Как братья помогают сёстрам находить мужей / книга

      Крик младшей Гишар взвизгом раздался по всей квартире.       — Родя! Родя! — Лариса поскользнулась на повороте в гостиную и схватилась за косяк колонны, чтобы не полететь в мамины цветы, стоящие у окна, разбивая все горшки собственным телом.       Родион не успел спохватиться, в новых лакированных туфлях проехавшись по полу и оказываясь на нëм всем телом.       — Так тебе и надо! Не за чем меня гонять по всей квартире! — Лара отпрянула от косяка стены и присела на корточки рядом с братом, он тяжело дышал, спрятав лицо в изгибе локтя. — Ты чего? Больно? — Гишар закричала, когда Родион схватил еë и повалил на пол рядом с собой, не боясь быть услышанной: мама вышла за чем-то на улицу.       — Лара! Ты обязана мне про неë рассказать, ты обязана! — парень потащил сестру на себя за ноги, а она ухватилась за ножки стола, уезжая из кухни по полу вместе с мебелью и ковром. — Лара, отпусти стол!       — Я тебе не расскажу: сказала. Не расскажу, Родя. Делай, что хочешь. — Гимназистка снова заверещала, когда брат стал еë щекотать за пятки, стащив балетки. — Родя! Родя! — Она толкнула его ногой и вскочила с пола.       — Если ты мне не расскажешь про Олю, я покончу с собой, Лариса. Я правда влюбился, умоляю тебя, что ты, как стерва себя ведешь? — Родион умерил пыл, загнав сестру в угол. Они оба стояли между двух огней: Лара могла броситься в две стороны — к маминой комнате направо, однако, там было много шкафов и тумб высоких, простыней, и налево, где было окно с чайником, в котором было много воды.       — Оле такой мужчина не нужен. Не морочь ей голову. — Спокойно ответила Лариса, вздëрнув подбородок и оправив платье. — Она ведь одна из лучших гимназисток! Ей муж нужен, а ты несерьезный.       — Сейчас серьезен, как никогда, Лариса. Клянусь. Чем поклясться? — Девушка закатила глаза.       — В карты играть перестань. И пить. Сам ведешь себя подобно ребенку. Олю хочешь впутать в свои грязные игрушки? Так вот знай! — Родион постарался вставить слово, Лариса кинула в него тряпку. — Молчи! Не договорила! Знай, что в еë вкусе мужчины, которые уже давно от этого отказались. Серьёзные мужчины. Вот.       — Хорошо. Понял. Смирюсь. — Родион поднял руки в знак мира, Гишар улыбнулась и пошла в его сторону, парень схватил сестру за руки, вынуждая еë страшно запищать от неожиданности и страха.       — Все границы переходит! Отпусти! — Лариса укусила его за руку, а он перевернул на не тот чайник с холодной водой, прямо на голову, выпуская руки. Девушка шлëпнулась на пол и громко шмыгнула носом, стараясь понять, как она так быстро оказалась на полу. Только ведь дрались.       — Ларис, прости, всë нормально? — Он сел на колени рядом с сестрой, беря еë ладошки в свои. — Ты только маме не говори, ладно? Не ушиблась? — Гишар отрицательно качнула головой, сжимая пышный рукав платья, чтобы выжать всю воду.       Рук коснулось что-то теплое со спины, она обмерла вся от страха, не понимая, кто её трогает там. Дома ведь никого! Мама ушла! Ларису подняли, она с большими глазами обернулась назад. Там стоял Комаровский. Сейчас Гишар была рада видеть его больше всех, облегчаясь тем, что за плечи еë схватил не дьявол.       — Простите, что отвлекаю от семейных разговоров, — он посмотрел на Родиона за спиной Ларисы, — но, думаю, ваша мама вряд ли обрадуется беспорядку. — На удивление Комаровского, гимназистка запрыгнула ему за спину, оттуда смотря за братом.       — А вы что здесь делаете? — Родион скрестил руки на груди, бросая все свои фразы небрежно.       — Я зашëл к вашей матери, впрочем, которая ушла. Хотел уйти, но застал крик Ларисы Фëдоровны, подумал проверить, не нужна ли помощь, а она от вас кричала, молодой человек, нехорошо сестру обижать. — Комаровский, пользуясь случаем, провëл рукой по юбке девушки сзади, отряхивая ткань от воды. — Вот. Платье всë испорчено.       — Всë в порядке, не стоит… — Гишар крутанулась, оказываясь к мужчине лицом, чтобы он еë не трогал.       — Как скажете. — Комаровский пожал плечами.       На кухне повисло неудобное молчание. Лариса сделала шаг в сторону гостиной, желая сбежать. Ей всë здесь было неинтересно, а взгляд Комаровского смущал больше прежнего. Не в первый раз он так, как будто бы флиртуя, смотрел на неë. Несмотря на желание уйти и робость, ей нравилось подобное отношение к себе: значит, она была красивой девушкой.       — Лариса, постой. — Родион сел за стол, отодвигая стул в сторону. — Чего ты хочешь? Давай я куплю тебе какую-нибудь книгу… — Парень ткнул пальцем в стол, не смущаясь от пристального взгляда Комаровского. Привык, что он, как тень, всегда у них в квартире.       — Не нужно покупать. Я тебе так скажу. — Лариса подскочила к нему и, специально медленно, чтобы Виктор Ипполитович дольше смотрел на неë, молчала, глядя в глаза брату.       — Лариса, всю жизнь буду помнить твой поступок. Первого ребенка назову в твою часть. — Она по-лисьи улыбнулась и наклонилась к брату, оставаясь на расстоянии вытянутой руки.       — Назовешь. Запомни, что она любит: смотри. М, —девушка начала произносить каждую букву по отдельности, — У. Ж. Ч. И. Н.       — Мужчин? — Родион нахмурился.       — Да-да. Именно. — Лариса кивнула и выпрямилась. — А! Забыла! Мужчина постарше. В голове уже ничего не держится, как мама, старею. — Лара пожала плечами и дала брату щелбан. Он успокоился, сидя тихо. — Виктор Ипполитович, я ведь права? Его никто не полюбит, если он все семейные деньги будет тратить на игры. — Парень мученически вздохнул и потянул сестру на руки, она растрепала ему волосы, рассмеявшись.       Комаровский засмотрелся на счастливую малышку Гишар, приподнимая брови так, как будто бы думает.       — Правы, Лариса Фëдоровна. Хорошее замечание для вашего возраста. — Мужчина отодвинул стул и сел за стол. Лариса этому не удивилась: он ведь маму ждëт, а Родион только сильнее сжал руки, закатывая глаза. Смотрелось так, как будто бы он это сделал из-за Лары. — Вы сами имеете горький опыт общения с игроком? Сейчас такое часто бывает, все ваши ровесники или повесы, или игроки. Прошу прощения, ещë пьяницы и революционеры. Одно у них общее на всех — глупость. — Гишар невольно рассмеялась, смущенно опуская голову. Было странно, что при матери он вызывал у неë только страх и нехорошие чувства, а сейчас так рассмешил.       — Лариса, пойдëм. В комнатах убрать нужно. — Парень встал, подавая девушке руку. Она на неë посмотрела, ещë смеясь и думая.       — Видите, Лариса, вы уже не в расстройстве. А платье — это ерунда. У вас чай остался? — Девушка отвернулась от брата и кивнула. — Потом уберете. Давайте позавтракаем.       — Да, Родион, садись. У меня есть вкусные пряники. Может, мама и не заметит того бардака? Он же в твоей комнате. — Гишар пошла в сторону их с мамой спальни, чувствуя на себе заинтересованный взгляд Комаровского.       Родион, ничего не объясняя, шутливо откланялся и громко хлопнул дверью в свою комнату. Прямо тогда, когда Лара выбежала с пряниками из своей.       — Виктор Ипполитович? Вы его обидели? — Она замерла на месте, недоверчиво поглядывая в сторону мужчины. Распивать чай наедине с ним желания не имелось, им пришлось бы всё время молчать.       — Нет, Лариса. — Он повернулся к ней на стуле. — Мне есть от его оскорбленности толк? Садитесь. Позавтракаем вместе. Подождем вашу маму. Вы, кстати, очень похожи на неë носом и глазами. — Лара робко улыбнулась, ставя перед Комаровским пряники. Ей стало легче ухаживать за ним без матери, когда он как будто бы становился настоящим.       — Это вы ещё меня в еë платьях и с причëской не видели. Тогда не отличить. — Гишар пошутила в ответ, садясь на прежнее место, рядом с ним. Комаровский поймал взгляд девушки, не давая ей отвернуться своей выразительной интонацией в глазах.       — Думаю, вы в них будете намного красивее. У вас более выразительное лицо, да и молодость ещë никого не уродовала. Вы никогда не думали, что вас мог поцеловать сам ангел? В подбородок, к примеру.       — В подбородок? — Гишар заслушалась, сжимая скатерть под столом. Комаровский кивнул, не отрывая взгляда от глаз девушки.       — Позвольте рассказать вам один секрет. Как другу. — Лариса вздрогнула от уточнения, но наклонилась к нему ближе, подставляя своë ухо. Это было сделано специально, она всë прекрасно понимала про это уточнение. Ему только и нужно было, чтобы Лариса наклонилась, а она, глупая, так и сделала.       Дверь в прихожей стукнулась о тумбочку — пришла мама. Комаровский отстранился от Ларисы, ничего не успевав ей сказать. Мужчина взял в руки пряник и легонько ударил им о пряник Гишар, со сладостей полетела сахарная пудра.       — За вашу красоту, Лариса. Расцветающую красоту. — Малышка Гишар вскочила со стула, тот скрипнул по полу, и убежала с кухни вместе с пряником, два раза оглянувшись на Комаровского: он внимательно на неë смотрел и улыбался.