Утро

      Сол разбудил её почти на рассвете, и теперь они сидели на самой верхушке стены, окружающей старый космодром, и первые лучи солнца игриво блестели, отражаясь от металла на броне Стража. Призрак ловил этих солнечных зайчиков и выглядел до безобразия довольным, чего нельзя было сказать про Хель. Нет, она не была зла или сердита, просто не разделяла его восторга. — Ты что, снова забыла, какой сегодня день? — Не понимаю, о чём ты. — Ой, ну конечно, — вздохнул Сол, устраиваясь на плече своего титана. — И так каждый раз.       Страж молча погладила своего Призрака, не отводя взгляда от залитых солнцем зелёных просторов. Она не забыла, она надеялась, что забудет он, но Сол не таков. Титан всё-таки оторвалась от созерцания рассвета и посмотрела на своего Призрака. Он, казалось, светился от счастья. Его можно понять, в конце концов, для него сегодня действительно праздник. В этот день много лет назад после долгих поисков он наконец исполнил своё предназначение — нашёл своего Стража. И каждый прожитый после этого год — его личное достижение. Это он, Призрак, снова целый год оберегал, спасал, вылечивал, в тысячный раз воскрешал и при этом не попался на мушку сам. Вполне серьёзное достижение для такой крохи. — Ты же знаешь, Сол, это не мой праздник, — чуть заметная улыбка промелькнула на лице пробудившейся. — Глупости. Очень даже твой. Тебе напомнить, что ты до сих пор хранишь тот дурацкий купон в лапшичную, который Кейд-6 подсунул тебе вместо подарка восемь лет назад?       Титан резко поменялась в лице, но промолчала. Она хорошо помнила тот день. Стоило Солу посвятить Кейда в свою идею с этим праздником, как тот тут же подхватил её и, по своему обычаю, довёл почти до абсурда. Этот безбашенный экзо всегда умел устраивать тусовки и так заразительно наслаждался ими, что и Хель они даже начали нравиться. Нет, Икора и Завала тоже никогда не отказывались от участия, но титан чувствовала, что они здесь только из-за Кейда. Он был связующим звеном, той красной нитью, что связывала собой весь Авангард. После его смерти этот день для неё перестал быть радостным, и только Сол из года в год продолжал гнуть свою линию. — Я же сказала, я не хочу ничего отмечать. — Пфф, — фыркал Призрак, летая вокруг. — Все люди отмечают день рождения! — Стражи не люди, — упрямилась Хель. — Мы оружие Света. — Ну всё, опять ты свою песню завела. Думаешь, у оружия не может быть дня рождения? Три ха-ха! — Сол подлетел прямо к лицу титана. — Вот, смотри! Призрак переместил на колени Хель её меч и синтезировал сверху голограмму каких-то несуразных бантиков. — Смотри, смотри! Вот твой драгоценный Крюк-свет-не-понимаю-чем-он-вообще-тебе-нравится-когда-вокруг-столько-других-нормальных-мечей! — затараторил Сол. — Ну, разве он не выглядит довольным? Да он даже улыбается! — Это форма такая, он не улыбается, — Хель качает головой, но не может сдержаться и всё-таки смеётся. — Ума не приложу, у кого ты этого нахватался, Сол. — У кого хватал, там уже нет, — Призрак заглянул ей в глаза. — Знаешь, мне намного спокойнее, когда ты улыбаешься. — Шантажист. Ладно, уговорил. Отметим мы этот наш «день возрождения», но отметим как я захочу! — Идёт, бука.