Рыжие волосы.

Волосы тёплого, огненного цвета мягко укрыли меня. Словно я очутилась дома. Словно всё хорошо. Солнце пробивалось сквозь занавес, лучи играли на белой простыне, на стенах, ударялись в зеркало, стоящее в углу комнаты. Но этого зеркала никогда не было. Ведь так...? Рука на моей щеке начала медленно спускаться на шею, а холод чужой плоти прошёлся по всему телу мурашками. Словно тысячи иголок укололи и глубоко залезли под кожу. Ладонь грубо сомкнулась на горле и сжала его. Воздуха не хватило, а после моего крика в комнате осталась тишина. Перестала шуршать постель, лучи спрятались, и спальня погрузилась в кромешную тьму. Чудовищный крик был лишь в моей голове. Его никто не слышал. Кислород стремительно покидал мой организм, в глазах стало темно. И я провалилась в пустоту. Секунда, и я открыла глаза, а голова болезненно закружилась. После зрения вернулся и слух. Я лихорадочно начала искать руку на шее, но ее не было. Рыжих волос тоже. Надо мной нависал Александр, и тёплые руки обхватывали мои мокрые, ледяные, дрожащие плечи. Стало понятно, что мой крик был услышан. Ал поспешил мне на помощь, начал будить. — Агата! Что с тобой?! — руки перешли на щёки, они нежно поглаживали лицо. — Я-я... Я жива... — Жива, я это вижу, но чувствуешь ты себя как? — Ал переложил руки на постель, по обе стороны от меня, опустил голову и расслабился. Плечи спокойно опустились. Он сильно волновался. — Хорошо... Вроде... — голова вмиг опустела, или я просто начала слишком сильно зацикливаться на ощущениях. — Я так испугался. Ты не представляешь... А я то как испугалась. Испугалась того, что мы... Боже, бред.

***

Такая милая когда спит. Утро началось не с кофе, а с сонной пощёчины от Агаты, которой лишь бы ударить, неважно куда и кому. — Ни один будильник так хорошо не поднял меня на ноги в... — я взглянул на настенные часы, — 8 часов... — бормочу это себе под нос, попутно одеваясь. Понедельник — самый противный день недели. Но, на удивление, не для меня. Работа постоянно занимала всё моё свободное время. Мне всегда было намного легче пахать, не думая о своих проблемах и чувствах. А этого всего было достаточно. Ева — мой самый близкий человек, ради которого я отодвигал бизнес в сторону, часто устраивала скандалы, что я очень не люблю. Хоть и со всем своим желанием побыть с ней я старался больше быть дома, но работа была тем, на что я отвлекался от этой «семейной» суматохи. Всё это началось ещё в моей семье. В самом детстве.

***

— Где ты опять шлялся, а? Опять, скотина, всю ночь тебя ждала, а ты пьяный, как всегда. Мне надоело это! Понимаешь?! В горле стоишь ты и твои пьянки! Уходи! И сына своего забери. Мне вы оба жизнь портите. — Про сына, нашего, не смей говорить. Он ни в чём не виноват. — Не виноват?! Да пошёл ты. — Хватит орать на меня! — отец ударил кулаком по столу, посуда зазвенела, а мать отпрыгнула к стене, закусив язык. Я, ещё совсем маленький, сидел, спрятавшись в тёмном шкафу. Мне было так страшно и больно от слов мамы. Я не чувствовал от неё любви и заботы. Когда папа не пил и не был на работе, мы проводили время вместе. Он был рядом, мы гуляли, чтобы только не быть дома. Я не понимал, почему мать вообще вышла замуж, она ненавидела семейную жизнь. Она ненавидела всё, кроме себя. Папа был очарован мамой, что не скажешь о ней. Абсолютные противоположности, которые не могут быть вместе.

***

Смешно. Я повёл себя точно также, как и мой отец много лет назад, подумав, что у меня всё будет иначе. Безнадёжный идиот. Вынырнув из потока мыслей, я перевёл взгляд на настенные часы. Тихо зашёл в спальню, где уже не так спокойно спала Агата. Она начала сильно ворочаться, часто дышать, а потом... Кричать. Я моментально подлетел к девушке, чтобы разбудить её. Не было никакой реакции, как и криков. Тогда я перепугался ещё сильнее. Казалось, она перестала дышать на мгновение. Продолжая трясти Агату, я заметил движения её сонных век. Наконец полные ужаса глаза остановились на мне.

***

После этого последовало крепкое объятие. Страх подтолкнул меня на это, и я не могла сдержать желание повиснуть на шее Алекса. Казалось, словно только так я буду чувствовать себя в безопасности, и это сработало, сердце прекратило бешено стучать в груди, тревога отступила. Мужские руки прошлись по спине, поднялись вверх и сдавили рёбра, он был ещё ближе. Я хотела очутиться в нём, в его теле. Словно так будет безопасно. Больше кошмары меня не беспокоили, но я никак не могла уснуть одна. Даже когда Алекс допоздна работал, проверял документы, я всегда ждала его. Всегда спала с ним вместе, хоть мы всё ещё держали дистанцию в виде баррикады из подушек. Но мне с Алексом было спокойнее, с ним я засыпала моментально, только услышав тихое, спокойное дыхание рядом. Я чувствовала себя на своём месте. Где я нужна, где меня ждут. Иногда, ночью, я раздумывала о том, что же мне делать дальше, но понимала одно: я не хотела никуда уходить, хотела лишь остаться под защитой в этом безопасном месте. Дни протекали размеренно, и вот настал момент первого шага к осуществлению нашей, с Александром, маленькой аферы.