Мистер и миссис Брасен Хул

      — Леголас! — Женщина налетела на него, едва не сбив с ног. — Леголас, ох, Леголас! — Звякнули наручники. Похоже, её тоже заковали.       — Дасиэль, родная, — прошептал он и обнял жену, перекинув через её голову скованные запястья.       Его схватили за локти и оттащили от неё.       — Её-то тебе жалко, а тех несчастных, которых вы прикончили — нет? — скривился капитан Келеборн, наблюдавший за этой сценой. — В камеру её, — приказал он, кивнув на женщину. Та взвизгнула и попыталась вырваться, но её удержали, ухватив поперёк живота.       Леголас обречённо взглянул на неё. Женщину ещё не переодели в тюремную робу, но и на таком доселе прекрасном лице читался испуг и лютая ненависть.       Десять лет им везло. Отец доставал всё то, что необходимо: оружие, машины, помогал заметать следы. У них была своя команда, и даже она отвернулась от них, когда им предстояло ответить за свои поступки.       В криминальном мире их знали как мистер и миссис Брасен Хул — талантливейшие киллеры в своей стране. Нет, на своём материке. Они никогда не оставляли улик.       Однако в один момент всё пошло не по плану. Их сдал лучший друг и информатор — Арагорн. Влюбившись в дочь капитана Элронда, он предал свою настоящую семью.       И сейчас, находясь перед выбором сдать всех или ответить самому за свои поступки, он понимает, что сам не предаст никого. Его жена будет жить. Она умна, хитра, очаровательна — сбежит из тюрьмы, если её и посадят на пожизненное. Однако он добьётся, чтобы её вообще не посадили и уж точно не вынесли самый страшный приговор — смертная казнь.       На последующем допросе он начал лгать.       Леголас сказал, что убивал самостоятельно, а Дасиэль стояла рядом и следила за обстановкой. Похоже, для неё всё обойдётся, а для него — это конец.       Однако выбор он делает совсем без сожалений. Дасиэль он любит, и она достойна жить.       Казнь обещали привести в исполнение через полгода. За это время произошло многое в Америке и в мире, однако его будни в камере смертников не менялись. Всё те же конвойные, приносившие еду, капитан Элронд, пытавшийся убедить его сказать правду, нервные срывы других заключённых.       И роковой день настал.       Его заковали в наручники и повели мимо других камер, откуда доносились проклинающие его крики.       Заведя его в полностью белую комнату и усадив на стул в её середине, конвойные приковали его к стулу ремнями и отошли к стене.       Вошёл мужчина в строгом костюме и с кейсом.       — Добрый день, — поздоровался он. Леголас промолчал. Нечего сказать — добрый! Он вот-вот умрёт, а этот негодяй ещё и издевается. — Для людей счастье, что я приведу в исполнение приговор. Мир избавится от такого, как вы. Однако, может, и у вас были чувства? Что ж, это не так важно. Но вашу жену садят на десять лет. Чудо, не так ли? Вы рады?       — Очень. Я не могу последний раз увидеть её? — холодно спросил Леголас, уже заранее зная ответ.       — Нет. К сожалению, последнее, что вы увидите, — белая стена напротив. Итак, приступим. — Он достал из своего кейса шприц, уже наполненный смертельной жидкостью и поднёс к руке преступника.       К горлу впервые подкатили слёзы. Неужели это конец? Смерть так упорно обходила его стороной во всяких передрягах, чтобы он погиб в тюрьме? Что за бред!       Игла приблизилась к дрожащей руке. Леголас сжал кулак. Мужчина придержал его за локоть и уже прицелился, но…       Дверь резко распахнулась. Последовало три выстрела. Леголас обернулся на стуле и увидел побледневшую жену.       — Бежим, — прошептала она и, освободив мужа, бросилась вперёд, прижимая к груди пистолет. ***       — Вчера вечером был совершён побег из самой охраняемой тюрьмы Соединённых Штатов Америки. Обвинённый в нескольких сотнях убийств и приговорённый к смертной казни, Леголас Брасен Хул и его жена, находившаяся там же по причине сокрытия преступлений мужа, сбежали, перебив половину охранников. По полученным данным обворожительная преступница очаровала молодого офицера и, когда тот потерял бдительность, украла у него пистолет. Далее, применив свои навыки, Дасиэль Брасен Хул добралась до камеры, где в этот момент должен был быть приведён в исполнение приговор.       — Да мы популярны, — улыбнулась Дасиэль, поправляя парик на голове. Они стояли на вокзале, изменённые до неузнаваемости, и внимательно слушали последние новости.       Дасиэль накрасилась так, что выглядела лет на пятьдесят. Надела длинную юбку, блузку, нацепила парик седоватых жидких чёрных волос — и перед нами стоит немолодая учительница.       Леголас же покрасил волосы в рыжий, постриг их и с помощью театрального грима, который ему предоставил отец, изобразил на своём лице парочку глубоких шрамов.       До этого вокзала в глубинке новости доходят медленно, да и контроль тут совсем не тот, что в аэропортах. И хоть им и нужно перебраться на другой материк, но временное укрытие можно найти просто в другой стране.       Прозвучал их поезд и, уже сидя в выкупленном полностью купе, они расслабились.       — Знаешь, — проговорил Леголас. — Похоже, я тогда сделал правильный выбор.       Очевидно, Дасиэль так не считала, но она молча поджала губы и прижалась к груди мужа.       Поезд набирал ход. Мимо неслись поля, душа, степи, а они так и сидели, обнявшись, — два самых опасных киллера современности.