I

Он смотрел на то, как она сладко спит. Его девочка, непобедимая лилла каттен, маленький котенок. Он сидел на краю своей кровати, простыня которой, в некоторых местах, была загнутой. Губы Александра застыли в ровной полоске, глаза спокойно смотрели в одну сторону — полное безразличие. А внутри бушевал ураган разных эмоций. Тело резко кинулось в дрожь. В голове вертелся вкус ее губ, очертание улыбки и звонкий голос. Дурацкая встреча. Дурацкие события. Она лежит на его кровати. Грудь беззаботно подымается и плавно опускается. — Алекс?! — Агата открыла сначала один глаз, затем второй. Мужчина, не ожидая этого, мгновенно отпрянул чуть дальше. — Что-то случилось? От её манящего голоса просто срывало крышу! — Всё… Всё хорошо, я просто хочу пойти выпить воды. Прости, что разбудил, — лёгкий поцелуй в макушку, — тебе принести попить? Девушка слабо кивнула, зарываясь в одеяло. На неё многое свалилось. Предательства, покушения. Бедняжка. Слишком много вопросов, но так мало ответов. Нильсен быстро спустился вниз, несколько минут он лишь смотрел на своё отражение в зеркале. Смотрел сам себе в глаза. Если она узнает, кто он на самом деле… Нет, она не узнает, он этого не допустит, не допустит. Тихий скрип двери снова заставил девушку подскочить. — Это я, — сквозь тьму раздался родной голос Алекса, который протянул ей в руки чашку с манящей ее жидкостью. Агата сделала несколько жадных глотков, отставила чашку на тумбочку около кровати. — И…Иди ко мне, — дрожащим голосом, начала Харрис, — пожалуйста. Мне страшно, Алекс, мне так страшно. Никаких раздумий. Через минуту он уже лежал, обнимая ее, притягивая ближе к себе. **** — Александр, не ной! — крикнула Оливия. — Тебе лишь нужно ближе подстроится к этой жалкой девчонке! — А вдруг она страшная, — недовольная физиономия окрасила его лицо. — Мне все равно, — отмахнулась она. — Ты должен узнать несколько мелочей, быть рядом, девочка сейчас совершенно одна, а ты станешь её единственным дорогим человеком, которому она, наверняка, будет рассказывать всё на свете. Он лишь молча скрестил руки на груди, отрицательно кивая головой. — Дорогой мой, ты забыл, что ты сейчас по уши в проблемах? Закончились те времена, когда ты бескорыстно мог пользоваться моей добротой. — Всё же. Если я откажусь? — Тогда забудь о моей помощи. Оплачивай все долги сам. Решай свои проблемы сам. Все банковские карточки, кстати, я тоже заберу. Она ощущает на себе предательски-обиженный взгляд: — Я, конечно же, тебя очень люблю, — рука Оливии поглаживает плечо сына, — но, ты должен помочь нам. Взамен, всё будет как прежде, обещаю. — Ладно… Ладно, я сделаю это! — Отлично, сынок, я всегда знала, что ты не глупый. Тогда утром я позвоню Фредерику. — Норвежцу? Ааа, конечно, — он закатил зрачки, — со мной обязательно должно быть сопровождение, у меня ведь нет ни языка, ни ног. — Милый, — улыбка озарила лицо женщины, — с таким то острым языком как у тебя… — Я все понял, хватит! — Я скажу ему, что скоро на нашем острове соберётся вся элита Швеции, — она подмигнула правым глазом, — и что, мне бы не хотелось, чтобы ты трепал своим языком что-то лишнее. Мм? — Замечательный план, мам, — недовольно хмыкнул Александр, отдаляясь прочь. — Собирай вещи! — крикнула она. *** Он вздрогнул, вспоминая слова матери, и свои, свои слова! Чёрт! Уснуть снова он так и не смог, разум полностью окутали мысли того, каким козлом он оказался. Ещё одного предательства она точно не переживет. Как же далеко все зашло! — Доброе утро, — он поцеловал её в щёчку, радостно улыбаясь.