смеялись над ней, отпуская порой в её адрес немало колкостей. Физически, конечно, они девочку не трогали — всё-таки их останавливал тот факт, что Бриттани — дочь мэра. Но, тем не менее, сильного уважения в глазах сверстников даже этот факт ей ничуть не добавлял. О, до чего же могут быть жестоки дети в столь нежном возрасте! Как ловко они расправляются с теми, кто хоть чем-то не похож на них! Детям в этом возрасте важно выбрать себе жертву для травли. В Сторибруке весь негатив и вся агрессия местных школьников пришлись именно на Бриттани. Да, она была одиночкой и изгоем. И порой ей хотелось умчаться куда угодно, в самые дальние дали, где её никто не знает — лишь бы не здесь. Здесь ей день за днём приходилось слишком тяжело.