Увядающая яблоня

Одним из пока ещё солнечных сентябрьских дней, прогуливаясь по своему саду, Реджина заметила яблоко, упавшее с посаженной ею некогда лично яблони. Подняв плод, мэр задумчиво повертела его в руках и внимательно рассмотрела. Оно потемнело, в нём виднелась явная червоточина — очевидно, яблоко было испорчено. Губы Реджины дрогнули, и она с раздражением откинула яблоко обратно на землю. Настроение было сильно омрачено такой, казалось бы, мелочью. Однако для Реджины Миллс это была отнюдь не простая мелочь. *** — Мистер Голд, есть разговор, — без лишних предисловий, с порога заявила Реджина, заходя в лавку Голда — местного ростовщика. — Вы не так-то уж и хорошо воспитаны, мадам мэр, — язвительно заметил мистер Голд, — врываетесь ко мне посреди рабочего дня, без стука… — Оставим морали, — прервала его Реджина, которой явно сейчас было не до пустых разговоров, — моя яблоня чахнет! Яблоки прогнили! — Не пробовали сменить удобрение? — слегка усмехнувшись, отвечал он ей. — Мы с вами прекрасно знаем, что это означает, — глядя ему в глаза, тихо произнесла Реджина, — заклятие слабеет! Слабеть оно начало с той самой поры, как Белоснежка и её дочь въехали в город! Как такое в принципе можно было допустить?! Это не входило в мои планы! — она повысила тон. — Не понимаю, о чём вы, мадам мэр, — невозмутимо отвечал ростовщик. — Хватит притворяться, Голд! — злобно протянула она, — мы-то с вами оба всегда были в курсе истинного положения дел… Ты сам дал мне это заклятие, Румпельштильцхен!  — она вкрадчиво, почти по слогам произнесла это имя. — От вас просто так не отвертишься, Ваше Величество, — мистер Голд усмехнулся, — вы упрямы в той же мере, в какой коварны — вся в вашу мать, покойную Кору! Что ж, ваше Величество, уверены ли в том, что виной всему — Белоснежка и её дитя? — А кто же ещё? — голос Реджины был полон раздражения и неприязни, — эта Эмма, дочь Белоснежки, успела заделаться в подруги к моей дочери! — Поверьте, Ваше Величество, девочка ваша водит дружбу далеко не только с одной дочерью Белоснежки, — ответил он уверенным тоном. — О чём это вы? — Реджина заметно напряглась, — только умоляю вас, не темните, Голд, как вы это обычно делаете! — Я о прелестной молодой девушке-библиотекарше, — на губах его проступила довольная улыбка, — слышали ведь о Лейси Френч? Видел уже не раз вашу Бриттани в компании Лейси — ну просто как мать и дочь! Девочка к ней очень привязана, как я успел отметить. Стоило лишь только Реджине услышать его слова, она тотчас же изменилась в лице, губы её побелели, скулы напряглись. — Вы — мерзавец, Голд! — прошипела она с ещё большей злобой и яростью, — признайтесь уже наконец — у вас ведь личный интерес? Эта девчонка, будь она неладна, всегда была вам небезразлична! — Не понимаю, о чём вы, — бегло ответил мистер Голд, отведя взгляд в сторону. — Как вы жалки! — Реджина покачала головой, в голосе её слышались нотки торжествования, — девчонка никогда не ответила бы вам взаимностью… Более того, она отдала своё сердце вашему заклятому врагу, и не просто врагу, а тому, кто уже однажды лишил вас любимой женщины! Можно ли представить себе большее унижение для мужчины? — Да, вы правы, Ваше Величество — ваше заклятие и впрямь слабеет, — процедил он сквозь зубы, упорно не желая показывать Реджине своей истинной реакции на её слова, — не вечно вам править бал! Не вечно! — А это мы ещё посмотрим, — тихим, но полным гнева голосом отвечала она, — до ваших резонов, Голд, мне дела нет, но попробуйте вмешаться в мои планы — я вас уничтожу, и эту клятву я сдержу! Бросив ему в лицо эти слова, Реджина покинула лавку Голда, с шумом захлопнув за собой дверь. В душе её сейчас бушевала целая буря самых разных эмоций — от ярости до страха и безысходности. Реджина была готова к чему угодно, но только не к этому.